Глава 25
Ветер заставлял волосы неприятно прилипать к лицу, пока я дрожащими руками держала в руках тлеющую сигарету. Курить уже не хотелось, но меня успокаивал факт что она у меня в руках. Услышав, как дверь дома открылась, я резко затушила сигарету, выкидывая ее в крупный гравий.
– Какую игру ты ведешь и против кого?
– Что? – Виктор сильнее сжал талию, от чего я издала тихий стон.
– Чш-ш, Мелисса, люди смотрят, попробуй не опозориться.
– Что ты несешь? Ты ради этого предложил потанцевать?
– Думаешь? – он скривился и, еще чуть сильнее стиснув руки, резко отпустил. Теряя равновесие, я упала на спину, ударяясь локтями.
Выпрямив спину, я быстро натянула на лицо эмоцию жалости и безграничной грусти. Ты не вывезешь меня, Виктор.
– Мелисса, как ты? – та самая пара спонсоров подошла ко мне. Девушка, вроде бы Кларисса, положила руку мне на спину, поглаживая.
– Я в порядке, спасибо...
– Мы не ожидали такого от Виктора.
– Я считаю, – мужичина наклонился ко мне, – что бы ни произошло между парой, как бы не повела себя девушка, мужчина всегда должен оставаться мужчиной. Непоколебимым и спокойным.
– Я не знаю, что случилось, правда, – прикрыв лицо ладонью, повернулась к паре полу боком. – Он предложил потанцевать исключительно танго, а я не умею, боялась упасть или в неправильном свете выставить Виктора... Не может же он так себя вести из-за такой глупости? Я и так подавленна всеми событиями вокруг... – прочистив горло, набрала как можно больше воздуха в легкие. – Эта помолвка, проблемы банкротства отца, сильное давление в университете из-за экзаменов... не знаю как себя вести.
– Тише, Мелисса, все будет в норме, – девушка засуетилась и посмотрела на мужа.
– Расскажи о проектах отца, если тебя это успокоит.
Расскажу. Конечно расскажу. Спасибо, Вик, ты только помог мне. Полный идиот.
После успешного вечера, отец обрел новых спонсоров, а я... ничего не смогла. Вечер смог стать полезным не в мою пользу. Сейчас я уже сижу в машине и жду родителей, которые о чем-то очень эмоционально разговаривали с Виктором и его отцом. Парень кидал странные взгляды в сторону автомобиля, в котором я сидела. Я не смогла прочесть его эмоций. Он в обычной манере смотрел с хитрым, легким прищуром.
Стоит приехать домой и встретится с Райнером. Скажу, что поеду к Авелин. Кинув взгляд на девушку, сидящую рядом, я хотела рассказать о своих действиях, но помедлила. В голове у меня что-то не связывалось. Я была бы слепой, если бы не заметила поведение Виктора после нашего разговора с Авелин. Среди всех вариантов, хочу склоняться к тому, что он просто подслушал.
Мысли о Райнере заставили спрятать лицо в ладонях от смущения. Мне было трудно сдерживать улыбку. Мне было тяжело вытянуть из себя слова, но мне хотелось бы сказать что чувствую. Для него это не было проблемой. Театрал... всегда мог подобрать красивые слова. Авелин заметила это и скривилась.
– Я читаю твои мысли, прекращай думать об этом кретине.
– Заткнись, я не просила тебя комментировать.
– Я хочу чтобы ты не попала в опасность из-за него!
– Пока что единственные проблемы мне доставлял только Виктор.
– Да? Какие же?
– Не забивай свою маленькую головку этим. Там и так много всякой бредятины.
– Кого ты из себя строишь? Спустись с пьедестала! С такими целями ты вернешься к тому, что было четыре года назад. Почувствовала хорошую жизнь? Ты по наклонной возвращаешься обратно!
– Ты что несешь? – я искоса глянула на водителя, который уткнулся в телефон, будто и не обращая внимание на наши слова. – Замолчи!
– Мелисса, посмотри правде в глаза. С кем ты связалась? С наркоманом.
– Я тебя ударю! Держи язык за зубами! – выпрямившись, я резко повысила голос, чуть надавливая на подругу.
