Глава 26
- Лилия Андреевна? Это Ирина Петровна, ваш участковый. Могу ли я поговорить с Настей? Дело в том, что есть информация о ее телефоне. Нет, ничего страшного за этим не стоит. Просто необходимо получить у нее ряд уточнений. Вы на дежурстве сейчас? А можно с Настей пообщаться без вас? Я ее надолго не задержу. Спасибо. Я буду ее ждать в кофейне «Бодрая чашка» около двух часов. Она как раз со школы придёт.
Мама Насти Лапшевой, честно говоря, дала разрешение с тяжёлым сердцем. Но если бы она знала результат встречи, то безоговорочно отказала бы. К сожалению, поговорка про место падения, требующее подстилания соломки, актуальна во все времена. Если бы все знали прикуп, Сочи рос бы до бесконечности. Настя так полностью не адаптировалась, путала факты, названия, даты событий. Эта ментальная разбалансировка довела обычно жизнерадостную девочку до состояния депрессии. В школу после однократного визита, во время которого она успела заехать ногой Шаламу, Настя ходить перестала. Мать не знала, как её вывести из состояния апатии.
«Может, участковая нашла нечто, что позволит вернуть дочь к обычной жизни?» - думала Лилия Андреевна. Забегая вперёд, скажем, что по сути так оно и вышло. Только радости от этого маме Лапшевой было мало. Точнее, совсем не было.
Минут за десять до назначенного времени участковая Заяц пришла в «Бодрую чашку».
– Ванечка, привет. – улыбнулась она рыжеволосому баристе. – Сделай мне капучино без сахара.
- Привет, Ирка. Ты что-то не по форме сегодня. Серёгу чего с собой не взяла?
- Да он позже подтянется. У него в два тренировка заканчивается. А без формы – потому что мне некогда мои вечерние платья носить. Все мундир и мундир.
Иван поднял большой палец вверх и состроил гримасу, выражающую высшую степень восхищения внешним видом посетительницы: - Ты, как всегда очаровательна. Если бы не Серёга, то я бы на тебе женился. Мы, рыжие, всегда ярко выглядим. Не зря Конан Дойль даже рассказ про союз рыжих написал. Присаживайся за столик.
В зале было почти пусто. Только за дальним столиком сидела пара клерков из ближайшего отделения банка. Ровно в два часа в кафе зашла Настя. Даже по внешнему виду было видно, что с девочкой не ладно. Ирина Петровна махнула ей из-за стола: - Настюш, иди сюда! Ты какой кофе будешь? Или, может чайку соорудить? И пироженку какую-нибудь?
Настя неопределённо пожала плечами. Приняв этот жест за знак согласия, Ирина Петровна подошла к стойке и заказала чайничек чая с чизкейком.
- Неожиданно удалось получить информацию о твоём ментофоне. – завела разговор участковая в ожидании заказа. – Спецы, правда ничего дельного не сообщили, но мой муж Сергей случайно увидел телефон дома и сказал, что с такой моделью встречался. Правда, обещал рассказать подробности именно здесь, как я не просила хоть приоткрыть завесу тайны. Этим он и меня саму до крайности заинтриговал. Муж сейчас тренировать мальчишек закончит и к нам подойдёт. Они с Иваном – Ирина кивнула в сторону баристы – с детства дружат. Вместе в детском доме были.
Настя слегка оживилась: - Ой, здорово. Это я про телефон, а не про детский дом. А то чувствую себя, как не в своём мире. Не знаю, как передать. Крыша едет.
- Надеюсь, сейчас хоть что-то прояснится.
Банковские работники допили свой кофе и ушли. Бариста повесил на внешнюю сторону входной двери вывеску «Закрыто».
- Серёга и так зайдёт. – пояснил он посетительницам. – А разговор, возможно, конфиденциальности потребует.
Минут через пятнадцать в кафе без стука зашёл мужчина богатырского телосложения, с коротко стриженой головой. Двигался он, несмотря на габариты, легко и плавно.
- О! Боксёрчик прибыл! – радостно воскликнул Иван. – Закрывай дверь, у нас тут серьёзный разговор.
Сергей с размахом хлопнул по подставленной ладони и качнулся через стойку слегка приобняв друга.
-Привет, Карачун, привет, бродяга. Редко видимся в последнее время. Надо как-нибудь собраться, посидеть. Сделай мне тоже чайничек зелёного и давай к нам.
Вновь прибывший, наклонившись сзади чмокнул жену в щёку, улыбнулся Насте и уселся рядом с супругой. Через некоторое время к ним присоединился и бариста с заказанными угощениями. Сесть ему пришлось рядом с Настей, поскольку стол на четверых, а все остальные места уже были заняты. Девочка покосилась на него и вопросительно взглянула на Ирину.
- Не беспокойся. – ответила на ее безмолвный вопрос участковая. – Иван, как оказалось, в курсе нашей темы. Он знает, откуда взялся твой телефон. Вот смотри – это твой? – майор выложила на стол Настин ментофон.
Настя утвердительно кивнула.
- А это мой. – улыбнулся Карачун, выложив рядом на стол похожий прибор. – Узнаёшь?
- Конечно! – разулыбалась девочка. – Это уже следующая модель. Я хотела, но у мамы не хватило денег. А где вы его взяли?
- Вот это самый краеугольный вопрос. – шутливо поднял палец вверх Иван. – В этом мире только два таких телефона. Знаешь почему?
- И почему же? – спросила за Настю Ирина Петровна, которая тоже была не в курсе интриги.
