Глава 4. Одри
В комнате темно, только небольшое свечение исходит от маленькой желтой гирлянды. Я уже около пятнадцати минут сижу в полной тишине и неотрывно смотрю на свой телефон. Чуда я не жду, но озарение не помешало бы. А еще лучше, прозрение. Жизнь явно на что-то намекает, сталкивая меня с одним и тем же человеком трижды за неделю. Но я упорно стараюсь этого не замечать. Крайняя встреча с Тео лицом к лицу поставила меня в безвыходное положение. И теперь я кажусь неблагодарной девчонкой. Не хочу так.
Беру телефон в руки, достаю из-под его чехла маленькую записку с номером Тео и уверенно вбиваю новый контакт. Создаю новое сообщение и впадаю в ступор. Что мне написать? Что я извиняюсь? А за что?
«Привет, это Одри...», начинаю я набирать сообщение, но сразу стираю. Я ему так и не представилась, откуда ему знать, кто такая Одри. Хотя, Николас, вроде, обращался ко мне по имени. Тео мог это слышать. Но все равно, это всё как-то глупо.
«Привет, Тео. Помнишь девушку из кофейни? Это я». И я вновь стираю написанное. Это звучит еще хуже, чем предыдущий вариант. Конечно, он помнит девушку из кафе, он видел ее несколькими часами ранее. Как я вообще могу гордиться сотней прочитанных литературных шедевров, если словарного запаса мне не хватает даже для обычного смс. Глубокий вдох, выдох. Соберись с мыслями, Одри!
«Привет, Тео. Спасибо, что вступился за меня. Было приятно узнать, что не всем безразлично происходящее вокруг них. А еще я бы хотела извиниться. Мне очень неловко, что я не поздоровалась с тобой, когда встретила в университете. Совсем не ожидала увидеть Николаса в твоей компании. Да и узнала я тебя не сразу... А здороваться спустя какое-то время как-то странно, сам понимаешь. Еще раз прошу прощения. Одри».
Просматривая снова и снова смс, но не отправляя его, я убеждаюсь, что оно звучит ужасно нескладно. Однако, мне все равно, я не писатель и не поэт. Пишу, как могу. Кончик пальца касается маленького самолетика на экране, и письмо отправляется адресату. В мгновение загораются две галочки. Дороги назад больше нет.
Знакомство с Тео стало чем-то цветным в моей черно-белой жизни. Но, честно говоря, я уже давно не верю в подобные встречи. Точнее, я не верю в продолжение общения после них. За прошедшие три года я десятки раз знакомилась с парнями на улице, в клубах и даже в Тиндере. И все знакомства заканчивались ничем. Они просто заканчивались. Как бы хорошо ни шло общение в начале, в итоге число общих интересов стремилось к нулю, а за ним и темы для разговоров. Общение сходило на нет. Поэтому у меня нет особого желания пытаться обзавестись новым другом и потенциально парнем в лице Тео. Да, он красив, с этим не поспоришь, возможно, даже умён. Но это совсем не значит, что я, как ворона за блестящей оберткой от шоколадки, побегу за ним.
Экран телефона неожиданно загорается, неприятно слепит глаза, и я сразу перевожу его в режим затемнения. Все-таки глаза – штуки полезные, и терять их работоспособность очень не хочется. В открытом диалоговом окне с Тео появилось новое сообщение. И самое неприятное то, что теперь оно автоматически отображается прочитанным.
«Привет. Рад, что смог подбодрить. Могу ли я теперь рассчитывать на встречу? В благодарность, так сказать. Например, в пятницу вечером?»
Прогулка с незнакомцем никак не вписывается в мои планы. Не то, чтобы планы у меня были, но это совершенно ничего не значит. Не хочу, не могу, не буду. Короче, не пойду. Я сажусь на кровати в позу лотоса и, выпрямив спину и подняв подбородок повыше, будто это поможет мне, начинаю печатать ответ.
«Я бы с радостью встретилась, развеялась, но у меня очень много дел запланировано на эту неделю. Не думаю, что будет время встретиться даже со своей кроватью. Прости».
