Рождество. Часть 2.
От лица Йена Фидса.
Во Франции были снежные ливни. По узким улочкам, усыпанных белым покрывалом, проносилась грядущая атмосфера рождественских праздников. Соседняя пекарня гнала перед собой, на несколько кварталов, аромат свежеиспеченных круассанов и миндальных пирогов, пробуждая аппетит.
Утонув в бесформенном шарфе, она смотрела на огромные двери парижского отеля и улыбалась. Ямочки на щеках, складочки у глаз и это волнительное очарование её взгляда заворожили меня.
- С ума сойти. - все время наговаривала брюнетка.
Какая-то девочка, с волосами цвета золота, подбежала к маме и обняла её. Нежно и сильно. Где-то внутри защемило от умиления. У нас тоже все так идеально и мы можем считаться поистине счастливой семьей? Справлюсь ли? Смогу ли? Была тьма вопросов, на которые ответы так и не желали появляться.
Куча дерьма накопилось. Гора секретов, несущих бездну в пропасть после раскрытия. Я бомба которую сжимает рука несмелого неудачника. Дрожа под его пальцами, я каждый раз готов взорваться.
Черта прорезается в воздухе ежесекундно. Черта моего здравого рассудка поперек. Господи, да я в ужасающем состоянии! Кувыркаюсь, как одержимый, в проклятой безысходности.
- Элисон, милая, заходи внутрь, здесь же холодно. - протараторил я, помогая портье достать багаж из машины, изгоняя непрошеные мысли.
- Я не одета для такой роскоши, Фидс. Зачем так подставлять? - улыбнулась она и с восхищением пробежалась взглядом по красной дорожке, окнам стиля Прованса и зависла на, торчащей из под ледяной крыши отеля, известной башне. - Боже, какое великолепие! Я не верю, что мы здесь.
Наконец, взгромоздив в телегу наши чемоданы, я передал их хилому парню и зашагал к счастливой девушке, трепетно прижав её к себе, согревая и даря мысленную любовь.
Дверь к лобби раскрылась. Пропустив Элисон вперед, судорожно вздохнул горящий воздух моей совести. Секунда и поперхнулся ней, если бы не вновь этот горящий взгляд любимой, как она неуклюже переваливается с ноги на ногу и осторожно обнимает живот, возможно руками передавая ток счастья чаду.
Управляющая отеля встретила нас радушным пожатием рук и решилась проводить к номеру. Её телефон не переставал звонить, от чего она взволновано дергала свой пиджак и без конца отбивалась.
- Бросьте, я не хочу казаться серьезным и страшным человеком, миледи.
Она облегченно махнула головой и не желая казаться слишком неуверенной, отвернулась и зашагала спереди.
У серебряной кабины лифта, нас чуть не сбила толпа молодежи, вывалившись из неё, громко заливаясь смехом и изредка кидая пошлые шуточки.
- Парни, не ведите себя, как свиньи! - проворчала блондинка, шагая за двумя мальчиками и печально замахала головой.
Опять американцы. И ничего удивительного, Йен. В гостиницах Франции обычно не только французы заселяются. - Pardonne-nous. - обратилась она теперь к нам и уставилась на меня с раскрытым ртом. - Ох ничего себе какие люди здесь. Из самого Лос-Анджелеса. Мистер Фидс, какими судьбами?
- Ничего страшного. - бросила Элисон и прижалась ко мне сильней, не снимая улыбку. Люблю её.
- Я и мистер Фидс в одном отеле. - как бы между прочем проговорила девушка, выгибая бровь, по-прежнему не обращая на Элисон и озабоченную управа никакого внимания. Девушка завизжала, как сумасшедшая.
- Не приставай к людям, видишь у них медовый месяц? - сказал кто-то сзади. В толпе ребят стояла брюнетка с аристократической внешностью. Все оборвалось в эту чертову секунду. С того времени и начнётся ад. Ад, старательно приготовленный для меня Бартом Блэком.
- Габби, передай мне ключ от номера, я забыла свой мобильник. Отец. Мне нужно позвонить ему. - Её тон сменился на слове "отец" и я увидел ту страшную искру в её глазах. Поначалу они завораживали и пугали, но сейчас, после этого дьявольского огня в них, мне перехватило дыхание. Честное слово, перехватило.
- Да, мы ждём тебя в ресторане. - сказала блондинка и прошла мимо нас, задерживаясь на полушаге. - Всё в порядке, Анна?
