Боги Рухты

– Красиво, Йоран!

– Теперь это наш новый дом.

Распахнув глаза, я судорожно втянула в себя воздух. Сон сняло как рукой, когда потаённое детское воспоминание коснулось моего разума. Ощутив, что покрылась испариной, я коснулась лба – но он был холодным.

– Злата?

Знакомый мужской голос со стороны окна не стал удивлением. Йоран сидел на подоконнике в своей тканевой маске с тонким просветом для глаз.

Я осилила попытку подняться: сначала на локтях, а потом полностью. Сидя на постели, опустила голову и потерла лоб. Волосы свесились вниз и закрыли меня, словно одеялом. Голова неистово гудела.

– Сейчас, я приведу себя в порядок…

Йоран тихо ответил:

– Исцелением? Боюсь, тебе неоткуда черпать силы.

Поджав губы, я поняла, что он прав. Желудок изнывал, а магия почти не отзывалась. Вчера мне показалось, что те разы, когда я пробовала хмель, будут учитываться. Но организм решил иначе. Не следовало настолько расслабляться в компании с Йораном.

Он спустился и отошёл от окна. Когда я ощутила аромат какого-то бульона, живот тут же заурчал. Пришлось поднять голову и показаться.

Передо мной оказалась чашка с супом, испускающим пар.

– Бери. Внизу дали. Говорят, лучше средства не найдешь. Как силы восстановятся, сделаем что-то с твоим самочувствием.

– Спасибо.

Приняв заботу, я начала медленно вливать в себя бульон. Он оказался на удивление вкусным. Закончив, я зачесала волосы пальцами. Блаженством окутало мое тело, желудок больше не ныл. Как приятно.

– Он точно не магический?

Йоран улыбнулся, отчего его глаза превратились в щелочки, и забрал посуду.

– Не все в этом мире решается магией.

Я глянула на его широкую спину. Трудно не согласиться.

Буквально половина вещей в нашем мире не решалась при помощи магии. Но люди все равно стремились получить эти умения, дабы облегчить свою жизнь. Могла ли я осуждать их? Сама то получила свой дар при рождении.

Взглянул в сторону окна, я в ужасе уставилась на закатное солнце. Никогда в своей жизни я не позволяла себе настолько отдаваться сну. А во взрослой жизни всегда было трудно расслабиться.

– Я проспала ведь день?

Йоран вернулся к подоконнику и уместился на нем. Повернув голову ко мне, кивнул.

– Да. Я не стал будить.

– Ты на удивление спокоен.

– Не отчитываю тебя, как и просила. А что, ты против такого расклада?

– Мне снились странные сны.

Не отвечая, он вновь повернул голову к окну.

Да, знал об этом. Услышал все ранним утром, когда вернулся в комнату. Услышал мучения из-за преследования прошлого, а ещё, собственное имя, омраченное страхом. Если бы мог, давно бы перенял на себя все эти тягости, но сегодняшним днём побоялся подойти ближе. Ощущал, что мог сорваться.

Скрыв волнение за маской, сухо ответил:

– Ты многое испытала этой ночью.

– Надеюсь, я к тебе не приставала. Это было бы последним унижением для меня сегодня.

Маг хрипло рассмеялся и покачал головой. Я заметил, что он не сильно разговорчив и даже не смотрит на меня. Стыдится, противно или обижен?

– Где ты спал?

– На полу, где же ещё.

Кажется, что-то во мне щелкнуло. Приоткрытые губы тут же закрылись. На миг показалось, что я была бы не против, окажись Йоран рядом со мной на постели этой ночью. Мы напарники. По крайней мере, пока. И ничего страшного в том, чтобы разделить одну кровать, не было.

Прекратив терзания, я подняла руку. Кожа здорового, живого оттенка. Но магия не откликалась мне. Откликалась тошнота.

– Кстати говоря, вчера я забыл поведать тебе о таком волшебном месте, как «Развратный маг».

Заметив, каким весельем отдают глаза Йорана, я закатила свои собственные. Отняв руку ото лба, наигранно вздохнула.

– А у тебя отличная память. Ладно, рассказывай. Но, учти, без особых подробностей.