Наглая ложь, но она во благо. Как бы часто я ни вспоминала его пронзающую душу улыбку и хитрый взгляд, я не пойду искать приключений с первым встречным. Это занятие для Моники. Только она может отключить свой базовый инстинкт самосохранения, присущий любому живому существу, и пойти в ночной клуб в одиночку. Однажды она даже вернулась домой под утро на какой-то крутой тачке. Оказалось, что в клубе она познакомилась с красавчиком, который всю ночь катал ее по городу, а потом вернул домой. До сих пор понять не могу, как она вообще решилась сесть в машину к незнакомому человеку.
«Тебе страшно», проносится в моей голове, и я гоню эти мысли прочь. Я не трусиха, я просто жить хочу. Был бы Остин рядом, он бы сказал, что Тео не совсем чужой человек. Он бы довел до моего ума логическую цепочку, в которой объяснил, что Николас – не дурак и с опасным человеком общаться, а тем более дружить, не станет. Но все эти «бы» остаются простыми «бы», ведь Ост бросил меня здесь одну, и теперь не отвечает на телефон.
Слабый свет фонарей, с трудом долетающий до моего окна, напоминает о том, что уже ночь. Ранний подъем во имя сохранения режима никто не отменял, поэтому я устанавливаю будильник, в сотый раз проверяю включенный звук, и, закрыв все вкладки, убираю телефон на стопку книг у кровати. Сейчас мне не нужен никакой Тео, заплутавший в лесу моих мыслей. Сейчас мне нужен только сон.
***
- Моника, черное или терракотовое? – Кричу подруге через всю квартиру.
- Если ты про то теплое платье, которое надевала в нашу крайнюю поездку, то черное.
- Хорошо, надену то, что от братьев Кальза.
Со стороны Мики повисает неожиданно громкая тишина. Она меня пугает, поэтому я быстро надеваю выбранный наряд, дополняя его несколькими серебряными кольцами и каффом с фианитами, и выхожу в гостиную. Моника застывает на месте, разглядывая меня с ног до головы. Чем мой внешний вид так зацепил ее внимание, я искренне не понимаю. Да, я вспомнила про своё любимое вельветовое розовое платье от итальянского бренда GCDS. Но, как у математиков, от перемены мест слагаемых сумма не меняется, так у меня от смены наряда, образ не меняется. Чуть ярче обычного, но под стать моему игривому настроению.
- Ты так собираешься идти? – Мика нарочно делает акцент на слове «так», будто говоря «Малышка, в таком виде тебя в университет не пустят», и медленно моргает.
- Да, а что?
- Да, а что? – Передразнивает меня подруга, крутя в воздухе пальцем, прося покрутиться перед ней. - Да оно ведь совсем ничего не прикрывает! Ты его длину то видела? – Мягкий голос, дающий дружеские советы, резко сменяется на осуждающе-бабушкин. – А спина! Спешу напомнить, что на улице уже далеко не плюс двадцать, и ты идешь не в клуб.
Я ловко останавливаю подругу, поднимая палец в воздух в жесте «секундочку». Из шкафа с верхней одеждой я вытаскиваю теплое темно-коричневое пальто, сшитое под шерстяной свитер, и накидываю сверху. Со знанием дела, беру небольшую сумочку и встаю перед подругой.
- Итак, рассмотрим подробно образ и сделаем выводы. Платье, за основу которого дизайнеры, скорее всего, взяли ципао, с открытой спиной шикарно подчеркивает фигуру и удлиняет ноги за счет своего фасона. Длинное пальто-кардиган прячет платье-мини и ту самую «спину», делая образ более сдержанным. А убранные наверх волосы, открывают шею. Так, я выгляжу сексуально, стильно, но не вызывающе. Идеально для университета. Есть возражения? – Я бросаю хитрый, победный, но добрый взгляд на подругу.
- Нет. – С легким смешком заключает Моника и торопится к выходу. – Но потом не жалуйся, что тебе жарко, ведь пальто я тебе снять не дам!
