Сны и реальность Саймона Рейли

Это только в боевиках мерзавцы погибают от пуль хороших парней. А в реальной жизни мерзавцы – самые жизнестойкие существа из всех млекопитающих.

(с) Сергей Минаев

До празднования нового года оставалось дня четыре. Никакого настроения отмечать у Саймона не было. Он хотел лишь лечь пластом и, может быть, слиться с холодной землей. И больше, желательно, не функционировать.

Вспомнив о своем недавнем видении, в котором та раздражающая Нина погибала в торговом центре, он решил сходить к отцу в гости, в особняк, поведать тому о своих видениях. Казалось, Мартин Вейс был в состоянии помочь в этом вопросе. Хотя бы одной головной болью могло стать меньше.

Когда Саймон пришёл к особняку, отец разговаривал с тётей Ирой, сидя на деревянной скамейке возле кустов роз, занесённых снегом. Обсуждали, по-видимому, Саймона. Навира, облачённая в длинное серое пальто, подметала дорожку, игнорируя напряженную обстановку. На гувернантке восседала пушистая кроличья шапка, словно неведомый гордый зверек.

— Привет, Саймон. — Отец помахал рукой, — я не ожидал, что ты придёшь.

Парень и сам не ожидал, что решится на этот визит сегодня.

Он поздоровался с тётей Ирой, но при ней решил не рассказывать Мартину Вейсу о том, что беспокоило. А то тётя разволнуется и останется в Чалиндоксе на неопределённый срок. Нужно было, чтобы она уехала. Её присутствие в Листоне раздражало. Тетя каждый день наведывалась во дворец и беспокоилась о здоровье Саймона, что само по себе не прибавляло позитива и без того паршивой жизни.

Она уезжала обратно в Зебровск сегодня вечером. Мартин Вейс согласился её проводить и помочь с чемоданами, ведь тётя купила себе кучу Листонских сувениров.

— Я бы и дольше осталась, — говорила тётя Ира. — Да вот только работа, ответственность и всё такое...

Она пыталась мотивировать Саймона вернуться с ней в Зебровск, но не получилось. Что у него там в Зебровске оставалось, кроме тёти? По сути – ничего. И этот город, в котором Саймон провел больше времени, чем в Чалидноксе, уже казался очень чужим.

Тётя Ира встала со скамейки и, огорчившись, что проиграла очередной спор с племянником, спросила:

— Ты себя хорошо чувствуешь?

Вид у Саймона был нездоровый, тёте даже казалось, как-будто парень стал выглядеть даже бледнее, чем после выписки из больницы. Ирина хотела было попросить Навиру принести градусник, но передумала.

Саймон не знал, что ответить. Слово «хорошо» перестало для него существовать после смерти Карси. Соврать ей что ли?

Так и не дождавшись ответа, тётя приблизилась и стала давать наставления родительским тоном:

— Когда уеду, смотри не пей ничего холодного и мороженое не ешь. А то простынешь, а у тебя и так иммунитет ослабленный!

Саймон повел бровью. Тетя Ира так в этом уверена.

Мартин Вейс, наблюдая за этой сценой со скамейки, с трудом сдержал смешок. Он считал, что женщина перегибала палку.

— И без куртки не ходи! — беспокоилась та.

— Я здоров, честно... — попытался успокоить её Саймон, но она нашла к чему придраться.

— А вид? Почему мне кажется, будто ты сейчас растворишься в воздухе? И так почти прозрачный! Ты, что, не высыпаешься? Во сколько спать ложишься?

Саймон закатил глаза, затем посмотрел в сторону отца — может, тот найдёт, чем отвлечь тётю Иру?

Барон Вейс намек понял, поднялся и предложил:

— Слушайте, Ирина, у нас еще пять часов есть до вашего отъезда! Хотите попробовать суп, приготовленный Навирой, очень вкусный? Уверен, такого рецепта Вы еще не пробовали!

— Отлично! — воскликнула женщина, потеряв к племяннику интерес. Всё-таки голод иногда оказывается сильнее чувства ответственности. — Но это не последний мой визит в Чалиндокс. Возможно, в скором времени я даже перееду сюда, чтобы быть ближе к....

— Я и не сомневался, — хмыкнул барон Вейс, устало перебив. За то время, какое она провела у него в особняке, его голова почему-то болела чаще, чем обычно.

Мартин Вейс попросил Навиру проводить гостью до кухни, гувернантка недовольно отложила метлу и скрылась в доме.

Саймон дождался, пока за ними захлопнется дверь и выдохнул. Наконец-то можно нормально поговорить без свидетелей.

— Понимаю, ты не просто так пришел? — опередил отец.

— В смысле? — не понял сын, потирая друг о друга замёрзшие ладони. Перчаток он принципиально не носил, пряча руки в кармане пальто.

— Ты ведь по мне не соскучился, верно? — хмыкнул Мартин Вейс, скептически пройдясь взглядом по кустам роз.

После всего, что произошло, он считал, что Саймону было плевать абсолютно на всё, особенно на себя самого. Парень же действительно не искал сейчас отцовской заботы. Он отчаянно хотел быть понятым и поговорить с бароном Вейсом, как с тайным главой «ДС». Ведь эти дурацкие видения касались чужих жизней. Кроме того, Саймон обещал Клине Фебруус, что не станет отдаляться от близких. Наверное, нужно хоть как-то контактировать.

— Можешь считать меня сумасшедшим, — начал Саймон, не зная, как объяснить то, что он увидел из-за теплового удара.

— С чего бы это? — усмехнулся отец.

— Потому что я боюсь...

Барон Вейс поднял вверх бровь и вопросительно посмотрел на него:

— С каких пор страх — признак сумасшествия?

— Ко мне вернулись способности предвидеть будущее. Плохое будущее! И это пугает, — пояснил Саймон, не спеша присаживаться на скамейку и стараясь держаться уверенно. — Наверное, всё из-за стресса...

— Нужно меньше волноваться, — посоветовал Мартин Вейс и подмигнул. – Научись расслабляться.