– Я не посещал это место, только наблюдал. Когда выслеживал нужных мне людей, к примеру. Как ни странно, многие из них чаще всего находились там.

– А находить свои цели было легко благодаря такому говорящему названию, я права?

– Возможно. Заведение не прикрыли по двум причинам: оно находилось у самой границы города, и, к тому же, сам Зотан иногда туда заглядывал.

– Мрак.

Мое лицо скривилось, а Йоран хрипло рассмеялся.

– Он ведь преследовал практически те же цели, что и я, просто находясь по другую сторону баррикад. Ты должна понимать это.

– Понимаю. Один ловит изменников магов, другой – изменников людей.

– Верно. В «Развратном маге» стояла своя атмосфера, туда было практически невозможно попасть. Благо, его закрыли несколько лет назад…

– Отчего вдруг?

– Говорят, там нашли целое пристанище магов, которых тщательно искал Зотан. Узнать об их судьбе не выдалось возможности, – говоря это, Йоран поднес палец, обтянутый перчаткой, к окну. Стал чертить на нем незамысловатые рисунки. – Таким образом, нынешний Король решил перестраховаться. Возможно, он боялся восстания крупнее, а поэтому пресек любые точки сбора сильных магов. Чем бы они там не занимались.

– Не думаю, что хочу и дальше раскрывать эту тему.

Маг кивнул, и я заметила намек на улыбку в его глазах.

– Место было непримечательное. Какое-то время даже тайное. Но Зотан все узнал, пощады не дождался никто. Даже люди, присутствующие там. Пострадали даже…

– Работники?

– Да. Вероломно.

– Ты видел это?

Йоран отрицательно покачал головой.

– Не успел. На другом конце города мне удалось выследить ещё одного предателя. Народ много говорил о случившемся, пока гвардейцы не пресекли это.

– Меня интересует судьба магов.

– Я не смог найти ответ. В том то и дело. – Он сосредоточенно провел пальцем полосу вдоль стекла, стирая все свои рисунки. – Публичной казни не было – он даже не запугивал народ после случившегося.

– Они просто исчезли?

Йоран кивнул, но как-то неоднозначно. И тогда я построила первый логичный довод:

– Допустим, в его власти есть какие-то силы. Возможно ли, что он поглотил ту магию?

– Не думаю, что он сделал это. Тогда я бы ощутил… что-то. Ты и сама почувствовала бы присутствие сил. Но, заметь, мы не поняли даже того, кем он является на самом деле.

Мои брови сошлись в переносице.

– Любая магия имеет свои пределы. Нам нужно найти больше зацепок.

– Все, что мы имеем сейчас, это вопросы.

Какое-то время мы молчим, перерабатывая информацию. Пока я не решаюсь нарушить тишину волнующим вопросом:

– Что ты чувствуешь по отношению к Зотану, зная, что он сын Ийигана?

Мужчина глубоко задумался, постукивая пальцами второй руки по своему колену. Я невольно проследила за этим жестом. Он сузил глаза и взглянул через окно на городок.

– Поначалу я чувствовал смятение. Хотел отомстить полководцу, но как только он скончался, я растерялся. Остался со своей местью один на один, – перестав постукивать пальцами, он повернул голову в мою сторону и тяжело вздохнул. – Я не знал, что делать. Поэтому начал отлавливать предателей по одному. Попутно понял, что вселяю надежду в жителей. Та жизнь их душит… Как бы Зотан не пытался придать их жизни красок, все это маска, игра.

– Рухта ненавидит своего правителя.

– И вместе с этим они его боятся. А когда королю удалось нанять на службу сильного мага с севера, появилось ещё больше страха и смирения.

Йоран обвел мое тело, наполовину укрытое одеялом, внимательным взглядом.

– Они не знают, чего от него ожидать…

– Но хотят перемен. Просто не готовы попрощаться с жизнью, чтобы озвучить это. Что на счёт Зотана… Я почти принял факт того, что он – не его отец. Однако потом все равно рассмотрел в нем Ийигана. Вот и весь ответ.

Резко прижав руку ко рту, я крепко зажмурилась. А когда открыла глаза, тело пронзило внезапной дрожью и слабостью.

– Злата?

