30
Вечером Луна пошла в группу поддержки, в которую ходили такие же молодые люди с пагубными привычками, как и она. Все садились так, чтобы каждый мог видеть остальных присутствующих, и по очереди рассказывали свои истории, переживания и чувства, связанные с зависимостью. Луна старалась не привлекать к себе внимания и держалась в тени. Когда подошла её очередь и двенадцать пар глаз сосредоточились на её персоне, заставляя неловко вжиматься в стул и краснеть, она запаниковала. Слушая, что рассказывали другие, Луна не осознавала, не понимала и не хотела принимать, что она такая же, как и они. Теперь они ждали её историю — её признание, которое объединило бы их, сделало бы равными. Луна пришла в ужас от того, что ей действительно есть, что рассказать, но она не хотела ничего говорить, не желала, чтобы все узнали про неё. Девушка хотела провалиться сквозь землю и бежать, бежать и больше никогда сюда не возвращаться. Неловкая пауза затянулась и женщина-психолог, тихо прокашлявшись, перевела очередь на следующего, сидящего после Луны парня.
— Ничего страшного, не переживай, — мягко, улыбаясь, заметила она. — Ты первый раз пришла к нам — и это уже многое значит.
— Можно мне выйти? — нерешительно, еле слышно поинтересовалась Луна.
Выбежав из аудитории, она облегчённо выдохнула и, расслабившись, сползла по стене, усевшись на пол прямо у двери. Напряжение не проходило, а от чувства стыда и какого-то непонятного отвращения всё больше болела голова. Выкурив две сигареты подряд, Луна стремглав побежала домой. С каждым шагом головная боль усиливалась и становилась невыносимой. Всё вокруг кружилось, и, казалось, каждый шаг отдаётся тяжёлым ударом по её нервной системе.
Ли дома не оказалось, она опять сидела в казино. Теряя контроль над собой, Луна, как сумасшедшая, носилась по квартире в поисках хоть чего-то, что могло бы избавить её от этой мучительной боли. Всё что ей удалось отыскать — начатая бутылка водки на кухне. Прямо из горлышка она жадно сделала несколько больших глотков и, усевшись на диван, закурила, даже не почувствовав горечи спиртного.
— Господи, за что мне это? — спросила девушка, закатывая глаза. Лицо её бледнело, всё тело пробирал озноб. Она почувствовала, как капля холодного пота побежала по позвоночнику. Луна была противна самой себе, всё вокруг вызывало лишь негативные эмоции и отвращение.
Выкурив сигарету, она выпила ещё водки — и алкоголь начал плавно действовать. Ей стало немного легче, но головная боль не проходила, а наоборот только усилилась. Не в силах бороться с этим, Луна ворвалась в комнату Ли и трясущимися руками, еле держась на ногах, перерыла все её вещи. В сумме она смогла собрать почти четыреста долларов. Совершенно не контролируя свои действия, на полусогнутых ногах в мокрой от собственного пота одежде, прилипающей к телу, Луна вышла из квартиры и, держась за стену, медленно поплелась вдоль улицы.
Больше пяти дней она не появлялась и не давала о себе знать. Всё это время Ли не находила себе места, не зная, чего ждать дальше. Она страшно переживала и одновременно злилась —подруга подвела её, обманула и возможно попала в беду. Паника всё больше охватывала её. Луна могла просто куда-нибудь уехать, но Ли была уверена, что та в городе. Дурное предчувствие не покидало девушку. Она не могла звонить в полицию, опасаясь, что из-за этого у Луны могут быть ещё большие неприятности. Зная, что её подруга ни за что не станет обращаться в больницы, не имело никакого смысла искать её там. Ли поняла, что справиться с этим сама она не в силах и решила разыскать сестру Луны — Кейт.
Перерыв все вещи пропавшей, в углу на обороте большой карты США она нашла старую запись красным маркером «Кейт» и два номера телефона. По коду Ли поняла, что один номер был нью-йоркский, второй же код был ей незнаком. Сперва она позвонила в Нью-Йорк, но там ответили, что Кейт сейчас в университете, однако скоро должна приехать на каникулы. Тогда Ли набрала второй номер — и отозвалась девушка со звонким мелодичным голосом. Это и была Кейт.