— Я потерял сознание и увидел будущее одной девушки, которая должна погибнуть при взрыве в торговом центре, — пояснил сын, надеясь, что он не станет списывать это на больное воображение. — Я даже не знаю, когда и где это случится! Может, вообще через год или больше. Но факт есть.

Саймон уже начинал беспокойно дышать, но не замечал этого.

— Ты так уверен в том, что оно сбудется? – Мартин Вейс смотрел на него, не моргая.

— Да. Правда, раньше никогда не видел этого здания и не знаю его названия. Может, его ещё не построили...

Барон Вейс поднялся со скамейки и попытался успокоить сына. Но тот слышал в его словах недоверие.

— Может, не стоит так серьезно относиться к тому, что привиделось? — предложил отец серьёзно, он волновался за Саймона. — Скорее всего, это не видение даже. И не указывает на будущее. Тебе просто не хватает сна, вот ты и вырубаешься, а сознание шутит.

Саймон скрестил руки на груди, желая отойти на шаг.

— Я получил тепловой удар, - нехотя признался он. - Но всё было так, как и тогда, когда я что-то предчувствовал... — ему хотелось, чтобы отец поверил.

Барон застыл, затем поинтересовался:

— Где ты успел перегреться, когда почти январь?

- Неважно, - отрезал сын.

- Ну, пойми ты! Даже если что-то предчувствуешь, я не могу послать отряд «ДС» патрулировать непонятно что неизвестно где и когда.

Саймон стряхнул несколько снежинок с рукава черного пальто и кивнул:

— Ты прав. Это было бы странно.

— Я вот что думаю! — улыбнулся ему отец. — Тебе все-таки надо сменить обстановку и отдохнуть, чтобы не загружать глупостями свою голову...

— Это не глупость, — насупился Саймон. — А что, если...

— Никаких «если». Я тут путёвку в санаторий присмотрел. Махнём вместе на недельку в Скалфилд на Горные озёра. Рыбу половим. Знаешь, там места красивые, умиротворяющие! Я фотоаппарат старый тапковый возьму...

Он говорил об этом с таким воодушевлением, что не хотелось разочаровывать его, но придётся. Саймон не мог себе этого позволить. Финансы тут не причем, он просто не мог. Потому что если не будет ходить каждый день к Карси, то ей там будет одиноко.

— Прости, но я...

— Только ты, я и природа! — воскликнул барон, мысленно рисуя себе эту картину. — Костёр разведём на снегу, рыбку пожарим! На лыжах прокатимся...

- Но я не умею рыбачить, - Саймон пытался не отказывать ему прямо в лоб. – Да и, знаешь, очень жалко выдирать крючок из глубоко засевшего рта рыбины.

Представив это, парень даже передернулся. Однажды он имел такой опыт, когда они с Димкой и Карси не могли решить, кто первый освободит выловленного леща от крючка, который попал ему почти в глотку и замертво засел. Димкин отец, стоя чуть ли не по пояс в воде в броднях, наблюдал за тем, как они решали этот вопрос, не желая вмешиваться. Считалочка не помогла, у Димки из руки выпал нож, и Саймон, тяжело вздохнув, взял эту роль на себя. Сжав нож, он, содрогаясь, резал ей рот, чтобы освободить от крючка. Карси держала рыбу, прижимая к камню, чтобы не выскользнула. Казалось, лещ кричал и молил о пощаде, и учавствовшие в экзекуции ребята еле сдерживали слёзы, от осознания того, что причиняют муки живому существу, в то время как Димка, отвернувшись, делал вид, что смотрит на речку. Это был их первый в жизни улов, у которого крючок застрял настолько глубоко и намертво.

- Я научу тебя, - пообещал Мартин Вейс.

— Отец, мне это не нужно, — Саймон всё же сказал своё «нет», прерывая ход его мыслей.

Барон застыл и посмотрел на него с таким выражением, какое бывает у ребёнка, когда ему что-то не покупают.

— Почему? – он словно был шокирован отказом.

— Во-первых, я сам должен справиться со своими тревогами.

— Но я твой отец и хочу восполнить тот пробел жизни, в котором меня не было...

— Во-вторых, я не могу оставить Карси там одну надолго...

Мартин Вейс в ответ на это с раздражением втянул воздух. Он с трудом заставил себя не говорить реалистичные вещи. Попытался быть мягким.

— Но ведь неделя тебя не убьет, верно? Карсилина очень хотела, чтоб мы с тобой были семьёй...

— Семьёй, которой у меня практически никогда и не было, - Саймон посмотрел на свои ботинки. На носке появилась откуда-то новая царапина. Ну и плевать.

- Я.... Я сожалею, - барон взглотнул, он понимал, что сын еще не до конца простил его. Не смог отпустить эту ситуацию.

Саймон вздохнул, не хотелось говорить отцу, как плохо было матери без него, как Веригус её избивал, как запирал мальчика в большом тёмном дубовом шкафу, как разбил ему нос. Как отчим его тиранил, когда забрал после гибели матери, а охранники его садили в собачью клетку.

Главное – держать себя в руках и не сказать лишнего. Мартину Вейсу не нужно знать, как обращался с его сыном Веригус.

— В-третьих, мне нужно учиться, — закончил Саймон тоном, не выражающим никаких эмоций, надев на себя маску равнодушия. — Я достаточно много пропустил по программе, меня могут отчислить, если не сдам долги, которые накопились во время болезни.

—Послушай, я могу поговорить с руководством университета, и никто тебя не отчислит, — предложил отец, задумавшись. — Если надо, можно и заплатить...

— Такая помощь мне не нужна. — То, что ему предлагали подкупить руководство ЧАЛИКУНа, немножко разозлило, но он не показал своего раздражения. — Я привык сам разбираться с тем, во что влип.

— И это не всегда проходит хорошо, верно? — хотел переубедить его барон. — Если бы вы с Карсилиной тогда не отправились к Гадритте сами...

- Я пытался позвать на помощь, - Саймон заставил себя не повышать голос, но кулаки сжал. – Но ты сам был непонятно где и не взял трубку! Даже сообщение не прочитал, которое я тебе отправил, перед тем, как войти.. И кто после этого...

