глава 7
Утром я проснулась в постели Джейсона, к которой за это короткое время уже успела привыкнуть.
Сколько раз я вообще говорила себе, что привыкаю — к нему, к его дому, к его родителям? Слишком много. И слишком быстро.
Когда мы собрались и спустились вниз, нас встретила миссис Уокер с лучезарной улыбкой. Позже я поняла — такая улыбка у неё появляется, когда она готовит завтрак. К сожалению, насладиться им не удалось: мы с Джейсоном так увлеклись обменом колкостями, что напрочь забыли о времени. Пришлось буквально бежать к машине, а оттуда — мчаться в школу.
— Нервничаешь? — осторожно спросил Джейсон.
Я молча покачала головой, но по лицу, наверное, всё было видно. Вернуться в школу спустя день после скандала? После такого громкого скандала? Да я же просто самоубийца.
— Лжёшь, — прошептал он одними губами, не отводя взгляда от дороги.
Удивительно, как за это короткое время мы успели сблизиться. Он понимал меня с полуслова, с полувзгляда. И это даже немного пугало.
Дальше мы ехали молча. Неловкости не было — просто странная, непонятная тишина. Что это было? Я сама не знала. Возможно, и Джейсон тоже.
— Господи! Это же катастрофа, Эбби! — шепотом вскрикнула Джози, когда я призналась, что начинаю испытывать к нему чувства.
Я уже собиралась согласиться, но вдруг перед глазами вспыхнули воспоминания — тот вечер, вечеринка, мой позорный запой... и разговор парней, который я тогда подслушала. Всё, чего я бы никогда не узнала, если бы была в здравом уме.
— Кто бы говорил, — протянула я, прищурившись.
Джози насторожилась, прикусила губу. Не нужно было уточнять, о чём я. Она поняла сразу — я знаю о ней и Заке.
— Это было случайно. И он... хороший, — прошептала она, отводя взгляд.
Докатились. Я признаюсь, что, кажется, влюбилась в Джейсона Уокера, а она встречается с Заком Уайтом.
Полный хаос.
— Твои чувства к Эрику — результат долгого времени. А чувства к Джейсону... они просто нахлынули. Это что-то новое, непонятное. Может, даже не настоящее, — тихо сказала Джози, положив руки мне на плечи и глядя с неподдельным сочувствием. — Мне не хочется это говорить, но... Джейсон — это неправильно.
Я поджала губы в тонкую линию. Моё сердце едва не выскочило из груди при звуке его имени.
Потрясающе. Я влипла. Влипла по уши, как никогда прежде.
А Джози рассуждает, как взрослая, а я, как идиотка, улыбаюсь только потому, что услышала его имя. Где ты, здравый смысл? Где твои подзатыльники, Джози Нильсон?
— Зак, хороший? Серьёзно? — я выгнула бровь.
— Встречайся с Джейсоном, — тут же переобулась она. — Нет, правда! Подумай сама — ты будешь девушкой друга моего парня, а я — девушкой друга твоего. Разве это не идеально?
Эта идея прозвучала слишком соблазнительно. От неё потеплело внутри, но я тут же постаралась это чувство задавить.
Она ведь права — мои чувства к Джейсону пока ещё неосязаемы, внезапные, слишком свежие, чтобы в них быть уверенной.
После откровений мы пошли на урок. Биология.
Иногда мне казалось, что этих уроков стало втрое больше. Может, просто потому, что именно там я чаще всего сталкиваюсь с Джейсоном.
Когда мы вошли в кабинет, свободных мест оказалось всего два — рядом с Заком и рядом с Джейсоном.
Я молча направилась к последнему.
— Уокер, — кивнула я в знак приветствия и села рядом.
Он выглядел немного растерянным от моего холодного тона, не сводил с меня глаз.
— Не понимаю твоих перепадов настроения, — тихо сказал он, наклоняясь ближе, почти касаясь губами моего уха.
Я резко отпрянула. Быть так близко к нему сейчас было... слишком. Мне нужно было разобраться в себе, а не поддаваться на каждый его взгляд. К тому же вокруг и без того полно слухов — не хотелось давать новые поводы для пересудов.
Хотя, кажется, его это не волновало. Он будто нарочно давал всем понять, что та статья — правда.
Он не отходил от меня ни на шаг. Даже сейчас, когда прозвенел звонок и я направилась в коридор, я услышала за спиной его шаги.
— Ты всё ещё плетёшься за мной? — пробурчала я раздражённо.
— На данный момент я не могу поступить иначе, — спокойно ответил он.
Я закатила глаза. Вот об этом я и говорю! Каждый раз, когда он делает что-то по-настоящему заботливое, тут же разрушает всё какой-нибудь холодной фразой — будто оправдывается перед самим собой.
С одной стороны, я верила, что это не нарочно. С другой... может, я просто хочу видеть в его поступках больше, чем есть на самом деле?
— А ты почему от меня убегаешь? — спросил он, но я проигнорировала вопрос.
Я и сама не знала, что со мной происходит. Эти три дня будто полностью перевернули мою жизнь, переписав сценарий с нуля, не оставив и следа от прошлого.
— Серьёзно, — продолжал он, — я понимаю, что виноват. Но если бы я только знал, что всё пойдёт так...
— Почему ты не поцеловал меня? — вырвалось у меня прежде, чем я успела себя остановить.
Боже, Эбби, ты что творишь? Ну сказала — теперь уже не отмотаешь.
— Я потянулась к тебе вчера, а ты отстранился.
Вот и всё. Конец. Гроб. Могила.
— Я уже объяснял, — его взгляд опустился на мои руки. — Ты была не в себе.
