Месть косоглазой зефирки
Каждый день в группу класса приходили новые, ещё более безумные сообщения. Они знали, когда писать. Вечером, когда день уже не исправить, а ночь становится мучительно долгой. Каждое сообщение — это продуманный удар, направленный на то, чтобы разрушить уверенность и оставить только страх. Своеобразная психологическая манипуляция лишала учеников хорошего сна. Опять же, всё просто, но коварно. Гневное, запугивающее сообщение полное смайликов с красным восклицательным знаком заставляло бояться ученика. Он представлял, что с ним будут делать на этот раз, как это будет происходить, и чем это закончится. Мозг анализирует похожие моменты из прошлого, закончившиеся для нашего ученика плохо, пытается найти способы это предотвратить, а выходов будет немного — прогулять, покорно принять пытки сектантов, либо же открыть рот. Все эти выходы будут иметь печальные последствия. После такого ночь превращалась в настоящую пытку, а следующий день шёл наперекосяк.
И снова в группу пришли несколько сообщений:
❗❗❗Завтра линейка в 07.40. Убедительная просьба прийти вовремя!❗❗❗
❗❗❗Если в понедельник будет большое количество опоздавших, то время начала учебы в понедельник будет перенесено на 08.00. Соответственно, заканчиваться уроки будут позже.❗❗❗
❗❗❗С третьей четверти вводится биометрия при входе в школу, в библиотеку, в столовую.❗❗❗
Ещё она скинула расписание, в котором было восемь уроков. Никто не мог возмутиться, ведь, опять же, группа была закрыта.
Была ночь. Вернее, вечер, когда все школьники, студенты и рабочие ложились спать, чтобы встать в нужное время. Рози, как обычно, закутавшись в мягкое одеяло, погасила ночник в виде ракушки, который она приобрела проникшись морской тематикой. Все подходило для хорошего сна: тишина, в которой слышишь своё сердцебиение, тёмная комната, в которой никто тебя не видит и ты никого не видишь, уютная кровать, с которой так сложно расставаться утром. Но было то, что не давало ей заснуть. То были назойливые мысли, которые лезли в голову.
“Завтра линейка… в семь сорок. Я к восьми утра с трудом встаю. Нет, я не пойду. По морозу идти, в холоде сидеть. Тогда станет только хуже. Не хватало ещё после двух дней заболеть. Хотя… если заболеть, это ведь повод не ходить вообще. Но нет, меня же потом обвинят, что я специально! Конечно, специально! Сами создали невыносимые условия, а ещё и хотят безупречной посещаемости. И на факультатив лучше не идти. Представляю, какая сейчас мерзлота в худичкином кабинете”.
Затем она тяжко вздохнула, перевернувшись на другой бок.
“Опять Мумина будет кружить по кабинетам и лить свой яд, ведь никто не пришёл на их линейку. Я конечно же попаду под обстрел в первую очередь! Как круто. Пусть говорит, что я всех не уважаю, всё прогуливаю, что у меня нет будущего. Ей-то что с того? Пусть хоть кричит. Я просто буду молчать. Начни им говорить, так они такое радуют…
Они всегда ищут за что уцепиться, ищут слабые стороны…”
И Рози ещё раз тяжко вздохнула, и, приняв другую позу, в надежде, что мысли её отпустят пришла в разочарование, ведь мысли снова лезли, с ещё большей силой.
“Они хотят полный контроль над всеми, что даже поставили биометрию. Чтобы знать, когда ты зайдёшь, когда выйдешь. Чтобы иметь полную власть над тобой … и над твоим… будущем. Я не удивлюсь, если у них есть на каждого ученика целое досье.
Ни шагу, ни дыху. Всё под контролем. Любое твое действие может обернуться против тебя. Будь это даже случайное слово или шаг. Чтобы пойти в туалет, нужно отпроситься, хотя это простая человеческая потребность. Передвигаться свободно тоже нельзя. Свобода? Это вообще не про нас. Это тюрьма. Нет, даже хуже тюрьмы. В тюрьме хотя бы есть ясные правила. А тут… Тут они их каждый день придумывают заново.”
Она на мгновение закрыла глаза, надеясь, что сон придёт, но мысли захлестнули её с новой силой.
“Восемь уроков в холоде. Мы роботы? Нет, мы люди. Но для них мы не люди. Мы просто инструменты для достижения желаемого.”
