Недружелюбный полурослик

Когда последний орк рухнул на землю, а уцелевшие варги, жалобно скуля, скрылись в чаще, поляна наконец погрузилась в тяжёлую тишину. Лишь треск догорающих искр да запах гари напоминали о недавней бойне.

Гномы один за другим начали осторожно слезать с деревьев.

Они делали это неловко, скользя по коре, шипя от боли и усталости. Несколько раз кто-то срывался, ударяясь о ветви, и каждый такой звук резал тишину слишком громко. Бильбо не двигался. Он стоял чуть в стороне, прислонившись плечом к почерневшему стволу, и смотрел не на гномов — на лес.

— Когда я говорю что-то делать, — пробурчал Бильбо, закатывая глаза, — это надо делать, а не трепать мне нервы. Сами ни на что не способны, так ещё и мне проблемы создаёте.

Отряд молча уставился себе под ноги. Вид у них был такой, словно их только что отчитали, как провинившихся мальчишек — грязных, вымотанных и дышащих слишком громко для тишины леса. Даже самые упрямые не находили в себе сил поднять взгляд и посмотреть на взломщика.

— Я говорил, что нужно торопиться, — не унимался хоббит, направляясь дальше. — А вы, как обычно...

Он коротко фыркнул.

— В следующий раз я просто сбегу и оставлю вас на съедение. Запомните на будущее и впредь не вставляйте мне палки в колёса.

Бильбо хотел отчитать гномов сильнее, но, взглянув на горизонт и заметив, как солнце клонится к закату, передумал. Время было против них. Хоббит молча развернулся и повёл отряд дальше, а затем, уже на ходу, резко крикнул через плечо:

— Быстрее! Варги приведут других. Моя ближайшая ловушка слишком далеко. Если нас поймают — вы трупы. Так что молча и без возражений.

На этот раз гномы подчинились безоговорочно. Никто не ворчал, не спорил, не задавал лишних вопросов. Они просто шли — ускоряя шаг, спотыкаясь о корни, сжимая оружие до побелевших костяшек.

Предводитель ещё некоторое время прожигал спину полурослика взглядом, раздражаясь от самой мысли, что вынужден подчиняться какому-то взломщику. Это жгло сильнее усталости. Однако вскоре его обеспокоил куда более насущный вопрос.

— Куда мы вообще бежим? — выдохнул Торин, замыкая цепочку.

Бильбо какое-то время молчал, прикидывая, стоит ли вообще отвечать на этот вопрос. Затем всё-таки заговорил:

— За помощью. С таким отрядом нам не справиться, — бросил он, не оборачиваясь, заранее зная реакцию предводителя.

— К кому?! — король ускорился, догнал Бильбо и резко дёрнул хоббита за рукав.

Цепочка тут же распалась. Отряд остановился, словно по невидимой команде: кто-то налетел на впереди идущего, кто-то едва удержался на ногах, цепляясь за корни и плащи. В воздухе повисло тяжёлое дыхание. Лес вокруг снова настороженно притих, будто прислушиваясь к их замешательству.

Бильбо дёрнулся, но не от боли — от раздражения. Он резко выдернул руку из хватки предводителя и посмотрел ему прямо в глаза.

Гэндальф, замыкавший строй, не вмешивался. Он лишь опёрся на посох и с тихим, почти несвоевременным интересом наблюдал за разворачивающейся сценой, словно позволял событиям идти своим чередом.

— А вы знаете поблизости логово гномов? — холодно поинтересовался Бильбо.

— Нет... — нехотя признал Торин, стиснув челюсть. Такой ответ дался ему нелегко.

— Тогда пойдём к моим знакомым, — раздражённо бросил хоббит, уже разворачиваясь и направляясь дальше, словно вопрос был решён.

По отряду прокатился глухой ропот — тихий, почти неслышный, но плотный. Кто-то резко вдохнул, кто-то выругался себе под нос.

— К каким ещё знакомым?! — проворчал предводитель. — Мы не собираемся ни у кого просить помощи!

Бильбо замолчал на долю секунды, и это молчание сказало Торину больше слов.

