28 глава. Начало конца.
Я расчёсывала волосы, пока Кэрол сидела на моей кровати, красила ногти и рассказывала о том, как она поссорилась с Андреа и Сьюзан. Это произошло несколько дней назад, поэтому она теперь часто проводила со мной время. Девочки были самыми лучшими её подругами, хотя она призналась мне, что и эта дружба балы ложной.
- Тебе, наверное, это кажется глупым. – Сказала она, пока сушила ногти.
- Вовсе нет, я прекрасно тебя понимаю. – Я сама прекрасно знала, что мы все живём в приятной лжи, которую строим себе. Вот только Кэрол потребовалось больше восемнадцати лет, чтобы понять это.
- Чёрт, они ведь постоянно бесили меня. Сьюзан была такой тупой. Она была уверена в то, что штатов тридцать девять, что Джордж Вашингтон просто чувак, что построил город Вашингтон.
Вау, оказывается Кэрол была гораздо умнее, чем я о ней до этого думала. Я постоянно равняла её по подружкам и родителям, но никогда не задумывалась, что скрыто под этим, что она чувствует, о чём думает.
- А Андреа постоянно всё перенимала у других. – Продолжила сетовать Кэрол. – Ей нудно такой же платье как у меня. Она хочет стричься у моего мастера. Слушать ту музыку, что слушаю я. Соглашаться только с тем, с чем уже согласилась я. И вечно поддакивать.
Здесь я решила оставить без комментариев, потому что вспомнила, что Андреа говорила о моём выступление и до этого на вечеринке в честь Хэллоуина. Это еще раз заставило меня задуматься, насколько много лживых людей, которые предпочитают прятаться за масками лицемерия и обмана, лишь бы не показать свои истинные чувства.
- За всю жизнь только Габриэль был честен со мной. – Вздохнула она. Упоминание его имени из уст сестры, заставило меня напрячься. – Прости за всё, что было из-за него. Не знаю, действительно ли я его любила или хотела этого. Он был первый, кто показал мне, насколько я лживая сука.
- Забыли. – Меньше всего мне сейчас хотелось говорить о Габриэле.
- Вы подходите друг другу. – Улыбнулась она, а я шокировано посмотрела на Кэрол. Из-за этого она рассмеялась. – Да, вы подходите. Он весь такой тёмный, с кучей демонов за спиной, с множеством нерешённых проблем, с сомнительными увлечениями. И ты. Такая простая и настоящая. Не даром же он зовёт тебя Ангелом.
- Всё не так просто на самом деле.
- О, перестань. Ты не хочешь говорить со мной о нём, потому что мы встречались, что только доказывает, что ты любишь его. А то, что он любит тебя, я поняла давно. Джеки, мне жаль из-за слов, которые я тебе говорила и моих поступков. Но я рада за вас. И в этот раз по-настоящему. Ни с кем другим он не бывает таким счастливым, как с тобой.
Неожиданно мне захотелось всё рассказать ей. Рассказать о том, что всё началось с того, что я просто чувствовала себя лучше рядом с ним. Что он позволял мне забыть все семейные проблемы и переживания, что просто был рядом, стал опорой, перенёс в новый мир, где есть удовольствие и жизнь, но не существует проблем. Я так хотела ей объяснить, но мы даже не оговаривали момент о настоящей паре, как таковой. Просто в один момент оказалось, что уже все считают нас парнем и девушкой.
Начало уже вертелось на кончике языка, когда в дверь постучала мама и позвала нас спускаться.
- Ох, ненавижу это. – Проговорила Кэрол, вставая с моей кровати.
Почему-то я очень хотела ей рассказать, поплакать о всех своих сомнениях и переживаниях, попросить совет. И я решила, что должна сделать это. Но не рассказывать всё сразу. Постепенно и фильтруя информацию, потому что некоторые моменты должны были навсегда остаться только между мной и Габриэлем.
Сегодня миссис Мак Гинли пригласила нас на ужин. Это и злило и радовало. Радовало тем, что я снова увижу Габриэля, потому что мы не виделись пару дней. Злило тем, что у нас не будет возможности говорить по душам. Габриэль и музыка – единственные настоящие вещи в моей жизни. Поэтому я всегда репетировала в одиночестве и не хотела выносить наши с Габриэлем отношения на публику.
Миссис Мак Гинли встретила нас счастливой улыбкой и тёплыми объятиями. Она вела нас в столовую, но по дороге мы встретили Габриэля, который перехватил меня и прижал к себе.
- Я скучал. – Прошептал он мне на ухо, а потом поцеловал в шею.
- Я тоже. Но у меня были важные дела.