Как всегда, Моника не изменяет самой себе. Какой бы ветреной она ни казалась, с головой и воспитанием у нее все в порядке. Она никогда не позволит себе прийти в приличное место, как стриптизерша, а в клуб, как послушница. Более того, она этого не позволит и тем, кто идет с ней. Как говорит Мика, «тебя определяют не только твои поступки, но и поступки тех, с кем ты близок». И она чертовски права. Вы хоть раз видели короля Испании, гуляющего под ручку с наркоманом под следствием, сбежавшим из реабилитационного центра? Вот и я не видела.
Мика уже ждет меня в коридоре, поэтому я быстро, по привычке, проверяю телефон на наличие новых уведомлений, и иду к выходу.
- Одри, оторвись ты уже от своего телефона и пошли. Я из-за тебя опаздывать не собираюсь.
- А мы и не опаздываем, - дерзко отвечаю и тыкаю циферблатом на экране подруге в нос.
Мика одаривает меня осуждающим взглядом, и, закатив глаза, первая выходит из квартиры. О да, я знаю этот взгляд, эту манеру поведения. Сейчас она назло мне ускорит шаг и будет идти, будто не замечая, что я отстала. Так и есть. Выйдя из квартиры, она сразу спускается, оставляя закрытие двери на меня, и пропадает где-то среди лестничных пролетов. Я запираю квартиру и опускаю взгляд на телефон. На экране светится открытый диалог с контактом «Тео». Сказать, что я в шоке – ничего не сказать. Я абсолютно точно уверена, что вчера все закрыла, а сегодня не собиралась ничего ему писать. Хотя иногда, конечно, хочется. Высокий парень с кучерявыми волосами прочно засел в моей голове. У меня не получается выкинуть его из своих мыслей, как бы я ни старалась. Если быть точнее, то не могу избавиться от навязчивой картины из кабинета Ника. Сладкая парочка была прервана на самом интересном моменте. Но ведь я не виновата, что у меня нет суперспособности видеть сквозь стены. Отгоняя все мысли прочь, я догоняю подругу.
В университете коридоры кишат студентами. Одни обсуждают ненавистных преподавателей, другие болтают о всякой ерунде, у окна группа старшекурсников вспоминает какой-то прошедший экзамен. Шумно и тесно. Не люблю пары в начале дня именно из-за столпотворения в коридорах. Поднявшись на четвертый этаж, мы идем в сторону нужной аудитории. Здесь по сравнению с первым этажом пустыня, поэтому нужную дверь в конце коридора мы видим сразу.
- Од, я на секундочку. Подождешь? – Мика тормозит у туалета и протягивает мне свою сумочку.
Я киваю и, забрав вещи, отхожу с прохода к окну. В такие моменты, как этот, я могу просто остановить время. Это миг, в который можно уйти в себя, разглядывая в окно студентов, гуляющих в парке при кампусе, или любуясь архитектурой внутри университета, и наслаждаться тишиной. Ну, почти тишиной. Внезапно откуда-то со стороны нашей аудитории доносится настолько громкий и грубый мужской голос, что я вздрагиваю.
- Да пошел ты! – Парень в большом черном худи выходит из соседней аудитории и идет прямо на меня. В анимации Диснея его бы изобразили с красными от злости глазами и паром из ушей. И это смотрелось бы забавным. Но сейчас здесь нет ничего забавного. Только лишь напряжение сковывает мое тело. В голове взрываются воспоминания, громом раскатывая по моей голове ссоры родителей. Страх их криков, как галлюцинация, отражается в глазах парня напротив.
Практически сразу я узнаю в парне Тео. Он в ярости. А я в растерянности. Сейчас точно не время для нашей встречи. Буквально прошлой ночью я отшила этого парня, а сегодня он – бык, несущийся на меня, будто на алое полотно. Он стремительно приближается и внезапно исчезает. В мультиках того же Диснея это назвали бы магией, а я скажу, что он просто свернул на лестницу, не дойдя до меня. Воздух, ранее выбитый прямо у меня из груди, вновь возвращается в легкие, даруя шанс на жизнь. Мое сердце бешено бьется, а мысли хаотично носятся в голове. Мне до смерти интересно, что же могло его так разозлить. Ссора с преподавателем? Или, может, неудачное свидание? Николас?
«Не важно. Мне все равно», убеждаю я себя.