- Всё просто. Настя не из нашего мира. Скажи, Настя, ты знаешь в своём городе ресторан «У Пушкина»?
Настя немного подумала, потом неуверенно ответила: - Сама не была, но девчонки болтали, что есть такой на краю Африки. По сути, где-то здесь рядом должен находиться. Я, правда, по таким местам не хожу. Я и ваше кафе впервые вижу.
- У нас нет такого кабака. – уверенно ответила майор Заяц. – Это абсолютно точно.
- А между тем, мы с Серёгой с детства знаем его владельца.
Муж Ирины утвердительно кивнул головой, вложив, таким образом, свою лепту в общую беседу.
- Так вот, ресторан находится не «где-то здесь», а прямо на этом же месте. В свое время мы с Боксёром выкупили эту территорию. Ну, ты знаешь. Здесь старый цех был. В 90-е, конечно, тут полный трэш присутствовал, но в начале нулевых, как новый микрорайон Южный через дорогу от Африки построили, близлежащую окраину промзоны облагородили. Новые дома новой инфраструктуры требуют. А ресторан стоит в таком же месте, но в параллельном нашему мире. Как это не фантастично звучит. И рулит там наш друг детства Марс Пушкин. Тот мир и является родным для Насти.
Воцарилось недолгое молчание.
- Извини, Ваня, но это какой-то бред! Или ты шутишь?
- Нисколько. Мы сейчас можем легко проверить. Настя, хочешь позвонить маме? Ты же умеешь обращаться с ментофоном?
Настя кивнула, взяла свой телефон и соотнесла радужку глаза с окошечком в приборе. Тот ожил, замигал, и на экране появилась надпись «Мама».
- На самом деле, никакой силой мысли он не управляется. – пояснил Иван. – Это просто маркетинговый ход. Сенсор реагирует на рисунок радужной оболочки глаза и активирует самый главный для владельца номер. Кто-то забивает туда службы спасения, а девочка – мамин телефон. Остальные номера активируются так же как и у нас – из телефонной книги.
Тем временем, сигнал телефона дошёл до обозначенного на дисплее абонента:
- Алло, алло. – раздался взволнованный женский голос. – Настюша, это ты? Ответь, пожалуйста. – и женщина на той стороне трубки заплакала навзрыд.
- Мамочка, это я. – внезапно осипшим голосом крикнула Настя. Откашлялась, и снова крикнула – Это я. Я! Мам, все нормально. Я жива здорова. Никто меня не похитил.
- Слава Богу, слава Богу. Доченька, ты где? Приезжай скорей. Мы тут все с ума сходим. Что с тобой, где ты?
- Я не могу объяснить. – взволнованно забегала по собеседникам глазами Настя, ища и не находя подсказки. – Я постараюсь скоро быть. Я тебя очень люблю. Мамулечка, не плачь! Я сейчас с майором полиции, в безопасности. Скоро буду дома. Целую тебя!
Карачун подал руками знак сворачивать разговор, и Настя нажала картинку с красной трубочкой. Она бы, конечно, ещё поговорила, но совершенно не представляла, как объяснить словами ситуацию, в которую попала. Сначала необходимо самой полностью понять.
- Ну вот тебе и доказательство. – сказал Иван. – В подвале нашей кофейни проход между двумя мирами. Каким-то образом, волны телефонной связи он тоже пропускает. Конечно, если рядом сидеть.
- И где он? – подняла брови Ирина.
- Прямо под нами. И открывается в ресторан «У Пушкина». Более того, мы можем девочку хоть сейчас переправить на ту сторону. Но возникает ряд осложнений.
- Лилия Андреевна. – озвучила главное осложнение участковая.
- Точно так. И потом, как ты сможешь объяснить исчезновение девочки?
- Я думаю – вступил в разговор доселе молчавший Сергей. – Насте надо самой решить, с какой из мам она хочет остаться. Выбор очень сложный, не детский, прямо скажем. Но, если верен постулат, что взрослые – это большие дети, то верно и обратное: дети – это маленькие взрослые. В гибкости психики они нас превосходят. И советом мы тут вряд ли поможем. У нас с Иваном и по одной матери не было.
- А что, на той стороне есть наши двойники? – спросила участковая.
- Насколько мы знаем, у кого-то есть, у кого-то нет. Не угадать.
- А где Настя, которая исчезла отсюда?
Карачун пожал плечами: - Судя по всему, на той стороне её нет. Может, ушла в другой мир.
- А что, есть и другие? – спросила Настя.
- Есть. – сказал Иван. – Я сам из третьего мира. Во всяком случае, не из тех двух, о которых вы уже знаете. Миров великое множество.
- Человек из страны третьего мира. – рассмеялся Боксёр, чтобы разрядить обстановку.
- Слушаюсь, большой белый господин. – задурачился Иван, но тут же посерьёзнел. – Резюмирую. Ты, Настя, решай сама. Захочешь перейти – милости просим. Дети проходят безболезненно, взрослые же – увы. Полностью теряют память. Так что пару лет у тебя на раздумья есть. Ну, а пойдёшь – постарайся как-то обставить свой уход. Чтобы здешняя мама не переживала. Хотя сложней задачи не придумаешь.
- А я вот еще что подумала. В струе нашего общего бреда. Ну, реально же бред, и как я в это верю? – усмехнулась Ирина. – А вдруг Миша Дроздов на той стороне? Тогда ты сможешь вернуть его домой.
Настя кивнула и заплакала, положив голову на руки. Взрослые смущённо прятали глаза. Выбор стоял, действительно, не детский.