•34•
Вечер был замечательным. Нас провожало розовое сияние лучей сквозь пушистые сахарные облака. Озеро блестело, переливая в себе все оттенки этой неземной красоты. Мы долго молчали и смотрели, как заканчивается день.
Я смотрела вдаль и старалась запомнить всё то, что со мной сейчас происходит: рядом сидит любимый человек, его пальцы в моей руке, над нами повисло алое небо. Этот пейзаж никак не мог запомниться в деталях. То я забывала про певчих птиц, быстро летящих мимо нас, то чечётку местной саранчи или же звук колышущейся травы под симфонию ветра. Я не хотела засыпать, чтобы как можно больше насладиться этим чудом, стараясь подольше пожить этим днём. Не заметив, как всё вокруг начало приобретать цвета всё темнее и кровавее, Итан уснул у меня на плече. Он тихо сопел, иногда шевеля своим носом. Всё погрузилось в смиренный покой, и лишь я одна продолжала дышать каждой секундой и смотреть на эту картину, как в последний раз. Мои мысли начинали отдаляться, их было плохо слышно у меня в голове.
Наступила абсолютная тишина. Будто попав в космос, кроме меня и звёзд ничего больше не было. Не хватало только моего любимого солнца. Как бы мне хотелось посмотреть на него, если б оно не было таким ярким. Звёзды мелькали ясно и беззвучно. Какая-то вспорхнёт ярким светом и вдруг исчезнет — спряталась. А где-то вдруг резко загорится в пустой темноте ослепительный огонёк. Возможно, им там так весело догонять друг друга и ни о чем не думать. Быть может там играют покинувшие Землю люди? А вдруг это они кидаются звёздами, пытаясь попасть друг в друга? Эти маленькие светлячки мило продолжали играть своими фонариками. Но только одна звезда, Полярная, никуда не пряталась и ни с кем не играла. Она ясно освещала своим сиянием всех вокруг, являясь самой главной среди этих малышек. Её свет стремительно падал на меня, убаюкивая. Вот и мои глаза закрылись, будто накрыв этот мир тёмной тканью, под которой скрывалось всё самое интересное.
Утром я проснулась от странного чувства. На моих руках скопились упавшие с травы капельки росы. Итан тихо лежал с закрытыми глазами, как не живой. И только по его ровному дыханию, я поняла, что он действительно спит, здесь, со мной. Я осмотрелась. Небо было серое, местами даже чисто белое, как пустой лист бумаги, от которого непроизвольно можно впасть в хандру или же взять яркие фломастеры и поскорее раскрасить это "ничего". Над озером парил невесомый туман, который будто на тонких нитях висел над водой.
Мою голову осенила странная мысль. Словно она сбежала из Итана и вселилась в меня. Я, не спеша, встала и подошла к озеру. Сняла с себя юбку и водолазку, затем с моих ног упали тяжёлые ботинки.
Мои пальцы ног опустились под воду, погрузившись в острый от холода песок, такой же, как обычно бывает снег в жуткий мороз. Я прошла дальше и почувствовала, как мои коленки начало сводить мелкой судорогой. К моему удивлению она была довольно приятной. И ведь правда, что может быть лучше, чем победа над самим собой. Низ нижнего белья намок, и по телу быстро побежала холодная волна, скривив мои ноги. По спине проскользнула легкая дрожь. Моя грудь была уже на половину в воде, мурашки так и выпрыгивали из-под кожи, отпирая от себя тонкую ткань. Я ощущала, как мои ноги до сих пор выворачивал дикий ледяной поток, будто сильные руки воды сжимали их в своих объятиях. Мне было приятно и хорошо. Эта боль была пронзительна до самого сердца, покалывая в него мелкими иголками. Ещё шаг и мои руки начали раздвигать впереди себя путь. Ноги с трудом отталкивались от воды, пытаясь не уходить окончательно на дно. Я доплыла до середины и легла. Мои пальцы перестали чувствовать воду, казалось, что они вовсе отвалились от моего тела, пока я плыла. Поясницу сжимал жуткий морозец. Я посмотрела на небо сквозь этот воздушный туман, который казался на берегу ещё одним чудом света.
В ушах была вода, в которой слышны были звуки подводного царства и самой природы. Я слышала как дышало озеро, как порхали птицы, как дышало надо мной белое небо. Оно казалось мне таким странным и безвкусным, будто все цвета куда-то испарились, забыв разукрасить это бесконечное полотно. Я чувствовала, как преодолела саму себя, зная, что в моей жизни ещё вряд ли будет что-то подобно холодное и жгучее. Поэтому, испытав самое сильное и жёсткое чувство, плавая в ледяной воде рано с утра, другие страхи для меня уже будут сущими пустяками. Только когда мы достигнем пика, сможем идти дальше, только когда мы почувствуем безысходность и самый край, вокруг которого ничего не будет кроме тонкой линии, мы сможем ходить по твёрдой земле. Только поборов себя, мы сможем побороть всё, что вокруг себя.
Вдоволь насладившись бодрящей водой, я подплыла к берегу. Итан сидел и смотрел на меня задумчиво. Я вышла и подошла к нему, даже не закрывая руками те просвечивающие от воды места. Его руки лежали на согнутых коленях, а голова была положена на пальцы. Эти синие глаза посмотрели на меня из под длинных ресниц, почти касаясь своими концами темных бровей. Я села на колени возле него и повалила на землю, заткнув его удивление страстным поцелуем. Мне больше не хотелось быть той тихой Линой, какой он меня раньше знал, мне хотелось быть уверенной в себе и в своих желаниях. Он взял меня крепко за талию и положил сверху. На его футболке начали расплываться темные пятна от воды, но даже это его не останавливало. Он водил руками по моей омертвевшей от холода коже и также страстно отвечал, покусывая осторожно кончик моего языка. Я улыбнулась и посмотрела ему в глаза.