Холодная влажная рука, внезапно оказавшаяся на моем плече, заставляет меня снова вздрогнуть.
- Эй, ты чего? – В недоумении смотрит на меня Мика. – Я тебя раз пять позвала, а ты ни разу не ответила. Все хорошо?
- Да, просто тут ураган по коридору пронесся.
- Что?
- Забей. – Откидывая ненужные мысли, я стараюсь вернуть себе свой позитивный настрой. – Пошли, я видела, как профессор уже зашел в аудиторию.
Пары пролетают как одно мгновение, когда со мной Мика. Совместные лекции – любимая часть учебы. Нас на них не заткнуть. Кажется, что мы видимся только на этих занятиях, ведь столько болтать, живя в одном доме, кажется невозможным. Даже самые дружные братья и сестры под одной крышей устают друг от друга и в один момент перестают общаться. Но это не про нас. Мы можем дома часами молчать и ходить тенями, не замечая друг друга. Но поговорить во время учебы – это святое.
Преподаватель заканчивает последнюю на сегодня лекцию и начинает собирать свои бумаги. Аудитория оживает, сокурсники поднимаются с мест, торопливо закидывают свои вещи по сумкам и спешат к выходу.
- Мика.
- Я. – Подруга хмурится и вопросительно смотрит на меня, пока я собираю свои вещи.
- Я сегодня встретила Тео. В смысле, того парня из кафе.
- Когда это? Ты весь день со мной.
- Утром, когда был «ураган» в коридоре.
Взгляд Мики с удивленного меняется на хитрый, и она тыкает в мое плечо пальцем.
- Так может это лишь в твоем сердце пронесся ураган? Ураган «Тео». В коридоре вообще-то всё было тихо. – Мика смеется, даже не скрывая своих издевок.
- Моника Дейнесс, не беси! Я и ударить могу.
- Да-да, мисс боксёр. Что с твоим ураганом то?
- Он не мой. Я – сильная и независимая.
- Да все мы уже видим, что ты сильно зависимая от одного очень красивого урагана мужского пола. Од, не заводи старую пластинку. – Перебивает меня Моника и начинает тянуть в сторону выхода из аудитории.
Я одними лишь губами проклинаю подругу, но всё же иду за ней. Иногда Моника меня так сильно бесит, что хочется бросить в нее что-нибудь... Но у нас слишком сильная любовь. Поэтому единственное, что до нее долетает – это мои недовольные взгляды.
- Вчера ночью я отказалась от прогулки с Тео. А сегодня мы случайно встретились в университете.
- И в чем проблема? – Все еще непонимающе спрашивает Мика, видя, как я оглядываюсь, выйдя в коридор. – Не хочешь его видеть?
- Не хочу, чтобы он видел меня. Мне неудобно, что я ему отказала, после того, как сама же ему и написала.
- Не хочешь, чтобы видел, и все равно надела непростительно короткое яркое платье, которое не привлечет только слепого? Кого ты пытаешься обмануть, милая?
Эта ее ласковая улыбка и спокойный голос так сильно напоминают мою маму. Она точно так же смотрит на меня. По-доброму, с нежностью и заботой. Я скучаю по ней. Мы видимся всего пару раз в год, когда я приезжаю к ней, в Марсель, на какие-нибудь выходные или каникулы. К сожалению, наши финансы не позволяют нам видеться чаще. Однако мама мне не разрешает «омрачать ценные студенческие деньки просиживанием своей попы на работе». Она заботится и тянет на себе нас обеих. Я благодарна ей за это, поэтому обязательно отплачу ей за всё. Она заслуживает лучшей жизни. После окончания обучения я не позволю маме думать о деньгах и считать копейки. Здесь, в Париже, Моника стала мне и подругой, и мамой, и даже сестрой, которой у меня никогда не было.
- Да, может и хотела. Но сейчас не хочу. Симпатичная мордашка и пряник не растопят моего сердца. Я не пойду с ним на свидание и точка. Тем более после того, как я видела его в гневе.
