Вне игры

Они лежали в темноте, переплетённые, и слушали тишину.
За окном гостиницы изредка проезжали машины, где-то вдалеке лаяла собака. В номере пахло сексом и чем-то ещё, чем-то новым, незнакомым. Близостью.
Артём лежал головой на груди Влада, слушал его сердцебиение. Ровное, спокойное. Пальцы Влада лениво перебирали его волосы.
— Не спишь? — спросил Влад негромко.
— Нет.
— О чём думаешь?
Артём помолчал. Думал он о многом. О том, что случилось между ними. О том, что будет дальше. О том, как странно и правильно одновременно лежать вот так, в объятиях человека, которого он ещё недавно считал врагом.
— Об отце, — сказал он, наконец.
Пальцы Влада замерли на секунду. Потом продолжили движение.
— Расскажи.
Артём закрыл глаза. Он никогда никому не рассказывал. Ни Паше, ни маме, никому. Держал внутри, как камень на дне озера. Но с Владом было по-другому. С Владом хотелось быть честным.
— Он погиб, когда мне было десять, — начал Артём. — Пьяный водитель выехал на встречку, лобовое столкновение. Отец умер на месте.
— Мне жаль.
— Мы..., — Артём сглотнул. — Мы поссорились в тот день. Утром, перед тем как он уехал.
Влад молчал. Ждал.
— Я хотел пойти на день рождения к брату одноклассника. Там должны были собраться старшеклассники и несколько ребят моего возраста. Отец не разрешил. Сказал, что мне рано, что он не доверяет компании, что там будут пить. — Артём усмехнулся, но усмешка вышла горькой. — Я орал на него. Говорил, что он меня не понимает, что он худший отец в мире, что я его ненавижу.
Пальцы Влада снова замерли.
— Последнее, что я ему сказал, это "ненавижу тебя", — продолжил Артём. Голос дрогнул. — А через три часа мне позвонила мама. И всё.
Артём замолчал.
Влад притянул его ближе. Обнял крепче.

— Ты был ребёнком, — сказал он. — Все дети ссорятся с родителями. Все говорят вещи, которых не имеют в виду.
— Но я не успел извиниться. Не успел сказать, что люблю его. Что он лучший отец, какого можно пожелать. — Артём почувствовал, как защипало в глазах. — И теперь никогда не смогу...
Влад поцеловал его в макушку.
— Он знал, — сказал он. — Поверь мне. Родители всегда знают.
Артём не ответил. Просто лежал, прижавшись к Владу, и впервые за годы позволил себе заплакать. Негромко, почти беззвучно. Слёзы текли по щекам и впитывались в кожу Влада.
Тот не говорил ничего. Просто держал (может лучше обнимал) его. И этого было достаточно.
***
Когда Артём успокоился, они лежали в тишине ещё долго. Потом Влад заговорил.
— Знаешь, почему я здесь? У отца, который десять лет жил без меня?
Артём поднял голову, посмотрел на него. Лицо Влада было спокойным, но в глазах что-то темнело.
— Когда мать с отцом развелись, мне было лет восемь. Отец уехал в Москву, нашёл работу, у него началась новая жизнь.
Артём слушал.
— Он помогал. Деньги переводил, подарки присылал. Даже машину купил, когда мне стукнуло двадцать. — Влад усмехнулся горько. — Я её через три месяца разбил. Он не ругался. Просто спросил, цел ли я.
— Но?
— Но его не было рядом. — Влад посмотрел в потолок. — Я рос с матерью, которая каждую неделю напоминала, что отец нас бросил. Что он выбрал карьеру вместо семьи. Что я для него обуза.
— Это правда?
— Не знаю. — Влад пожал плечами. — Он пытался приезжать, но она устраивала сцены. Говорила, что я не хочу его видеть. Хотя я не говорил ничего такого. — Он сжал кулаки. — Она играла нами. Обоими.
Артём поднял голову и посмотрел на Влада.
— А потом у неё были мужчины. Один, потом другой. От одного из них она забеременела Алиной. — Влад покачал головой. — Я думал, что после рождения дочери она остепенится. Но после, всё началось заново. Правда, уже не так активно. Алина была маленькой, мужчины не особо хотели связываться с женщиной с двумя детьми.
Влад помолчал.
— А недавно появился Роман. — Он поморщился. — Менеджер среднего звена, который строит из себя большую шишку. Дорогие костюмы не его?, машина в лизинг. Мать влюбилась в картинку. Или сделала вид.
— И что случилось?