Тёплое одеяло больше не казалось спасением, ведь негатив поглотил её.
"Я просто хочу, чтобы это закончилось. Хочу, чтобы наступил день, когда не будет этих бессмысленных линеек, этих восьми уроков, этого ледяного холода.”
Оставим Рози в покое, ведь она потихоньку засыпает, потому что усталость берёт своё. Проследим за Ричи. Он тоже проваливается в сон. Тёмный, полный неоновых бликов и дыма от электронных сигарет. Тьма рассеивается и…
Перед ним предстаёт то, что заставило его тогда вырваться из толстых рук Полихимнии. Тьма вокруг Ричи больше не кажется пустотой. Она живая — бурлит, шевелится, хихикает тысячами голосов. Внезапно вспышки неона разрывают мрак, и перед его глазами возникает город, словно вытащенный из кошмарного сна безумца. Здания, искривлённые до невозможности, взмывают в небо под углом, который противоречит всякой логике. Их стены извиваются, окружают его, как будто хотят задушить. Он поднимает глаза и видит луну.
Луна — не просто луна. Она огромна, как гигантский кровавый глаз, который вращается, следя за каждым его движением. Её свет пронизывает город, вычерчивая на асфальте красные узоры. Тени на стенах домов начинают двигаться, складываясь в причудливые символы и фигуры, которые стремительно меняются, словно пытаются что-то сказать, но их язык не для человеческого понимания.
На улицах не парят существа, а скачут, разрывая пространство. Они бесплотны, их тела состоят из стеклянных осколков, отражающих город, тумана, сгущаещего воздух вокруг. Одно из них резко оборачивается на него, искажённый осколок головы разворачивается на 180 градусов. Его лицо — это кривое, растянутое отражение Ричи самого, только глаза вытекли, оставив за собой чёрные провалы, из которых струится неоновый дым.
Под ногами мостовая начинает плавиться, переходя в поверхность, похожую на зеркало. Из зеркала тянутся костлявые, обтянутые тонкой и склизкой кожей руки — десятки, сотни рук, обхватывающих его ноги, спину, руки. Они тянут его вниз, а из глубины раздаются голоса, каждый из которых говорит разное, как будто в голове кто-то разом включил тысячи радиостанций. Эти голоса складываются в единый хор, который хохочет, рыдает, кричит.
Он хочет закричать, но воздух будто испарился. Ему удаётся вырваться из хватки, но он падает, не в землю, а в бесконечный водоворот света и теней. Лица мелькают вокруг, кривятся, улыбаются, но их улыбки — это зияющие дыры, которые разрастаются, пока не поглощат весь мир.
Ричи открывает глаза в своей комнате. Всё тихо, он всё ещё ощущает на себе всё безумие неона, а в воздухе витает приторный дым, хотя в доме никто не парит.
Настал новый день. Ветер свободно разгуливал по пустырю, фонари шатались и скрипели, словно в танце. Школьники проваливались в сугробах, падали, поспешно собирали разбросанные баулы, поднимались, и судорожно доставали телефон, (а некоторые пыхалку) и смотрели, не опоздали ли они на линейку? И снова падали, потому что баулы весили больше них самих. Такими темпами они и добирались до школы. С трудом открыв массивную дверь, они оказываются не в менее холодном фойе. Сбросив с себя баулы, они раздеваются и переобуваться стоя, ведь все свободные стулья заняты. Масса людей медленно фильтруется через турникеты. Барахлящие устройства для идентификации личностей работают медленно, тщетно пытаясь опознать учеников по фотографиям пятилетней давности. В какой-то момент устройства наотрез отказались работать, поэтому сектантам пришлось их отключить. На линейке и классном часе бедные ученики проходили сеанс перепрошивки мозга. Тортилло, наряженная в своё любимое зефирное платье, которое прибавляло ей килограммов пятьдесят весу, с предвкушением смотрела, как ученики заходят в её класс и рассаживаются по своим местам. Но настроение начало портиться, когда она увидела, что место рядом с вонючей Полихимнией, предназначенное для Ричи, пустует. Ошарашенная Тортилло перевела взгляд на парту, за которой сидел Пауль, переживающий разлуку с Авророй ради великого дела, но место, отведенное для Рози тоже было пусто. С угасающей надеждой она решила посмотреть на парту, за которой должен был сидеть Мэтт, но обнаружила лишь кислую его приставательницу, которая заприметила его в прошлой главе. Такая же ситуация происходила на остальных, приготовленных местах. Первая часть плана “А”, а следовательно и весь план, провалились. Тортилло больше ничего не оставалось, как провести классный час, а затем приступить к выполнению плана “Б”.
