Глава 27. Обо всём.
- Я уезжаю в Сонору завтра...
Фраза прозвучала в моей голове пару раз, словно эхо. Понадобилось несколько долгих секунд, чтобы я впитала сказанное Джулией и повернула к ней голову, чуть ли не давясь бургером, взятом в школьной столовой.
Мы сидели у неё в машине после уроков, остановившись у самого въезда в подлесок, где деревья всё ещё были зелёными и свежими. Прикрыв окна, мы слушали стучащий по стёклам дождь и ели, устав после нескольких тяжёлых учебных дней подряд - пятница стала своеобразным подарком, который теперь ощущался комком в горле. Или же это просто был тот самый чёртов чизбургер.
- В смысле? - спросила я, пережёвывая безвкусную котлету и заворачивая остатки обратно в упаковку, - ты же собиралась ехать на Рождество?
Джули виновато куснула губу и опустила голову, следом взрываясь:
- Это всё отец, мать его... Хочет к бабуле! Я люблю бабулю, но я думала, что на выходных поваляюсь в кровати или погуляю с Грэгом. А ещё я хотела сходить с тобой за шмотками! Боже, да я не хочу ехать в грёбанную Мексику!
- А отказаться? - спросила я с толикой надежды.
Всё-таки отпускать подругу в Сонору я точно не хотела: пусть мне тоже нравилась её бабуля, веселушка семидесяти с чем-то лет, но сейчас в жизни Джули начался самый яркий момент - она наконец-то может гулять с классным парнем, а её отец, вернувшийся с рейса, остыл и не дёргает её по пустякам.
И теперь ей снова надо уезжать, быть с семьёй весь уикенд...
- Никак, - выдохнув, она отпила газировки из пластикового стакана и пожала плечами, - у бабули день рождения. Не могу отказаться.
- Да уж, тогда правда нужно лететь, - я понимающе улыбнулась, чуть толкая Джули в плечо, - ну, за то привезёшь мне бабулиных пирожных, а?
- Не прикалывайся, - вздохнула она, - я сама не особо рада. Не натворишь ничего, пока меня не будет?
- За два то дня? - спросила я, подняв брови, - ну, постараюсь...
- Итак, - она стряхнула капли газировки, попавшие на толстовку, - что тебе написал Трэвор?
Я поджала губы, когда она напомнила мне.
Честно признаться, я прочитала его сообщения лишь на перемене сегодня утром, ведь до этого не заходила в соцсети вообще - было просто... страшно проверять личку. Джули выжидающе смотрела на меня, пока я открывала переписку.
Трэвор написал мне, что с радостью повторил бы наш концерт снова и попросил не молчать, если что-то идёт не так.
Джули хватило пары секунд, чтобы сделать вердикт.
- Ты запала парню в душу, ему с тобой комфортно, он тебя считай приглашает повторить ваш поцелуй под нещадным светом прожекторов. Достаточно литературно, амиго?
- В самый раз, - усмехнулась я с лёгкой истерикой, - но... блин.
- Блин, блин! - передразнила меня Джули, закатив глаза и снова раздраженно выдыхая, - да похрен на разницу в возрасте, Ханна! Алиша встречается с тридцатилетним парнем с заправки! И что? И у них всё шикарно!
- Я же ещё не...
- Господи, - она выпила ещё колы и в её стакане зашуршали кубики льда, а затем нахмурилась и посмотрела прямо в глаза из-под бровей, - настоящий мужчина знает, как надо. Ты сто процентов у него не первая, не переживай ради всего святого! Ты его видела? Просто кайфуй!
- Да, ты права... - не буду врать, слова Джули действительно дали мне больше уверенности.
Почему пока все остальные веселятся и не боятся совершать дерзкие, но приятные до ужаса поступки, я сижу в комнате и нервно выглядываю в окно, ожидая, пока что-то неизвестное за меня построит мне жизнь?
- Неужели ты не хочешь просто пофлиртовать с Трэвором? - спросила подруга без шуток, её голос стал чуть мягче, - я понимаю, что курящий травку пацан - это такое себе, чаще всего, но... Знаешь, будь у меня шанс - я бы воспользовалась. Вот и всё.