Я покачала головой, давая понять, что все в порядке. Однако Йоран взглянул на меня скептически. Он без лишних слов подошёл к кровати и присел напротив. Под его весом кровать прогнулась, качнув меня. Желудок скрутило сильнее, а от настоятельного взгляда мага стало только хуже.

– Плохо?

Я кивнула. Йоран вздохнул и начал стягивать с себя перчатки. Я смотрела на него, поглощенная шоком. Не удавалось даже выдавить из себя и слова.

Вот вам и волшебное средство под названием бульон… Хотя, возможно, мне просто нужно было сократить количество выпитых стаканов, чтобы сейчас не ерничать.

Когда руки Йорана оказались оголены, я невольно распахнула глаза. Но время взяла себя в руки. Его левая ладонь была покрыта шрамами, местами узоры на костяшках пальцев переходили в какую-то незамысловатую картину.

Мне не составило труда предоставить, через что именно он прошел. И эта картина в голове все только усугубила.

Йоран отложил перчатки в сторону и протянул мне здоровую руку. Вместе с моими размышлениями вернулась тошнота. Я закрыла глаза, но воспоминания все равно пронеслись перед глазами, возвращая в день на площади. Картинки стали ярче: мозг выдумывал то, чего я не могла видеть. Не силясь даже описать то, что видела, я ощутила новый прилив тошноты.

Ещё немного, и даже бульон будет отвергнут моим телом.

– Злата.

Приглушённый голос Йорана вернул меня в реальность.

Я открыла глаза. Он протягивал ко мне левую руку, а правую разместил где-то за своим бедро, пытаясь спрятать.

Неужели подумал, что мне стало хуже только из-за этого?

– Я вспомнила… Извини, я просто вспомнила…

Мужчина небрежно качнул головой.

– Просто дай свою руку.

Но я протянула обе. Йоран взглянул на них, а после подсел ближе. Он аккуратно коснулся моих рук своими. Ощутив нежную кожу его правой руки, я покрылась мелкой дрожью. Не от страха – от смятения.

Каким беззащитным был мальчишка, как только выбрался из огня… Сколько времени ему понадобилось, чтобы прийти в себя? Мой бедный, маленький Йоран…

– Сосредоточься, – произнес он, и я подняла глаза.

– Что ты собираешься делать?

– Направь свои силы на меня, а потом исцели себя. Привычное дело.

Ответ удивил меня.

– Пропустить магию через тебя? Я никогда так не делала. Лишь делилась энергией.

– Энергию можно отнять точно так же, как и дать. Тебя не учили этому?

– Законы. – Не решаясь развивать тему, я пожала плечами. – В Вересте считают, что это плохой метод. Там обходят такие уроки стороной.

Йоран начал напирать. Его голос звучал тверже:

– Ну, а сейчас мы не в Вересте. Тебе нужно попытаться.

– Но ты лишишься сил.

Он поднял глаза, и их зелень вызвала во мне очередной прилив дрожи и тепла. Кажется, тошнота на миг испарилась.

– Лишь немного. Не думаю, что твоему телу сейчас нужна вся моя энергия.

– Я могу просто пойти и…

– Злата.

Мои руки дрогнули. Несмотря на состояние, я не знала, куда себя девать. Йоран был так близко, и я впервые за многие годы прикасалась к нему. Его руки горячие, и я ощущаю, что могу расплавиться, если буду долго их держать.

Заметив сомнение, Йоран чуть сжал мои тонкие пальцы. Моё дыхание стало тяжелее.

– Это легче, чем кажется: проникаешь к моему источнику сил, черпаешь из него энергию и вбираешь в себя. Дальше делай так, как и всегда – исцеляй себя из собственного резерва.

– Ты такой знаток. Уже промышлял такое?

Йоран щурит глаза в усмешке.

– Кто у нас с даром исцеления, ты или я?

Мы в последний раз переглянулись. Надеюсь, он ощутил мое желание послать куда подальше, просто прикасаясь к коже.

Все такой же колкий и противный.

Веки опустились и я сосредоточилась. Все происходило легче, когда Йоран был так открыт. Я закралась в его тело тонкими паутинками собственных сил. Он опустил взгляд и увидел россыпь светящихся вен на коже. Энергия проникала внутрь.