Я продолжал смотреть на брюнетку, которую явно трясло и, пожалуй, та сильно пыталась скрыть свое волнение.
- Всё в порядке, ступай. - уже грубее бросила «незнакомка» и прошла в лифт, склонив голову вниз.
Осторожно переступив порог кабины, Элисон встала рядом и стала раскачиваться из стороны в сторону, смотря то на меня, то на неё.
Я так же зашел и проследил, как она нажимает на свой этаж, а затем, как управляющая проделывает тоже самое.
- Всё в порядке? - спросила тихо мисс О'Коннел и смочила языком сухие уста.
- Да. - почти беззвучно ответил я и дрожащими пальцами стер испарину.
Сукина дочь. Какого черта она забыла в Париже? Решила поиграть со мной? Ну что, война принята.
Прошло по большей мере полминуты, но за это время я почти что умер от переполненного ужаса моей нервной системы. Одно брошенное слово и я придушу её. Один секундный звук и я сверну ту тонкую шею, если Анна посмеет издать его.
Следующее случилось быстро. Дверь раскрылась, Элисон и управляющая выходят на нашем этаже и не теряя времени, я в панике зажимаю кнопку экстренной остановки, дожидаюсь, когда дверь закроются и отрежут меня от свидетелей, оставляя один на один с Анной.
В глухой тишине и негромкого разговора Эли за стеной, Анна начинает язвительно смеяться.
Прорычав что-то себе под нос, я повернулся и прижал к стене тонкое тело, ложа ладонь на девичью шею. Улыбнулась. Она всего лишь улыбнулась.
- Йен! - кричал кто-то вне лифта. Элисон, наверное, с ума сходит от безумной выходки. По крови разнесся агрессивный адреналин.
- Что ты здесь делаешь, Анна? Решила позлить меня, да?
- О, Йен, посмотри в какого сопляка ты превратился. - ликовала девушка зарываясь пальцами в моих волосах.
Зажав артерию, тем самым останавливая её, она покраснела, но попрежнему не сняла эту отвратительную ухмылку.
- Ты же обещала.
Девочка сделала глубокий вдох, опаляя мои щеки.
- Обещала? Ты использовал меня. Как влюбленную дуру использовал!
Её губы поползли по моим и оставили грустный сухой отпечаток, так и не осмелев поцеловать.
- Скажи, я стою этих треклятых бумажек? Или кто стоит? Она? Скажи, а Элисон знает, что её жизнь обязана мне и моим концом в этом, пропитанном ужасом и дерьмом, мире? Скажи, кто выйдет отсюда счастливым? Ты как стервятник все отнял у меня. Я против семьи пошла, отца предала. А все ради чего?
- Видимо, ради меня. - прошептал я и отпустил её. - Не делай этого.
- Да пошел ты к черту, Йен! И Элисон туда же пусть катит!
- Расскажешь отцу? Ступай! Разберусь и с этим дерьмом.
- Нет, расскажу ей, что ты спал со мной. Со всеми красками расскажу. Как целовал эти губы, мою грудь.. а дальше...
- Рот закрой! - не выдержал я, ударяя кулаком по стенке у её лица. - Не то..
- Не то что? Убьешь? Кишка тонка!
Отстранившись от нее, я повернулся на звук открывающейся двери лифта и надел маску спокойного выражения лица.
Управляющая с непониманием посмотрела на нас.
- Возможно, что-то с лифтом. - предположила она, пытаясь охладить накаляющиеся нить между взглядом Элисон и моим. Я в полной кучи навоза.
До номера мы добирались в молчании. Мне не хотелось обсуждать это. Я не хотел портить праздник! Но черт возьми!
Девушка сняла с себя пальто и сложив руки на груди, опять посмотрела на меня.
- Здесь внизу вкусные круассаны. Можем принять ванну, а затем пойти на ужин. - иронизирую я, пытаясь смягчить ситуацию.
- У нас все в порядке? - спросила Элисон, поджимая губы.
- Конечно. - осторожно ответил я и подошел. - Почему ты решила обратное?
- Кто эта девушка?
- Какая девушка?
Эли недоверчиво улыбнулась и отвернулась к окну.
- Послушай, - начал было я и подошел, но она протянула руку в знаке протеста.
- Я передумала. Куда мы теперь без доверия? Надеюсь это одна из твоих поклонниц, вроде Мелиссы.
- Я же говорил, что люблю тебя?
- За сегодня уже одиннадцатый раз. - улыбнулась Эли и осторожно погладила мой ворот рубашки. - Наберешь ванную?