— Он предложил ей уехать с ним в другой город. Работа, новые перспективы. Мать согласилась. — Влад сжал челюсти. — А у меня учёба, хоккей. Я не хотел бросать всё и ехать неизвестно куда.
— И ...
— Роман дал понять, что я мешаю. — Влад усмехнулся без тени веселья. — Взрослый сын от первого брака, который к тому же его недолюбливает. Я, признаться, и правда, к нему придирался. Не нравился он мне. Фальшивый какой-то.
Артём слушал.
— Роман поставил ультиматум: если я не съеду, он уйдет. — Влад посмотрел в потолок. — Мать выбрала его. Позвонила отцу, сказала, что больше не справляется. Что мне нужна мужская рука.
— И она отправила тебя сюда.
— Да. Позвонила отцу, сказала, что больше не справляется. Что мне нужна мужская рука. — Влад рассмеялся, но без веселья. — Ирония в том, что она права. Мне действительно нужен был отец. Просто на десять лет раньше.
— Ты злишься на него?
Влад задумался.
— Раньше злился. Думал, он просто уехал и забыл про меня. — Он выдохнул. — Теперь... не знаю. Он пытается. Ходит на мои игры, спрашивает, как дела. Хочет быть отцом. Но мы оба не знаем, как это делать. Слишком много времени прошло.
— А Алина?
Влад напрягся.
— Алине только десять лет, она маленькая. — Влад пожал плечами. — К тому же Виктор не мог забрать к себе чужого ребёнка. Да и мать бы не отдала. Да и Роман относится к ней хорошо. Она не все понимает, когда мать её оставляет одну, пока они ездят по торговым центрам. Что покупает себе очередные туфли на деньги, которые должны идти на кружки Алины. — Голос стал жёстче. — Я не дам ей пройти через то, через что прошёл я. Когда накоплю достаточно, заберу её. Пусть хоть в суд подаёт.
Артём посмотрел на него. На человека, который носит маску высокомерного мудака, а под ней старший брат, пытающийся спасти сестру.
— Отец знает?
— О чём?
— Что ты хочешь забрать Алину.
— Нет. — Влад покачал головой. — Но думаю, догадывается, почему я здесь на самом деле. Не из-за любви к нему, это точно.
— Расскажи мне о ней, — попросил Артём. — Об Алине.
Влад улыбнулся. Впервые за весь разговор, по-настоящему.
— Она потрясающая, умная, смешная, упрямая как чёрт. Хочет стать ветеринаром. У неё есть хомяк по имени Борис.
— Борис?
— Она назвала его в честь соседа. — Влад рассмеялся. — Старый дед, который вечно ругается на шум. Алина решила, что хомяк на него похож.
Артём рассмеялся. Влад тоже.
И в этот момент, лёжа в темноте гостиничного номера, смеясь над хомяком по имени Борис, Артём понял кое-что важное.
Он влюбился.
По-настоящему, безнадёжно, необратимо влюбился во Влада Лебедева.
И это было одновременно лучшее и худшее, что с ним случалось.
***
Домой они вернулись на следующий день.
В автобусе сидели порознь, как обычно. Не разговаривали, не смотрели друг на друга. Играли свои роли, надевали привычные маски.
Но теперь Артём знал, что под маской Влада скрывается совсем другой человек. И это знание грело его изнутри.
Дома их встретила Ирина с горячим ужином и расспросами про игру. Виктор пожал руки обоим, похвалил Влада за голы.
Обычный вечер. Обычная семья. Никто не знал, что произошло между ними в гостиничном номере.
***
Следующие несколько дней прошли как в тумане.
Внешне ничего не поменялось. Те же завтраки за общим столом, те же вежливые разговоры, те же "доброе утро" и "спокойной ночи". Ирина всё так же суетилась на кухне, Виктор всё так же пропадал в кабинете.
Но между Артёмом и Владом теперь было что-то другое.
Взгляды через стол. Случайные прикосновения в коридоре. Пальцы, задевающие пальцы при передаче тарелки.
И поцелуи.
Урывками, украдкой, когда никто не видит. В коридоре, пока родители на кухне. В ванной, пока шумит вода. У двери комнаты Артёма, пока Ирина говорит по телефону внизу.
Быстрые, жадные, отчаянные.
Но дальше поцелуев они не заходили. Слишком рискованно. Слишком опасно. Стены в этом доме были тонкими, а двери не запирались.
И это сводило с ума.