Я посмотрела на сообщения, присланные Мэем, ещё раз. Его не было в сети пару дней, а вот Итан, напротив, горел "онлайн".
Итан тоже ничего не писал, а в школе я его так и не увидела - видимо, училась, когда он заходил. Арчер где-то выискал пользу лекций о службе в армии и просил его парней провести их. К нам уже приходил Джереми, солдат с короткими рыжими волосами, весь в веснушках, невысокого роста. У него была очень сильно травмирована рука - её просто разорвало на части и с недавних пор он справляется с протезом.
Наши одноклассники были настолько воодушевлены и испуганы, что не поняли, как реагировать. Один лишь Мик Луисс подошёл к нему после занятия, и они очень долго беседовали на парковке. Кажется, он стал очень сильно интересоваться службой в армии.
За всё это время Итан стал чуть ли не местной достопримечательностью: кто-то из наших одноклассниц во время ланча отметил высокого мужчину в коричневой кожаной куртке, зеленоглазого и с "милыми складками у губ", когда он улыбался.
Это однозначно был Майерс, и мысли о том, что он нравится кому-то как мужчина, меня почему-то задевали. Мне не из-за чего соперничать с кем-то, тем более, если на кону Итан - он для меня лишь знакомый, и я до сих пор не понимала, насколько близкий.
Пока я размышляла у себя в голове, Джули успела завести машину и выехать обратно на дорогу, выруливая на скользкой дороге. Конец октября стал таким холодным, что лёд моментально таял и замерзал - и так по несколько раз на неделе.
- Слишком много дел на следующей неделе, ага? - спросила подруга, отвлекая меня от раздумий и глядя искоса, - нужно подготовиться к маскараду, пусть он и простенький будет, но всё таки! Мне то уже есть восемнадцать, а тебе только стукнет - будем пить вино и красоваться!
- Ох, почему бы просто не отпраздновать Хэллоуин? Почему маскарад?
- Никто не мешает тебе одеться ведьмой и нацепить маску одновременно! - цыкнула она, - меры здесь нет, просто делай, что нравится - и жизнь хороша! Ну, пока в тюрьму не посадят...
- Ты права, - только и смогла ответить я, беспричинно обновляя ленту инстаграма каждые пару минут, пока не появился новый пост от Грэга. На фотографии были хорошо узнаваемые сапоги Джули - с металлическим носком. Напротив её ног - ноги Грэга - в кроссовках.
- Ой, - увидев, на что я смотрю, пискнула подруга, - я почти заверещала, когда он сделал фотку! Оказывается, он романтик! А ещё он дал мне потрогать свои татушки!
Я с умилением слушала, как она боготворит Стоуна, пока мы ехали до моего дома, никак не уставая: приятно было впитывать чужие эмоции, как свои - особенно от Джули, которая не замолкает и на секунду.
Остановившись у моего дома, она тяжело выдохнула и с грустью на меня глянула, скривив в недовольстве накрашенные губы.
- Я не хочу уезжать, но у меня просто нет выбора...
- Да всё будет отлично, - отмахнулась я, - пару дней без тебя проживу.
- Я вернусь вечером в воскресенье, - Джули наконец улыбнулась, пусть и вяло, - и сходим в ТЦ, посмотрим что-нибудь... Забежим в книжный?
- Да, можно...
- Не грусти, Хэнн!
- Да, конечно! - кинула я, закрывая за собой дверь и уходя домой, где уже ждала мама - сегодня её отпустили пораньше из-за ремонта в отделении.
Как только я оказалась на кухне, так она сразу подскочила, убирая тёмные волосы за уши и приглаживая карэ. В её глазах я сразу заметила этот мелкий, яркий огонёк азарта. Что-то здесь не так.
- В чём дело? - сощурила я глаза, снимая толстовку и оставаясь в майке, - что случилось?
- Угадай, кто сегодня заходил к нам? - спросила она.
Мне вдруг стало не по себе настолько сильно, что я разнервничалась; сердце пропустило удар, и я подумала, что вот он - мой конец. Если это был Трэвор, то...
- Итан! - не выдержав, выдала мама, облокачиваясь о стойку, - и сказал, что ты у меня умница! Признавайся, украла сердце папиного друга?