— Твоей сестре нужна помощь, — немного помедлив, не зная с чего начать, негромко сказала Ли.
Ей было не по себе от того, что она просит у кого-то помощи, но девушка успокаивала себя и корила за то, что из-за своей гордыни и невнимательности, не сделала этого раньше. Больше всего она боялась, как бы не было уже слишком поздно.
— Где она? — встревожено спросила собеседница.
— Она... — Ли запнулась. — Мы сейчас в Лос-Анджелесе.
— О, Господи! Что случилось? Кто вы такая?
— Меня зовут Ли. Я... Я подруга Луны. Мы вместе приехали сюда. Только теперь я не знаю, где она.
— Что вы такое говорите? Что значит, не знаете, где она?
— Она... Луна... — язык Ли стал ватным и не слушался хозяйку. Она никак не могла решиться произнести то, что собиралась. Ей самой не хотелось в это верить. Она чувствовала, что волнение Кейт растёт в геометрической прогрессии с каждой секундой её молчания.
— У Луны проблемы с наркотиками! — наконец выдала она на одном дыхании.
Повисла тягостная пауза.
— Я приеду! Скажите мне адрес, я обязательно приеду, — задыхаясь, вдруг закричала в трубку Кейт. По её голосу Ли поняла, что та плачет.
Тревога Кейт передалась ей, и стало совсем тяжело на душе. Ли старалась не думать о том, что даже когда та приедет, возможно, они и вместе не смогут найти пропавшую. Сестра Луны записала их адрес и телефон в Лос-Анджелесе и прилетела на следующий же вечер. Она оказалась совершенно не похожа на Луну — среднего роста, с пухленькими губками, розовыми щёчками и длинными немного вьющимися каштановыми волосами, и глазами синего цвета. Кейт была сама простота. По опухшим глазам Ли поняла, что девушка плакала, но то, как она себя держала, говорило о её решительности и готовности на всё, чтобы помочь сестре.
По дороге из аэропорта Ли рассказала, как они познакомились, и описала последние месяцы из жизни Луны. Ей было стыдно раскрывать подробности того, что тут происходило, когда она просиживала в казино, и о многом она попросту умолчала.
— Где живёт этот Джейк? — спросила Кейт.
Ли пожала плечами. Не доезжая до квартиры, она развернула машину, и девушки отправились прочёсывать район, в котором Ли с Луной жили, и его окрестности в поисках хоть каких-то следов беглянки. В этот вечер они ничего не нашли и продолжили с самого утра на следующий день. Ближе к ночи, возвращаясь домой вдоль побережья, Ли заметила стайку молодых ребят дурачащихся на пляже. Она подъехала ближе и заглушила мотор. Выйдя из машины, попросила Кейт подождать её внутри.
Среди этих молодых людей Луны не было, но в одном из них Ли узнала Джареда. Она подошла к нему и поинтересовалась, не знает ли он, где может находиться Луна и что с ней. Парень лишь удивлённо пожал плечами и сказал, что давно перестал общаться с Джейком из-за его пагубных пристрастий.
— Да, я не прочь забить иногда косяк-другой, но пускать по вене — это уж слишком, —заявил он.
Джаред подсказал им адрес Джейка и назвал ещё пару мест, где его можно попробовать поискать. Саму же Луну он не видел.
https://youtu.be/rTyZwdRxE50
Ли села в машину и, не теряя ни минуты, направилась к Джейку. Подъехав к дому на южной окраине Лонг-Бич, девушки вышли из машины и очень долго стучали в дверь. В окнах на втором этаже горел неяркий свет. Было слышно, что внутри играет музыка, но открывать им никто не торопился. Когда Ли дёрнула за ручку, оказалось, что дверь вовсе и не заперта. Переглянувшись, девушки тихо вошли внутрь. В доме царил полный хаос, было сыро и пахло плесенью. Казалось, что здесь совсем недавно прошёл ураган. На первом этаже никого не было. Они осторожно поднялись наверх и направились в ту комнату, откуда доносилась музыка. Медленно открыв дверь, девушки остолбенели от увиденного. Джейк сидел на кровати и затягивал плечо ремнём, один его конец сжимая зубами, в другой его руке уже был приготовлен шприц. В углу полураздетая в оборванной одежде, грязной и заблёванной, лежала Луна. Она была без сознания. Вся в синяках и кровоподтёках, бледная и исхудавшая, бедняжка казалось совсем неживой. Обезумевшая от ужаса, Кейт бросилась к ней и, пытаясь привести в чувства, стала трясти Луну за плечи, но та никак не реагировала, как бездушная кукла она болталась в руках сестры, не приходя в себя.
