Одно желание

«То, во что ты веришь, становится твоим миром»

Ричард Матесон. Куда приводят мечты

- Боже мой! - воскликнула я, когда машина резко остановилась. - Надеюсь, ребята нас не потеряют.

Я украдкой посмотрела на Джозефа

- Да они поймут, - пожав плечами, произнес он.

На удивление, я совсем не переживала, что бросила Виолет, которая была бы и не против остаться наедине со своим парнем, и конспект по истории, который придется доделывать рано утром. Я даже была рада, что сблизилась с Кристианом и Джозефом, хоть один из них и тупица. Но мне все равно нужны были друзья в новом месте, иначе я сошла бы с ума.

Когда родители переехали в Нью-Йорк, я перешла в десятый класс. Но меня разочаровал этот город, потому что его жители были какими-то дикими. Со сколькими девочками я не пыталась познакомиться, все они вежливо намекали, что общения между нами было невозможно. И я на каждой перемене сидела одна, пялясь либо в учебник, либо в телефон наедине с собой, слушая смех других. Это были тяжелые времена, потому что мне было не с кем поговорить. Целых три месяца я жила словно в аду, разговаривая лишь с учителями или с учениками, но лишь по учебным вопросам. Из-за этих событий у меня даже появились комплексы, потому что я думала, что никто не хотел со мной общаться из-за внешности. После Нью-Йорка я даже начала горбиться. Но как только моя семья перебралась в Сиэтл, все мои комплексы улетели, а на их место пришли новые друзья и первая любовь, которая, к сожалению, не продлилась и больше года.

- Да, - протянула я, - на этот раз закат мы не застанем.

Я вышла из машины, захлопнув дверь, и уставилась вперед, чтобы рассмотреть пляж, который скрывался в темноте.

- Да ладно тебе, - произнес Джозеф и сам вышел из машины. - Не ворчи.

Я недовольно сжала губы, но сразу же прогнала негативные чувства, когда Джозеф протянул мне свою руку, которую я сжала.

И мы пошли, держась за руки.

Его ладонь легонько сжимала мою, словно Джозеф боялся раздавить. Но несмотря на это, я чувствовала тепло, которое не покидало тело, даже несмотря на попытки холода остудить воздух. Словно он был солнцем, согревающим всех.

Когда мы прошли сквозь густые заросли и спустились по хлипкой деревянной лестнице, передо мной открылся пляж.

Сквозь плотные кроссовки я чувствовала зыбучий песок, который в темноте казался серым. Когда я прикоснулась к нему, он оказался холодным, как лед, потому что к вечеру солнце уходило и приятные, теплые лучи больше не грели серый песок, который под светом солнца казался золотым. Мои ноги приятно утопали в песке, но я не позволяла ему попасть в обувь, что было бы неприятно. Потом я перевела взгляд на неспокойное озеро, воды которого взбушевались, а волны тяжело растворялись в холодном песке. Шум волн успокаивал меня, словно объятия матери. Я наслаждалась звуком, когда очередная волна в первый и последний раз растворилась и на ее место пришла другая - более большая и тяжелая.

Я подумала, как бы было красиво, если бы над озером возвышалась одинокая луна. Как была бы красива лунная дорожка, идущая вдоль озера, украшая бушующие волны своими танцующими бликами. Как красиво бы лунный свет освещал это место. Но, к сожалению, луны здесь не было, потому что для нее была слишком рано.

- Да... Ты специалист по красивым места, - произнесла я, улыбнувшись и посмотрев на Джозефа, который тоже любовался пейзажем. Это было видно по его еле открытым глазам, которые он распахнул, услышав мои слова.

Джозеф усмехнулся, и я почувствовала, как его ладонь сильней сжала мою.

- Я здесь вырос, поэтому не могу не знать эти места, - слишком просто сказал Джозеф, словно в этом не было ничего удивительного.