– Не романтизируй эти отношения, пожалуйста.
– Романтизировать? – я покраснела, чувствуя, как волна гнева расплывается жгучей кровью по всему телу. – Может мне сказать про Лиама, который просто тебя трахает, потому что ему так удобно? Ты ему не нужна, но состоишь в отношениях с ним.
– Мои отношения с Лиамом тебя волновать не должны.
– А мои с Райнером? – я рассмеялась и сложила руки на груди. – Ты пешком потопаешь домой сейчас.
– Как хорошо, что тебе не нужно ехать домой, да?
– Что?
Дверь в машину открылась, и я почувствовала, как по ногам засквозил холодный воздух.
– Мелисса, выходи, – отец протянул руку, и я нервно обернулась на Авелин. – Останешься сегодня здесь.
– Зачем? Пап?
– Выходи!
Я аккуратно вышла из машины и потянулась за телефоном, как дверь передо мной закрылась.
– Пап, подожди, я возьму телефон и...
– Успеешь, сейчас нужно кое-что обсудить, – он силком потянул меня за собой, – останешься сегодня здесь.
– Что? Кто это решил?
– Мы, Мелисса, мы, – он нахмурился, – Аксеновы устроили вечер, который нам сильно помог, а ты за весь вечер только один раз встала рядом с наследником.
– Он меня... когда мы... ты видел, что он сделал? – в ответ тишина. – Отец!
– Мы уже это обсудили. Если бы ты не вела себя так по-скотски с женихом то...
– А? – я вырвала руку, останавливаясь. – Ты себя слышишь? Твою дочь опозорил какой-то ублюдок и отпустил, а я упала! Я ничего не делала!
– Ничего не делала? Ты после того, как приняла кольцо, шастала с каким-то незнакомым парнем. Думаешь, мы не видели, как ты спускалась через окно? – я раскрыла глаза, теряя дар речи. Думала, пап, думала. Как много вы знаете?
– Почему вы...
– Что если бы мы тебя остановили? Ты упертая. Все равно бы нашла способ уйти.
– За что вы так? Оставляете меня здесь просто потому что Аксеновы нам помогли?
– Да.
– За что? – глаза начали сохнуть и краснеть от потока ветра. – Я стараюсь делать все... чтобы наша семья никогда больше не вернулась в безденежье... Даже с Виктором я согласилась на союз только потому, что хотела вам помочь!
– Мелисса, ты еще молодая, не всего понимаешь.
– Я то? – из груди вырвался смех, но на глаза выступили слезы. – Ничего страшного, пап, я привыкла, что меня кидают из стороны в сторону. Я нужна была только бабушке.
Дернувшись в сторону, пошла к Виктору и его родителям. Моя мама улыбнулась, но увидев мое лицо, опустила взгляд.
– Мелисса, дорогая, проходи в дом, там все обсудим. Не хочу, чтобы ты замерзла, – Виктор дотронулся до плеча, но чтобы не откинуть его руку, я прикусила язык, чувствуя мерзкий привкус железа во рту.
Уже в доме меня трясло от того, что я остаюсь одна. Сказав, что мне холодно, начала оглядываться. Сбежать ночью? Подведу родителей. Черт... Даже сейчас думаю о том, как им угодить. Его родители чопорно извинились за действия сына, пытаясь вытянуть с меня слово. Я кивала на их слова, но мысленно была в теплом доме Райнера. Как он? Как его рана? Мне жаль, что так случилось. Я хочу сказать ему об этом. Напишу... ему. Телефон!
– Извините, машина с родителями?..
– Уехали минуты три назад. Что-то забыла? – глава Аксеновых, поднял бровь в вопросительном жесте.
– Нет, все в порядке. Просто чувствую себя скованно, буду честна.
– Ничего страшного, Мелисса, прими ванную, станет уютнее. Комнату оставлю на твой выбор.
– Она со мной, – Виктор улыбнулся, – сколько можно бегать? – от его слов ребра сдавили неожиданным страхом, и я быстрым шагом направила в ванную. Его мать была не самым плохим человеком. Но она была Аксеновой, а значит, я ее тоже терпеть не могла.