— Какого чёрта? — возмутился Джейк и хотел подняться с кровати, но Ли со всего размаху врезала ему по голове и попала прямо в ухо. Заскулив, парень свалился на пол и уже не пытался встать. От вида Луны внутри у Ли всё внутри сжалось, но она старалась держаться хладнокровно и не поддаваться панике. Нащупав слабый пульс, девушка поняла, что подруга всё же жива. От этого ей стало немного легче. Они всё-таки успели!
Вместе с Кейт Ли подняла Луну, и они аккуратно спустились вниз и уложили её на заднее сиденье. Сестра села рядом с ней. Всю дорогу до дома, не спуская глаз с беглянки, прикрыв ладонью рот она тихо плакала. Ли старалась плавно вести машину, избегая тряски.
Они молчали.
Добравшись до квартиры, девушки сразу же перенесли Луну в ванную. Сняв с неё одежду, они потеряли дар речи от вида её тела. Девушка была похожа на жертву пыток: кости торчали, обтянутые тонким слоем бледной кожи, покрытой синяками, ссадинами и порезами. Её руки были исколоты и некоторые места уколов гноились. Кейт не могла на это смотреть и, не в силах сдерживать себя, зарыдала ещё сильнее и выбежала из ванной. Ли включила воду и осторожно опустила в неё Луну. Через некоторое время Кейт тихо вернулась и молча стала помогать Ли мыть сестру. Вода становилась тёмной от грязи, от неё исходил неприятный затхлый запах. Закончив, они одели Луну в чистое и уложили в постель. Всё это время она так и не приходила в себя. Кейт тихо промолвила:
— Ты не представляешь, как сильно я люблю Луну и как мне больно от того, что с ней сделали родители — ведь именно они виноваты во всём. Из-за этого я уже десять лет не разговариваю с отцом и ненавижу себя за то, что тогда я не ушла вместе с ней. Ведь я же могла всё это время быть рядом. Я просто трусиха, совсем не такая как Луна. Знаешь, она иногда звонила мне и присылала подарки на рождество и день рожденья, а я не могла ей ответить потому, что сестра не писала обратного адреса — она не знала, сколько ещё будет оставаться на одном месте. Это просто ужасно!
Ли предложила ей сигарету, но Кейт отказалась. Закурив сама, Ли достала из кухонного шкафа бутылку текилы. Из холодильника вытащила пакет с лаймами и бросила его на стол рядом с бутылкой. Пакет открылся, лаймы рассыпались и один скатился со стола, но Ли успела подхватить его. Поставив рядом солонку, она позвала Кейт:
— Сегодня она вряд ли очнется. Главное — мы её нашли. Теперь всё будет в порядке, — помедлив, Ли наполнила текилой две высокие рюмки. — А вот выпить нам совсем не повредит.
Ещё немного постояв у постели Луны, Кейт вышла из комнаты, прикрыв дверь, но не закрывая её до конца, чтобы из гостиной можно было увидеть, когда она придет в себя. Кейт была смущена и эмоционально истощена. Столько времени не видя сестру и не зная, что с ней на самом деле происходит, пережитого за этот вечер оказалось для неё более чем достаточно, чтобы забить тревогу. Всё это было слишком тяжело переварить. Она подошла к столу и села напротив Ли. Вся её решительность куда-то испарилась, оставив после себя только растерянность и боль. Кейт выглядела совсем юной и напоминала Ли куклу из магазина подарков, вся такая холеная и ухоженная, теперь она сидела напротив со стеклянным взглядом, потерянно уставившись на рюмку текилы, налитую для неё Ли. Затем вытерла глаза и нехотя взяла её.
— Ничего не имеет значения! — почему-то именно такой тост пришёл ей на ум. Девушки чокнулись и залпом выпили.
Лицо Кейт скривилось от горечи, обжигающей её внутренности. Ли быстро сунула ей в руку кусочек лайма и приказала укусить его.