— Так! Быстро включили телефоны и переходим по ссылке, которую вы найдёте в Ватсапп! — В повелительной манере начала Тортилло.
Все достали телефоны и перешли по ссылке как загипнотизированные. На десятках устройств открылся сайт.
— Вам необходимо выбрать свою фамилию и имя, нажать на кнопку: “да, это я” и пройти тест. — Продолжила Тортилло. — Прежде чем отвечать, хорошо подумайте.
Сайт имел не самый лицеприятный вид, казалось, что он создан школьником. Примерно вот такие вопросы содержал в себе тест:
1)Если ваш лучший друг нарушил правило, а вам сказали его выдать, как вы поступите?
a) Немедленно сообщу. Правила важнее.
b) Постараюсь поговорить с ним и убедить исправить ситуацию.
c) Ничего не скажу, ведь дружба важнее.
d) Скажу, только если мне что-то предложат взамен.
2)Что вы чувствуете, когда кто-то в коллективе не подчиняется установленным нормам?
a) Раздражение и злость.
b) Нейтральное отношение, если это не влияет на меня.
c) Сочувствие к человеку, ведь у каждого есть свои причины.
d) Желание разобраться, кто виноват, и помочь коллективу восстановить порядок.
3)Вы узнаете, что ваш учитель или руководитель совершил ошибку. Что вы сделаете?
a) Буду следовать его указаниям, несмотря ни на что.
b) Постараюсь обсудить ситуацию с ним лично.
c) Поделюсь этим с другими, чтобы решить, как действовать.
d) Игнорирую это, ведь ошибки не имеют значения.
4)Вам дали возможность получить что-то ценное, но при этом нужно обмануть одноклассника. Как вы поступите?
a) Обману, если это принесёт мне выгоду.
b) Попробую договориться без обмана.
c) Откажусь, потому что это несправедливо.
d) Зависит от обстоятельств.
5)Вам доверили тайну, но другой человек предлагает вам что-то ценное за её раскрытие. Что вы выберете?
a) Раскрою, если это выгодно.
b) Оставлю тайну при себе.
c) Поделюсь только с самым близким другом.
d) Постараюсь забыть о тайне, чтобы не допустить ошибок.
6)Какая из этих целей кажется вам наиболее важной?
a) Служить общему делу и помогать другим.
b) Следовать своим мечтам и идти к успеху.
c) Сохранить мир и гармонию в коллективе.
d) Получать удовольствие от жизни, не думая о правилах.
7)Как вы поступите, если перед вами стоит выбор: рискнуть ради общего дела или отойти в сторону?
a) Рискну, если это принесёт пользу всем.
b) Постараюсь взвесить все риски и выбрать безопасный вариант.
c) Отошёл бы в сторону, это не моя забота.
d) Рискну только ради собственной выгоды.
8)Как вы относитесь к тем, кто обладает абсолютной властью?
a) С уважением и подчинением.
b) С осторожностью, но готов подчиняться ради общего блага.
c) С недоверием, предпочитаю равенство.
d) С желанием самому обрести такую власть.
Но тест проходили не все — вновь воссоединившиеся Пауль и Аврора, целовальники которых снова и снова сливались в наигранных, сладострастных поцелуях, позволили себе столь нахальное поведение. Тортилло это заметила, так как звуки раздавались на весь класс, и пришла в ярость. Мир снова рушился, оставляя от былого лишь пепел.
— Вы что себе позволяете?! — выпалила она. — Это … это нахальство!
Но Пауль и Аврора лишь ядовито хихикали. Тортилло продолжала.
— Это мерзость, неуважение! — на весь класс кричала она. — Никчёмные!
— Тише-тише, не кричи, — с излёвкой сказала Аврора, приложив палец к губам. — А то ещё голос сорвёшь, а нам тебя ещё слушать.
— С каких это пор вы обращаетесь ко мне на ты? Я заставлю вас пожалеть об этом! — в голосе Тортилло уже не было места разуму, лишь ярость, хлеставшая через край. — Вы позорите нашу общину! И ты, Пауль… Я всегда знала, что ты — льстящий, самодовольный трус!