Добравшись до источника чужих сил, я замерла. Они открыты и это так явно: Йоран сам отдавал мне их, сразу все, что было.

Но забирать – не то же самое, что отдавать, а потому я испытала сложности. Пальцы Йорана размеренно поглаживали по моим запястьям, помогая успокоиться. Благодаря этой нежности я нашла нужный канал, и при его помощи вдоль по моим рукам потянулась жизненная сила. Тонкими сияющими нитями.

Йоран дышал медленно, размеренно. Он не мешал процессу. Каков бы ни был соблазн, я не погружалась глубже. Не хотела раскрывать его тайны, эмоции и чувства. Лишь одно опоясывало меня вдоль и поперек – доверие. Он мне доверял.

Когда все прекратилось, тошнота прошла.

Я аккуратно убрала свои руки от Йорана, и коснулась собственной груди. Ладонь озарилась мягким светом.

– Как только отдохнешь, хочу показать тебе одно место.

Взяв свои перчатки, он начал натягивать их на руки. Его взгляд упал на кончики пальцев раненой руки – кожа там слегка разгладилась. Чужое исцеление. Вторую перчатку мужчина натянул крепче, невольно напрягшись.

– Спасибо.

Напарник кивнул и поднялся с постели.

– Я спущусь вниз, послушаю, что говорят. Вдруг нас заметили на вчерашней вылазке.

Я молча киваю, и он покидает комнату, на ходу надевая на лицо свою черную маску.

В тишине, которую обрывками нарушают голоса с улицы, я наконец-то ощущаю умиротворение. Не такое, какое было при жизни в Целоте или под защитой Вереста.

Это было чувство, словно я оказалась дома.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Мираж выбрал время в ночи, чтобы вывести нас на улицу и провести вглубь леса на окраинах города.

Озираясь по сторонам, я вдыхала необъятный свежий воздух полной грудью. Он вносил блаженное успокоение.

Подняв голову, заметила одинокую луну, вокруг которой медленно тянулись облака. Там, далеко внизу, где заканчивался их край, начинались звёзды. Ещё ниже – густые вышки деревьев.

Следом за Миражом я прошла к подолу горы, вокруг которой клубилась мощная энергия. Протянув руку, прикоснулась к ней, развивая по воздуху. Мужчина остановился, дабы проследит за моим жестом и позволить проникнуться впечатлением.

– Такое сильное место… – благовейно прошептала я.

– Это не все. Я набрёл на эту гору, когда пошел в обход прошлым вечером, чтобы спуститься к храму. Его можно увидеть, если взойти на гору.

– Мы пойдем туда?

Мираж отрицательно качает головой, а после вдруг протягивает мне руку. Выжидаю несколько секунд и вкладываю в нее свою. Воздух вокруг нас электризуется.

– Мы спустимся вниз. Держись крепче.

Пока держусь за Йорана и следую за его высоким силуэтом, ощущаю слабость. Она совсем не присуща сильному магу. Чувство, словно я юная девчонка, нуждающаяся в страховке, разливается по телу вместе с тишиной.

Это не та, слабость, которую я ощущала раннее. Это было моим якорем.

Мы спускаемся по камням, преодолевая коридор, подсвеченный алым огнем Йорана. Пещера уходит под землю, но вид на ночное небо по-прежнему виднеется позади нас.

Вскоре передо мной предстает прекрасное место. Высоко над нашими головами каменный потолок искрится каплями от влажности. Огромный проход за спиной освещает раскинувшееся озеро. Ясная, практически голубая водная гладь поглощала камни, протягиваясь далеко вглубь. Я не видела конца, но с противоположной стороны сверкающие камни разбрасываясь солнечными зайчиками по стенам.

Я засмотрелась, но Мираж, уже не держа меня за руку, мягко подтолкнул вперед. После он обошел меня и направился ниже, к водному порогу.

– Пройдем к середине.

Чем ближе мы подбирались туда, обходя озеро со стороны, тем ярче оно становилось. Чистая энергия парила по воздуху и проникала в легкие.

– Думаю, это что-то вроде Пещеры Исцеления.

– О них ты тоже читал в книгах? – с усмешкой интересуюсь я и присаживаясь у водной глади.