- Лина, ты ли это?- усмехнулся Итан, рассматривая меня.
- Да, я преодолела свой страх и свою неуверенность,- сказала я решительно. Моё лицо светилось жизнью и жаждой приключений. Мне настолько понравилось ощущать на себе это невероятное чувство чего-то нового, чего раньше я никогда не испытывала, что моему телу уже было мало простых холодных покалываний, для меня этот воздух был слишком горячим, а земля под ногами слишком мягкой.
- Ты там что-то про лошадей говорил?- тихо спросила я, думая, что нас может кто-то услышать.
- Дааа,- протянул он. Его глаза бегали по мне, не переставая восхищаться новой мною.
- Проверим насколько ты перестала бояться.
- Я ничего не боюсь.
- Если ты ничего не боишься, убедись, что ты не лишилась разума,- усмехнулся Итан,- Ничего не бояться тоже бывает довольно опасно. Не переусердствуй с этим.
- Хорошо,- я улыбнулась и встала с него. Итан поднялся за мной и надел на меня водолазку, затем натянул и юбку. Мои глаза внимательно изучали, как он опускается на колени, чтобы помочь мне завязать ботинки: его пальцы завязали сначала один бантик, потом второй. Но эти пальцы не покинули мои ноги после этого и поднялись медленно по икрам вверх, его губы прислонились к низу моих холодный острых коленей, и начали целовать, покусывая кожу. Я непроизвольно сжала не сильно его волосы, от чего он сильнее продолжил оставлять свои следы. Его голова поднималась синхронно вместе с пальцами, скользившими не спеша под мою юбку, остановившись на округлом мягком месте. Я выдохнула. Во рту пересохло от наслаждения и волнения, и только колючий воздух царапал моё горло, будто в его составе были крупинки стекла. Губы Итана скользили по моим, ещё не высохшим, ногам всё выше. Моё дыхание становилось тяжелее и слышнее. Я с трудом стояла, криво держась на земле.
- Итан...- выдохнула я, сжимая серую солому. Он встал и отдёрнул юбку обратно вниз. Я посмотрела на него. В моих глазах потемнело. Зрачки были возбуждены от его прикосновений.
Он подошёл вплотную ко мне и улыбнулся хитро и с вызовом:
- Пойдем, детка. Нас ждут великие дела,- с этими словами мы направились куда-то по бескрайней местности, среди которой виднелись седые, жёлтые травинки вперемешку со свежей и сочной луговой травой.
Наверху всё также было туго затянуто пеленой, закрывая от нас, землян, красоту чистого неба, освященного солнцем. Даже эхо здесь невозможно было услышать. Как в замкнутом пространстве белой пустоты, мы были обречены находиться тут и терпеть этот невыносимый навесной потолок над нашими головами, который ограничивал нам от свободы. Хотелось взять какие-нибудь камни, желательно потяжелее, и кидать туда, вверх, пока не разорвётся это бесцветное полотно.
Вдалеке стоял домик, обросший туманом. Было тихо и как-то страшно от этого спокойствия. Я посмотрела на Итана, его глаза мысленно были уже возле этого дома, о чем-то думая и не отводя взгляда от тумана. Вот мы приблизились и стали лучше видны черты небольшого деревянного здания. На заднем дворе было ранчо, в котором паслось несколько лошадей. Они были самыми что ни на есть простыми, и в этом заключалась их особенность.
- Надо пробраться в дом,- произнёс Итан.
- Что? Зачем?- удивилась я и непонимающе посмотрела на него.
- Ты разве есть не хочешь?
- Хочу, но воровать плохо.
- Когда ты идёшь в гости и ешь там, ты разве воруешь еду?
- Нет...
- Ну вот и тут также. Мы просто как бы тихо зайдём в гости.
Я выгнула бровь и смотрела на уходящую, пригнувшуюся спину. Моё тело повторило за ним и начало также красться. Мои ноги еле шевелились. Приоткрытое окно было всё ближе, из которого плавно порхала легкая шторка. Итан подошёл и прислушался. Его пальцы подняли створку до конца. Из дома подул ветерок, играя с воздушной материей. Я смотрела, как ноги моего странного друга уже были на подоконнике, и вот их уже не стало. Я тихо пробралась за ним через маленькое окошко во внутрь. Пол скрипнул. Вокруг была старая, слегка потертая мебель. Где-то тихо играло радио на давно забытой волне.
- Итан,- тихо окликнула его я, видя как он уже прошёл на кухню. Но он только быстро прислонил палец к своим губам, показав мне тем самым, чтобы я молчала. Холодильник тихо открылся, и я осторожно подбежала к нему:
- А если нас застукают? Это же преступление!- прошептала я.
- Считай, что ты не прошла проверку на прочность,- прошептал он и достал оттуда упаковку пирожных.
- Не правда!- возразила тихо я.
- Тогда подойди к той двери и постучись два раза,- сказал он, посмотрев на меня. Я смотрела пристально, как он подошёл к окну, чтобы, успеть, если что, из него выскользнуть.
- Ну? Сдрейфишь или постучишь?- спросил он и посмотрел в ожидании на меня. Я неуверенно посмотрела на дверь — ведь тот, кто сейчас за ней, может быть кем угодно: от маленького ребёнка до пожилого человека. Никто не знает, как человек может отреагировать на нежданный стук, привыкнув к тишине. И стоит ли это вообще делать? Не потеряла ли я разум, как тогда предупреждал Итан? А что если этот кто-то прямо сейчас выйдет из комнаты и увидит меня по среди коридора?