Так они просидели до утра. Под действием алкоголя Кейт расслабилась и начала рассказывать истории из детства — всё, что она помнила про Луну. Когда они были маленькими, та всегда любила поспать. Сестрёнка просыпалась последней и могла полдня ходить сонная, ни на кого не реагируя. В то же время она сидела допоздна перед телевизором или просто играла в комнате. Но, несмотря ни на что, слыла общительной, открытой и дружелюбной. Родители были слишком заняты работой и собой, а девочки переданы на воспитание многочисленным нянькам, часто сменяющим друг друга. Родителям было не о чем беспокоиться — дочки всегда здоровы, сыты и одеты. Но когда Луна пошла в первый класс одной из лучших школ Нью-Йорка и там пришлось соблюдать строгую дисциплину, начали возникать проблемы. Девочка никак не могла настроиться на этот новый для неё ритм жизни: нужно было просыпаться рано, а днём — учиться. Её будили, почти насильно одевали и отвозили в школу. Приходя в класс, Луна тут же отключилась прямо за столом. Её постоянно окрикивали и делали замечания, но это повторялось снова и снова. Луна стала самой отстающей в классе. Никто не хотел дружить с этой странной девочкой с затуманенным холодным взглядом. Дети обходили её стороной и шептались за её спиной, выдумывая самые невероятные истории о том, что на самом деле она заколдована или с другой планеты — определённо Луна не была похожа на обычных детей. Родители закрывали на это глаза, надеясь, что всё наладится само собой. Няням было велено укладывать её спать не позже восьми вечера, но лёжа в постели, Луна всё равно не смыкала глаз. Когда терпение учителей оказалось на пределе и различные немыслимые слухи вышли за стены класса, директор школы пригласил родителей Луны на разговор. Но из-за жёсткого графика работы, они долго не могли выделить время на встречу. Когда всё-таки мама явилась в приёмную — директор сообщил, что Луну, скорее всего, придётся исключить. Узнав об этом, отец пришёл в ярость, и дома был большой скандал. На следующий день он сам лично посетил эту школу. После долгого разговора, директор настоятельно порекомендовал показать Луну специалистам. Это окончательно вывело отца из себя, весь вечер они спорили с мамой на повышенных тонах — и было решено свозить девочку в клинику Вайлдшир, один из лучших центров для детей и подростков с проблемами психики и развития.
Кейт помнила, что это был солнечный осенний день, приближался день рождения Луны. Девочкам сказали, что её только покажут врачу, и они сразу вернутся домой, но родители приехали обратно без Луны. Кейт спрашивала, что же случилось с сестро, но они уходили от ответа и очень долго не разговаривали даже друг с другом.
Пять лет от Луны не приходило никаких вестей. Даже на Рождество и другие праздники про неё не вспоминали — это была запрещённая тема в семье.
За окном уже рассвело, и Кейт уже оказалась порядком пьяна. Язык её заплетался, а глаза слипались от усталости.
— Ты можешь лечь в моей комнате, — предложила Ли.
***
К вечеру этого дня Луна пришла в себя. Она вышла в гостиную и равнодушно посмотрела на сидевшую там Ли. Кейт всё ещё спала, но услышав движение в гостиной или интуитивно почувствовав, что сестра очнулась, она взволнованно выбежала из комнаты. Увидев ссутулившуюся фигуру Луны, стоящую посреди комнаты, девушка обрадовалась и хотела броситься к ней и обнять, но та оглянулась, бросив на сестру холодный пустой взгляд, от которого у Кейт по спине пробежал неприятный холодок, заставив её поёжиться и от неожиданности попятиться назад. Луна не узнавала её. Застывшее лицо не выражало никаких эмоций.
— Мне очень нехорошо, — хриплым голосом выговорила она, и её тут же вырвало. Она была настолько обессилена, что пошатнулась и упала.
Испуганные девушки опять уложили её в постель. Луну трясло, она была вся мокрая от пота, губы высохли и потрескались, а вся подушка усеяна выпавшими волосами. Было очень больно видеть Луну в таком состоянии, но всё, что оставалось делать — это ждать, пока она не придёт в адекватное состояние. Но девушке становилось только хуже.