Теплая вода приятно обволакивает пальцы, а следом и всю ладонь. Жизнь в этом озере течет медленно, но наверняка насыщает все в округе. Именно поэтому деревья здесь были пышнее, а трава ярче, – это место скопления магической энергии.

– Одно такое озеро я уже встречал. Около пяти лет назад… На юге страны.

– В Вересте их нечасто встретишь. Наверное, именно поэтому многие сходятся во мнении, что Эллуир – любимчик первозданной магии.

На шутку Мираж усмехается, складывает руки на груди и осматривает пещеру.

– То, что магия зародилась здесь раньше, чем где-либо, не оспорить, – согласно отвечает он. – Но я привел тебя сюда не для того, чтобы вникать в историю, от которой я порядком подустал.

Оборачиваюсь, чтобы взглянуть на мага, но он проходит мимо моей спины, увеличивая между нами расстояние. Когда понимаю, что он вот-вот уйдет, поднимаюсь на ноги.

– Куда ты?

– Ты можешь восстановить здесь свои силы. Просто окунись в воду, поплескайся. Мы никуда не торопимся.

Он останавливается, и оборачивается, чтобы взглянуть на меня. Заметив удивление, вопросительно склоняет голову в сторону.

Слова слетают с моих губ в несколько возмущенном тоне:

– Поплескаться? Ты серьезно?

– А что, купания в обычном озере тебе было достаточно?

Показательно фыркнув на шутку, отворачиваюсь и оцениваю обстановку. Было бы неплохо окунуться в теплую воду, полную залечивающих и восстанавливающих сил. Это восполнит резерв по максимуму.

Но что, в таком случае, будет делать наш самоуверенный Тёмный маг?

– Ты же не собираешься ждать меня снаружи?

– Собирался, – с улыбкой басит он, смотря на озеро.

Расстегнув широкий пояс на талии, стягиваю его и бросаю на камни. Железная оборка создает звонкий звук от удара. Следом открепляю плащ со спины, а после распахиваю верхнюю одежду. Когда все это летит туда же, я ещё раз смотрю в сторону Миража. Тот, стоя в пол оборота, устремил свой взор к выходу из пещеры.

Планирует сбежать? Серьезно?

В свете луны его капюшон и плащ переливались плотным обсидиановым оттенком. Понимая, что не могу так просто все оставить, подначиваю:

– Тебе тоже может понадобиться восстановить свои силы. Не знаю твой предел, но он наверняка не бесконечный.

Какое-то время Мираж размышляет. Этого хватает, чтобы я стянула с себя последний предмет одежды и отложила ближе к стенам пещеры. Не хочу, чтобы сорочка промокла.

Маг оборачивается лишь тогда, когда слышит всплеск воды за спиной. Краем глаза замечает, что я всё-таки окунулась.

Пробыв под водой минуту, выныриваю, отбрасывая тяжёлые мокрые волосы с лица. Стоящий над поверхностью мужчина в сомнении рассматривает воду в нескольких метрах от меня. Я ощущаю его сомнения сквозь плотную черную маску.

Мои глаза опускаются вдоль его тела.

– Я не стану смотреть.

С моих губ это слетает насмешкой. Не удержалась. Плечи Миража дергаются в безмолвном смехе, и он качает головой.

Приняв это за отказ, пожимаю плечами и ныряю вновь. А после проплываю несколько метров под водой к противоположной стороне от выхода. Показавшись там, в восхищении озираюсь по сторонам: высокие каменные стены переливаются отсветами, сопровождаясь мелодичным звоном капель.

Пока магия приятными покалываниями распределяется по моему телу, возвращаюсь к месту, у которого впервые окунулась. Не заметив Миража, понимаю, что он всё-таки ушел. Лёгкая обида толкает меня под дых, но я помню, что хочу понять и принять нового его. А потому не сопротивляюсь гнетущему чувству.

Погложет и пройдет. Как и всегда, правда?

Однако, когда я отворачиваюсь, за спиной слышится тихий всплеск воды. Гладь вибрирует вместе с энергией, встрепенувшей воздух, и с моих губ слетает удивление.

Он не ушел, он предпочёл остаться здесь. Со мной.

