Охотник

ГЛАВА 31
Prev   Next
Убеждать себя, что внешнего мира не существует — опасно.

Лиса.
—Чертова рухлядь!— когда внедорожник белого цвета снова отказывался ехать, моя мать ударяет по рулю и я подпрыгиваю на месте.

—Тебе пора сменить этого старика, мам. Оставь его здесь, не обязательно заезжать во двор.

Я выпрыгнула из машины и направилась к багажнику доставая оттуда пакеты с продуктами. Мама сделала тоже самое, а затем, заблокировала машину.

—Доброе утро, мисс Оушен,— крикнула я соседке, которая выгуливала белого пуделя и махнула нам рукой.

—Доброе, Лиса и Агнес,— белокурая женщина подошла к нам, уделяя внимание пакетам в наших рука.

—С утра уже все в делах,— она подарила нам свою приятную улыбку. Эта женщина всегда была очень искренней и крайне доброй.

—Дома и куска хлеба не было, вот и съездили закупить продукты,— мама поставила пакеты на асфальт, затягиваясь в разговор с соседкой,— заходи к нам, чай попьём, поболтаем.

Это надолго. Сколько помню себя в детстве, они могли сидеть и болтать часами.  Но я поддержала предложение мамы и, взяв ее пакеты, пошла в дом, оставляя этих «подружек» наедине. Моей матери нужно развеется и выкинуть все мысли о Хичоле из своей головы. Недавно он напился и снова доставал ее глупыми сообщениями с угрозами. Все это больше походило на подростковую незрелость. Но есть и хорошие новости. Например, за пол месяца мы с мамой отремонтировали кухню и прихожую, привели в порядок сад и вот заказали новый забор. Эти ржавые железяки, стоявшие перед домам, портили весь его внешний вид. Достав из пакета все продукты, я расставила их по местам. Сполоснув вишню и поставив закипать воду, я закинула заварку зеленого чая с мятой в чайник. Как раз в дом зашли мама и Мисс Оушен.

Ближе к вечеру мы сели ужинать. Я расставила тарелки с курятиной и картофельным пюре, а мама разлила по бокалом красное вино. Конечно, мне были не совсем интересны их сплетни о соседках, я большую часть ужина просто молчала. Иногда все, что мне оставалось делать—кивать, делая вид, что действительно понимаю всю суть их разговора.
Вскоре, на женщин подействовал алкоголь и моя мама вдруг выпалила:

—Нужно было начать с диетической пепси, а не с вина.

Я хихикнула, а соседка поддержала мой смех, накладывая очередную порцию салата с креветками.

—Я все ещё помню, как познакомилась с ее отцом. У Майкла всегда было честное лицо и четкие представления о будущем. Я была влюблена в хулигана школы, писала ему письма, в которых описывала все свои чувства, которые я питала к нему. А этот негодяй расклеил их по школе на День Святого Валентина и ее отец,— мама указала на меня,— хорошенько набил ему морду. Майкл проводил меня до дома и я плакала всю ночь, а уже через неделю мы с ним пошли на свидание.

Мама чуть загрустила, погружаясь в прошлое, и атмосфера резко стала мрачной. Немного жуткой.

—А я помню, как Лиса впервые села на велосипед,—резко сменив тему, начала Мисс Оушен,— ты тогда так здорово, для своего возраста, ездила.

Мама улыбнулась, убирая прядь волос, которая упала мне на лицо.

Через час мое состояние стало плачевным. Алкоголь начал действовать на меня и я снова мысленно вернулась в Лондон. Мне все чаще казалось, что я схожу с ума. На самом деле, я понимала, что все идёт так, как должно быть. Я бы не смогла находится в том хаосе, созданным Чон, а он, вроде, не был готов полностью изменить свою жизнь и привычки.

Я до сих пор помню то безумное чувство, когда впервые ощутила его тяжелый взгляд на себе. Это было что-то запретно- магическое и в тоже время пугающее.

«Пошёл к черту из моих мыслей, Чон ЧонГук!»

Я налила себе ещё вина и почувствовала жжение в горле. Голову моментально вскружило и я посчитала, что будет правильней выйти на воздух. Присев на лестничные ступеньки у входа, я начала наблюдать, как солнце постепенно исчезало из моего поля зрения. Достав чёрный мобильник, который подарил мне Кай, я зашла в социальные сети под выдуманным именем. Я пролистала ленту Джису и заметила, что она переехала в дом, где жила я . Она так же начала встречаться с Феликсом намного чаще, а волосы Кая немного отросли и на корнях можно было заметить его настоящий, каштановый цвет волос.  Мне казалось, что мой поступок был отвратительным, но я не могла позволить Сок Джину навредить им. Я не имела право на это.