Кейт училась на педиатра на втором курсе медицинского университета. Она сходила в аптеку и купила несколько препаратов, которые должны были укрепить организм Луны и облегчить её агонию или то, что её напоминало. Всё время она сидела у кровати сестры и протирала ей лицо холодным полотенцем. Иногда Луна приходила в себя, но большую часть времени она бредила и, ворочаясь, месила постель руками и ногами.
У Кейт начались каникулы, и через пару дней она должна была вернуться в Нью-Йорк.
— Я заберу Луну с собой! — сказала она Ли. — У неё есть дом, мама с папой должны принять её такой, какая она есть, особенно сейчас. Они виноваты во всём, что с ней случилось.
Ли не стала возражать, это решение Кейт ей даже понравилось, но уверенности в том, что в Нью-Йорке с Луной всё будет в порядке, у неё не было.
К концу недели Луна начала вставать с постели. Как привидение, она молча бродила по квартире из стороны в сторону. Один раз Кейт обнаружила её в ванной комнате, где та, сидя на унитазе, безутешно рыдала из-за смерти какой-то бабушки. Сестра присела рядом и обняла её. Вся спина Луны была мокрая.
— Луна, у нашей бабушки всё в порядке, она жива и сейчас в Вашингтоне. Если ты соскучилась, мы обязательно съездим к ней, когда тебе станет лучше.
Луна безразлично посмотрела на неё, встала и молча вышла из ванной.
Позднее в этот же день, когда Кейт вошла в её комнату, Луна внезапно набросилась на неё и стала обнимать и целовать. Наконец-то она узнала сестру. Её лицо выражало детскую наивную радость и искренне светилось любовью к родному человеку. Крепко сжимая сестру в объятиях, она расспрашивала, как та её нашла и как давно она здесь, так как будто бы Кейт только что с самолёта. Поражённая такой переменой, Кейт не успевала отвечать на её вопросы, робко улыбаясь и прижимаясь к Луне.
Ли была в казино. Вернувшись поздно вечером, она была удивлена таким хорошим настроением Луны не меньше её сестры. Девушку словно подменили. От присутствия Кейт рядом её состояние становилось всё лучше с каждой минутой. Луна сама приняла душ, переоделась, и вечером они втроём сходили в кино.
На следующий день, пока Ли спала после ночной игры в покер, Кейт и Луна отправились в город. Они съездили в Голливуд и, прогулявшись по Аллее звёзд, отправились в Даунтаун. Луна всё так же не могла уняться, расспрашивая Кейт о её жизни, учёбе, занятиях и увлечениях. Сама про себя она рассказывала мало, как бы стыдясь своей неполноценности и отвратительного образа жизни. Сейчас девушка была невероятно счастлива и не хотела портить этот момент неприятными воспоминаниями из своего прошлого. Чувства переполняли её, делая всё прошедшее таким незначительным и пустым.
Она опять коротко постриглась, купила несколько маек, новые джинсы и ещё одни шорты. Свои ковбойские сапоги она где-то потеряла и им на замену теперь приобрела красные кеды «Конверс» — в них ходить оказалось намного удобнее.
— Сегодня вечером мы улетаем, — вдруг заявила Кейт на выходе из небольшого ресторана, где они только что пообедали. Она не решалась говорить об этом раньше, но сейчас, видя приподнятое настроение сестры, подумала, что момент самый подходящий.
— Кто это мы?
— Ты и я. Мы вместе летим домой.
Резко остановившись как вкопанная, не сводя глаз с сестры, Луна достала из пачки сигарету и нервно сделала несколько глубоких затяжек. Её лицо стало серьёзным, взгляд — напряжённым. Слова сестры застали её врасплох.
— Сколько можно бегать? Ты же не преступница! Ты не сделала ничего плохого и имеешь право жить дома, как нормальный человек, — не дожидаясь, что та ответит, начала наступать Кейт.
Луна нахмурилась. Отвернувшись в сторону, она продолжала молча курить. Даже мысль о том, чтобы когда-нибудь вернуться домой, никогда не приходила ей в голову. Она не винила родителей, но и видеть их не желала. Но теперь, когда жизнь, по сути, завела её в тупик и будущее не предвещало никаких радужных перспектив, поездка домой на самом деле была как раз кстати. Хуже быть уже всё равно не может. Тем более, она всегда сильно тосковала по Нью-Йорку.
