1.28
От своего вчерашнего пристанища Дмитрий добирался пешком. Пока парень преодолевал эти километры, разделявшие старый город с центральной частью Нска, его конечности научились слушаться мозг намного лучше. Все части тела работали слаженно, а он чувствовал себя настолько хорошо, как никогда в жизни. Дмитрий словно стал намного сильнее, чем был раньше. Он ощущал свое превосходство над всеми остальными живыми существами, и ему это нравилось. Нравилось безумно. Он и раньше был задумывался, что рожден для чего-то подобного, а сейчас уже был уверен, что знал об этом всегда. Ему не терпелось доминировать и уничтожать. Как назло, улицы города будто бы вымерли. По пути ему не встретилось ни одного не зараженного человека, чтобы утолить хотя бы маленькую толику жажды убийства.
«Мы – властелины мира» постепенно сменялось в его голове на «я – властелин»! Два эго сливались воедино. Его носитель становился его полноправным хозяином, вытащив из недр подсознания Дмитрия всю наполнявшую этого человека злобу, всю ненависть и все пороки. Мозг парня, будто бы, и не тараканом был захвачен, а его темная сущность просто взяла верх над добром, побеждавшим в предыдущие годы. Ледяная ухмылка не сходила с его губ. Он выглядел, словно Воланд из Булгаковского романа «Мастер и Маргарита».
Погруженный в мысли о своем предназначении, парень не заметил, как достиг спального района. Внимание Дмитрия привлек крик, раздававшийся где-то неподалеку. Он остановился и прислушался. Слух стал намного острее, он словно ощутил откуда именно идет звук. Кричали из дома, стоящего за тремя другими, разделявшими их. Нельзя сказать, что Дмитрий был удивлен такому усилению слухового аппарата. Он уже почувствовал как обострились все органы чувств. Он в очередной раз испытал удовлетворение от своей единичности.
Миновав, разделявшие его и место, откуда доносились крики, дома, он увидел, что источником звука был магазин «Любимый», находящийся в спальном районе города Нск. Ничем не примечательный продовольственный, с неказистой выцветшей вывеской, держащийся на плаву, вероятнее всего, за счет пенсионеров, которые физически не могут дойти до супермаркета, местных алкоголиков и случайных посетителей, забывших купить хлеб или лимонад. Но, почему-то, он привлек Дмитрия, а может быть, мужчине просто стало интересно - кто и почему так громко визжит внутри магазина. Он зашел в открытую дверь. Внутри, перед его глазами развернулась следующая картина: по полу ползало огромное количество тараканов, а неухоженная обрюзгшая продавщица давила их ногами и при этом визжала, словно ее резали. Она прыгала, опуская всю массу своего тела на маленьких насекомых с такой злобой, будто они убили всех ее родных и пытаются захватить планету. Дмитрий поморщился, но произнес вполне миролюбиво:
- Могу я Вам чем-то помочь, герцогиня?
- Аааааааааааа! Черти! Откуда же вас столько? Заразы! - продолжила голосить Галя, едва взглянув на появившегося незнакомца.
«Какая мерзкая баба!» - подумал Дмитрий, а вслух сказал:
- Я вынужден просить Вас прекратить, милое обделенное интеллектом существо!
Галя посмотрела на него вновь. Пот струился по лицу, неприятный запах разгоряченного тела пробивался даже через обычный мерзкий аромат, пропитавший магазин. Она остановилась. Несколько насекомых заползли на ее тапки и стали подниматься вверх по толстым икрам.
- Ты кто еще такой? Сам не видишь, что творится? Ноги уноси, а не умничай тут! Нашелся мне! - скороговоркой выпалила Галя, стряхивая ползающих по ней насекомых и прихлопывая их ступнями.
- А я ведь просил... - как будто, сам себе проговорил Дмитрий.
Он подошел к Гале, одним движением схватил за горло и легко приподнял над землей всю стокилограммовую тушу. Та, выпучив глаза, что-то хрипела. Дмитрий, ухмыляясь, смотрел в наливающиеся кровью глаза:
- Какая гнусная тварь, - ласково проговорил он, обращаясь к ней, - и уже не такая бойкая, не правда ли?