Но для меня это не казалось чем-то обыденным. Я и вправду была удивлена, что Джозеф знал здешние места. Например, я, прожившая восемь лет в Атланте, практически не знала такие особенные места - лишь парки, любимые магазины одежды и лучшие кафе. Но возможно, в том возрасте я не интересовалась подобным.

После мы подошли к какой-то лавочке, которая покоилась под кронами деревьев, и Джозеф предложил сесть. Я согласилась.

- У тебя есть с собой телефон? - вспомнив про Виолет, спросила я.

- Он в машине. А что?

- Да так... Вдруг кто-то позвонит.

Джозеф еле заметно закатил глаза и поднял свою левую руку, тем самым подняв мою.

- Хватит о них думать, - спокойно произнес Джозеф, наконец опустив руку. - Они понимают, что ты со мной.

- Ладно! Но, если что, ты увел меня.

- Договорились! - смеясь, произнес Джозеф и перевел взгляд на умиротворяющие волны.

Мы сидели минут пять, совсем ничего не говоря, словно нас и не было здесь. Словно мы были душами, которые в последний раз любовались вечером, зная, что скоро покинут этот мир. И эти минуты не были неловкими, потому что мы знали, что оба собирались с мыслями, чтобы начать какой-то особенный разговор.

И я созрела первая.

- Так странно, - с ухмылкой начала я. - Сижу здесь, с тобой, держу за руку, - я перевела взгляд на наши сплетенные пальцы, - но даже не знаю, кто ты.

- Что ты имеешь в виду? - с опаской спросил Джозеф, переведя на меня взгляд.

Его волосы развивались на легком ветру, а глаза заинтересованно сверкали серыми бликами. Наверное, подумала я, эти глаза останутся в моей памяти надолго.

- Ну, я не знаю тебя, совсем не знаю... К тому же не знаю, кем тебя называть. Другом? Но мы не друзья, - растерянно бубнила я, но уверенным голосом.

Джозеф закусил нижнюю губу, выдохнул и потупил взгляд на свои ноги. Потому что он тоже не знал. Тоже не мог понять.

- Я же говорил, что не могу рассказать о себе так быстро... Я должен тебе доверять.

Я недоверчиво посмотрела на него, когда тот вновь поднял взгляд.

- То есть сейчас ты мне не доверяешь? - с некой обидой спросила я.

- А ты мне разве доверяешь?

Он был прав. Я не имела права заикаться об этом, потому что мы и вправду были знакомы слишком мало, чтобы рассказывать самое сокровенное. Я даже немного смутилась от того, что вновь запросила слишком многого. Но я всегда хотела узнать людей быстрее, чтобы потом не ошибиться в них. Ведь первый взгляд всегда обманчив, особенно когда этот человек захватывает твой разум и сердце.

Но один вопрос все-таки был не решен.

- Но ты скажи, что это? - развела руками я, тем самым нагло вырвав свою руку из хватки Джозефа, чего я совсем не хотела. - Кто мы?

Теперь я была раздражена, потому что молчание Джозефа нервировало меня. Словно он не знал ответа! Хотя только ему было известно, что он чувствовал.

- Что ты хочешь этим сказать? - спрятав руки в карман, спросил Джозеф, пристально посмотрев на меня.

И в этот момент я хотела убежать от серого взгляда, боясь, что они смотрели на меня лишь как на обычную девушку с колледжа, с которой можно поругаться. А я не хотела быть для Джозефа какой-нибудь «очередной».

- Да я ничего не хочу сказать этим! - Джозеф нахмурил брови, словно корчился от боли. - Я просто хочу знать, о чем думаешь ты. Чтобы... я не надумала себе лишнего.

Я боялась, что Джозеф воспримет это как признание в симпатии. Что он будет смеяться надо мной. Что расскажет это всем дружкам, из-за чего моя жизнь превратится в хаос.

- Хорошо, - вдруг произнес он. - Ты права, мы вовсе не друзья.