Комната быстро заполнилась паром от горячей воды. Я скинула платье, быстро заползая в ванную. Как только я дотронулась руками до лица, шикнула, дотрагиваясь до скулы. От перепада температур по всему телу прошлись мурашки. Хотелось полностью отчистить голову. Хотелось, чтобы я находилась здесь не одна. С Райнером. Начав злиться на себя, стала прогонять мысли о парне. Его слишком много. Проводя по телу руками, я снова покраснела, представляя его руки.
– Мелисса, – отдернув себя, улыбнулась. А впрочем?
Сделав пару неловким касаний, я закрыла глаза. Коснувшись двумя пальцами подбородка, начала медленно, щекоча кожу, двигаться по прямой дорожке вниз. Остановившись на ложбинке у груди, почувствовала, как внизу живота начинает завязываться тугой узел, а по рукам и ногам шли мурашки. Сдвинувшись чуть влево, дотронулась до груди. Изо рта вырвался рваный вздох.
Дверь в ванную комнату раскрылась. Я подскочила, но заметив Виктора, снова нырнула под воду, поджимая под себя колени.
– Какого хрена?!
– Это моя ванная комната.
– Что значит твоя ванная комната?
– Она напротив моей комнаты, а значит, моя.
– Выйди, Виктор, по-хорошему прошу!
– А по-плохому? – он улыбнулся, снимая жилет и двигаясь ко мне.
– Виктор, дверь!
– Знаешь, я никогда не слышал, чтобы ты называла мое имя без возмущения или ненависти. Что между нами пошло не так? – я сжалась сильнее, когда он присел возле ванной, пристально заглядывая мне в глаза, которые прикрывали пряди мокрых волос.
– Что между нами пошло не так? – мне хотелось кинуть в него чем-нибудь, но руки прикрывали все, что ему нельзя было увидеть. – Я пыталась тебя полюбить, думала, что любовь приходит со временем, – перейдя на полушепот, стала как будто задыхаться от собственных эмоций, – но ты прямо показал, что тебе плевать. Ты любишь только себя и свое дело.
– Чш-ш, – он провел руками по волосам, ласково, но в один момент сжал их на затылке, больно оттягивая. – Ты думаешь, я не знаю ни о чем? Ты же ему каждый мой шаг докладывала. Думаешь, я просто так перестал тебя информировать? Даже когда что-то говорил, наводил тебя на ложный след. Сучка, каждый. Твой. Шаг. Помнишь как перед ночевкой ты нашла прослушку в телефоне. Забыла убрать, а? – лицо обдало жаром. Действительно... я о ней забыла. – Я тебя подобрал на улице в один момент, ты была с ублюдком театралом, – он приблизился к моему уху, шипя, – папочка рассказывал, как ты сбегала к нему. Как с ним трахаться, а?
– А что? Завистно? Тоже хочешь? – я резко повернулась к нему лицом, терпя боль на затылке, плюнула в лицо. Он перехватил волосы, и, наклонив меня вперед, начал топить в воде. На поверхности стали появляться большие пузыри воздуха. Я раскрыла рот, в попытке закричать, но только усугубила ситуацию, набрав воды в легкие.
Резкий поток воздуха, снова в воде. Когда мне удалось вынырнуть, дверь хлопнула, Виктор ушел. Кашель стал вызывать боль в горле, но я не могла остановиться. Как только отдышалась, сжала кулаки, сдерживая истерику. Я ненавижу его. Я ненавижу его фамилию, лицо!
– Ненавижу... – В горле образовался огромный ком обиды, унижения и жалости. В носу защипало, а на глазах стала появляться непроглядная пелена слез. Я приложила руку ко рту, чтобы не издать ни звука. Осталось совсем чуть-чуть. Убью... Но что я смогу одна? Сказать родителям? Позор. Рассказывать некому. Никто даже слушать об этом не захочет... Что если бы рядом был Райнер?
– Я его уничтожу, сердце мое.
Расслышав в голове его голос, я уткнулась лицом в колени, начав рыдать. Я хотела интересной жизни. Искала ее в случайных связях, но потом, появились Виктор и Райнер. Ничего больше не хочу. Нет! Я больше не хочу!