Помня о своем обещании, не оборачиваюсь до тех пор, пока мужчина не подплывает ближе. Даже на ощутимом расстоянии от меня он излучает столько мощной энергии, которой хватило бы, чтобы сравнять наши силы в бою. Давно я не ощущалась рядом с собой настолько сильного противника.

– Я запомнил твои слова, – грудным, тяжёлым голосом произносит он, заставляя мурашкам пробежаться по моему затылку.

– Которые?

– Что не станешь смотреть.

– Стесняешься?

Йоран показатель цокает языком, и я позволяю себе тихо посмеяться. Это была самая искренняя реакция из всех, что я выдавала раньше.

– Я не буду смотреть, я дала обещание.

– Спасибо.

Какое-то время я изучаю поверхность воды, вожу по ней ладонями, а после закрываю глаза и позволяю ей подхватить мое тело. Когда мы с Йораном было младше, я не умела плавать, но в одной из школ Вереста нас этому научили. Подкрепляли все словами: «Что вы за маги, и как за себя постоите, если даже плавать не умеете?».

Через пятнадцать минут, проведенных в тиши и благодати ночи, я отплываю в сторону. Ныряю в последний раз. Когда выныриваю, ощущаю, что Йоран теперь намного дальше. Вероятно, мы находились по разные стороны озера.

– Йоран?

– Да.

Убедившись, что мужской голос эхом отскакивает от стен с противоположной стороны, закусываю губу. Ухватившись руками за камни надо мной, провожу по ним подушечками пальцев. Холод приятно контрастирует с витиеватыми рельефами. Мое тело расслабленно, а мышцы впервые не горят и не ноют.

Прекрасная ночь, которую мне страшно омрачить.

– Ты не смотришь на меня? – тихо интересуюсь, зная, что он слышит.

– Нет.

Отсекаю ровно две минуты, прежде чем обернуться. Как и сказал, Йоран не смотрел на меня.

На другой стороне озера, там, где каменистый берег точно так же уходит вглубь, стоял мужчина. Вода скрывала его тело по пояс, а голова была опущена. Крепкие руки он определил на каменном пороге перед собой.

Он не вздрагивает, когда я оказываюсь ближе. Только теперь удается рассмотреть, как были напряжены руки Йорана. Крепкие мышцы на плечах и спине перекатывались под смуглой кожей, когда его грудь размеренно вздымалась.

Я старательно игнорировала его затылок.

– О чем ты вдруг задумался? – шепчу, ощущая каменную опору под ногами.

Йоран расслабляется, и выпрямляется, опуская свои руки. Сжатые ладони исчезают в воде. Усердно смотрю в воду, но замечаю длинную полосу на левой руке. Шрамы от ожогов тянутся вдоль всего локтя, перетекая к предплечью и захватывая плечо. На спине они спускаются ниже, узорами исчезая ближе к пояснице.

Что бы ни рисовало мое воображение, то, что затронуло Йорана – не поглотило его целиком. Он действительно силён, если не дал жестокому огню предавших нас собратьев сжечь себя дотла.

Мимолётно глянув на темную макушку, вижу темно-каштановые волосы, по которым стекает вода. Шрамы обрывались на плече, но я помню отметены на лице. Они по обычаю выглядывали из-за маски.

Могло ли это означать, что лицо почти не пострадало? В таком случае, что Йоран столь яростно скрывал?

Пока жалость и боль не заволокла меня, глубоко вздыхаю, шумно выдыхая рядом на спину Йорана. Тот опускает голову, поворачивая ее в сторону, но я отворачиваюсь.

– Я не хотел, чтобы ты знала. Не хотел, чтобы видела.

– Имеет значение лишь то, что чувствуешь ты.

– Я давным-давно ничего не чувствую, – шепчет он, понимая руку, чтобы смахнуть с лица мокрые волосы и зачесать их назад. – И привык к этому, пока не появилась ты.

– Я не могла не появиться, – вдумчиво шепчу в ответ, поднося мокрую ладонь к его пояснице. – Ведь ты обещал всегда быть рядом.