- Вы могли туда вообще не ходить!

— Хватит! — парень всё же не сдержался, желая заткнуть уши. Он винил себя, очень сильно. А отец это такими словами только усугублял.

Мартин Вейс вздрогнул, не ожидая, что тот почти крикнет на него.

- Саймон...

- Да, я придурок и идиот, который не смог уберечь Наследную Принцессу Листона. Доволен?!

Саймона трясло, в носу начинало щипать. Хотелось исчезнуть. Навсегда..

- Это ведь ты такой умный! Ты ведь все можешь! Ты всех спасешь!

У него в глазах стояли слёзы.

- Но вы все опоздали! Я ведь пытался. Я пытался.

Саймон резко отвернулся, вытер глаза ладонью, и направился в сторону ворот, у него не было настолько стабильного эмоционального состояния, чтобы телепортироваться.

— Я не обвиняю тебя в её смерти! – попытался оъяснить Мартин Вейс, желая остановить сына и объясниться.

- Не подходи ко мне, - сын ускорил шаг и, взялся за медную ручку.

- Подожди...

- Отвяжись.

Саймон покинул участок, резко захлопнув дверь ворот. Те ужасно гремели, а Мартин Вейс, оставшись за ними, виновато провожал его взглядом.

***

В подземном убежище Гадритты собралось очень много колдунов, одетых в черные костюмы и остроконечные шляпы.

Посреди зала с колоннами располагался помост, на котором стояла Гадритта. Одета она была в тёмно-фиолетовый балахон.

Глава «СиТм» произносила речь, держа в руках сиреневый бумажный самолетик.

— Слушайте меня, сообщники! — вещала она. — Я чувствую, наш час уже близко! Довольно терпеть накопившуюся злобу и несправедливость! Надо действовать! Надоело, что остальные маги сравняли нас чуть ли не с землей! Но мы не потеряли наше достоинство! Довольно все это терпеть! Чародеи и волшебники наконец-то поплатятся за свою дерзость! Мы дадим им знать, кто здесь главный, одержим победу!

Среди приспешников раздались одобрительные возгласы и аплодисменты. Сулитерия, которая находилась там, чувствовала себя неуютно. Да, колдунов притесняли, но если внешне не было понятно, что человек именно колдун – его никто не трогал. Да, были такие случаи, что семьи колдунов запугивали соседи, пытались давить на них. Но было ясно одно, тетушка Гадритта за права своих людей бороться собирается в последнюю очередь.

— Теперь мы можем сделать то, чего хотели очень давно! Колдунов станут уважать! Перестанут относиться к нам как к ничтожествам! Мы покажем всем, кто здесь главный! — продолжала Гадритта. — Мы двинемся к дворцу Фротгертов и захватим его!..

— Да! — послышались еще одобрительные крики. — Давно пора!

Сулитерия, стараясь, чтобы Гадритта её не видела, начала медленно продвигаться к выходу из зала.

Гадритта же была увлечена своей речью и не видела племянницы.

— А после расправы над Фротгертами мы двинемся к пигистерству и свергнем власть!.. — ведьма яростно взмахнула кулаком, представляя, как сокрушает под его тяжестью миниатюрную копию дворца.

— Да! Долой Фротгертов! — скандировали колдуны.

— Все волшебники, чародеи и простые смертные станут нашими рабами! Долой господство этих ничтожных представителей человечества! Эре колдунов давно пора начаться! Неужели вам не надоело, что эти волшебники вечно ходят с высоко поднятыми от гордости носами?! Это надо прекратить!

— Долой волшебников! Долой чародеев!

— Те, кто нас не поддерживает, будут страдать! Мы лишим их всего! — кивнула Гадритта. — В Листоне наступит новая эра! Никто больше не станет нас поливать грязью! Это мы кого угодно утопим в крови!

Она, конечно, не вдавалась в подробности насчет того, что по численности магов, ее не поддерживающих, гораздо больше. Гадритта и не хотела об этом упоминать, ведь государственный переворот ее не интересовал. Сначала надо было убрать королевскую семейку. А приспешники ей были нужны как прикрытие, чтобы отвлечь «ДС» и полицию. Главное только своим подопечным лапши на уши навесить, они ведь поверят своей госпоже, которая стремится к «лучшему будущему», и пойдут на все, лишь бы ей угодить.

Сулитерия вышла из зала. Она решила рискнуть. Она больше не собиралась подчиняться тётушке, и сделает всё возможное, чтобы планы «СиТм» не осуществились...

***

На пороге дворца Саймон презрительно взглянул на дворецкого, под которого был замаскирован один из боевых магов «ДС», приставленных охранять Фротгертов. Имени этого мага парень не знал, но часто видел, как тот разговаривал с его отцом.

— Саймон, ты чем-то расстроен? — спросил дворецкий, притворяясь участливым.

Видимо, покрасневшые глаза выдали.

Ну, вот что за несправедливость! Саймон не знал этого человека, вообще не представлял, кто он такой. А служащий «ДС» его по имени называет, да еще и с Мартином Вейсом общается. Наверняка тот ему что-то рассказал, чтобы охранял пристальнее.

Парень проигнорировал вопрос дворецкого и стал подниматься по лестнице, надеясь, что отстанет. Служащий «ДС» понял, что в данный момент его лучше не доставать, и остался в холле.

По лестнице Саймон брел, словно в полусне. И лишь вздрогнул, подняв глаза, когда чуть не столкнулся в коридоре третьего этажа с Димкой.

— Ты выглядишь скверно. Ел сегодня что-нибудь? — заметил тот с беспокойством. – Что-то случилось?

Рейли дошел до двери своей комнаты и ответил, взявшись за позолоченную ручку:

—Жизнь – отстой.

И зашел, перед носом друга хлопнув дверью, закрывшись на ключ.

Почему отец не может оставить его в покое? Агентов своих послал, которые, кроме того, чтобы охранять Мартину с Альфредом, ещё должны за ним следить.

