Недружелюбный полурослик

Торин ещё раз оглядел берег, затем коротко кивнул гребцам.

— Отталкивайтесь. Быстро. Держите лодку по течению.

Гномы без лишних вопросов взялись за вёсла. Лодка медленно начала отходить от берега, мягко рассекая спокойную утреннюю воду. Но в тот момент, когда расстояние между лодкой и берегом стало всего несколько шагов, Бильбо внезапно метнулся к носу лодки.

Он быстро вытащил из рюкзака какой-то странный свёрток — небольшой цилиндр, обмотанный тканью и верёвками. Не объясняя ничего, хоббит ловко привязал его к борту лодки.

Затем он вытянул длинную верёвку, которая тянулась от этого предмета, словно фитиль.

Торин нахмурился ещё сильнее. Другие гномы молча наблюдали за действиями хоббита, не понимая, что тот опять вытворяет.

— Мистер Бэггинс... что вы делаете?

Но ответить хоббит не успел. Оттолкнувшись от борта, он ловко спрыгнул обратно на берег.

— Бильбо! — закричал Балин.

Гномы начали переглядываться, не понимая, что происходит.

В этот момент из леса донёсся протяжный, резкий звук — орочий горн. Звук эхом прокатился между деревьями, отражаясь от склонов и теряясь где-то в глубине леса. Все сразу замолчали.

— Они догнали нас... — первым понял Двалин.

По лесу уже разносились отдалённые крики.

— Полурослик! — закричал на хоббита Глоин.

— Быстрее! — Фили уже собрался прыгнуть за борт, но был вовремя пойман внимательный Двалин.

— Возвращайся! — закричали гномы.

Но Бильбо даже не обернулся. Он лишь крепче ухватился за верёвку, ведущую к странному предмету, прикреплённому к лодке. Верёвка была натянута, а сам предмет наполовину скрывался в воде, лишь изредка поблёскивая мокрым металлом, когда лодку качало течением.

— Я сказал вам плыть быстрее! — крикнул он, другой рукой доставая свой меч. Хоббит резко дёрнул за верёвку.

Мгновение ничего не происходило. А затем странный предмет у борта лодки с оглушительным шипением вспыхнул ярким пламенем. Раздался глухой рёв. Лодку резко дёрнуло вперёд. Пламя, вырывающееся из странного устройства, толкнуло её по течению с такой силой, что вода вокруг вспенилась.

— Держитесь! — крикнул Двалин, хватаясь за борт лодки, чтобы не впечататься носом в пол.

Судно рвануло вниз по реке, стремительно набирая скорость. Берег начал быстро удаляться. Гномы едва удерживались на местах, хватаясь за борта, мешки и друг за друга. Вода шумела, разбиваясь о днище лодки.

Уже через несколько мгновений маленькая фигура хоббита на берегу превратилась в тёмную точку. А ещё через пару минут исчезла совсем.

— Он... остался... — пробормотал Бофур. — Чтобы задержать их.

Никто не ответил. Гномы молча смотрели назад — туда, где только что оставили Бильбо.

— Мы должны вернуться! — резко сказал Фили.

Он уже шагнул к корме лодки, словно собирался развернуть её силой.

— На такой скорости мы не сможем пристать к берегу! — отрезал Двалин. — Лодку просто разнесёт о камни!

Фили сжал кулаки.

— Мы не можем его бросить!

— Мы доверимся ему, — сказал Торин, словно этим решением закрывая спор. — Подождём его в Озёрном городе.

Но при этом он всё так же смотрел на реку позади, туда, где лес уже давно скрыл берег.

Фили резко повернулся к нему.

— А если он не вернётся?

В лодке стало тихо. Торин медленно перевёл взгляд на племянника. Ответа у него не было. Его челюсть лишь напряжённо сжалась, но он промолчал.

— Рано загадывать наперёд! — проворчал Нори, прерывая спор предводителя и принца. — У нас тут, между прочим, неуправляемая лодка!

Это сразу вернуло всех к реальности.

Гномы быстро разошлись по местам, стараясь стабилизировать судно и не дать течению вынести его на мель или камни. Через некоторое время странное устройство у борта наконец затихло. Пламя погасло, и лодка снова стала просто плыть по течению. Скорость заметно уменьшилась, и гномы смогли немного расслабиться.

Тогда Балин достал карту и развернул её на коленях, внимательно вглядываясь в линии и отметки.

— Если будем двигаться с такой же скоростью, — наконец сказал он, — к вечеру пересечём озеро. А ближе к ночи доберёмся до Озёрного города.

Торин на мгновение задумался, всё ещё хмуро глядя на воду.

— Орки могут пойти по нашему следу, — мрачно произнёс он. — Поэтому останавливаться не будем.

Гномы молча кивнули, никто не стал спорить. Хотя многие опустили головы, явно недовольные этим решением. Каждый из них понимал, что король прав.