ЧонГук:

Такси добросило меня до
улицы, которая была выцарапана на кусочке бумаге, который я сдавливал в руках всю дорогу. За время перелёта из Лондона в Нью-Йорк, я уловил себя на мысли, что терпению мне бы стоило поучиться. Я прошел несколько домов, обращая внимание на их номера и резко остановился, когда мой взгляд пал на дом в конце улицы. На ступеньках двухэтажного жилья сидела шатенка, печатая что-то в телефоне, наверняка, уже с новой симкой в нем. На ней было платье голубого цвета, а ее волосы были собраны заколочкой сзади. Эта была Лиса, но она изменилась внешне. Я почувствовал, что что-то кольнул в моем сердце и мне совершенно не понравилось это чувство. Это просто пытка быть так близко к ней, но не иметь возможности заговорить. Я даже растерялся и засомневался в своих действиях. Ведь именно я источник всех ее расстройств. Я почувствовал, что снова ожил. Это необычное ощущение. Не знаю сколько я простоял посередине дороги, рассматривая ее издалека. Время для меня не имело значения.

Я сделал пару шагов вперёд, но мое тело вздрогнуло, когда соседский пёс начал громко лаять, привлекая внимание Лисы.

«Гребанный пудель, заткнись!»

Манобан нахмурила брови и встала со ступенек в поисках причины лая этой белой твари. И как только ее взгляд встретился с моим, она открыла рот, моргнув большое количество раз. Казалось, она застыла на месте и я, воспользовавшись этим, преодолел расстояние между нами, перепрыгнув маленькую калитку ее дома. Она была так близка ко мне, что я мог слышать ее сердцебиение. Я вдохнул ее запах, когда притянул Эстер в объятия. Как и она, я тоже не ожидал от себя таких необдуманных действий. Я не стал подавать вид, что во мне творится полный бедлам. Какие-то смешанные нотки радости и грусти.

И тут я понял, что вся моя жизнь, которую я собирал по маленьким крупицам, начала разрушаться с приходом Лисы в неё, и мне это нравилось.

—Отпусти!—она вырвалась из моих объятий, снова убегая от меня,— Как ты нашёл меня?

Лиса схватилась за голову, ее, полные страха глаза, пробежались по мне и она испустила злостный рык на саму себя.

Из дома вышли две женщины за сорок лет.

—Хоуп, почему ты все ещё лаешь?

Заметив нас с Лисой вместе, глаза обоих расширились и одна из них возмущённо спросила:

—Кто ты такой, молодой человек?

Манобан шепотом выругалась.

—Это мой друг с Лондона, мам. Мы вместе посещали уроки рисования и литературы в колледже. Он решил навестить меня.

Что? Я невольно нахмурился. А вот женщина с русыми волосами радостно похлопала в ладошки и обняла мать Лисы. В воздухе витал запах алкоголя и было понятно, что весь этот женский пол хорошо проводил время. Лиса еле устояла на ногах, когда ее мама пригласила меня в дом.

—Уже так поздно, я пойду. Спасибо, Лиса и Агнес за приятное время. Курочка была отменной,— женщина чмокнула мать Лисы в щёчку и направилась в соседней дом, напевая песни битлз себе под нос.

Я смутился, когда остался наедине с Лисой и ее мамой. Все эти уютные ужины и приглашения в дом вообще не мое. Но я послушно прошёл в дом за Манобан, пытаясь играть роль ее...друга по колледжу?

—Лиса, покажешь где у нас ванная комната гостю? Я пока подогрею еду.

—Конечно, мам.

Лиса схватила меня за локоть, когда я остановился, чтобы рассмотреть ее детские фотографии, висевшие на стене. Она выглядела так смешно в джинсовом комбинезоне, что я не сдержал улыбки. Оказывается, она с детства привыкала к образу девочке- ангелу.

—Как?— она закрыла дверь ванной комнаты, пиля меня своим взглядом.

—Почувствовал,—я ухмыльнулся, облокачиваясь на раковину.

—Тебя это веселит?

Мне нравилось видеть то, как ее брови сходились на переносице и злость закипала в ней.

—Чем тебя запугал Джин?— я включил холодную воду и умылся. Манобан нервно сглотнула, вена на ее виске начала нервно пульсировать. Она все ещё молчала. Я поторопил ее.

—Отвечай.

—Я не могу, Чон. Ты должен уйти,— она томно выдохнула, откидывая свои темные пряди волос назад.

—Не говори мне, что делать,— зашипел я, подходя к ней ближе. Она прижалась к холодной стене, взглядом умоляя меня уйти, но я не намерен этого делать. Я снова пытался подавишь злость на себя и на Джина, который внушил ей, что видеться со мной- опасно. Возможно, это и так, но я не могу ей позволить ускользнуть от меня. Чуть успокоившись, я натянул улыбку,— Твоя мама наверное заждалась нас, пойдём.

Выйдя на кухню, я нагло сел за стол на котором стояла подогретая еда.

