Мой новый герой | Турбо

Андрей подхватил меня за плечи, не давая упасть. Тут же в открытую дверь забежали в панике братья. Я словила на себе их испуганные взгляды. Вова помог другу усадить меня на диван, а Марат в спешке, без слов, выбежал из комнаты. Он в миг вернулся держа в руках спирт и бинт.
— Боже, зачем так пугать, Маш?— Вова на корточках у моих колен взялся за голову и тяжело вздохнул.
— Стекло ногу порезало,— Марат наклонился к моим ногам и перелил перекись на вату.
— Боже,— Андрей стоял напротив и глядя на все это, пытался успокоить частое дыхание от шока.
Это к моей радости это была кровь от стекла. Сейчас я была счастлива, что просто поранилась, а не забрала жизнь у единственного что у меня осталось. Я пообещала себе что больше никогда не поставлю под опасность моего ребенка. Я всегда думала о своей малышке с невероятной нежностью и преданностью. В моем сердце каждый миг наполнен любовью к этому невидимому, но уже так близкому существу. Я представляет себе ее маленькие пальчики и ножки, ее нежное лицо и любопытный взгляд. Все мои мысли и молитвы направлены на то, чтобы защитить и сохранить это чудо жизни, которое еще только начинает свой путь в мире. В каждом моем вздохе звучала надежда и вера в силу материнской любви, способной преодолеть любые трудности и преграды. Я сделаю все чтобы он или она не ощутили той боли. Я переборю себя и продолжу жить ради себя и ради моей маленькой семьи. Без тебя.

Во сне он снова ласково встретил меня. Я рассматривала его широкую спину, пока он стоял у окна и докуривал сигарету. Я провела рукой по животе, будто здороваясь с маленьким счастьем. В моих глазах мерцали восхищение и нежность, когда я рассматривала его, словно пытаясь запомнить каждую деталь его облика. Мои мысли были наполнены любовью и благодарностью за этого замечательного человека, который стал моим всем. Опорой, домом, счастьем.Глаза сверкали на его высокую, стройную фигуру, на нежные кудрявые волосы и домашние штаны.
— Валер?— я отозвала его, желая хотя бы в этом сне увидеть его серые глазки.
— Соня моя проснулась,— он медленно повернул голову и выбросил бычок через окно. Турбо подошел к кровати и аккуратно сел на нее, с улыбкой осматривая мои распутанные волосы.
— Почему ты бросил меня?
Я сквозь сон будто наяву говорила с ним. Хотя понимала, что это всего лишь мое воображение. И он здесь будет говорить лишь то что мой мозг сам придумает.
— Я тебя никогда не брошу,— он мягко поднял брови, наклоняясь ближе,— я люблю тебя.
По щеке покатилась одинокая слеза, и что то закололо в груди. Меня выбросило из сна, а я пыталась захватиться за все, чтобы навсегда остаться там.
— И я люблю тебя,— я тихо прошептала глядя в потолок, когда уже открыла глаза.

Все мои мечты разрушились. Я больше не могла здесь оставаться, но и уехать также. В Москве меня никто не ждет. Как я буду там зарабатывать или даже сама, без единой помощи ухаживать за малышом? А еще я верила, что Турбо вернется. Может он одумается и приедет? Может мы все начнем сначала... Пусть только он обнимет меня, пусть только обронит хоть слово. Я не могла уехать, ведь все также ждала его на пороге квартиры.

Пока что Вова мне помогает всем. От денег на продукты до оплаты коммунальных услуг И просто помощи. Моя поддержка моя маленькая, не целая, не полностью кровная, но семья. Я уже второй месяц не появлялась к маме. Как только начал расти живот, я перестала ее навещать. Конечно, она когда то узнает, но последнее что я бы сейчас хотела — это слушать ее упреки. Не хотела услышать слова: «А я же тебе говорила?».