— Тем более у эльфов, — прорычал король, наконец поняв, на кого намекает хоббит.

Фили и Кили переглянулись, оба с одинаковым выражением — смесью тревоги и недоверия. Бофур нервно сжал пояс, Балин тяжело вздохнул, словно предчувствовал нелегкий разговор. Даже те, кто до этого молчал, теперь смотрели на Бильбо слишком внимательно.

— Если вам что-то не нравится, — спокойно сказал он, — можете решать свои проблемы сами.

Он сделал короткое, почти небрежное движение и бросил себе под ноги маленький металлический шарик.

Раздался резкий хлопок.

В тот же миг всё вокруг захлестнул густой, едкий дым. Он бил в горло, выжигал глаза, мгновенно лишал ориентира. Кто-то закашлялся, кто-то выругался вслепую, натыкаясь на чужие плечи. Послышался лязг оружия — инстинктивно выхваченного, но бесполезного в этом тумане.

— Чёрт! Он ушёл! — заорал кто-то из гномов.

— Куда делся этот полурослик?! — закричал Глоин, кашляя.

— Он нас отравил?! — испуганно выкрикнул кто-то из отряда.

Лишь спустя несколько секунд они догадались — точнее, Гэндальф велел — отбежать подальше от дымовой завесы. Воздух там был чище, но горло всё ещё жгло, глаза слезились, а в ушах стоял гул от паники.

— Успокойтесь! — рявкнул Торин. — Нам нельзя стоять на месте. Орки скоро вернутся — и будут только рады застать нас всех вместе. Бежим!

— Куда?! — грубо поинтересовался Бофур, сплёвывая в сторону и вытирая рот тыльной стороной ладони.

— Куда бы мы ни пошли, варги сразу учуют наш запах, — недовольно заметил Нори.

Гэндальф не стал тянуть с ответом.

— Торин... — волшебник шагнул ближе, понизив голос, но не смягчив его. — У нас нет другого выхода.

Король не ответил. Его взгляд был устремлён в лес, туда, где ещё недавно стояла дымовая завеса, словно он всё ещё ожидал увидеть там исчезнувшего взломщика.

— Бильбо ушёл, — продолжил маг, не давая сомнениям Торина захлестнуть его. — Карту переводить некому. Идти к Горе без переведённой карты — всё равно что идти наугад. А пока мы идём наугад, по нашему следу идут орки. Их варги почувствуют нас за километр.

Торин сжал рукоять меча, костяшки побелели, но он по-прежнему молчал.

— Нам нужны эльфы, — сказал Гэндальф уже жёстче. — Элронд может помочь — с дорогой, с орками, с укрытием. У него есть воины, нужные знания и стены, за которыми мы сможем укрыться.

Он сделал паузу, позволяя словам впитаться в голову упрямого гнома.

— Ты ответственен не только за себя, Торин. Ты ведёшь свой отряд. Израненный, вымотанный, и напуганный — даже если никто из них не признается в этом вслух.

Гэндальф обвёл гномов взглядом — уставших, но всё ещё стоящих на ногах, ожидающих приказа короля и готовых принять любой расклад.

— Выбора нет, — повторил он тише. — Твой отряд... мы все под угрозой.

Король тяжело посмотрел на мага, затем — на уставших, измученных собратьев. На сгорбленные плечи, на перевязанные раны, на взгляды, в которых больше не было бравады — только ожидание. Торин сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, и прожёг Гэндальфа взглядом, будто пытаясь найти в нём врага.

Но врагом был не он.

Всего несколько мгновений назад взломщик вёл их к эльфам — холодно, уверенно, зная, куда и зачем. И ушёл лишь потому, что король отказался сделать шаг, который казался унизительным. Теперь же выбора просто не осталось. Либо он проглотит свою гордость, либо его отряд будет убит ещё до того, как увидит дракона.

Мысль об этом жгла сильнее, чем усталость.

— Ладно, — прорычал он наконец. — Веди, Таркун.

Слова дались ему тяжело, будто вместе с ними он не только отдавал волшебнику роль проводника, но и переступал через собственную гордость.