Но мысль о том, что они оставили Бильбо одного, тяжёлым грузом давила на всех. Фили мрачно смотрел вперёд, будто надеясь увидеть на берегу маленькую знакомую фигуру. Бофур тихо вздохнул и отвернулся. Даже обычно шумный Нори теперь сидел непривычно тихо.

В лодке постепенно воцарилось тяжёлое молчание. Лишь вода тихо плескалась о борта, а тёмная лента реки неумолимо уносила их всё дальше вперёд.

Время тянулось медленно, пока впереди наконец не начали появляться огни.

Как и говорил Балин, ближе к ночи лодка достигла Озёрного города.

Но едва гномы причалили, как возникли новые проблемы.

Жители города, заметив целый отряд незнакомцев, сразу же насторожились. Несколько человек поспешили позвать стражу.

Гномов быстро окружили и, не задавая лишних вопросов, повели через узкие мостки на центральную площадь — туда, где обычно принимал гостей бургомистр города.

Отряд не стал сопротивляться. Они и сами пришли сюда не случайно.

— Кто вы такие? — недовольно спросил высокий человек, стоявший рядом с бургомистром и слегка сутулившийся.

Сам бургомистр выглядел внушительно — даже слишком. Его круглое лицо лоснилось в свете факелов, а дорогая одежда едва сходилась на внушительном животе. Он больше походил на зажиточного купца, чем на правителя города.

Балин сделал шаг вперёд.

— Мы торговцы, — спокойно сказал он. — Держим путь в Железные холмы. По дороге на нас напали орки. Мы потеряли большую часть наших запасов... и один из наших друзей тяжело ранен.

Гном кивнул в сторону Кили.

— Мы ищем лишь ночлег и немного еды.

Среди жителей тут же поднялся тихий гул. Люди начали переговариваться между собой, бросая на гномов настороженные взгляды.

Их лица выражали явное недовольство. В городе и без того было мало еды, и появление ещё четырнадцати голодных ртов никого не радовало.

Торин сделал шаг вперёд.

— Мы щедро заплатим за ночлег и припасы, — сказал он твёрдо.

Эти слова сразу изменили настроение, и Бургомистр заметно оживился.

— Тогда... — широко улыбнулся он, расправляя складки на своей дорогой одежде, — мы рады приветствовать вас в нашем городе!

Однако жители энтузиазма своего правителя не разделяли. Многие продолжали смотреть на гномов с подозрением, перешёптываясь между собой.

Стража, впрочем, спорить с приказом не стала — а для гномов это было главным. Теперь они могли свободно передвигаться по городу.

Больше их никто не задерживал.

Вскоре один из горожан, заметив, что чужакам негде остановиться, предложил сдать им свой дом за хорошую плату.

Отряд согласился без долгих раздумий и направился туда, надеясь наконец немного отдохнуть после долгого и тяжёлого пути.

— Сколько мы будем ждать? — осторожно поинтересовался Фили, когда остались наедине.

— До дня Дурина у нас остался месяц, — пробормотал Торин, чуть нахмурившись. — Нам ещё нужно собрать припасы, потом предстоит путь через озеро и горы. Мы всё ещё не знаем точное местонахождение, — он вслух размышлял, словно пытаясь упорядочить мысли.

На мгновение король замолчал, прислушиваясь к собственным сомнениям и тревогам.

— Дадим ему неделю, чтобы догнать нас, — тихо добавил Торин, тяжело вздохнув. В его голосе звучала смесь решимости и беспокойства.

Остальные гномы лишь молча кивнули, понимая, что спорить бессмысленно. Их взгляды скользили друг по другу, и в каждом читалась та же тревога: все они понимали, что решение Торина правильно, но мысль о том, что Бильбо остался один, тяжело давила на сердца каждого.

Первый день прошёл для отряда почти незаметно. Гномы постепенно приходили в себя после изнуряющего пути: почти целые сутки они отдыхали, растягиваясь на жестких постелях, стараясь восстановить силы, которые были истрачены на спешку и битвы.

Некоторые тихо ворочались, подстраиваясь под неудобные места, кто-то пытался согреть затёкшие ноги, а кто-то просто сидел, опершись на стену, закрыв глаза и впитывая тишину ночи. Постепенно усталость отступала, позволяя отряду по-настоящему выдохнуть.

Когда силы немного вернулись, гномы наконец смогли нормально поесть. Простая еда, которую они раньше не ценили, теперь приносила настоящее удовольствие — тепло, сытость и возможность просто посидеть вместе, обсуждая планы и тихо смеясь над мелкими недоразумениями прошлого дня. Этот день стал для всех своего рода передышкой перед следующим этапом путешествия, давая возможность восстановить не только тело, но и дух.

О Бильбо старались не говорить. Почти намеренно. Словно если не произносить его имя вслух, тревога станет тише. В глубине души у каждого ещё теплилась надежда, что хоббит уже идёт следом за ними и вот-вот появится на пороге города.