***

План Гадритты состоял в том, чтобы часть её сторонников пробралась во дворец через секретный ход, ведущий прямо в библиотеку Фротгертов. Другая часть сторонников, вместе с госпожой должна была штурмовать дворец с главного входа.

И вот глава «СиТм» с частью приспешников появились возле ворот, напугав людей, проходивших в это время по улице. Так же они перегородили проезжую часть, водители возмущенно сигналили.

Гадритта раздраженно разбила лобовое стекло ближайшей машины. Мужчина, сидевший за рулём, выскочил из автомобиля, со страхом обошёл злых колдунов, столпившихся возле запертых ворот дворца, и убежал в неизвестном направлении.

Несколько приспешников под одобрительное улюлюканье остальных колдунов принялись громить остановившиеся в пробке автомобили.

Водители пытались дать отпор, но безрезультатно. Их, как только они вышли из машин, подбросило в воздух и отшвырнуло к стене здания, стоявшего на противоположной стороне дороги.

— Эй! Фротгерты! Отворяйте! — крикнула Гадритта, проталкиваясь к воротам. — А то мы тут всё в щепки разнесём!

— Отворяйте! — вторили её приспешники.

Охранник выглянул из сторожки, предварительно сняв наушники, а когда заметил Трегторф с компанией, удивился или даже испугался. К сожалению, он не являлся служащим «ДС». И был простым смертным, не владеющим магией.

Принимая тапков (простых людей) на работу, королева Лоритта хотела показать, что королевство Листон не ущемляет интересы граждан, которые не умеют колдовать.

— Госпожа Гадритта? А мне не велено Вас пускать, — сообщил он, тяжело вздохнув. Ему было страшно, и он дрожал.

Интересно, а почему он такой вежливый по отношению к ней? Или это страх так сказывается?

— Открой ворота! — рявкнул кто-то из злых колдунов. — Отворяй!

— Отворяй! — свирепо повторили другие приспешники.

— Не могу, — ответил охранник, чувствуя, как по спине ползут мурашки.

— Можешь! — холодно сказала Гадритта, посмотрев ему прямо в глаза, тот вздрогнул. — Ты же не имеешь магических способностей, тапок. Так ведь?

Охранник кивнул, попятившись обратно к сторожке. Затем он выхватил пистолет с резиновыми пулями и направил его на Гадритту. Боевое оружие, способное убить, ему носить запрещалось. Что на самом деле нелогично.

Рука охранника дрожала от страха, а на его широком лбу выступили капельки пота.

— Это тебе не поможет! — прошипела Гадритта, сверкнув хищным взглядом. — Впускай нас сейчас же! А то хуже будет!

Глава «СиТм» не могла пробраться сквозь магическую завесу, которую создавали закрытые ворота.

Охранник выстрелил. Трегторф и глазом не моргнула. Она взмахнула рукой и поймала пулю.

— Не попал! — ухмыльнулась Гадритта, бросая пулю себе под ноги. — Хороший был выстрел.

Мужчина побелел, как полотно, и нервно сглотнул, пистолет выпал у него из руки и шлепнулся в лужу.

— Открывай, — продолжила Трегторф, — хуже будет! Заколдую тебя сквозь прутья!

Угроза подействовала, хотя заклинание Гадритты бы до него не достало, наткнувшись на магический барьер.

С видом обреченного охранник вынул из кармана пульт управления воротами и нажал на одну из кнопок. Ворота с тихим скрипом отворились. Это было его ошибкой. В преграде образовалась брешь. Она возникла, когда ворота открывались настолько широко, позволяя проехать внутрь какому-нибудь автомобилю.

На шум примчались служащие «ДС» из патрульного отдела, оцепили улицу и начали окружать главу «СиТм» и сторонников, приказывая сдаться.

Часть отряда Трегторф занялась их устранением, но патрульные так просто им не давались.

— Вперед! — приказала Гадритта, и приспешники ступили на запретную территорию дворцовой лужайки.

Гадритта, скалясь, вела свое «войско» прямо по траве. Да ну их, эти правила: «По газонам не ходить».

Но на ее пути возникли Серебринка, Зольтер и другие из отдела безопасности «Действия Света». Трегторф увидела в их рядах Сулитерию и сузила глаза, правда, на племяннице не было формы «ДС» и облачена она была в обычный ведьмовской чёрный костюм.

Что же получается! Всё это время чертовка вела двойную игру? Тётушка была очень зла.

— Что это вы тут делаете? — недружелюбно спросила Серебринка, обнажив свой меч, взявшийся непонятно откуда. Он источал серебристое свечение.

Вслед за эльфийкой оружие материализовали несколько магов (с той и с другой стороны).

Боевые маги подразделялись на две категории: ближнего боя мастерски владели призванным оружием, которое было зачаровано разными очень действенными чарами, а дальнего боя предпочитали сражаться с помощью заклинаний или же магического огнестрельного оружия, но таких было меньшинство.

Глава «СиТм» тоже материализовало меч, который заискрился тёмно-зелёным, словно бенгальским огнем.

— Гуляю, — ехидно ответила Гадритта. — Дышу свежим воздухом. Окрестности показываю друзьям.

— Это не тянет на безобидную прогулку! — нахмурился Зольтер, стоя рядом с Серебринкой, готовясь защитить её, если понадобится.

— Конечно! — ухмыляясь, кивнула Трегторф. — Мы пришли на охоту и без добычи не уйдем!

— Тут вам не дикая природа! — Зольтер держал клинок наготове. — На кого охотиться собрались?

— Тут полно добычи. Даже вот ты! — ответила Гадритта, одарив Сулитерию ненавистным взглядом. — Я открыла сезон, а то в лес зверей стрелять не пускают. Позабавимся хоть...

— Кто вас на такое надоумил? — поинтересовалась Сильв, хотя вопрос был риторический.

— Сама, представляешь! — огрызнулась Трегторф, она терпеть не могла этих «добреньких».

— Лучше вам отсюда убраться, — угрожающе заметила Серебринка.