Гэндальф лишь кивнул и без колебаний повёл отряд вперёд, не оборачиваясь — словно боялся, что Торин может пересмотреть свое решение, если дать ему время.

Когда они приблизились к границе эльфийских земель, лес изменился. Тени стали гуще, шаги — тише, а воздух — чище и холоднее. И из этой тишины, почти бесшумно, выступила эльфийская стража.

— Митрандир, — один из воинов почтительно склонил голову. — Рад видеть вас в добром здравии спустя столько лет.

Затем эльф перевёл взгляд на гномов — внимательный, оценивающий, без враждебности, но и без доверия. Он явно хотел понять, с чем именно Гэндальф привёл их в этот лес.

— За нами погоня из орков, — спокойно ответил Гэндальф. — Мы пришли просить помощи и временного убежища.

Стражники переглянулись и перешли на свой язык. Их голоса звучали тихо, но напряжённо. Гэндальф спокойно поддерживал разговор, отвечая размеренно и без спешки, будто происходящее вовсе не вызывало у него тревоги.

— Торин, о чём они говорят? — шёпотом спросил старший племянник.

Король лишь сильнее нахмурился, тщетно пытаясь уловить знакомые слова древнего языка, и от этого раздражение внутри него только росло.

— Пропустите их, — раздался властный голос за спинами стражников.

Охранники тут же расступились, и между ними вышел король эльфов. Его появление словно изменило сам воздух вокруг. Он коротко поприветствовал волшебника, после чего перевёл внимательный, чуть удивлённый взгляд на гномов.

— Они со мной. Мы бежали от отряда орков, — ответил Гэндальф на его немой вопрос.

Элронд кивнул.

— Встретьте Митрандира и его спутников как дорогих гостей, — приказал Элронд, слегка склонив голову.

Затем он резко обернулся к воинам:

— Мы выступаем против орков. Приготовьте мне лошадь.

Приказ был исполнен почти мгновенно. Коня подвели без лишних слов. В сопровождении десяти воинов Элронд вскочил в седло и вскоре скрылся среди деревьев, отправляясь навстречу тёмным тварям.

— Прошу, следуйте за мной, — к отряду подошла молодая эльфийка.

С мягкой, почти успокаивающей улыбкой она провела гномов по освещённым тропам к их покоям, а затем сопроводила к ужину. Тёплый свет, чистый воздух и спокойные голоса эльфов резали контрастом после бегства, крови и дыма. Некоторые гномы ели молча, настороженно, словно не до конца верили, что им позволено расслабиться.

Элронд вернулся поздно ночью — уставший, но невредимый. Его воины увели лошадей, а сам владыка, не теряя времени, направился к Митрандиру, желая узнать причину его внезапного появления.

Тогда гномам пришлось показать эльфу карту.

Элронд внимательно изучал её при свете луны, без труда разбирая древние знаки и скрытые строки, словно читал давно знакомую книгу. Его пальцы уверенно скользили по пергаменту, почти без колебаний.

— В День Дурина... — пробормотал Торин, погружаясь в раздумья. Слова прозвучали тяжело, почти как приговор. — Это уже совсем скоро.

— Мы ещё можем успеть, — тихо заметил Балин, цепляясь за эту мысль, словно за последнюю нить надежды.

— Только если пойдём через горы, — мрачно ответил король, и в его голове отозвалось эхо чужих, слишком хорошо запомнившихся предупреждений об опасности. Тех, к которым когда-то он не прислушался. — Но другого выбора у нас нет.

Он помолчал, стиснув челюсть.

— Просто... постараемся быть осторожнее.

Набравшись сил и припасов, отряд вскоре двинулся дальше. Гэндальф же всеми силами тянул время, отвлекая Элронда разговорами — о дорогах, о знамениях, о слухах, что ходят по миру, — и лишь под конец задал давно интересовавший его вопрос:

— Элронд, что ты знаешь о хоббите по имени Бильбо Бэггинс?

Во взгляде эльфа вспыхнул живой интерес, а вместе с ним — тёплый проблеск ностальгии. Но почти сразу его лицо изменилось: мягкость сменилась тенью лёгкой грусти, будто имя задело старую, ещё не до конца зажившую память.