— Это не причина, — возмутилась я.
Что я вообще от него хочу? Спрашиваю, а потом злюсь, что ответ не нравится. Прекрасно, я официально становлюсь истеричкой.
— Более чем веская, — сквозь сжатые зубы произнёс он.
Его челюсть напряглась, взгляд потемнел, грудь тяжело вздымалась.
— Представь, — начал он хрипло. — Ты приходишь в мой дом, потому что напилась до потери сознания. Утром завтракаешь со мной, потом узнаёшь об этой долбаной статье, где тебя обсуждают все соцсети. Я бегу разбираться с тем, что сам натворил. Возвращаюсь — ты всё та же, только... будто стала мягче. Я пытаюсь тебя утешить, ты не сопротивляешься. А потом ты видишь то видео, где я защищаю тебя. И после этого тянешься ко мне.
Он перевёл дыхание, глядя прямо мне в глаза.
— Как ты думаешь, что я должен был почувствовать? Имел ли я право отвечать тебе тем же?
— Кем бы я был после этого? — добавил он тише, почти шепотом. — Ты была в самом уязвимом состоянии, чем когда-либо.
Этот чёртов джентльмен. Меня раздражает до дрожи.
Он сводит меня с ума тем, как всё делает «правильно». Почему, когда я хочу — он отказывается?!
— Не знаю, — выдавила я сквозь злость. — Обычно тебя это не останавливает. Ты ведь не отказываешь другим девушкам.
На лице Джейсона промелькнуло всё сразу: удивление, боль, ярость.
Он будто не знал, что из этого выбрать, и потому просто подошёл ближе.
— Ты по-прежнему в своём репертуаре, — процедил он, иронично скривив губы. — Наверное, легко быть самой глупой девчонкой на свете, которая судит о людях по ярлыкам, повешенным такими же наивными, как она сама.
Слова ударили.
Горло сжалось, ком встал и не даёт вымолвить ни звука.
Он никогда не был со мной таким — ни разу. Даже когда я попросила его помочь мне с Эриком. Тогда в его глазах была досада, но не... это. Не такая разочарованная злость.
— Я всё равно буду тебя защищать, хочешь ты того или нет, — сказал он ровно, без тени эмоций. — Я втянул тебя во всё это, и теперь отвечаю. Но если тебе вообще нужно продолжать общение — позвони, когда поумнеешь.
Сухо. Холодно. Как нож.
Он развернулся и ушёл, оставив меня стоять в пустом коридоре, глядя ему вслед.
Вот теперь точно всё. Конец.
Я выдохнула, но вышло так громко, что сама испугалась — будто это не воздух, а вся моя злость и обида вырвались наружу.
— Офигеть, — только и выдохнула Джози, сидя на полу, прислонившись спиной к кровати.
Я, разревевшаяся посреди школы, прибежала к ней — и она, не раздумывая, сорвалась с уроков и отвезла меня домой. Настоящая подруга.
— Ты его сильно задела, — сказала она тихо. — Даже когда вы только познакомились, он был к тебе добрее, чем сегодня.
Она посмотрела на меня, и по её глазам я поняла — она видит больше, чем я хочу признать.
— Ты реально втрескалась.
— Знаешь, я бы соврала, если бы могла, — выдохнула я. — Но, кажется, это правда. И это чертовски больно.
Слёзы снова подступили. Отлично. Теперь я ещё и героиня из мелодрамы. Осталось только включить грустную музыку и запереться в комнате.
— Сегодня у кого-то планировалась вечеринка? — вдруг подскочила я, смахивая слёзы.
Джози от неожиданности покачнулась и с глухим стуком рухнула на пол.
— Упс, — выдохнула я.
— У Ребекки , кажется, — жалобно простонала она, потирая ушибленное место.
Вечеринка.
Есть ли вообще место лучше для сломанного подростка, чем вечеринка — чтобы показать, что он ещё не до конца разбит?
Думаю, нет.
Поэтому да, мы туда пойдём.
— Ты сможешь попросить своего популярного парня достать нам приглашение? — спросила я, глядя на неё.
Джози нахмурилась, оценивая меня с ног до головы, будто пыталась понять, что я задумала.
— Смогу, — протянула она неуверенно. Видно было, что она боится не отказа Зака, а именно моих намерений.
— Отлично. Тогда пойдём по магазинам? — предложила я, и её брови тут же взлетели вверх.
Она явно пыталась понять, откуда у меня на это деньги.
Я встала с кровати, подошла к комоду и открыла верхний ящик.
Там лежали четыре пухлых конверта — нераскрытые, аккуратно сложенные.
Вообще-то, их у меня целая коллекция. Каждый день родители оставляли по одному — с двухтысячными купюрами внутри.
Когда уезжали в командировку, клали в два раза больше.
Наверное, так выглядела их версия любви.
— Офигеть, — только и выдохнула Джози, заглядывая в ящик. — Сколько их тут! И они просто лежат? Ты сумасшедшая?
Я пожала плечами.
— Приятно видеть их лица, когда они понимают, что уже не могут откупиться от меня деньгами.
— Ты чокнутая! — расхохоталась она.
— Тогда возьми сама, если не нравится, — усмехнулась я.
— Возьму, если осмелюсь, — парировала она, но руки даже не пошевелила.
Я улыбнулась.
Я знала, что она не возьмёт. Джози скорее обойдёт монетку на тротуаре стороной, чем поднимет чужую.
— Не смогу, — пробормотала она с жалобной ноткой, и теперь уже мы обе расхохотались.
Смех прозвучал громко, искренне, как будто хоть на минуту стер боль, копившуюся весь день.