— Нет! — отказалась Гадритта. — Это вы спасайтесь бегством, «Добренькие», нас все равно больше, чем вас!

Глава Грегторф так картинно бравировала, что могла бы стать в театре актрисой года.

— Это незначительное преимущество, — заметил Золотский. — К нам пришлют подмогу! А победа в поединке зависит от мастерства сторон.

— Да? Сомневаюсь, что патрульный отдел поможет, они сейчас заняты моими приятелями. — С издевкой протянула злодейка. — А вы еще и драться собираетесь?! Почему не сдадитесь сразу?

— Во дворец мы вас не пустим!

Гадритта двинулась с мечом на Серебринку, та превосходно отбила первый удар, и злая колдунья чуть не осталась без уха.

Завязалась ожесточенная схватка. На Зольтера набросились сразу два колдуна. Одному Золотский заехал локтем по лицу и разбил нижнюю губу, второго перебросил через плечо, и тот во время падения больно ударился затылком о бордюр, при этом меч выпал у него из рук и воткнулся глубоко в землю. И пока злодей пытался вытащить застрявший меч из земли, Золотский оглушил его по голове рукояткой своего оружия. Второй колдун, с кровоточащей губой, издал самурайский клич и замахнулся сзади на Зольтера. Но тот увернулся и в два счета выбил меч из его рук. Злодей даже ойкнуть не успел, как был ранен Зольтером в плечо. Постанывая, он повалился на газон и потерял сознание.

Сулитерия отбивалась заклинаниями, её атаковала ведьма с копной красных волос, торчащих из-под шляпы. Они были не расчёсаны и спутаны. Ведьма пыталась ранить Сулитерию, но у неё не получалось.

Гадритта всё еще билась с Серебринкой.

— Не упорствуй, сдавайся! — крикнула злая колдунья, устало вытирая пот со лба и пытаясь нанести очередной удар.

— Не дождетесь! — хмыкнула Сильв и чуть не ранила противницу в живот.

Та отскочила в сторону и со всей накопившейся злобой запустила мечом в Серебринку.

Сильв не успела отреагировать, всё произошло так быстро, и лезвие Гадритты, подобно копью, ранило ее где-то чуть левее сердца, вспоров спину. На газон брызнула кровь. Серебринка тихо ойкнула и упала.

Трегторф, чуть ли не хохоча, подошла к поверженной, истекающей кровью противнице, вытащила из раны окровавленный меч и произнесла с ехидным торжеством, отряживая красные капли на лицо эльфийки:

— Вот так всегда - неразумные пытаются бороться, но у них не получается. Это приносит им страдания. А в результате всегда один и тот же финал.

Сильв хотела ей возразить, но лишь прохрипела что-то неразборчивое, у нее изо рта струйкой потекла кровь.

— Не надо лишних фраз, — изрекла глава «СиТм», ей хотелось смеяться, но на лице оставалось равнодушие. — Они приносят ненужные мучения.

Серебринке было больно, противно и обидно. Она задыхалась. Ей не хотелось, чтобы Гадритта стояла над ней и, торжествуя, смотрела, как та умирает. Серебринка чувствовала себя очень глупо, и это ее раздражало.

— Не надо лишних движений, — бормотала Трегторф. — Я давно мечтала увидеть тебя в таком положении. Убить занозу, начальницу отдела безопасности «ДС». Сейчас ты такая беспомощная. Передавай привет принцессе Карсилине!

С этими словами Гадритта замахнулась мечом, собираясь нанести Серебринке смертельный удар. Но тут Зольтер с яростным криком сбил каргу, пустив в неё зелёным шаром. Гадритта упала.

— Сильв! — Зольтер обеспокоено склонился над Серебринкой. — Ты слышишь меня? Сильв!

Но Серебринка к тому моменту уже лишилась сознания.

— Проклятье! — выругался Золотский, пытаясь сохранить способность здраво мыслить. Как известно, магия колдунов не приспособлена для того, чтобы кого-то лечить. А вот наоборот — пожалуйста! Она в большинстве своём тёмная, так что исцелять они не могут.

***

Альфред постучался в комнату к Димке, а когда вошёл туда, то увидел, что Морквинов смотрит какой-то журнал с машинкой и загорелой тёткой в купальнике на обложке и мечтательно улыбается.

— Знаешь, а я мог бы стать фотографом! — радостно изрёк он. — Снимки бы делал для разных журналов, кучу денег бы зарабатывал...

Окна в комнате Димки выходили на королевский парк, поэтому они с Альфредом не знали, что творится возле ворот на лужайке.

— А тебе так нужно много денег? — удивился Альфред, который никогда с такой проблемой не сталкивался.

— У меня почти ничего не осталось: то, что родители выслали, я уже потратил, а брать в долг неприятно.

— Если бы был шанс найти сокровища, ты бы им воспользовался? — как бы невзначай поинтересовался принц.

Он решил, что и без обладателя дара грифонов клад в подземелье отыщет. Мартина эту затею не поддержала.

— Конечно! — ответил Димка, перелистывая страницу.

— Я легенду узнал про клад в подземелье, но один его искать не хочу, скучно...

— Половина клада моя, да! — с воодушевлением воскликнул Димка, даже журнал отложил.

Альфреду хотелось сказать что-то типа: «Только двадцать процентов, я про клад узнал первым». Но вредничать не стал, ему было не принципиально, что они там внизу найдут. Ведь интересен сам процесс. Приключение!

— Конечно, — кивнул он. — У меня даже карта есть!

И он достал карту подземелья: страницу, вырванную из книги, в тайне от Мартины.

— Пойдём сейчас поищем? — предложил Димка, с восторгом взяв карту и разглядывая ее. Он, конечно, ничего не понимал и надеялся на то, что Альфред в этом шарил.

— Пойдём!

Принц довольно улыбнулся, забирая карту и сворачивая ее.

Эти два дурачка ещё не представляли, с какими трудностями там столкнутся.

***

Золотский отбил от Серебринки магический заряд, пущенный кем-то из врагов.

— Срочно! Мне нужен чародей! — крикнул он. — Сильв ранена!