- Тест по математике не даёт покоя? – Усмехнулся он, когда убрал своё лицо от моей шеи. Так лучше, потому что это мешало мне думать.
- Вообще-то вчера я его сдала. Восемьдесят шесть баллов, что для меня не так плохо.
- Горжусь тобой. – Улыбнулся он и быстро поцеловал меня. – Но что еще задерживало тебя?
- Я налаживала отношения с Кэрол.
Миссис Мак Гинли вместе с мамой и Кэрол продолжили идти дальше, как ни в чём не бывало, когда Габриэль перехватил меня.
- И ты веришь ей? – Спросил он.
- Я пытаюсь дать ей шанс всё наладить. Мы не виноваты в том, как нас растили.
- Наши родители и воспитание не должны определять нашей сущности.
- Опять чья-то цитата?
- Да. Моя. – Улыбнулся он, а я улыбнулась в ответ, потому что это было заразительно.
Габриэль обнял меня за плечи одной рукой и повёл в столовую, где все уже расселись по местам. Все сразу посмотрели на нас, и я покраснела от такого пристального внимания к тому, что рука Габриэля была на моём плече. Я быстро выбралась из-под неё и села рядом с Кэрол.
По началу этот ужин ничем не отличался от тех, на которых мы были раньше. Было вкусное вино, изысканные блюда, хорошее обслуживание. Поверхностные разговоры, много сплетен и немного лести. Но потом случилось кое-что из ряда вон выходящие.
- Барба, я тебе еще не хвасталась! – Радостно сказала миссис Мак Гинли. – Габриэлю предложили контракт с галерей в Швейцарии.
- С «Алой Лилией»?
- Да. – Изабелл гордо посмотрела на сына, который бросил на меня немного взволнованный взгляд. Но это был Габриэль, поэтому он быстро взял себя в руки.
- Ты же сказал, что тебе отказали. – Мне было плевать, что за столом был кто-то кроме нас. Габриэль соврал мне, а я хотела знать, почему.
- Что значит «отказали»? – Тут же влезла миссис Мак Гинли. – Ты же сказал, что они уже тебе предложили контракт, но тебя не устраивают некоторые условия.
- Да, но условия оказались невыполнимыми, поэтому я сам отказался. – Просто ответил Габриэль. Почему для него всегда всё было так просто?
- Я думала, это была твоя места. – Снова сказала я. – Что за условия?
- Давай не здесь. – Предупредил меня Габриэль. Я знала этот взгляд. Он значил, что мне лучше заткнуться и ждать, когда он скажет мне «Голос». Но я больше не собираюсь бояться взглядов, чужих слов или другого мнения. Он сам научил меня, что я должна бороться и отстаивать себя.
- Что за условия? – Настойчиво повторила я. Рука Габриэля стиснула вилку, что была у него в руках, и я увидела, что она погнулась.
- Они хотят заключить контракт на три года, с условием того, что я перееду туда на весь этот срок.
- И что тебе мешает? Ты привык путешествовать. Сам говорил, что ждёшь удачного случая, чтобы уехать, что хочешь нормальную работу, а то в последнее время одни халтурки. А тут твоя мечта.
- Да ты! Ты мне мешаешь! – Заорал он так, что все за столом вздрогнули от страха. Когда Габриэль хотел, он мог превратиться в настоящего зверя, который внушал страх всем.
- Но я не...
- Ты не поедешь со мной, я прекрасно знаю это. – Он не давал мне договорить. Не давал вставить слово. Он просто говорил, словно уже давно хотел выговориться. – Ближайший год тебя не отпускает школа, да и закон. Потом ты уедешь в колледж, не думаю, что захочешь в Швейцарию. А без тебя я не поеду.
- Ты сам говорил мне, что не должно быть никаких чувств, – я всё же набралась сил, чтобы возразить ему, хотя голос дрожал, а из глаз предательски потекли слёзы. – Сам внушал, чтобы я не влюбилась в тебя, что это никогда не пойдёт далеко. Ты говорил, что мы живём мечтами настоящим. А сам?
- А сам не смог следовать своим же принципам. Потому что ты разрушила их.
- Я не хотела. – Прошептала я.
Мне казалось, что только он меняет меня, что он помогает мне стать другой. Сильной, стойкой, смелой. Готовой жить и действовать, а не существовать и прятаться. Но оказалось, что мы воздействовали друг на друга. Каждое действие имеет противодействие. Габриэль пытался воздействовать на меня, пытался поменять мои устои и ценности. Но в итоге поменял и свои.
- Мне жаль. – Тихо сказала я.
- Тебе не за что извиняться.
Габриэль просто встал из-за стола и ушёл.