Пепел сожжённой любви

В один из вечеров мне позвонили. Это был неизвестный номер и я напрасно подумала, что это родители. Когда на том конце провода прозвучал мелодичный мужской голос, я в одно лишь мгновенье оцепенела, забывая моргать. Я уже стала бы думать, что меня парализовало, или что это все мне просто мерещится, но мужчина все звал меня и звал. В тот миг я быстро выбежала на улицу. Была ночь, Кристофер спал, а я бежала. То ли от самой себя, то ли в надежде убежать так далеко, чтобы он точно ничего не услышал. И не только он. Я не хотела, чтобы этот голос услышал кто-либо, кроме меня. Тело заполнилось мурашками и повеяло холодом. Этот холод — температура моего прошлого. Запахло спелой вишней и ароматными пирогами, запахло ржавой землей и меня затошнило не на шутку. Это все мне замерещилось, будто я сплю, ведь вокруг не было ни вишни, ни ржавой земли.

Океан поблескивал, отражая яркую луну и ночное небо. Я уселась на песок, задерживая дыхание и наконец решаясь вымолвить хотя бы слово.

— Дарен?

Сердце проделывало кульбит, но это отличалось от того, что было совсем недавно с Кристофером. Я словно не верила и слишком сильно сомневалась в происходящем, от этого мои чувства перемешались и так вскружили мне голову, что сесть на песок оказалось отличным решением.

— Да. Наконец-то, Мэдисон, ты мне ответила. Я будто сам с собой говорил эти несколько минут. Что ты делала?

— Я... Я не понимаю. Зачем ты звонишь мне? Почему сейчас? Почему мне говорили, что ты — просто миф? Скажи, ты ведь помнишь, как запер меня у себя дома или как чуть не переехал на своей машине? Как целовал меня? Ты помнишь? Ответь!

Я так долго ждала этого и не знала, во что верить, что сейчас хотела получить ответы на все свои вопросы. Было даже желание хлопнуть себе по лицу, чтобы убедиться в реальности. Но, кажется, это и так была реальность. Реальность, которая абсолютно мне непонятна.

— Я все помню, Болтон. Все, что было между нами. Это не сказка.

— Почему ты не связался со мной раньше? Почему сейчас?

— Твой отец запретил мне, — просто ответил он. Это прозвучало так глупо, что я невольно усмехнулась.

— Ты шутишь? Нет, ты точно шутишь. — Но на шутку это вовсе было не похоже. Наоборот, запрет отца — единственное адекватное предположение на счёт его исчезновения. Хотя я настолько сходила с ума, что уже была готова поверить в то, что ничего у нас никогда не было.

— Он угрожал мне, — выдал он, без капли жалости или сожаления, что так вышло.

Горящее во мне пламя потухло. Что-то обрушилось, будто на меня скинули гору камней, и мне пришлось рассыпаться. Я и без того догадывалась, что мой отец задействован в этом, но никогда не хотела услышать об этом от Дарена так легко. Не так давно для меня все это было сущей трагедией, полнейшей катастрофой, а он преподносит это как данность, которая равна его пропущенному завтраку.

— А почему ты не отвечал на мои звонки? А на сообщения? Ты боялся? Ты хотя бы пробовал интересоваться мной? Мой отец наверняка бы смягчился, если бы ты показал, как ко мне относишься...

— Мэди, давай обсудим все лично? Сейчас я в Нью-Йорке. Приезжай сюда, если нужно я оплачу тебе билет. Мне многое нужно тебе рассказать, и я не хочу говорить об этом вот так, по телефону. Не отказывайся. Я все объясню и расскажу правду.

— Я ведь могу подумать, верно? Я не хочу принимать решение так резко.

— Разумеется. Я буду ждать твоего звонка и, если что, наберу сам. Сделай правильный выбор. Я знаю, ты сейчас не употребляешь, поэтому думаю было бы полезно взглянуть на все трезвой головой. Бесконечно надеюсь на нашу встречу, Мэди.

И я сбросила, коротко попрощавшись. Уже тогда я знала, что должна встретиться с ним. Только от этого было отнюдь не легче.

* * *

— Мэди, что ты несёшь? Какой к черту Дарен Лейквуд? Какие к черту встречи? Спустя столько времени он решил одуматься и объясниться? Не смеши! — разорялся Кристофер, как только я поспешила сообщить ему о своём решении.

— Кристофер, это отличный шанс узнать все под чистую. Как все было на самом деле. Мне никто этого не расскажет, кроме него. Я долго жила и живу в неведении, а тут такая возможность! Глупо упускать её, когда она прям у меня под носом.

— Нет, глупо соглашаться на это и уезжать от меня!

Слова Кристофера отразились горечью у меня во рту. Я замерла, потому что от его грубости у меня закончились возмущения и желание заставить его меня понять. Мне стало казаться, что Кристоферу попросту все равно на мою тревогу и терзания по прошлому. В моей голове пролетело множество ужасных мыслей, и все из них были лишь о том, что его фраза звучала чересчур эгоистично.

— Вот в чем дело? Ты не хочешь чтобы я уезжала от тебя? Ты бы просто слышал себя со стороны! Это же буквально плевок в сторону моих переживаний.

Кристофер состроил удивленную гримасу и тяжело вздохнул, усаживаясь на стул. Он нервно массировал себе лоб рукой.

— Я давно не говорил тебе, но ты просто несносная идиотка, Болтон, — усмехнулся он. — Ладно, хорошо, твоя взяла. Я действительно сказал лишнего и не должен лишать тебя такой возможности. Но раз ты вылетаешь завтра, то не будешь ли ты так любезна принять мое предложение на ужин в ресторане перед отъездом?

Его смена настроения порой заводила меня в ступор. Как можно спорить минуту назад, а теперь принять информацию как есть и смириться? Как после этого не начать ценить его ещё больше? Как можно удерживать улыбку и выдавить из себя обиженное «я подумаю», когда он уже подзывает тебя к себе и смотрит с нежностью? Его предложение настораживало, но не согласиться на него я не могла.

— С удовольствием приму ваше приглашение, Кристофер Денвер.