Вода уже стала ледяной, а я все никак не могу выйти. Спать пойду в гостиную. Нет, не буду спать. Не доверяю этой семье.
Укутавшись в халат, который мне дала Виктория Аксенова, я побрела на кухню, в поисках кофе. Чай не поможет мне протянуть ночь, а вот кофе, горькое на вкус, вполне. В одном из шкафчиков стоял растворимый кофе в баночке. Добавив сахара и молока, села на один из стульев. Телефона не было под рукой, поэтому я сходила с ума, путаясь в мыслях. Они собирались крупным комом и, скатываясь с горки, ударяли по стенкам мозга. Аккуратно заглянула в гостиную. Никого. Включив большой телевизор, уткнулась в угол дивана и понизила громкость на ноль.
Большая комната с длинным черным диваном и двумя креслами. Посреди стояли имитированные горящие дрова. От них исходил красивый мягкий свет, но тепла, увы, никакого. Все в этом доме было ненастоящим. Даже чертов огонь.
На часах было 3 ночи. Низкая температура и кофеин все еще держали меня на плаву. Но стоило мне приклонить голову к дивану, глаза непроизвольно стали закрываться. Стоит продумать план действий. Как только утром все проснутся, я скажу, что мне пора домой переодеться и в университет. Поеду к Райнеру, сразу же. Нужно его предупредить о том, что можно ждать облавы в любой момент. Скорее всего, это случится, когда будет выступление. Так соберут больше рыб в сети.
К пяти утра стало трясти. Не знаю, сколько кофе я выпила, но организм, никогда не принимающий этот напиток, стал возвращать меня в реальность и напоминать о том, что пора бы заканчивать все это. На лестнице послышались шаги, а затем, шорох на кухне. Я прочистила горло и вышла.
– Доброе утро, Виктория, – улыбнувшись, я зевнула и потерла глаза.
– Ты не спала? – она перевела взгляд на мою кружку. Ну да, спасибо за пожелание доброго утра.
– Спала. Просто проснулась недавно, думала, может пораньше поехать домой, переодеться и на учебу. Виктору же не нужно.
– Да, он уже отмучился, ты права, – та сонно зевнула, отворачиваясь в этот момент. – Тебе вызвать такси?
– Нет, спасибо, прогуляюсь. Давно ранний город не видела.
– Ты не поняла, – она улыбнулась, – тебе вызвать такси или позвонить водителю, чтобы он отвез тебя домой, а затем на учебу? – что-то было в ее словах высокомерное, угрожающее. – Виктор и твои родители поставили такой ультиматум. Переживают.
– Вызовите что считаете нужным, – я вздохнула и посмотрела в окно, которое встречало меня все еще тьмой и беззвездным небом. Обнадеживающе.
К нам спустился Виктор и меня передернуло. Скрыв это за зевком, обратилась к Виктории.
– Мне бы одежду. У меня только платье с собой.
– Я дам, – парень поправил растрепанные волосы, провожая мать взглядом. Когда мы остались вдвоем на кухне, я выпрямилась, пытаясь показать, что зверь, загнанный в угол, это не я, а он. – Невестушка, не видел тебя в кровати. Не чувствовал твоего тепла и не слышал биения твоего сердца рядом. Что же случилось?
– Принеси одежду в ванную комнату. В этот раз, я запрусь надежнее, – направившись к выходу из кухни, я остановилась перед его рукой, которой он перегородил путь.
– Меня сегодня не будет весь день, не бойся, можешь остаться, – я скривилась, начав дрожать из-за злости. – Какая яростная, прелесть, – он приблизился к моему лицу. Понятия не имею, от чего меня стало мутить. Он его лица или от выпитого кофе. – Ты была такой же злой, когда выстрелила из пистолета в ту ночь?
– М? – по спине прошлись мурашки.
– Солнышко, не думала, что и это я знаю? Как неожиданно, – живот скрутило, – жалко подбитую пташку. Что бы с ним случилось, если бы не ты? Погиб бы птенчик и все, finita la commedia.
– Пропусти, мне все равно.
– Не интересно кто мне рассказал?
– Мне. Все. Равно.
– Оглянись, глупая. Иначе, скоро начнется потоп, и крысы сбегут. Не я твой главный враг.