***
Через несколько дней Артём попросил родителей о разговоре. Влада не было дома, он был на дополнительной тренировке.
Они сидели в гостиной, Ирина и Виктор на диване, Артём в кресле напротив.
— Тёмочка, что случилось? — Ирина выглядела встревоженной. — Ты какой-то серьёзный.
— Я хочу переехать в общежитие.
Тишина.
— Что? — Ирина побледнела. — Почему? Тебе здесь плохо?
— Нет, мам. Мне здесь хорошо. — Артём наклонился вперёд, взял её руки в свои. — Но мне двадцать. Пора.
— Пора? — Ирина смотрела на него непонимающе. — Пора что?
— Жить отдельно. — Артём сжал её ладони. — Я давно об этом думал. Ещё до того, как Влад приехал. Все мои друзья в общагах. Паша живёт отдельно уже второй год. А я всё сижу дома.
— Потому что ты мне нужен, — тихо сказала Ирина. Глаза заблестели. — Потому что я не могу...
— Я знаю, мам. — Артём притянул её к себе. — Я знаю. Ты боялась отпускать после папы. Боялась, что что-то случится. И я понимал. Давал тебе время. Но теперь..., — он посмотрел ей в глаза. — Теперь нам обоим пора отпустить. Мне повзрослеть, а тебе перестать бояться.
Ирина всхлипнула. Обняла его.
— Мой мальчик, — прошептала она. — Когда ты успел так вырасти?
Артем держал её, чувствуя, как она дрожит. Посмотрел через её плечо на Виктора.
Отчим кивнул. В его глазах было понимание.
— Когда? — спросил он.
— Через две недели. Мне нужно оформить документы, найти комнату в общежитии.
— Я помогу, — сказал Виктор. — С документами, с переездом. Чем нужно.
— Спасибо.
Ирина отстранилась, вытерла глаза.
— Ты будешь приезжать?
— Конечно. — Артём улыбнулся. — Каждую неделю. Может, даже чаще. Общага в двадцати минутах отсюда.
— И звонить?
— И звонить.
Ирина кивнула. Всё ещё плакала, но уже слабее.
— Хорошо, — сказала она, наконец. — Если ты уверен...
— Уверен, мам.
Она обняла его снова. Крепко, долго.
— Я так тебя люблю.
— И я тебя, мам.
***
Тренировки были пыткой.
Артём смотрел, как Влад двигается по льду, и чувствовал, как внутри всё сжимается. Каждый раз, когда их плечи сталкивались в толчее у ворот. Каждый раз, когда Влад пролетал мимо него, обдавая запахом пота и чего-то своего, узнаваемого.

В раздевалке было ещё хуже.
Влад переодевался в трёх метрах от него. Снимал форму, оставаясь в одних боксёрах. Артём видел его спину, широкие плечи, мышцы, перекатывающиеся под кожей.
И не мог прикоснуться.
Потому что вокруг были ребята. Воронов травил байки, Миша ржал над чем-то в телефоне, Костя спорил с кем-то о футболе.
А Артём сидел и сходил с ума.
Их взгляды встречались иногда. Тёмные, голодные. Полные обещаний.
***
А после того случая, который произошёл в душевой дня через три после возвращения они договорились в душ ходить по отдельности. Влад с первой группой, Артём со второй.
В тот день Влад забыл телефон в душе и вернулся, когда Артём уже мылся с ребятами.
Артём стоял под струёй воды, смывая пот и усталость. Смех вокруг, шутки, привычный хаос.
Дверь скрипнула.
Влад зашёл. В одном полотенце на бёдрах. Волосы мокрые, капли воды на плечах.
Артём замер.
Их взгляды встретились. Секунда. Две.
Что-то тёплое и опасное метнулось внизу живота. Артём почувствовал, как кровь приливает туда, куда не надо.
Блядь. Нет. Не здесь. Не сейчас.
Он резко отвернулся к стене, сделал вид, что намыливает волосы второй раз. Сердце колотилось.
— Эй, Соколов, ты чё там застыл? — крикнул Воронов.
— Отстань, — огрызнулся Артём, не оборачиваясь.
Он стоял лицом к кафелю, пока Влад не взял свой телефон и не ушёл. Пока остальные не закончили. Пока вода не стала холодной.
Только тогда он позволил себе выдохнуть.
***
Ещё через два дня случилось то, чего они оба боялись и ждали одновременно.
Артём пришёл на тренировку раньше обычного.
Раздевалка была пустой. Тусклый свет, тишина, знакомый запах старой формы и резины. Артём бросил сумку на скамейку, начал переодеваться.
