32
ГЛАВА 32
Prev Next
Говорят, что неумение принять потерю - это одна из форм безумия, наверное это так, но иногда это единственный способ выжить...
Лиса.
—Да, мы вернёмся на этой неделе. Сообщи Хосоку, что все в порядке.
Я вышла на улицу, когда увидела Чона, серьезно разговаривающего по телефону и выкуривая очередную сигарету. Как только Чон сбросил звонок и выкинул окурок, он повернулся ко мне.
—Ты подслушиваешь?— блондин ухмыльнулся, подходя ближе. Когда его рука дотрагивается до моей щеки, я невольно вздрагиваю и убираю ее. Я все ещё чувствую себя некомфортно. Не знаю, что больше меня злило: то, что я позволила себе и зайти так далеко или же то, что он оттолкнул меня тем вечером.
—Прекрати эти молчанки, ты не ребёнок.
—И как девушку ты меня не воспринимаешь,— неосмысленные слова сами соскользнули с моего языка и я моментально залилась краской.
Он нахмурился и вскинул брови.
—Прости, что?
Я промолчала, пытаясь найти хоть какое-то оправдания и отчаянно надеясь, что он действительно не расслышал сказанные мною слова. Мой стыдливый взгляд блуждал по траве, что находилась под моими ногами.
—Я имела в виду, что нам стоило бы обсудить наши отношения.
Это было единственное, что пришло мне в голову. Я не знаю зачем я ляпнула всю эту чепуху.
—Наши отношения? А какие между нами отношения?
Я вытаращила глаза. Его слова окончательно меня добили. Чон ставил меня в очень неловкое положение. Мне стало до жути обидно.
—Если ты о сопливых отношениях парня и девушки, то знай, Лиса, я не встречаюсь и не позволяю ограничивать себя в чём-то.
Чон пристально наблюдал за моей реакцией и его слова оставляют неприятный осадок на душе. Я чувствовала себя полной дурой. Снова. Зачем он тогда искал меня и приехал сюда, если все то, что происходит между нами не имеет никакого значения?
Почувствовав влагу у уголка глаз, я развернулась, чтобы войти в дом, но Чон схватил меня за запястье, поворачивая к себе лицом. Я заметила, что он сбит с толку, как и я.
—Не поворачивайся ко мне спиной, когда я разговариваю с тобой.
—Не говори мне, что делать, Чон,—надеюсь, что ему понравится, как звучат его слова с моих уст. Голубоглазый заметно побледнел.
—Попрощайся с мамой, мы улетаем в Лондон сегодня.
Он замолчал, пытаясь выяснить как на меня повлияют его слова. А я, в свою очередь, чувствовала, что внутри меня все закипало. Чон не стоит испытывать мое терпение.
—Это ты улетаешь, а я остаюсь в Нью-Йорке,—спокойно говорю я.
—Лиса, собирай свои гребанные вещи, ты летишь со мной!
—Нет. Хотя бы потому, что в Англии мне угрожает Джин.
Его глаза расширились. Чон цокнул языком, покачивая головой.
—С ним уже разбираются ребята и Минхо.
—Если он узнает, что ты тут, он убьёт всех нас,—капельки пота выступили на лбу, когда я повысила голос на несколько октав.
—Если ты будешь находится рядом со мной, то он и пальцем тебя не тронет. А если ты останешься здесь, то смерть угрожает вам обоим.
Я задумалась над его словами. Как бы я не хотела признавать, что он был прав, это было именно так. Он убедил меня.
—Что я скажу ей?— возмутилась я, указав на окно. По ту сторону стекла, моя мать выпекала яблочный пирог и что-то бурчала себе под нос.
—Что соскучилась по друзьям, а я, такой хороший, готов помочь тебе и с деньгами, и с работой.
Чон победно улыбнулся, играясь с зажигалкой в руках.
На пятках, я развернулась в противоположную сторону, и на этот раз Чон не остановил меня.