Невесомо, очень нежно касаюсь его поясницы пальцами. Не заметив реакции, веду чуть выше, провожу по узорам из шрамов и медленно изучаю каждый из них. Розоватая кожа стянулась, местами напоминая бурю, которую изображали на полотнах.

Улыбка касается моих губ:

– Ты думал, от меня легко так просто избавиться?

– Я и не пытался.

– Врёшь, – шепчу чуть громче.

Рука переносится на локоть, поднимается выше, а пальцы едва заметно нажимают на крепкие мышцы бицепса. Йоран не просто вырос и возмужал – он стал воином, чья сила заключалась не только в магических способностях, но и неплохой подготовке тела. Мои глаза оценили это по достоинству.

Закусив губу, я опустила непослушные пальцы к его запястью.

– Не остановишь меня?

Мой голос отдает хрипотцой, но Йоран отвечает тихой усмешкой. Искренней, полной принятия.

Касания ласково ведут ниже, в воду, туда, где скрывается ладонь. Провожу по шершавой коже согнутыми пальцами и едва заметно сокращаю между нами расстояние. Теперь рука прикасается к мужской талии, щекочущими движениями переходя дальше – на крепкий торс.

Не знаю, что я пыталась найти, но все, что сейчас происходит – манит и тяготит. Как самый запретный плод, и в то же время близкое сердцу желание. Это было похоже на чувственную любовь, которой я почти не знала, и влекущую страсть, от которой сгорали города.

– Злата… – шепчет Йоран, предупреждая.

Но я не слушаю его. Рука с мягким нажимом изучает торс, плотные кубики пресса, тонкую линию между ними. Пальцы ведут нежно, но заглушить их дрожь даётся нелегко.

Ровно в тот миг, когда движение спускается ниже, рука Йорана хватает мою. Безболезненно.

Наконец переходит из словесных предупреждений в действия.

– В тебе столько жалости, – с заметной хрипотцой в голосе произносит он.

Мое дыхание становится тяжёлым, судорожным. Рука, крепко сжатая в его ладони, все ещё касалась твердого торса. На этой части его тела практически не было шрамов от ожогов, но даже если бы они были, не смогли бы испортить это тело. Как и не портили своей малой долей сейчас.

Звучание капель танцует за нашими спинами вместе с зовом ночных птиц и благоверным шумом ночи. Время, отведённое нам в эту безмятежную ночь, замедляется.

Не знаю, какие чувства преодолевают Йорана, снявшего маску Миража, но прислушиваюсь. Он закрыт. Закрылся впервые за время нашей поездки к Лурдосу. Почему?

Надоедливое, накаляющее чувство распаляет меня. Обида, ложь, отрицание, горечь… Этому не место здесь и сейчас. А потому я делаю то, что никогда не решилась бы прежде.

Преодолев малое расстояние, разъединяющее нас, обнимаю мужчину. Кладу голову ему на спину и обвиваю тело поперек живота. Йоран заметно напрягается, а через секунду опрокидывает голову назад и шумно выдыхает. Моя обнаженная грудь плотно прижимается к разгоряченной влажной коже мага.

– До этого момента я и не думал смотреть на тебя по-другому, – тяжело шепчет он.

– О чем ты? – ласково интересуюсь я.

Прижимаюсь к плечу щекой и вдыхаю тонкий аромат, исходящий от кожи. Терпкий, распаляющий во мне пламя еще более мощное, чем могли создать мы.

Сердце заходится в неумолимом, бешеном ритме.

Я никогда не признаюсь себе в том, что все эти чувства вызывал именно он. Мужчина, которого я должна была уничтожить. Мужчина, которого я потеряла, но обрела вновь.

Вместо ответа Йоран раскрывается для меня. Сильнее, чем ранее. Убирает свою каменную оболочку, скрывающую душу, и открывает все: чувства и оттенки мыслей. Эта смесь невидимой волной накрывает меня, заставляя утопать.

Я словно в пучине. Горячей, будоражащей.

Мое дыхание срывается. Из-за переизбытка чувств приходится крепче ухватиться за мужское тело. Йоран сосредоточенно контролирует свое дыхание, однако тепло женского тела распаляет его с небывалой силой.

Жмусь между его лопаток лбом и перевожу дух.