Дверь открылась.
Он обернулся.
Влад стоял на пороге. Глаза тёмные и напряжённые.
— Ты один? — спросил он.
— Да.
Влад шагнул внутрь. Закрыл дверь и повернул замок.
Щелчок прозвучал оглушительно в тишине.
Они бросились друг к другу.
Артём не помнил, кто первый. Просто вдруг они уже целовались, жадно, отчаянно, голодно. Руки везде, срывают одежду, тянут, мнут.
Футболка Артёма полетела на пол. Следом куртка Влада. Они спотыкались, натыкались на скамейки, не разрывая поцелуя.
— Господи, — выдохнул Влад ему в губы, — я так тебя хочу. Всё время думаю только об этом.
Артём застонал в ответ. Его пальцы возились с ремнём Влада, дёргали, тянули.
Влад прижал его к шкафчикам. Холодный металл впился в спину, но Артёму было плевать. Всё, что он чувствовал, это руки Влада на своём теле, его губы на шее, его бёдра, вжимающиеся в его собственные.
— Я тоже хочу тебя, — прошептал Артём. — Здесь и сейчас.
Влад зарычал. Его рука скользнула вниз, под резинку штанов Артёма...
Голоса были слышны за дверью. Громкие, приближающиеся.
— ...говорю тебе, он реально так сказал!
— Да ладно, не гони!
Артём и Влад отпрыгнули друг от друга.
Паника. Адреналин.
Артём схватил свою футболку с пола, натянул. Руки тряслись. Влад застёгивал ремень, пальцы не слушались.
Дверная ручка дёрнулась.
— Заперто, что за хрень?
Артём метнулся к замку. Повернул.
Дверь распахнулась.
Воронов и Миша ввалились в раздевалку, продолжая спорить о чём-то.
— О, Соколов! — Воронов кивнул ему. — Рано ты сегодня.
— Да, не спалось.
— Лебедев тоже здесь? — Миша заметил Влада у шкафчиков.
— Угу, — Влад даже не обернулся. Голос звучал почти нормально.
Артём сел на скамейку, стараясь скрыть всё ещё заметное возбуждение. Уткнулся в телефон, делая вид, что проверяет сообщения.
Сердце колотилось так громко, что, казалось, все должны были услышать.
Ещё минута. Ещё одна минута, и их бы застукали. Он почувствовал на себе взгляд Влада. Поднял голову.
Влад смотрел на него. В глазах смесь разочарования и чего-то ещё. Обещания.
***
Тренировка тянулась бесконечно.
Артём двигался на автомате. Пасовал, бросал, отрабатывал схемы. Тело работало, но мысли были далеко.
В раздевалке. Руки Влада на его теле. Его губы. Его голос: "Хочу тебя."
В перерыве Влад подъехал к нему. Остановился рядом, делая вид, что поправляет щиток.
— У меня есть решение, — сказал он негромко, так, чтобы никто не услышал.
— Какое?
— После тренировки. На парковке.
Влад откатился, не дожидаясь ответа.
Оставшаяся часть тренировки прошла как в тумане.
***
На парковке было холодно. Февральский ветер хлестал по лицу, морозил щёки.
Артём стоял у своей машины, притоптывая ногами. Ждал.
Влад вышел через десять минут. Но не один.
Настя шла рядом с ним, цеплялась за его руку, что-то говорила, смеялась. Влад слушал, кивал.
Что-то холодное и острое кольнуло Артёма в грудь.
Он смотрел, как Настя встаёт на цыпочки, поправляет Владу воротник куртки. Как кладёт руку ему на грудь. Как смеётся, запрокидывая голову.
Артём отвернулся. Открыл дверцу машины. Сел за руль. Завёл двигатель.
Хватит. Уезжай. Не смотри.
Он уже собирался тронуться, когда в окно постучали.
Влад.
Артём опустил стекло.
— Ты куда? — Влад тяжело дышал, будто бежал.
— Домой.
— Я же сказал подождать.
— Ты был занят.
Влад посмотрел на него. Понимание мелькнуло в глазах.
— Настя ничего не значит.
— Конечно.
— Артём...
— Что?
Влад наклонился к окну.
— Выходи из машины.
— Зачем?
— Потому что я хочу показать тебе кое-что. И для этого мне нужно, чтобы я был за рулём машины.
Артём посмотрел на него. На серьёзное лицо, на тёмные глаза.
— Куда мы едем?
— Увидишь.