Подвергать опасности работников Экспресс Скорой Золотский не хотел.

Забавная статистика, но многие работники отдела безопасности ДС являлись волшебниками, чуть меньше там состояло колдунов (которым едва удалось пробиться на эту работу), а вот с чародеями была напряженка. Они ведь фрукты гордые, идут либо в пигистерство работать, либо в целители. А вот что-то с риском для жизни их почему-то не привлекает.

«Редкий экземпляр» среди тех, кто в этот момент был на лужайке, всё-таки нашёлся. Чародей с седыми бровями быстро подбежал к Серебринке и Зольтеру и склонился над раненой.

— Нужно срочно унести её отсюда! — заявил он, остановив кровотечение. — Я не могу убрать проклятие, ей поможет вмешательство только профессионального целителя...

— Бери Серебринку и телепортируйся вместе с ней в больницу! — отдал распоряжение Зольтер.

— А как же...

— Делай, что я говорю! Мы справимся!

Чародей послушался и исчез вместе с раненой.

Гадритту окружили сразу несколько волшебников, но та, дико смеясь, что-то произнесла, и в следующий миг на лужайке стояло уже десять ее клонов, и определить, кто из них настоящая, было довольно проблематично.

(Настоящая каким-то странным образом уже была во дворце)

— Сдавайтесь! — призвал их Зольтер, поднимаясь с колен, на что те рассмеялись еще больше, а две из них, размахивая мечами, бросились прямо на Золотского...

***

Саймон не понял, как у него получилось заснуть после разговора с отцом. Наверное, сказывался недосып. По ночам он почти не спал, его мучили кошмары.

Он проснулся в шесть вечера, проспав три часа, за окном только-только наступали сумерки, звонил мобильный. Парень с трудом поднялся, поняв, что его разбудил бегающий в железном колесе хомяк Храбрец, и подошел к столу, на котором оставил телефон, прежде чем тогда рухнуть лицом в подушку.

Отец пытался что-то ему сказать, но Саймон сбросил звонок. Если тот хочет сообщить, как удачно проводил тётю Иру, пусть не старается. Она из Зебровска позвонит и сама расскажет, как долетела!

Саймон посмотрел на Храбреца. Маленький комочек вылез из колеса и, встав на задние лапки, пытался к чему-то прислушаться.

Парень подошел ближе, присел на корточки перед аквариумом и постучал легонько пальцем по стеклу:

- Что, тоже напрягает эта реальность?

Маленький грызун вызывал болезненные, но хорошие воспонимания.

Скорпионовый хомячок принюхался, смотря на него, не моргая. Затем начал скрести лапками по стеклу, словно пытался залезть. Саймон вздохнул, Карси больше не сможет взять зверька на ручки:

- Я тебя недавно кормил. Может, на диету сядешь. Тебе не кажется, что немного жирноват?

Саймон встал, подумав, что хомячок, наверное, хочет погулять. Надо бы ему колесо купить новое прогулочное. Конечно, можно забить на себя, но Храбрец-то в чем виноват?

Немного подумав, парень приоткрыл крышку аквариума и протянул руку к грызуну, который тут же залез на ладонь. Очень странно, что Саймон оставался единственным из тех людей, кого Храбрец еще ни разу не укусил.

Бережно прижав комочек шерсти с ушками где-то к сердцу, Саймон уселся на кресло. Носик хомячка высунулся между его пальцев и шевелил крошечными усиками.

- Мы всего лишь песчинки во вселенной. Даже моя жизнь по сравнению с размерами галактики – не значит ровным счетом ничего. Звезды светят миллиарды лет, а люди растворяются во времени.

Храбрец ничего не понимал. А Саймон пытался запрятать свою хандру куда-подальше. Но, не выходило. Она прилипла, словно набухающая опухоль. Карси была для него всем. Но его мир резко рухнул и не хотел больше восстанавливаться.

- Кого вообще время лечило?

Саймон шептал это, поглаживая Храбреца по пушистой спинке. В носу щипало, и он заморгал.

- Люди умеют смиряться с обстоятельствами. Но я не могу. Я какой-то неправильный. Сломанный? Не умею нормально функционировать, как все они. Мне так сложно, и я даже многих вещей не понимаю.

Хомячок сидел на ладони, и не спешил никуда убегать.

- Хоть я и испорченный механизм в этом обществе, но для чего-то еще существую. Может, смогу что-то изменить в произошедшем? Может, если постараться...

Его голос дрогнул, и Саймон сглотнул.

- Неправильно же. Если магия существует, почему нельзя возвращать к жизни тех, кого мы потеряли? Кажется, я уже привык чувствовать себя плохо... Это... забавно?

Саймон закрыл глаза, чувствуя дрожь по всему телу.

- Мы встретимся. Мы обязательно снова встретимся, – он почесал хомячка по голове. – Осталось вытерпеть эти пять лет. Это же совсем недолго, да?

Тут со второго этажа послышался грохот и чей-то крик. Саймон вздрогнул и прислушался. Крик повторился.

- Да что такое?– парень обеспокоенно поднялся, посадил Храбреца в аквариум и закрыл крышку. Зверек, похоже, тоже был озадачен.

В коридоре что-то громко упало.

«Нет, ну это уже»...

Не успел Саймон ничего сообразить, как дверь слетела с петель, а в комнату вломились два колдуна из «СиТм». Оба были в чёрных плащах с капюшонами. А на плащах сияли значки с силуэтом волка.

— Ядпрокс! — крикнул тот, что был повыше.

Саймон, резко отскочил, магический заряд ушел в стену. Парень напряженно принял защитную стойку и успел призвать магический барьер. Проклятие второго колдуна отрикошетило в зеркало, на пол посыпались осколки. Приспешник Гадритты Трегторф усмехнулся.

— Прикончи его, и пойдём! — рыкнул его «приятель».

Они не принимали Саймона за серьёзного противника. Второй последователь Гадритты запустил в него ещё одно проклятие, но и оно было отбито барьером, с треском угодив в стену.

— Ну что ты с ним нянчишься! — разозлился первый и призвал меч.