Я с замиранием сердца смотрела на него, боясь пошевелиться и не услышать его и без того тихих слов.

Но потом голос Джозефа стал громче, словно он сам стал более уверенным:

- Но ты должна понять, что я никогда и никому, почти никому, - добавил он, - не показывал место, где я и моя сестра прятались от пьяного отца. И что я никогда и никому не доверял спустя такое короткое время... Вот о чем я думаю.

И в этот момент время будто остановилось: волны застыли, так и не растворившись на берегу, с ними прекратился и шум. Я начала размышлять о словах Джозефа, которые пробрали меня до костей, задев что-то внутри. Я смотрела на его невозмутимое лицо, которое кричало о том, что слова были правдой. Значит, подумала я, он и вправду чувствовал то же самое, что и я, хоть это было сложно признать. Но я тоже никогда не заинтересовывалась в человеке так быстро. А значит, Джозеф - не такой, как все.

- То есть ты мне доверяешь? - с заметной гордостью в голосе спросила я, отчего Джозеф улыбнулся и сжал мою руку. Я вновь ощутила тепло его тела.

- Отчасти.

Я закусила губу и, набравшись смелости, спросила:

- Ты сказал «почти никому»... Может, расскажешь, кому ты показал это место?

Джозеф немного ослабил хватку, поэтому я быстро добавила:

- Я не прошу тебя рассказать подробности! Расскажи хоть что-нибудь...

Джозеф тяжело выдохнул и, устремив взгляд на волны, начал:

- Я водил туда девушку, которую когда-то очень сильно любил... Мы почти каждый день ездили в это место... Один раз там даже уснули. - Джозеф ностальгически усмехнулся.

- А где она сейчас? - придвинувшись к Джозефу, спросила я.

- Она в Лондоне... Кое-какие обстоятельства разлучили нас навсегда.

- Какие? - спросила я, надеясь на ответ, но Джозеф лишь помотал головой, и я поняла, что это была очередная тайна Джозефа Прэя.

И вдруг я ощутила крепкую руку на пояснице. А потом и вторую на лопатке. И тут я осознала, что находилась в теплых объятиях Джозефа, который тяжело дышал мне на ухо. Я протянула руки и обвила его широкие плечи.

Вот, чего я хотела: сидеть с Джозефом у озера, обняв его за плечи, чувствуя дыхание и тепло, исходящее от его щеки, мочкой уха. Я таяла в плену его руках, словно снеговик на солнце. Раньше я думала, что поцелуй жарче объятия, но сейчас я удостоверилась в обратном. Поцелуй был горяч - да, но объятия не сравняться ни с чем, потому что именно в них я забыла обо всем на свете. Именно в них я успокаивалась. И именно в плену рук Джозефа я не вспоминала о его тайнах, которые он так тщательно от меня скрывал. Все это было неважно, потому что в тот момент меня обнимал Джозеф. А я обнимала его.

Мы просидели без слов, просто наслаждаясь присутствием друг друга, словно не виделись много лет. Наше молчание длилось долго. И оно успокаивало нас обоих, укрывая от страхов и бед. Но несмотря на тишину, мы узнавали друг о друге новое, потому что тело не может соврать. Оно всегда будет выдавать чувства человека. А Джозефа выдавало тяжелое дыхание и рука, которая сжимала мое плечо, словно боясь отпустить.

И этот вечер тоже отпечатается в моей памяти надолго, подумала я. Потому что именно сегодня я в первый раз обняла Джозефа. Именно сегодня я узнала его еще больше. Несмотря на его скрытность, он потихоньку открывался мне. А я открывалась ему. И это было нашей общей победой, которая потом приведет к чему-то большему.

Мы просидели на лавочке еще час, болтая и обнимаясь, словно пара. Потом Джозеф просто отвез меня домой и со словами «Спокойной ночи» ушел в свой корпус.

А я наблюдала за ним. За Джозефом, который уходил, театрально виляя бедрами.