Кейт следила за каждым её движением и жестом.
— Ладно, — наконец сказала Луна и, бросив сигарету на землю, затушила её правой ступнёй.
Облегчённо вздохнув, Кейт почувствовала, как камень свалился с её души. Она засветилась улыбкой и крепко обняла сестру.
— Ты не представляешь, как я рада! Я столько раз представляла себе, как ты возвращаешься, но никогда не думала, что именно я привезу тебя обратно.
Луна улыбнулась, едва приподняв уголки губ. Она любовалась радостью сестры, но внутри у неё всё же оставались сомнения.
Когда они вернулись в квартиру, Ли как раз только что проснулась. Вместе приготовив ужин, девушки поели и собрали вещи.
Ли радовалась, наблюдая за Луной, — такой воодушевлённой и эмоционально открытой она не видела её с самого Лас-Вегаса. Несмотря на то, что за это время произошло много неприятного, она успела очень привязаться к Луне, и теперь чувствовала лёгкую грусть на душе, потому что им предстояло расстаться.
Она подбросила сестёр до аэропорта, и, прощаясь, не смогла сдержаться и расплакалась. Луна была поражена этой новой, такой несвойственной Ли, сентиментальности. Она чувствовала то же самое: печаль сдавливала её сердце при одной мысли, что теперь они будут за тысячу километров друг от друга. Крепко обнявшись в последний раз, девушки договорились обязательно созваниваться, когда сёстры доберутся до дома.
— У меня такое предчувствие, что мы расстаемся ненадолго, — на прощание сказала Луна и очень странно, неестественно улыбнулась.
Её одолевали непонятные чувства — сомнения усиливались по мере приближения к самолёту. Внутренний голос говорил, чтобы она осталась. В какой-то момент, вспомнив про Эндрю, Луна усилием воли сразу же прогнала эти мысли. «Всё это из-за того, что я лечу домой», — успокаивала она себя.
Для того, чтобы облегчить перелёт, в самолете Кейт дала сестре выпить пару таблеток успокоительного. На самом деле состояние Луны очень её беспокоило — внешне та была в норме, но, помня про совсем недавнее её состояние, Кейт знала, что это может быть всего лишь видимостью.
Самые страшные предположения Кейт начали сбываться во время полёта, когда Луне на глазах начало становиться хуже. Её голова разболелась, в глазах начало двоиться. Всё больше бледнея, она теряла связь с реальностью, проваливаясь в небытие.
— Может быть это от давления. Уши не закладывает? — спросила Кейт и засунула ей в рот ещё одну таблетку успокоительного.
Луна не могла говорить, в ответ она лишь что-то невнятно промычала. Её взгляд был затуманен, а всё тело расслаблено.
Кейт начала нервничать. Она попросила принести воды.
— У вас всё в порядке? — поинтересовалась стюардесса, обратив внимание на состояние Луны.
Кейт как можно дружелюбнее улыбнулась и ответила, что её сестра просто очень боится летать.
— Это пройдёт, — добавила она, пытаясь скрыть панику у себя в глазах.
Девушка намочила водой салфетку и протёрла Луне лицо. Теперь та полностью перестала реагировать на что-либо. Кейт с трудом смогла нащупать её пульс. Это ещё больше напугало Кейт, её глаза наполнились слезами. Что если сестра отключится прямо в воздухе? Что если это конец? Но Луна держалась.
Когда самолёт через пять часов двадцать семь минут приземлился в Нью-Йорке, Кейт, стараясь не привлекать к себе внимания, осторожно вывела полуживую сестру из самолёта, и, практически взвалив её себе на плечи, медленно спустилась с трапа. Оставив Луну в зале ожидания, она пошла за багажом. Когда вернулась, сестра сидела в кресле, согнувшись пополам. Кейт осторожно обняла её за плечи, но Луна пошатнулась и, окончательно потеряв сознание, упала на пол. Вокруг начали собираться люди, обеспокоенные или скорее любопытные. Кто-то вызвал «911».