Теплый ветер гладил мои собранные волосы, а летнее платье, уже на несколько размеров больше прикрывало не маленький живот. Под руку со мной не спеша шла подруга, болтая о своих новостях. Моя милая Айгуленька делилась о поездке на море с Суворовыми и как она не хочет чтобы заканчивался август. Я витала в своих мыслях, когда мы мотали круги у дома.

Спустя столько времени я сама не осознавая искала его взгляд. Мне постоянно слышался его родной мягкий голос, но я знала что его здесь нет. В толпах людей мне казалось что там он, я будто видела его, вот же он. Но это все игры моего разума. Воспоминания перекрывали реальность. Я всегда искала его глазами, будто он сейчас должен выйти из того поворота, или вот сейчас подъедет на машине. Меня отбрасывало из существования на миг, когда я из ниоткуда чувствовала его запах. Так отчетливо, будто он стоит позади и сейчас отзовет мое имя.
Я все так же когда возвращаюсь домой надеюсь, что он ждет меня там. Или же сейчас вернется со сборов, поцелует.
Ты не сможешь уйти от меня, потому что ты выгравирован в моей сердце.
Я ощущаю еще твою теплую большую ладонь. Я помню как в последний раз отпустила ее в том холодном подвале на полу. Как я в последний раз сказала что люблю тебя. Как ты вытер мою слезу и поцеловал. И навсегда ушел. Но я помню твой взгляд, твой смех и твои глупые шутки. Навсегда твоя, Туркина Машенька.

Май, 1994 год. Деревня Гурьевка. Татарстан.
Я вышла из машины тихо хлопая дверью и вытаскивая небольшую сумку с вещами. Волосы немного касались плеч, а летнее платье легонько развивалось от весеннего ветра. Обойдя автомобиль я открыла дверцы на заднее сидение и взяла на руки мое счастье. Нежно обвела маленькое тельце рукой и поцеловала в курносый красный носик. Ласковые, большие серые глазки с черными густыми ресницами сверкнули на меня. Я не спеша прошла к порогу дома, неся на руках мою девочку с двумя темными хвостиками на голове, перевязанных белыми резинками и в светло-голубом платьишке, что так красиво шло к ее глазкам.
Маленькие ручки обхватили меня за шею, пальчики крепко сомкнулись, а я нежно улыбнулась, стуча костяшками пальцев в деревянную дверь.

— Красавицы мои приехали!— в ладони радостно хлопнула бабушка, любуясь нами и по быстрее запрашивая в дом.
Я отпустила малышку на пол и та побежала по дому, рассматривать его и любопытничать.
— Мы вам подарков привезли!— я нежно наклонилась и поцеловала старушку в щеку,— иду из машины достану,— я улыбнулась и развернулась к двору.

Как только снова открыла дверцы, из соседнего двора услышала громкий смех детишек. Я повернула голову, щурясь от яркого солнца что било лучами мне по волосам и увидела там старую знакомую, что развешивала белье сушиться, а вокруг нее бегали и играли детки. Ее длинная черная коса почти касалась поясницы, а фигура была все так же хрупкой и маленькой.
Я зашла в соседний двор и обошла старенький дом.

— Малик!— я с улыбкой отозвала девушку и она чуть не подскочила от неожиданности.
Она кинула на меня удивленный взгляд и аккуратно довешала простынку, перед тем как подойти.
— Будто сто лет не виделись,— она черными как уголь глазами осмотрела меня и протянула.

Я не успела сказать слово как к моим ногам подлетел мальчишка и потянул рукой вниз за юбку. Он быстро убежал смеясь, а другие сзади также хохотали. Малика повернулась и строго посмотрела на детей, указывая взглядом не трогать меня. Я всего лишь улыбнулась ребенку, ведь он ничего плохого не сделал.

— Это твои все?— я удивленно подняла брови.
— Мои, конечно,— она тяжело вздохнула и попыталась улыбнуться,— как же тяжело с мальчишками.
Она подняла руку и вытерла пот со лба, говоря как же уже сильно печет солнце. На ее запьясте я увидела глубокую всадину, коричнево-синий синяк. Мой взгляд резко сменился, и к горлу поступил комок.
Она заметила как я уставилась и быстро забрала руку.