***
Моя мама не сразу согласилась с выдуманной историей Чона и ему пришлось вмешаться, чтобы она поверила нам. Она уговорившая перенести перелёт на следующий день, но Чон сказал, что в Лондоне у него неотложные дела и будет лучше, если я полечу с ним. Мы поужинали раньше обычного, чтобы встать в три ночи и успеть на самолет.
Была уже полночь, но я так и не сомкнула глаза. Под кроватью я нашла старую коробку в которой находились всякие безделушки из моего детства и маленький плюшевый медведь с пришитой лапой, которую в детстве оторвали дворовые ребята. Я так же нашла старый семейный альбом и пролистав его несколько раз, я вытащила две фотографии. На одной была я, мама и папа в Диснейленде. Счастливые и измотанные. На другой были мама и папа на своей свадьбе. Я вложила фотографии с свой кошелёк, убирая коробку назад и легла на большую кровать, устремив взгляд в потолок. Меня беспокоила эта поездка назад в Англию. Там меня ожидала неизвестность, а тут спокойствие и тишина. Я не была готова снова погрузиться во весь хаос, созданный Чон.
Я закрыла глаза.
—Лис, просыпайся,— я слегка приоткрыта глаза, когда увидела перед собой Чона с моей сумкой в руках. Через пару секунд я уже окончательно пробудилась и попросила Чона выйти из моей комнаты, чтобы переодеться.
Натянув на себя футболку и чёрные джинсы, я спустилась на первый этаж. В коридоре меня уже ожидала сонная мама и Чон.
—Мне доехать с вами до аэропорта ?—я отрицательно кивнула головой и Чон поддержал меня, сказав, что не стоит этого делать.
Я влезла в белые кроссовки и обняла маму. Мне будет так ее не хватать. Я чувствовала, что она дрожит и пытается сдержать свои эмоции, но слезы ее предательски выдавали и я смахнула их, сказав:
—Я обязательно прилечу в следующем месяце.
Она кивнула
—Звони мне чаще, Лиса. А ты, Чон, приглядывай за ней.
Он усмехнулся и сказал, что-то вроде «конечно, не волнуйтесь», когда мы выходили из дома.
Желтая машина с табличкой «такси», на ее крыше, уже ожидала нас и Чон, отдав мою небольшую сумку шаферу, сказал везти нас к аэропорту.
Всю дорогу мы молчали. Я наблюдала за ночным городом, а блондин сидел в телефоне. И лишь когда мы доехали до пункта назначения, Чон попросил мой паспорт. Мне казалось, что Чон был чём-то обеспокоен. Он был напряжен весь перелёт, а я не осмеливалась заговорить с ним. К тому же, я все ещё была зла на него. В самолёте я подписала и проснулась уже при посадке. Чон взял мою сумку и пропустил меня первой к выходу.
Погода в Лондоне, по сравнению с Нью-Йорком, была тусклой. Небо было пепельного оттенка, тучи полностью перекрыли солнечные лучи, а ветер стал прохладней, чем когда я была тут последний раз.
Через пару часов длинной дороги, мы стояли на пороге знакомого особнякам откуда исходил приятный запах пиццы. За это время его успели отремонтировать. Везде была охранная сигнализация, а забор стал гораздо выше, чем был. Мой пустой желудок заурчал от голода, и Чон, наконец, заговорил со мной:
—Тебе стоило перекусить в самолёте.
Я не успела ответить. Тяжелая дверь открылась и на меня налетел красноволосый парень со своими тёплыми объятиями. Я ахнула и попятилась назад, но потом ответно обняла его. Краем глаз я заметила недовольное лицо Чона и прижалась к Каю ближе.
—Я не мог поверить в то, что ты жива до этого момента,— прошептал Кай и я улыбнулась,— Но зачем ты исчезла? Это Лукас тебя напугал? Он угрожал тебе?
—Оставь ее в покое,— рыкнул блондин, запихивая меня в дом,—Она должна отдохнуть.
Я встретилась с зелёными глазами Хосока, который оставив открытую колу на барном столе, начал подходить ко мне. Сегодня я не хотела учавствовать в каких то эмоциональных разборках с Чоном, я хотела насладиться комфортом с ребятами, жуя пиццу с четырьмя видами сыра и запивать колой из горлышка.