Пауль ухмыльнулся, переглянувшись с Авророй.
— Ты нас ещё что-нибудь поучи, — с самодовольной насмешкой ответил Пауль.
— Замолчи! — Тортилло стукнула своей толстокожей, жёлто-зелёной ладонью по столу.
— Сама замолчи! — Резко рявкнул на Тортилло Димьян.
Тортилло тут же резко замолчала, и опустившись на колени перед Димьяном произнесла:
— Я больше не буду! Извините, мой господин! Я…
— Твои слова бессильны! — перебил Димьян. — Ты не заслуживаешь такого места в иерархии!
Повисла тишина, а Пауль и Аврора дымили пыхалками, победно ухмыляясь.
Прозвинел звонок и все покинули Тортилло, разбитую, но не теряющую надежду отомстить не только нашим друзьям, но и Авроре, и предателю Паулю.
✹
Наши друзья явились в школу сонные. Они удивились, когда, идя по бесконечным коридорам они не встретили гневную Тортилло. Первым уроком как всегда была алгебра, после которой весь день шёл на смарку. Гоблин, как всегда потный и вонючий, как лужа за батареей, да ещё и пьяный, злобно ожидал учеников. Его тоже приобщили к выполнению плана мести за то, что никто не пришел в воскресенье. Но наши друзья для него особого интереса не представляли. Среди всех учеников он искал её — маленькую, толстую и недоразвитию Полихимнию. Но её нигде не было, лишь нахально одетые наши друзья маячили в классе. Место прямо перед Гоблином пустовало. Прозвинел звонок и он совсем потерял надежду встретить Полихимнию.
Звонок уже прозвенел, и Гоблин, тяжело вздохнув, почти смирился с мыслью, что Полихимния сегодня не явится. Но тут дверь с энтузиазмом, присущим только Полихимнии, открылась. Полихимния, величественно неся в руках пакет со сменной обувью и шопер с котами, которые выглядели столь же странными, как и она. На спине красовался рюкзак с аниме-принтом, а искусственные афро-кудри на её голове казались вызовом всем прическам в классе. Она была обвешана украшениями как новогодняя ёлка на ножках.
Гоблин замер. Его взгляд мгновенно оживился, как у человека, впервые за день нашедшего смысл жизни.
— Наша принцесса пришла! — Гоблин растянул свой мерзкий рот в страшной улыбке. — Принцесса, почему ты опоздала?
— В столовую ходила, — ответила Полихимния, доставая из рюкзака пиццу сомнительного вида, на которой, красовалась одна соломинка сыра.
— А сменку надела? — с приторной заботливостью спросил Гоблин.
Полихимния в одобрение тряхнув своими афро-кудрями, собранными в высокий хвост.
Гоблин начал урок. Сначала вызвал к доске Полихимнию. Полихимния, ещё не успев как следует устроиться за партой, услышала, как Гоблин, строя из себя крутого, заявил:
— Полихимния, к доске!
Класс сдерживал смешки. Полихимния, с распыляя вокруг ароматы из своего аденоидного рта, подошла к доске. Стоило ей взять в руки мел, как стало ясно: сегодняшний её выход на "сцену" будет провалом. Она вертела мел, словно это был загадочный артефакт, назначение которого ещё предстояло выяснить.
— Ну что, принцесса, давай, удиви нас! — подбодрил Гоблин, опершись на учительский стол.
Полихимния с трудом выдавила пару невнятных слов, которые скорее напоминали шёпот пыльного вентилятора, чем ответ. Класс начал хихикать, а Гоблин, недовольно покачав головой, приблизился к ней, словно собираясь лично разобраться с этой ситуацией.
— Полихимния, что это такое? — начал он с притворным укором, но тут заметил грязное пятно на её пиджаке. — Да что же вы за друзья такие? Никто даже не мог сказать ей, что она испачкалась! Не то, чтоб отряхнуть!
С этими словами он протянул руку и, под предлогом стряхнуть пыль, мягко провёл по плечу Полихимнии. Класс замер в шоке, кто-то тихо фыркнул, а Полихимния, радостная и раскрасневшаяся, вцепилась в него своими толстыми руками
— Всё сама, всё сама, — драматично вздохнул Гоблин, глядя на неё с таким видом, будто перед ним стояла трагическая героиня. — Вы хоть раз могли помочь своей принцессе? Никто, никто не сказал, никто не отряхнул!