— Муж?— я тихо, с жалостью в голосе просила.
Она не ответила а лишь опустила взгляд, и будто разозлилась на меня.
— Сюда иди!— грубый голос громко отозвал девушку из дома, а она аж дернулась от резкого звука.
— Малик,— я остановила ее за руку,— давай уедем.
— Не надо мне твоих безумных идей,— она разочаровано улыбнулась.
— Тебе же плохо,— я опустила брови и пождала губы, смотря на ее уставшие глаза и на синяки, которые чем дольше я на ее смотрела тем больше пробивались мне в глаза сквозь куски пудры на лице.
— Тебе легко говорить,— она отстранилась,— у тебя все как на блюдечке всю жизнь было. Меня как отдали в четырнадцать лет замуж я так и живу с Надиром. Думаешь выбор есть?
— Все можно изменить, Малик,— я попыталась смягчить ее.
— Нельзя. Судьба такая. У меня муж, дети. Такая жизнь.
— Это же болото...
— Может я не хочу из него выбираться? Может мне так хорошо? Не надо меня жалеть. Ты девочка городская, все у тебя было и есть. Живи счастливо и не строй из себя святошу, что искренне хочет помочь,— она будто прошипела.
— Малика, сюда иди!— мужской голос я явным агрессивным тоном снова отозвал ее.
— Иди к своему мужу, небось красавчик тот, да? У тебя хоть выбор был кого любить,— она хмылкнула,— болото...,— она тихо повторила мои слова уже почти разворачиваясь.
— Есть,— я кратко ответила.
— Валерка твой кудрявый?— она поинтересовалась.
— Нет,— я тяжело глотнула,— Андрей.
Она снова бросила разочарованную улыбку и зашла в дом.

Я с тяжелыми мыслями не спеша вернулась к машине. Как же люди могут все глубже лезть в грязь и даже не пытаться выбраться. Существует ли такова судьба? Или же людям просто удобно так жить и не пытаться улучшить что то... неужели ей не жалко своих детишек, что наверняка видят тирана отца и уставшую с ранами на теле маму. Она не видел будущего, или же его просто нет? Ты строить свою жизнь. Ты строишь дом, в котором проведешь года. Ты родился в доме, что построили родители, или родители их родителей, но умрешь ты в своем доме, который должен построить сам. Ты можешь все изменить. Ты и есть твоя судьба.

Я небольшим пакетом я зашла внутрь родного домика. Меня встретил тот вкусный аромат выпечки и цветов, что бабушке вручил мой спутник. Я прошла в гостиную где сидели мои родные. Положила подарки на стол и стала любоваться как доченька сидит уже на коленках у бабушки Тони и они вместе рассматривают старые сказки. Она маленьким пальчиком водила по рисункам, нежным голосочком указывая на зверушек, а старушка ласково хвалила ее, гладя по темным кудрявым волосам.

Я зашла в кухню где стоял высокий парень. Он спиной ко мне, раскладывал на столешница продукты, которые мы вместе привезли. Яркие лучи от окна падали на его светлые волосы, что были почти полностью выбриты. Он повернул на меня голову и улыбнулся.
— Проголодалась?— Андрей нежно сказал и подошел ближе, пуская руку на талию.
— Очень,— я подняла уголки губ и кратко поцеловала его в щеку.
Он обвел меня синими глазами, нежно гладя ладонью спину.
— Соня! — он громко отозвал дочку, смотря
за мою спину, — Баб Тонь! Садитесь кушать!

Я засмеялась и положила голову его на грудь, все также улыбаясь закрыла глаза и услышала тупот маленьких ступень что забежали к нам. Девочка снизу посмотрела на нас и также обняла меня за ногу. Мягкий смех Андрея тихо раздался по кухне, а я погладила пальцами кудрявые волосы моей дочери.

От автора:
Это не концовка💔 Завтра будет продолжение.