Каждый справлялся с этим ожиданием по-своему: кто-то больше ел и спал, стараясь не думать лишнего, кто-то уходил в разговоры и шутки, а кто-то подолгу молча сидел у окна, глядя на тёмную воду озера.

К третьему дню гномы окончательно пришли в себя после долгого отдыха и решили заняться подготовкой к следующему этапу пути.. Они разделились на небольшие группы и отправились по узким улочкам Озёрного города, внимательно осматривая местные лавки и прилавки.

Каждый гном выбирал то, что ему было необходимо: кто-то подбирал тёплые плащи и шерстяные накидки, чтобы защититься от надвигающегося холода, кто-то — новые перчатки и сапоги, а кто-то изучал крупы, сушёное мясо и специи, чтобы запастись провизией на несколько дней.

Гномы тщательно проверяли качество товаров, перебирать ткань и подшивать мешки, а заодно наблюдали за городскими торговцами, присматривая, где можно выгоднее приобрести всё необходимое. Иногда кто-то останавливался, чтобы обсудить с товарищами выбор или обменяться шуткой, облегчая напряжение от предстоящего пути.

С каждым новым приобретением они постепенно чувствовали себя более подготовленными, а лёгкий холодный ветер, дующий с озера, напоминал, что теплая одежда и надёжные припасы на этом пути — не роскошь, а необходимость.

К четвёртому дню в отряде уже начало ощущаться напряжение. Оно не произносилось вслух, но витало в воздухе — в слишком долгих паузах, в коротких взглядах, которыми гномы обменивались друг с другом.

Они заметно нервничали, хотя старались этого не показывать. Разговоры становились громче, шутки — чаще, словно каждый пытался заглушить ими мысли, которые никто не хотел произносить вслух.

— Как легко живётся, когда тебе никто не приказывает, — заметил Глоин, усмехнувшись.

Несколько гномов рассмеялись, поддерживая шутку. Но смех прозвучал чуть натянуто и быстро стих.

С каждым днём ожидание становилось всё тяжелее.

Когда прошло ещё три дня, стало ясно: отряду скоро придётся выдвигаться дальше.

— Может... подождём ещё немного? — осторожно спросил Ори.

Он обвёл взглядом остальных гномов, и многие из них невольно посмотрели на своего предводителя — с тихой, почти детской надеждой.

Торин стоял у окна, глядя куда-то в сторону озера. Тёмная вода отражала редкие огни города, медленно покачиваясь в ночи.

Лицо короля оставалось неподвижным и непроницаемым, словно высеченным из камня. Но его взгляд задерживался на дальнем берегу чуть дольше, чем было нужно.

Он слишком хорошо помнил, как хоббит исчез вдали в тот день.

Маленькая фигура на берегу становилась всё меньше, пока наконец совсем не растворилась среди деревьев. И всё это время Бильбо даже не оглянулся.

Торин также помнил его голос — уверенный, почти приказной, когда тот велел им плыть дальше. Тогда король позволил себе поверить, что хоббит, как и прежде, найдёт выход. Что он снова воспользуется своим умом, своей неожиданной изобретательностью... и вскоре нагонит их.

Эта мысль и держала его все эти дни.

Торин медленно выдохнул, отводя взгляд от тёмной воды за окном.

— Ладно, — наконец произнёс он.

Гномы сразу притихли.

— Мы выдвигаемся завтра, как только взойдёт солнце. Нам понадобятся силы, чтобы нести Кили.

Его голос звучал спокойно и твёрдо.

Это было окончательное решение.

Отряд снова разошёлся по своим кроватям, хотя уснуть в ту ночь было непросто. Каждый лежал молча, прислушиваясь к тихим звукам города за окнами и собственным тревожным мыслям. Завтрашний день должен был всё решить.

Но дождаться его им не удалось.

Едва гномы успели прикрыть глаза, как ночную тишину разорвали тревожные крики.

— Беритесь за оружие! — кричали снаружи. — Орки!

Гномы вскочили почти одновременно. Сон мгновенно слетел, уступив место привычной боевой готовности. Кто-то схватил топор, кто-то — меч, и уже через мгновение весь отряд выбежал на улицу.

Город был охвачен паникой.

По мосткам метались люди — кто-то бежал, прижимая к себе детей, кто-то в спешке закрывал двери домов, кто-то тащил за собой мешки и сундуки, пытаясь спасти хоть что-нибудь. В воздухе стоял гул голосов, крики и плач.

Лишь немногие мужчины, схватив оружие, бежали в противоположную сторону — туда, откуда доносился шум.

— Что происходит? — быстро спросил Балин у пробегающей мимо девушки.

Она остановилась лишь на мгновение. Её лицо было бледным от страха.

— На нас напали орки! — выкрикнула она. И, не сказав больше ни слова, поспешила найти себе укрытие.