Он вышел первым, направляясь в гардеробную. Поднявшись в ванную комнату, заметила вязанное длинное платье. Оно было мне большим, скорее всего, вещь его матери. Сожгу на ритуальном костре вместе со всем, что у меня есть от этой семьи.
Возле дома меня ждал тот же водитель, что и отвозил вчера домой моих родителей. Он сонно поздоровался и начал движение. Картинки сменялись до того быстро, что я не успевала осознавать что вижу. Лишь на светофорах мысли останавливались, выдавая случайные факты из последних дней.
Дома все спали. На удивление, уже казалось не так холодно, как в том доме. Накинув черные джинсы и того же цвета худи, я быстро выбежала к машине. Сейчас, на удивление, голова стала работать быстрее. Увижу Райнера на учебе, может быть? Не думаю, что он там появится с ранением. Но он ставит спектакль. Зная этого парня, он из кожи вон вылезет, но добьет что начал. В общем, шанс есть, но очень маленький. Из-за всего, я перестала ставить университет в приоритеты. В любом случае, после учебы рвану к дому Райнера. Другого выбора нет, нам нужно увидеться.
Отсидев первую пару на иголках, я самая первая вышла из аудитории. Первой целью был зал, где проходят репетиции. Аккуратно заглянув, увидела близняшек. Мне было непривычно общаться с ними без присутствия Райнера, но вариантов особо не было.
– Девочки, доброе утро, – я пошла к ним, натянув улыбку, – вы не видели Райнера? Не могу дозвониться.
– Мы видели, но в университете его нет.
– Не подскажете где тогда? – улыбнулась еще шире. Этель глянула на сестру, игнорируя мой вопрос.
– Ты хотела что-то еще? – попрощавшись с ними, обозначила, что искать парня здесь не стоит. В голове прокручивался план действий. Они видели, значит он не дома? Может видели в Атлантиде?
– Мелисса? Не ожидала тебя сегодня увидеть, – Авелин выставила руку, останавливая меня, – думала, останешься под надзором Виктора и он наконец вобьет тебе в голову правду матку. В прямом смысле вобьет.
– Сука... – Я прикрыла глаза, чтобы успокоиться, но сделала только хуже. Гнев стал ведущей эмоцией, которая заставляла мои щеки пылать, а глаза сохнуть. Я размахнулась. В коридоре послышался хлопок. Группы людей, стоящие рядом, замолчали, а пара девушек прикрыли рты рукой. – Какая же ты сука!
– Ты что себе позволяешь? – она сделала быстрый шаг ко мне, но я ударила с ноги в ее колено и она упала передо мной. Я широко раскрыла глаза от эмоций, которые раздувались у меня в голове и сжимали ребра в тиски.
– Ты больная? – Лиам толкнул меня в стену, от чего я ударилась спиной. Изо рта вырвался приглушенный стон.
– Что происходит? – ректор свободно прошел мимо людей, не зная, кого оттаскивать.
– Никсон ударила Линс по лицу, а затем ногой в колено, – Лиам сидел на корточках перед Авелин, придерживая ее за локоть.
– Очень жаль, что ты все еще на ногах, подружка. Подстилка. – Я развернулась, уходя по направлению к кабинету ректора. В носу защипало от быстрого осознания ситуации. Резким движением я смахнула накатывающие слезы.
Сидя на стуле, не стала отрицать того, что было сделано мной. Объяснять мотивы так же не было смысла. Я просто молчала, глядя в большое окно позади ректора. Предупреждение о том, что об этом узнает мой отец и родители Авелин волновали меня в последнюю очередь.
Выйдя из кабинета ректора, остановилась на пару секунд, сдавив виски. Я вышла на улицу, решив пройтись по прохладе и освежить голову. Продолжив идти с расслабленно прикрытыми глазами, воздух вдруг перехватило. От неожиданно резкого движения я хотела вскрикнуть, но изо рта вырвался хриплый вой. На шее замком сцепились чьи-то пальцы. Я раскрыла глаза, наугад ударяя кулаком. Но урон вышел слабым и нелепым. Перед лицом мелькнули светлые волосы и потемневшие серые глаза.