Он двинулся в наступление, Саймону же отступать было некуда. Второй колдун продолжал бросаться проклятиями, но их сдерживал барьер.

Не убирая магического щита, парень попятился к окну. В ЧАЛИКУНЕ они ещё не проходили приёмов ближнего боя. К сожалению, барьер от этого не спасал.

Саймон пытался заставить свой духовный меч появиться, но он не отзывался. Видимо, понимал, что тот не сильно хотел спасения. Или не был в правильном настрое.

Магический заряд прилетел в клетку хомячка и разбил ее.

- Да, что вы делаете! Прекратите! – прокричал им Саймон, сердце бешено стучало.

Храбрец остался жив, но испуганным метеором сиганул на пол и куда-то заныкался. Он ведь не пострадал?

Противник наступал, вот он уже преодолел магический щит и заносил меч, желая рубануть Саймона по животу. Парень стоял, стиснув зубы, готовый получить этот удар.

Но...

Стоп! Нельзя позволять себя калечить! Сначала нужно разобраться с ситуацией! Как удалось «СиТм» проникнуть во дворец? Где Мартина с Альфредом или кто-нибудь из «ДС»? И как это вообще допустили!

Да и, он же не тряпка, в конце концов! Саймон должен отбросить все свои переживания и сражаться, тем более, это Гадритта виновата в гибели Карси. А если «СиТм» так открыто разгуливает по дворцу, значит, их глава где-то здесь! Нужно добраться до этой ведьмы! Найти её, убить, уничтожить!

Ярость пробудилась, способная сжечь всё дотла.

Взмах меча, блик солнца на металлическом лезвии. И колдун, пытавшийся убить Саймона, врезается в стену, отброшенный заклинанием. Оружие вылетает у него из рук и втыкается в спинку кресла. Думал, юного чародея так легко убить? Какой наивный! Сейчас первокурсник ЧАЛИКУНа покажет, на что способен!

Гнев кипел, готовый выплеснуться на первого встречного. Шкаф вдруг скрипнул и упал, пришибив второго прислужника главы «СиТм», разбив ему голову верхней дверцей.

Не желая разглядывать, пробил ли ему череп до мозга, Саймон с остервенением вытащил лезвие из кресла и подошел к оставшемуся в сознании мужчине, сползшему по стене, который пытался несколько мгновений назад вспороть ему живот.

- Я требую объяснений! – Саймон приставил лезвие к шее поверженного мужчины, откуда показалась капелька крови.

Колдун начал давиться смехом, затем вцепился в лезвие правой рукой, пытаясь оттолкнуть его от своей шеи, но Саймон был неприклонен.

- Осторожнее, мальчишка, такими острыми вещицами не играют, - его голос был достаточно хриплым, казалось, этот человек даже игнорировал боль. – Вдруг случайно перестараешься и убьешь.

- Не исключаю такой вариант, - твердо процедил ему Саймон сквозь зубы, чуть сильнее надавив на лезвие. – Если не пожалели даже хомяка, с чего мне Вас щадить?

- Эй, - мужчина пытался отдалить меч от себя, но ничего не выходило, а дорожка крови стекала ему под воротник. – Еще немного и перестараешься.

- Мне плевать. Этот хомяк был особенным!

Мужчина попытался воспользоваться колдовством, чтобы обезвредить юного чародея, но Саймон был настолько зол, что невольно рассеивал чужую магию, не давая противнику возможности колдовать. (Одно из проявлений его странных могущественных сил, о которых упоминала Клина Фебруус).

Не понимая, почему не может создать руками даже искру, хриплый колдун, вжимаясь спиной в стену, расширил глаза от страха, но еще пытался парировать:

- То есть, ты серьезно собираешься убить человека из-за какого-то грызуна?

- Но Вы меня тоже хотели прикончить. И, смею заметить, без особой на то причины, - говорил Саймон, его ярость не проходила, и он ощущал себя каким-то роботом, которому было плевать на то, умрет этот мужик или нет. Ведь так просто взять и проткнуть ему шею.

Понимая, что парень не собирался его щадить, мужчина прокричал:

- Ты что, ненормальный! Немедленно прекрати! – вся его бравада уходила на глазах.

Саймон натянул мрачную холодную улыбку, резко переместил лезвие меча ниже и нанес удар колдуну в живот. Тот от неожиданности вскрикнул, пялась на него, как кролик на кобру, и повалился на пол.

- Придурок... – мужчина слабел, зажимая кровоточащую рану, не в силах больше подняться.

Саймон убрал меч от него, крепко сжимая рукоять.

- В таком состоянии Вы никому не навредите. И возможно, если не будете делать лишних движений, даже выживите, и вас спасут. А потом – отправят в изоляцию.

Парень отвернулся и больше не смотрел на поверженного колдуна, затем перелез через шкаф и вышел в коридор. Озираясь по сторонам и опасаясь внезапного нападения, он шёл к лестнице. Со второго этажа снова раздался крик.

Одна из гостиных отворилась, и оттуда вышла еще одна прислужница Гадритты. Она оскалилась и остановилась возле шкафа Альберта Мобиля, сверля Саймона грозным взглядом.

- Да, сколько ж можно! - устало проговорил Саймон, готовясь обороняться.

Колдунья запустила ярким лучом, Саймон увернулся, заставляя рыцарские доспехи встать на защиту. Они словно ожили и стали наступать на дамочку. Та была застигнута врасплох. Правда, смогла справиться со своим страхом и сбила их заклинанием — они, как дешёвое домино, упали, развалившись на части.

Но и Саймон был не так прост, приказав части доспехов собраться в воздухе в одну тяжелую кучу и большим железным шаром полететь на противницу. Женщина даже не успела бросить заклятие, с ужасом застыв перед летящей на нее субстанцией из доспехов. Дверцы изобретения Альберта Мобиля сами открылись, шар ударил злодейку, увлекая её в бездну шкафа. «Прямо как в боулинге, когда кеглю сбиваешь», — поймал себя на хладнокровной мысли Саймон, затем встряхнул головой. Нужно было найти Мартину и Альфреда.