—Расскажи мне о себе. Я впервые знакомлюсь с другом Лисы  из колледжа.

Я всеми силами пытался расслабить мышцы лица, когда Агнес села напротив меня и ожидала ответа. Лиса присела рядом с ней, налив себе стакан воды, устремив свой грозный взгляд на меня. Меня это начало забавлять.

—Я Чон ЧонГук. Родом из Ноттингема. С Лисой мы познакомились...

—А как там твое хобби,Чон?— резко прервала меня Манобан, уставившись в окно. Я усмехнулся, осознавая, что она делает это специально. Откусив кусочек курицы, посмотрел на неё ещё раз.

«Не думаю, что твоей маме понравится мое хобби».

Все это время я рассказывал что-то про себя матери Лисы. Ей нравился мой английский акцент и она уже записала меня в кандидаты на будущего мужа. Впервые за долгое время, я почувствовал себя в уютной обстановке. Приглушённый свет, вечерний воздух из открытых окон, домашняя еда и веселая женщина, напоминавшая мне мою мать... в трезвом состояние. Агнес предложила мне остаться у них на ночь, когда я спросил отели по близости. Шатенка весь вечер пуляла в меня свои искры ярости и я не упускал шанса подшутить над ней. Пару раз я заметил как смеётся Лиса. Когда улыбка расползается по ее лицу, она корчит гос, что выглядет давольно забавно. Нет, правда. Мне понравилась ее улыбка и я бы делал все, чтобы рассмешить Лису ещё пару раз.

Мне разложили диван на первом этаже и я дождался пока все уснут, чтобы выйти покурить. Но как только я сделал шаг к двери, я услышал знакомый голос за спиной.

—Куда-то торопишься?—Лиса подошла ближе, замораживая дверь и складывая руки по бокам. Она выглядела уставший, но уже отрезвевший. Легкий свет от луны падал на ее обнаженные ноги в пижамных шортах, и я машинально провёл языком по губам. Я всегда знал, что она особенная. Никто ещё не стремился лицезреть во мне мои наилучшие качества. Никто не притягивал меня своим взглядом, а потом отталкивал словами. Никто не осмеливался встать у меня на пути. Она стирала грань моей реальности.

—Я вот решил нарисовать пейзаж ночного Нью-Йорка, не составишь компанию?— не упустив возможности напомнить ей, что она представила меня своей маме, как друга из колледжа, съязвил я. Это не задевало мое эго, я понимал, что будет, если Агнес узнает кто я на самом деле и во что впутывал ее дочь.

Ее губы приоткрылись и она была удивлена моей наглости. Щеки надулись, словно у ребёнка. Я вскинул бровь, когда она двинулась ко мне вперёд.

—Твой сарказм уже бесит меня, Чон,— ткнув пальцем в мою грудь, она смотрела на меня из под своих длинных ресниц. Смешил тот факт, что она говорила все шепотом, а пыталась выглядеть серьезно. Я коснулся ее подбородка, наклоняясь к ее губам.

—Так заставь меня замолчать, Манобан.

Я хотел было рассмеяться, но губы Лисы накрыли мои и все внутри меня моментально сжалось. Я колебался, но не успел ничего предпринять, когда она начала подталкивать меня к дивану . Ее губы оставляли послевкусие вишни в ликёре и я позволил языку Манобан проникнуть внутрь, раскрывая рот. В ее поцелуе ощущалась страсть и уверенность, а внутри меня вспыхивает пламя возбуждения и удовольствия. Я чувствовал, что теряю контроль над собой. В голове был туман. Мои пальцы коснулись ее бархатной кожи, спускаясь все ниже и ниже к ее бёдрам и сжимая их. За долю секунды все ее страхи и волнения о том, что мать проснётся, просто улетучились.

«Тебе стоит остановится, а иначе, я потеряю самоконтроль»,— подумал я, но не сказал. Я не осмелился останавливать Лису, хотя и понимал, что это неправильно.

Как только я оказался на диване, хрупкое тело Лисы нависло надо мной, и я не мог оставить без внимания то, как красиво переливается лунный свет на ее теле. Я затаил дыхание, когда руки Лисы потянулись к «молнии» на моих джинсах и я перехватил ее руку, пытаясь перевести пульс и остановить то, к чему она явно не была готова. Шатенка возмущена взглянула на меня, и я снова потянулся к ее губам, чтобы она не сердилась, но она встала с меня и присела рядом.

—Нет, не сейчас.

После моих слов, Лиса закусила губу, поправила шорты и быстро удалилась в свою комнату. Я чувствовал некую вину перед ней, но такой выплеск эмоций выбил меня из колеи. Казалось, что мы пытались найти успокоение в близости с друг другом, после тяжелой разлуки. Я прекрасно понимал, что нам предстоит ещё пройти не маленькие препятствия.

Грядёт сложный период для всех нас.