Он горестно покачал головой, как будто сейчас собирался прослезиться, но вместо этого отпустил её плечо и сделал шаг назад.
— Ну ладно, садись, принцесса. На сегодня с тебя хватит. — В его голосе прозвучала странная смесь "заботы" и гордости.
Рози и Маша, сидевшие вместе за одной партой, высказывали своё мнение насчёт случившегося.
— Наверное, трусы хорошо простирала, — шёпотом усмехнулась Рози, бросив взгляд на Полихимнию.
— Думаю, что дело не только в этом, — задумчиво протянула Маша, нахмурившись. — Тут что-то большее. Всё это слишком странно.
Рози повернулась к ней, с интересом прищурившись:
— Что ты имеешь в виду?
— Полихимния — наивная, тупенькая. Она идеальна для такой роли, — уверенно заявила Маша. — Посмотри, как Гоблин её выделяет. Называет принцессой, показывает на неё как пример. Я думаю, он специально её выбрал, чтобы манипулировать остальными.
— Как это работает? — глаза Рози вспыхнули интересом.
— Очень просто. Он показывает, что даже такая, как она, может быть "особенной". Все смотрят на неё и думают: "Если она смогла, то и я могу". Это ловушка. Он создаёт иллюзию, что ему важно кого-то выделить, но на самом деле он просто внушает подчинение. — Маша посмотрела на Полихимнию, которая сидела за партой, уплетая пиццу с полным отсутствием осознания происходящего.
Рози кивнула, всё больше понимая задумку подруги.
— Ты думаешь, он таким образом управляет классом?
— Классом и не только, — твёрдо сказала Маша. — Ему нужно, чтобы все чувствовали себя обязанными стать "избранными". А Полихимния для него — идеальный инструмент, чтобы это показать.
Урок прошёл как попало, ведь все были увлечены тем, что произошло у них на глазах.
Тем временем сектанты приступали к плану “Б”. То был урок родного языка, который вела Бабаёшкинс. Ближе к середине урока дверь внезапно открылась, и явилась Мумина в очередном умопомрачительном готическом образе. Она со злобой окинула своим взглядом класс и сказала:
— Встали те, кого не было на линейке и классном часу!
Все, в том числе и наши друзья сидели. Пауль, посмотрев, что наши друзья не встали, лестно заявил:
— Рози, Тары, Антуанетты, Мэтта, Ричи, Маши, Миши не было сегодня утром! Их нужно срочно наказать!
— Ты прав, Пауль! — согласилась Мумина. — Их нужно наказать!
— Как вы смеете пропускать столь важные мероприятия?! — воскликнула Бабаёшкинс. Её голос прозвучал так, словно каждое слово могло пронзить воздух ядовитой стрелой. — Ваша дерзость переходит все границы!
— Это возмутительно! — подхватила Мумина, не сводя взгляда с наших друзей. — Как вы объясните своё поведение?
Друзья молчали, стараясь сохранить спокойствие. Но Ричи, не выдержав, выпалил:
— Мы проспали. Почему я должен принебригать сном ради какой-то линейки?
— “Проспали"? — язвительно переспросила Бабаёшкинс, её тон капал сарказмом. — Это звучит как жалкое оправдание. Вы думаете, вы особенные? Правила не для вас?
— Думаю, мы должны вывести их отсюда, — Добавила Мумина, словно выносила приговор. — Нарушителям дисциплины не место здесь.
— Ты права, Мумина, — кивнула Бабаёшкинс, её губы искривились в довольной улыбке. — Мало того, что они пренебрегают обязательствами, так ещё и дерзят! Вон из класса! Немедленно!
— Но… — начала было Рози, но Антуанетта осторожно дёрнула её за руку, шепнув:
— Мы только усугубим положение. Давай пойдём.
— Да, идите! И возвращайтесь только тогда, когда научитесь уважать правила! — добавила Бабаёшкинс с ядовитым удовлетворением, следя, как друзья медленно выходят из класса.
В момент, когда дверь за ними закрылась, Мумина повернулась к классу и громко заявила:
— Так будет с каждым, кто посмеет пренебречь дисциплиной. Учитесь, а не создавайте беспорядок!
Тем временем, за дверью… ловушка уже ожидала своих жертв.