Артём помедлил. Потом заглушил двигатель, вышел из машины.
— Вот так, — Влад усмехнулся. — Хороший мальчик.
— Заткнись.
— Заставь меня.
***
Отель был маленьким, неприметным, на окраине города. Вывеска тусклая, парковка почти пустая. Место, куда никто не приезжает просто так.
Влад забронировал номер. Администратор даже не поднял глаз от журнала.
В номере они едва успели закрыть дверь.
Влад прижал его к стене, впился в губы жадным поцелуем. Артём застонал, вцепился в его плечи.
— Наконец-то, — выдохнул Влад, стягивая с него куртку. — Наконец-то мы одни.

Они срывали друг с друга одежду, спотыкаясь по пути к кровати. Руки повсюду, губы повсюду. Никакой спешки, никакого страха. Только они и закрытая дверь.
Влад толкнул его на кровать, навис сверху.
— Знаешь, сколько раз я представлял это? — прошептал он. — Тебя. Подо мной.
— Покажи.
И Влад показал.
***
Потом они лежали, мокрые от пота и полностью довольные.
— Это может стать нашим местом, — сказал Влад. — Сюда никто не придёт. Никто не узнает.
Артём повернул голову, посмотрел на него.
— Нашим местом?
— Да. — Влад провёл пальцами по его щеке. — Пока мы не придумаем что-то лучше.
Артём помолчал. Потом сказал:
— Влад, я… я хочу переехать в общагу. Скоро.
Влад приподнялся, посмотрел на него.
— Зачем?
Артём помолчал, подбирая слова.
— Я давно об этом думал. Ещё до того, как ты приехал. — Он встретился с ним взглядом. — Мне двадцать. Все мои друзья живут отдельно. Паша уже второй год живёт отдельно. А я всё сижу дома, потому что мама боялась отпускать.
— После отца, — сказал Влад.
— Да. — Артём кивнул. — Она боялась что-то упустить, что не уследить. Держала меня рядом. И я понимал, давал ей время. Но теперь..., — он выдохнул. — Теперь пора. Мне нужно своё пространство. Своя жизнь.
Влад смотрел на него.
— И дело не только в этом, да?
Артём усмехнулся.
— Нет. Не только. — Он провёл пальцами по груди Влада. — Теперь хочу место, где нам не придётся прятаться. Где я смогу целовать тебя, не оглядываясь на дверь. Где мы сможем просто... быть.
Влад притянул его ближе.
— И мама согласится?
— Уже согласилась. Я с ними говорил позавчера.
— Серьёзно?
— Да. — Артём прижался к нему. — Она плакала, но согласилась. Сказала, что я повзрослел.
Влад молчал. Артём добавил:
— Также это время для тебя с Виктором?
Влад приподнялся, посмотрел на него.
— В смысле?
— Ну …, — Артём вздохнул. — Я очень надеюсь, что вы станете ближе.
— Артём. — Влад взял его за подбородок, заставил посмотреть на себя. — Ты вдруг стал моей нянькой? С чего ты решил стать нашим посредником
— Ты ошибаешься, это всего лишь шанс. Вы разберётесь сами. Или не разберётесь. Надеюсь, что моё присутствие или отсутствие на это не повлияет.
Влад посмотрел на него долго. Потом кивнул.
— Ты прав.
— Знаю.
— И когда ты планируешь?
— Недели через две. Уже нашёл комнату, осталось оформить документы. — Артём улыбнулся. — Будешь первым гостем.
Влад усмехнулся
— С дверью, которая запирается?
— С дверью, которая запирается.
— Это обещание?
— Угроза.
Влад перевернул их, навис сверху.
— Тогда эти две недели будут пыткой.
— Зато потом..., — Артём притянул его к себе, поцеловал. Потом им стало не до этого.
***
Спустя некоторое время, когда их дыхание выравнялось и мир перестал вращаться, Влад заговорил снова:
— Спасибо, — сказал он негромко.
— За что?
— За то, что не пытаешься быть героем. За то, что честен. — Влад поцеловал его в плечо. — За то, что хочешь место для нас.
Артём обнял его крепче, утыкаясь носом в его волосы.
— Всегда.
Они лежали так ещё долго, слушая тишину и стук сердец друг друга. За окном темнело, город зажигал огни, а им было плевать на всё, что происходило за пределами этой комнаты.
Здесь сейчас, в этом дешёвом отеле на окраине города, они были просто собой. Без масок, без страха, без необходимости притворяться.
И это было всё, что им было нужно.