- Ох, - шепнула я, улыбаясь так стеснительно, словно меня только что обсыпали блёстками и выдали Оскар, - я просто помогаю ему в церкви...
- Так помогаешь, что он весь сияет, - почти промурлыкала мама, - будешь есть?
- Неа, - я присела на стул и уставилась на маму, - Итан только недавно начал улыбаться при мне.
- Он тебе доверяет, - подмигнула мама, отпивая кофе, - а вообще, он приятный парень. Ему было двадцать четыре, когда он начал служить с Брайаном и...
- И сейчас ему двадцать семь, - закончила я за неё.
Глаза мамы в момент стали по четвертаку: конечно, стоило представить, сколько разница в нашем возрасте - и не так удивишься.
- Десять лет... - пробубнив, мама пожала плечами и следом решила, - ну, не так уж и много. У нас с папой восемь.
- Сводишь меня с Итаном? Ты же сама говорила, что...
- Я просто прикалываюсь, - она улыбнулась снова, - а может, и нет...
- Ох, увидим... - я убрала волосы с лица и уставилась на неё, - во вторник мне уже восемнадцать.
- Что ты хочешь в подарок? - оживившись, она потёрла ладонь о ладонь, - я уже месяц ломаю голову! Конечно, будь папа с нами, он бы сразу придумал что-то экстраординарное.
Папа умел. В одиннадцать лет он подарил мне экскурсию по музею военной истории в Пёрл-Харбор, где были собраны самые легендарные самолёты и вертолёты. Это было что-то с чем-то - я до сих пор помню, какими величественными и огромными они казались. Ещё там было много групп туристов и пахло солёной океанской водой.
- Он бы придумал... - согласилась я, поджав губы и глядя на свои ладони, чуть потрескавшиеся от холода, и стало грустно, - я ничего не хочу.
- Нельзя так, - дрогнула мама, - хоть что-нибудь нужно подарить тебе. Тебе же восемнадцать! Конечно, машину мы пока не можем позволить, но...
- Мам, правда, - я окинула её благодарным до безумия взглядом и растянулась на столе, вытягивая руки, - я не могу даже придумать...
- Хочешь, куплю тебе поездку куда-нибудь? Сан-Франциско или Майами? Ты хотела к океану...
- Летом, - выдохнула я, - и одной скучно... Тебя не отпустят.
- Да, не отпустят, - скривила губы мама, - а Джули?
- Её отец - скряга, - фыркнула я беззлобно, - не заплатит... Я не хочу никуда ехать, пока точно... Джули летит в Мексику завтра.
- Ого, к Бетте?
- Да, к бабушке.
- Что будешь делать на выходных? - мама села напротив и продолжила пить кофе, а я пожала плечами и задумалась.
- Не знаю, - я стыдливо улыбнулась ей, понимая, что вообще не могу ничего придумать, - лежать...?
Мама покачала головой, а затем ей позвонили.
- Ой, это Граймс...
Начальник. Я кивнула ей, и мама ушла в гостиную, чтобы поговорить. Я отпила из её кружки, встала с места и пошла в комнату.
Там открыла на всю окно, чтобы проветрить комнату, и посмотрела на стену с одним лишь плакатом: всё таки нужно туда что-то ещё повесить...
Почему-то ужасно клонило в сон, и я вырубилась достаточно быстро, проснувшись только в полночь, умывшись, сходив в душ и снова упав спать - больше сил ни на что не хватало. Так на мне часто сказывалась осенняя атмосфера: дожди, слякоть, унылые голые деревья напротив, занимающие почти каждый задний двор на линии домов соседей.
Утром я встала, потому что телефон под подушкой активно вибрировал.
Я удивилась, увидев незнакомый номер, но трубку подняла.
- Мм? - промычав, я едва разлепила глаза, но тут же успокоилась, услышав приятный хриплый баритон Итана Майерса.
- Брайан говорил, что ты любила бегать с ним по утрам.
- Да, лет в десять... - я легла на бок и положила телефон на подушку, прижимаясь к нему ухом, - давно было...
- Не против пробежаться со мной?
- Не против, - я тут же согласилась, - а когда?
- Сейчас, - усмехнулся он тихо, - я уже у твоего дома.