Кейт была в замешательстве. В таком виде Луну ни в коем случае нельзя привозить домой. Если её заберёт скорая — придется сообщать свой адрес и номер страховки, тогда они точно свяжутся с их родителями, а этого допускать нельзя. Не теряя ни минуты, она вызвала такси и попросила о помощи несколько парней. Вместе они вынести Луну из здания аэропорта и посадили на заднее сиденье машины. Забросив сумки в багажник, Кейт села рядом.
— Куда едем? — спросил водитель.
— Пока не знаю... — нервно ответила она. — Эммм... Манхэттен.
Они покинули территорию аэропорта, разминувшись с машиной скорой помощи, и выехали на скоростную трассу, где, на удивление, практически не было машин. От стресса у Кейт страшно разболелась голова. Она перебирала все варианты, как лучше поступить, но всегда выходила на то, что Луну нужно доставить домой — и каждый раз отказывалась от этой мысли.
Когда такси выехало на Мэдисон-авеню, наступил полдень. Они подъезжали к дому. В такое время там не должно никого быть кроме прислуги.
— На восемьдесят пятой сверните направо, — таксист послушно повернул. Они проехали вдоль водохранилища Жаклин Кеннеди и выехали на Восемьдесят шестую улицу. И на Бродвее тут же застряли в пробке. Кейт это обрадовало — теперь у неё имелся небольшой запас времени, чтобы ещё немного подумать. Она с надеждой посмотрела на Луну, но та всё ещё была без сознания.
— Пожалуйста, на пересечение Девяносто девятой и Вест-Энд, — неуверенно попросила Кейт.
Она решилась заехать домой. Попросив водителя подождать, девушка сунула ему двадцатку и, выйдя из машины, вытащила из багажника вещи. В холле высокого современного жилого здания, её дружелюбно поприветствовал консьерж и помог донести сумку до лифта. Кейт, как можно тише, открыла дверь квартиры и пробралась в свою комнату. Она бросила сумку на кровать и посмотрела в зеркало. Натянув улыбку и изо всех сил пытаясь скрыть волнение и выглядеть естественно, она пошла на кухню, чтобы поздороваться с прислугой и попросить сообщить родителям, когда те вернутся, что она приехала и у неё всё в порядке, а теперь она пойдёт прогуляться.
Спустившись вниз и садясь обратно в такси, Кейт на ходу поинтересовалась, не приходила ли сестра в себя, пока её не было, но таксист отрицательно покачал головой и, оглянувшись, как-то подозрительно посмотрел на них обеих — судя по всему присматриваясь, действительно ли они похожи на сестёр.
— В ближайшую гостиницу. Любую хорошую, только поближе.
Ближайшей оказалась гостиница «99». Таксист помог Кейт занести Луну в номер, девушка расплатилась и осталась с сестрой в номере. Она сняла комнату на втором этаже. Стоило это не так уж и мало, но Кейт расплатилась карточкой.
Аккуратно раздев Луну, она уложила её в постель. Та не подавала никаких признаков жизни. Иногда Кейт по несколько минут напряжённо всматривалась в неё, опасаясь, что Луна вообще не дышит. Она ждала хоть какого-то малейшего движения её лица, но сестра лежала неподвижно. Такая бледная она была похожа на фарфоровую куклу. Кейт вколола ей порцию витаминов в самом простом иммуноукрепляющем растворе, который купила ещё в Лос-Анджелесе. Она старалась держаться и не терять самообладания, ведя внутреннюю борьбу с паникой и страхом, всё больше наступающими и завладевающими всем её существом. Девушка ходила по комнате взад и вперёд, несколько раз была уже готова вызвать скорую, но останавливала себя, едва подняв трубку. Она знала, что такое нарколепсия, знала, что бывает с Луной, и не могла забыть тот раз, когда сестра, сбежав из клиники, кучу времени провела в метро, не приходя в себя. Но от осознания этого ей не становилось легче. Нужно было появиться дома, но одноу сестру она оставить не могла. Не найдя другого выхода, девушка набрала номер в Лос-Анджелесе:
— Ли? Это Кейт.