У королевы этим вечером были дела в пигистерстве, и она, наверное, не знала, что происходило в ее дворце.

Саймон подошел, стараясь не наступать на части лат, разбросанные по коридору, к шкафу и заглянул в бескрайнее черное пространство со звёздами. Ведьмы видно уже не было. У него чуть не закружилась голова, и парень закрыл дверцы, боясь туда упасть. Он старался не думать о том, куда та женщина могла отправиться, и насколько мучительно можно было там умереть.

***

Альфред с Димкой спустились в подземелье. Димка развернул карту, а принц подсвечивал её ладонью.

— Сейчас нам, видимо, направо, — заметил Альфред, когда они стояли на распутье, один из коридоров которого вёл в заброшенные темницы.

Морквинов кивнул, ближайший к ним факел загорелся, освещая дорогу. Они двинулись вперёд, тишина была жуткая и давила на уши. Слышны были только их шаги.

Прошло десять минут, и они оказались у тупика, на стене которого была нарисована фигура грифона, морда существа была сердитая, словно он заметил чужаков, вторгшихся на его территорию.

— Тупик... — разочарованно протянул Морквинов. — Похоже, карта неправильная.

Но Альфред так просто бросать затею не хотел, он подошел к нарисованному грифону и стал щупать стену в надежде найти какой-нибудь механизм, открывающую тайный проход.

— Не понимаю! — огорчился он, подходя к Димке. — Всё ведь было верно!

— Зря мы поверили в эту легенду. Вымысел дедушек-сказочников! — выругался Димка, сделав шаг назад. — А мы идиоты...

Договорить он не успел.

В этот момент оба с криком провалились куда-то во тьму...

***

Барс потянул Мартину за собой, не отпуская её волосы, Гадритта пошла следом.

— Думаю, я знаю, где мы можем убить принцессу! — воскликнула злодейка.

Мартина вздрогнула и попыталась вырваться, укусив мучителю руку, но Барс больно дёрнул её за волосы, и девушка стихла...

В этот момент они услышали:

— Отпусти её сейчас же! — приказал Саймон, совершенно их не боясь.

Гадритта злобно усмехнулась, а Барс фыркнул.

— И откуда в тебе столько наглости, Рейли? Тебя что, не учили, как нужно разговаривать со старшими? — с издевкой произнесла Гадритта. — Не думала, что ты вновь осмелишься вставать на моём пути!

— Ты ошибаешься! — проговорил Саймон, стиснув зубы, с ненавистью глядя на двух колдунов. — Мне нечего терять, а значит, я могу вставать на твоем пути, сколько пожелаю!..

— Не дерзи Госпоже! — рявкнул Барс, хотевший кинуться вперед, но Гадритта его остановила, напомнив, что тот держит Мартину.

— Так уж и нечего? — глава «СиТм» расплылась в противной улыбке и вцепилась длинными ногтями, на которых были нарисованы черепа, в плечо принцессы.

Мартина издала короткий стон, желая, чтоб эти ногти колдунье кто-нибудь отгрыз.

— А как же друзья? — продолжила Гадритта. — Неужели тебе всё равно, что с ними будет?

Саймон больше не хотел, чтоб ещё кто-то умер. Тем более Мартина с Альфредом успели стать ему чем-то вроде семьи, и он чувствовал себя в ответе за их жизни. Парень сделает всё возможное, чтобы спасти девушку.

— Вот видишь! Я права! — рассмеялась глава «СиТм», приближаясь к нему, догадываясь по выражению лица, о чем тот подумал.

Саймон не двигался с места, он был очень напряжен.

Барс приставил к Мартине меч, а Гадритта вдруг решила:

— И я знаю замечательное живописное место, куда ты, Рейли, сейчас нас отведёшь! Нам нужно в башню!

— Зачем? — не понял Саймон.

- Сначала брось свой дурацкий меч, иначе девчонка сейчас станет трупом, - пригрозила ведьма, с наслаждением улавливая его волнение. – Барс!

- Ладно-ладно, - Саймон послушался, разжал хватку, и лезвие со звоном ударилось об пол. – Но для чего тебе башня?

— Покончить с заложниками, — пояснила ведьма. — Или ты предпочитаешь сейчас трусливо удрать? Давай, беги, я даю тебе шанс выжить!..

Мартина с отчаянием на него посмотрела, боясь, что тот может оставить её наедине с этими двумя, что позволит ей умереть...

— Нет, я так не сделаю, — ответил Саймон, пытаясь понять, как уберечь девушку.

— Тогда веди нас, Рейли! Только учти: малейшая глупость — и пожалеешь!

Гадритта, подошла к нему и коснулась спины мечом, заставив шагать к лестнице.

— И не пытайся хитрить, я за тобой слежу! —ухмыльнулась глава «СиТм».

***

— Зольтер! Что у вас там происходит! Почему оцеплена территория дворца? — не понимал Мартин Вейс, звоня Золотскому.

— Понимаешь, «СиТм» напали на дворец, — пояснил тот, парируя атаки поддельных Гадритт.

Копий главы «СиТм» на лужайке оставалось только трое, остальные были повержены и испарились. Мобильник Зольтера парил прямо перед его ухом, в то время как Золотский сражался.

— Почему ты меня не предупредил! Я немедленно выдвигаюсь! — сообщил барон, взволнованный этим известием.

— Хорошо, только они телепортацию блокируют. Увидели, как мы спасали раненую Серебринку, и приняли меры... — Зольтер пригнулся, над его головой пролетел большой огненный шар.

— Она жива?

— Думаю, что да. Нам удалось переправить её в безопасное место. Остальных раненых, к сожалению, мы пока не можем переместить. А еще снаружи никого не пускают, боятся, что под обличьем кого-нибудь из «ДС» может скрываться колдун «СиТм».

— Мартина с Альфредом в безопасности?

— Они во дворце. Я пытался связаться с людьми, которых отправил их охранять, но не получил ответ. Все входы во дворец заблокированы, и мы не можем попасть внутрь!