К бесконечному теплу, заботе и чувству ответственности пробираются новые оттенки. Они тяжёлые, пылающие, несвойственные сдержанному магу. И моя собственная выдержка с треском проваливается. Я позволяю Йорану ощутить то, что ощущала я.

Если бы мы не соприкасались, то непременно набросились бы друг на друга. Если бы не было границ и выстроенных стен, мы бы не выдержали того, что витало между нами.

Йоран до заметной боли кусает свою нижнюю губу.

Его самые пламенные чувства переплетаются с желанием, жарким, и в то же время трепетным. А еще, с послушанием.

Такая необычная смесь, как для бравого воина, но столь манящая.

Йоран отпускает мою руку, позволяя ей опуститься в воду. Отступив на несколько сантиметров, обращаю взгляд к его спине.

Глубокий голос сдержанно произносит:

– Закрой глаза.

У меня совсем нет сил, поэтому я повинуюсь. Ощущаю, как Йоран медленно оборачивается, вода подрагивает внизу. Слышу, как тяжело звучит его дыхание, когда взор касается меня, моего тела.

Я могла бы попросить и его закрыть глаза, но эгоистичное желание было выше. Я хотела, чтобы Йоран на меня смотрел. Чтобы любовался, видел.

Он не скрывал намного больше – душу. А потому тело, это меньшее, что я могла ему доверить. В безопасности с мужчиной, который отдал жизнь за то, что любил и за что боролся, я не боялась ничего. Я не боялась ни своих желаний, ни того, что ожидало нас дальше.

Он обходит меня и останавливается за спиной. Тепло его груди обдает меня жаром. Горячие ладони слабо прикасаются к моим локтям. Сначала по коже ведут пальцы – медленно и нежно – а после руки, опускаясь и накрывая талию.

Смелым движением Йоран оказывается вплотную. Жар обдает мое лицо и уши, тяжесть дыхания провоцирует судорожный шепот:

– Йоран…

– Т-ш-ш…

Я не вижу его, но ощущаю.

Он словно воздух, что закрадывается через губы. Словно вода, что обволакивает тело. Он повсюду. Он внутри.

Кожа к коже, страсть вместе с желанием и бесконечной слабостью. Нам не нужно было показывать друг другу наш предел. Мы его чувствовали, считывали с мыслей.

Маги осязают значительно больше людей. Мы носители чистейшей энергии, ее проводники.

Понимаю – Йоран полностью руководит ситуацией, не допустит и мысли о том, чтобы навредить. И это помогает пустыне на моей душе озелениться, обрасти цветами. Но он смиренно ожидает.

Полный сил и мощной магии, достойный воин и крепкий противник… Ожидает дозволения.

Я улыбаюсь и слежу за тем, что же сделает дальше.

Он ведет ладонь вверх по моей спине и заставляет прогнуться. Ухватившись за влажные камни перед собой, повинуюсь. Не открываю глаз, когда сконяюсь и мужская грудь снова накрывает меня. Нутро пронзает сладостный разряд, жар охватывает тело. Предвкушение.

Под этим незначительным ракурсом позволяю себе откинуть голову на плечо Йорана и открываю глаза. Он касается губами моего виска, а после устремляется к ушной раковине.

– Ты с самых первых дней… повелеваешь мной.

– Оттого ты всегда прислушивался к моему мнению? – с намеком тихо шепчу я.

– Осудишь мальчишку, полного азарта и огня?

– Это могло остаться в юности, не считаешь?

– Могло, – с тихой усмешкой отвечает он. – Но рядом с тобой оно набирает обороты. Вновь и вновь…

Рука Йорана медленно проводит по моему плечу, а после пальцы задевают щеку и прикасаются к губам. С легкой заминкой нежно ведут значительно ниже. По шее и ключице, задержавшись в миллиметре от груди.

Горячее дыхание опаляет мое ухо:

– Что же ты со мной делаешь, Злата…

Он медлит и дрожит. Дыхание его тяжелеет, и я понимаю, что это конец. Ждать более мы не способны.

Уверенно кладу ладонь поверх его ладони и спускаю ниже. Йоран не сопротивляется, и я прикрываю веки в долгожданном удовольствии.

Чувство, словно мир распадается на части, поглощает нас.