Рассказав, что случилось и в каком состоянии находиться Луна, она сквозь слёзы попросила Ли приехать, как можно скорее. Даже если бы Кейт и не сказала этого, та всё равно прилетела бы первым же рейсом. Прикинув время на сборы и перелёт, она пообещала, что будет утром следующего дня. Повесив трубку, Кейт облегчённо вздохнула, а Ли, бросив все свои дела, стала собираться. К тому моменту у неё имелись порядочные сбережения — оставлять их здесь или везти с собой было небезопасно. Девушка сложила всё своё богатство в сумку и отправилась в ближайший банк за углом. Открыв там срочный счёт, она положила все деньги на него. Теперь можно было снимать и класть деньги на счёт из любой точки страны. Такое её более чем устраивало. После банка Ли быстро заскочила домой, ещё раз осмотрела всё вокруг и, взяв сумку, закрыла дверь. Ли не знала, когда вернется, поэтому зашла к домовладельцу и оставила ему ключи. Заведя машину на стоянку и взяв такси, она доехала до аэропорта и купила билет на самолёт. Как девушка и предполагала, в Нью-Йорке она должна приземлиться утром. До вылета оставалось пара часов. В автомате она взяла кофе и, устроившись в зале ожидания, с нетерпением ждала вылета, в уме перебирая все возможные варианты действий по прибытию.
Просидев в номере гостиницы до самого вечера, Кейт закрыла его и отправилась домой, где её радостно встретила мать. Они целый семестр не виделись, и мама очень соскучилась. Она крепко обнимала дочку и целовала, но Кейт были до чёртиков противны её объятия. Натянуто улыбнувшись, она с усилием высвободилась из рук матери и закрылась в своей комнате. Приняв душ, переоделась и вышла к ужину. Войдя в столовую, девушка увидела, что отец уже сидит за столом. Кейт бросила на него свой самый презрительный взгляд и, ничего не сказав, села на место. Отец молча читал свежую газету и, холодно поздоровавшись с дочерью, опять вернулся к чтению, так будто она была просто предметом интерьера, новой вазой, выставленной на стол. Через пару минут к ним присоединилась мать, она без умолку расспрашивала дочь про её учебную и личную жизнь, что ещё больше раздражало Кейт. Опустив голову над тарелкой, она медленно пережёвывала салат, односложно отвечая «да-нет-не знаю». Но мама не унималась.
— Почему с нами нет Луны? — вдруг, не выдержав, выпалила Кейт, перебив её.
Женщина резко замолчала, а отец от неожиданности чуть не подавился. Над столом нависла гробовая тишина. Напряжение росло.
— В чём дело, мамочка? — резко продолжила Кейт. — Ты достаёшь меня вопросами про мою жизнь, но как живёт твоя старшая дочь тебя не интересует?!
Никто ей не ответил. Отец делал вид, что ничего не слышал и продолжал есть. Глаза матери округлились — никогда ещё Кейт не позволяла себе такой резкости и колкости. Робко опустив глаза, она выжидала момент, когда будет уместно сменить тему.
— Ясно, — крепко сжав кулаки, Кейт встала из-за стола и ушла.
Забежав в комнату, она схватила ещё неразобранную сумку и пулей вылетела из квартиры. Пешком она отправилась в гостиницу к Луне.
Не приходя в себя, Луна всё так же неподвижно лежала в постели.
Проверив её, Кейт спустилась вниз, чтобы немного прогуляться и успокоиться. Она соскучилась по Нью-Йорку, и ей нужно было подышать его воздухом. Вся эта ситуация не давала ей покоя, а поведение родителей просто не поддавалась никакому объяснению. Вспоминая выражения их лиц, твердолобость отца и нелепость поведения матери, она вскипала от ненависти к ним. Кейт хотела скорее увидеть Ли. Та была старше и опытнее, она общалась с Луной и теперешнюю её знала лучше родной сестры. Кейт всю жизнь провела под боком у родителей, не ведая бед, она оказалась не готова к такому испытанию. Кейт верила и надеялась, что её сестра придет в себя и всё будет в порядке уже очень скоро.
Вернувшись в номер, она позвонила своему парню из университета, который жил в Нэшвилле. Они немного поболтали. Кейт никогда не рассказывала ему про Луну и теперь не сказала ни слова про то, что сейчас с ней происходит. Разговор с приятелем успокоил её, она пожелала ему спокойной ночи, и сама легла в постель рядом с Луной. Измотанная за день, Кейт быстро заснула.