- Ну, все, разбросалась тут громкими словами. Не зарекайся, всякое случается, я тоже думала, что с Тедом навсегда. А он бах и исчез, ничего мне не сказав. – Я неловко приобнимаю подругу, изобразившую руками небольшой взрыв, и просто иду рядом, давая ей высказаться. – Неужели было так сложно написать хоть пару слов? Или расстаться по человечески? Нет, мозгов у него хватило только на то, чтобы испариться из моей жизни почти сразу после признания в любви.
- Мика, у него определенно были причины исчезнуть. Что ты будешь делать, если сейчас наговоришь про него уйму гадостей, а потом узнаешь, что с ним что-то случилось и он не виноват. Ты ведь будешь винить себя в каждом произнесенном тобой слове. Даже понимая, что он всего этого не слышал.
Мы выходим из здания кампуса и идем по неширокой асфальтированной дорожке в сторону дома. Мика останавливается, тормозя меня, и громко заключает, не сдерживаясь в эмоциях:
- Да, буду винить. Но до тех пор, я буду считать, что он поступил, как неблагодарная скотина, оставив меня одну. Кстати, а где и когда мы оставили Остина? – Взгляд Мики застывает на месте, а мысли явно перелетают с планеты Земля на планету Марс, словно ребенок, прыгающий с кочки на кочку.
- Быстро же ты соскочила с темы. В любом случае, я лучше буду придерживаться своей легенды о сильной занятости и скрываться, чем окажусь в глазах Тео лгуньей, трусихой и неудачницей. – Стою на своей теме разговора я.
- Не важно. – Мика закатывает глаза. – Так, где Остин? Я его еще ни разу в кампусе не видела. Да и к нам он что-то не заходит. Решил отчислиться не только из ВУЗа, но и из друзей?
- Дейнесс, ты сейчас серьезно? Тебя неделю вообще не интересовало состояние Остина, а сейчас ты вспомнила о такой «незначительной» пропаже? – Показывая пальцами кавычки, я неосознанно начинаю закипать. Конечно, я не хочу срываться на подругу, но что-то внутри бурлит и не поддается контролю.
- Воу, - одергивает меня Мика, я просто была занята на работе. Я так сильно уставала, что могла его не заметить, даже, если бы он спал в моей кровати. Так что с ним?
- Да в порядке он. Наша милая японка решила вернуться на родину, предварительно бросив Остина.
- И?
- Он поехал за ней.
- Придурок.
Я пожимаю плечами, всей своей реакцией показывая, что Моника, как всегда, права.
- Точно. Он должен вернуться через несколько дней и все рассказать.
- Придурок, - повторяет Моника и идет вперед.
А мне и добавить нечего. Я с ней согласна. Но и Остина можно понять. Кто не порывался сотворить что-то необдуманное ради того, кого любит? Никто ведь не задумывался, почему в фильмах про убийства, родственники жертвы всегда сломя голову несутся к телу, нарушая все границы. За человека в этот момент решают эмоции. Потому что, если бы люди думали головой, они бы понимали, что любой лишний след на месте преступления может помешать расследованию. Но люди в моменте об этом не думают. Им важно лишь увидеть погибшего и остаться с ним рядом. И не важно, что ему уже все равно. Так и Остин. Без раздумий поехал за той, кого любит, не подумав, любят ли его в ответ.
- Может, и так. – Я догоняю Мику и вновь приобнимаю ее за плечи. – Но и в его действиях есть смысл. Вспомни всё того же Теда. Ты сама говорила, что даже заплатила денег какому-то хакеру, чтобы он взломал аккаунт «беглеца» в инстаграме и нашел хоть что-нибудь, указывающее на его местоположение.
Мика быстро скидывает мою руку со своего плеча и с вызовом смотрит в мои глаза.
- Это другое. Не вспоминай его.
- Ты вообще-то первая начала.
- Еще раз вспомнишь его имя, на улице будешь ночевать. – Сквозь зубы цедит Мика, даже не смотря на меня.
- Чье имя? – Сразу подхватываю я, стараясь сменить настроение этого диалога, и Мика невольно начинает смеяться.
- Да ну тебя!
Да, Мика, ну меня. Я слишкомтебя люблю, чтобы не бесить, и слишком люблю, чтобы выводить из себя. Такая вотмы парочка. Парочка со странностями.