Галя силилась произнести что-то, но сдавленное стальной рукой Дмитрия горло, изрыгало только хрипящие стоны. Дмитрий наклонил голову на бок и с интересом разглядывал задыхающуюся продавщицу. Та судорожно дрыгала в воздухе ногами.
- Что ты говоришь? - так же доброжелательно промолвил Дмитрий.
Галя хотела просить о пощаде, но едва ее рот вновь открылся, как другая рука Дмитрия молниеносно оказалась внутри него. Она не успела ничего понять, только дичайшая боль пронзила тело, кровь потекла по подбородку, а в руке мужчины она увидела свой язык. Он вырвал его!
После этого Дмитрий отпустил свою жертву, она упала на пол, жадно всасывая легкими воздух, и мычала, открывая и закрывая, словно рыба, окровавленные губы. Дмитрий улыбнулся белоснежной улыбкой.
- Не трогать! - сказал он. Тараканы, уже начавшие облеплять ее тело, все, как один, сползли с него и разбежались кто куда.
- Вот так, - сказал мужчина, глядя на лежащую на полу, рыдающую продавщицу, - а могла просто перестать трогать их. Но, нет! Вы жаждете убийств. Они просто пришли утолить голод. Вы, ведь, даже не заметили бы жалких крошек, которых хватило бы всем нашим семьям, чтобы прожить годы! Но вы не можете без убийств! Вы несете уничтожение...
Он зашел за прилавок и осмотрелся. На маленьком заляпанном столике стояла заваренная вермишель быстрого приготовления и разогретая в микроволновой печи сарделька. Видимо, Галя собиралась обедать перед тем, как подверглась атаке насекомых. Ее пищу уже пожирали сотни тараканов.
- Кушайте, кушайте, - проговорил Дмитрий и аккуратно, чтобы ненароком не раздавить ни одно насекомое, взял лежавшие рядом с тарелкой вилку и нож. Он вновь подошел к продавщице. Та сидела на полу, держась за губы, и громко стонала, кровь текла по ее ладоням и капала на вывалившийся живот.
- А мы ведь никогда не желали вам зла. Мы вполне готовы были жить вместе, сосуществовать, так сказать. Но ваш мерзкий род так не может, он не готов мириться с тем, что кто-то слабее его. Вам сразу нужно демонстрировать власть и могущество, - он с размаху воткнул вилку в глаз продавщице.
Та издала нечеловеческий рев. Дмитрий достал вилку и сразу ударил ею во второй глаз женщины. Та заскулила, словно побитая собака, пытаясь отползти в сторону, не видя куда. Она просто загребала ладонями по полу и падала.
- Хотя какое у вас могущество. Мы вот с тобой примерно одинаково весим, а ты ползаешь и скулишь тут. Вон, посмотри, штаны даже испачкала! А пару минут назад, какой смелой была, когда давила соперников в тысячи раз меньше себя. Прямо сама отвага! Но... - он наклонился над Галей и что-то долго вырезал на ее лице тупым ножом. Ноги продавщицы дергались. Она скулила, мычала и рыдала. Закончив, он встал, смотря сверху на корчившуюся от дикой боли женщину.
- Вам не повезло! Злость порождает злость! Ненависть - ненависть! А убийства - убийства! Вы сами вырастили врага, кровожаднее и яростнее вас. А я его самое страшное воплощение! - глаза Дмитрия налились кровью, набухшие вены пульсировали, - Вы слабаки, а не повелители! И очень скоро я это докажу!
Он повернулся и пошел к выходу. Перед самой дверью остановился, обернулся и бросил:
- Взять ее! - и, насвистывая что-то, быстро вышел на улицу.
Галина стонала. Ее тело и лицо с вырезанной на лбу большими буквами надписью «R.I.P» скрылось под, все продолжающими пребывать, тысячами тараканов.