Останься в моём мире | [18+]

Я не помнила, как прошла полгорода, как зашла в обшарпанный подъезд, как поднялась на второй этаж и как постучала в нужную квартиру. Голова была забита столькими мыслями, от которых я всячески пыталась избавиться, сжигая их в выдуманном костре или утапливая в собственной желчи. Но они всё лезли, не прекращая звучать чужим голосом где-то глубоко внутри меня.

Послышался щелчок, за ним — противный скрип ржавого металла, и на пороге показалась высокая, худая фигура в свободной одежде, висящей на острых плечах. Льняные волосы беспорядочно лежали на голове, а на тёплой коже у линии лба и на крыле аккуратного носа выскочили воспалённые прыщи — но даже они не могли скрыть мягкие, красивые черты его лица.

Передо мной, слегка ссутулившись, стоял Айден, и взгляд его был равнодушным, пока мягкий свет не лег на моё лицо, открываясь ему. Тёмные зрачки ореховых глаз тут же загорелись, а тонкие губы приоткрылись, но быстро растянулись в приветливой улыбке.

— Всё-таки сбежала? — спросил он, одновременно разрешая мне войти.

— Да, — ответила я.

Опустив глаза на пол, я зашла внутрь и сняла с себя всю верхнюю одежду. Айден любезно забрал пальто вместе с шарфом из моих рук и повесил их рядом со своей курткой.

— Кого там к нам занесло? — из кухни выглянул Киран в растянутой пижаме и с доверху полной миской чипсов в руках. На загорелом, накачанном предплечье я заметила свежий след зубов, как после сильного укуса, а каштановые волосы были высоко убраны розовой резинкой. Увидев меня, он оживился и в привычной своей форме обратился по фамилии:

— О, Хэйс, как жизнь?

— Хэйс?! — следом удивлённо вскрикнул женский голос, и я тут же обрадовалась, узнав, кому он принадлежит. — Она пришла?!

Хизер на всех скоростях выбежала из гостиной и, за счёт хлопковых носков и блестящего покрытия, чуть не врезалась в Кирана.

— Как давно я тебя не видела! — она широко раскинула руки, и я сразу же подбежала к ней, чтобы обнять. Её длинные, синие волосы, цвет которых немного вымылся, смешался с моими — девственно чёрными, а на молочной коже, вместе с россыпью родинок, виднелись татуировки. В отличие от Хизер, я никогда не решалась на перемены — любые, даже самые мелкие, за исключением одного раза: татуировки мотылька на пояснице. Я вижу её редко и порой пугаюсь, когда после душа, будучи полностью голой, случайно замечаю в зеркале чёрное пятно у себя на спине.

— Привет, — тепло шепнула я ей на ушко и сильнее прижала к себе мягкое тело.

— Я, конечно, всё понимаю, вы — подружки и так далее, но я что-то начинаю ревновать, — сбоку от нас послышался обиженный голос Кирана, и, взглянув на него сквозь синие пряди, я увидела, как недовольно он сузил свои чёрные глаза.

— Если хочешь, я могу тебя так же обнять, — шутливо предложил Айден Кирану, а тот, согласно кивнув, поставил миску с чипсами на столешницу и потянулся к нему.

Хизер резко отпустила меня.

— Руки от него убрал! — рявкнула она Айдену.

Даже не пытаясь сдержаться, я засмеялась во весь голос, и остальные, словно по цепной реакции, подхватили его. Слушая их смех вместе со своим, я вдруг поняла, что душа моя успокоилась, а мысли, терзавшие голову всего пару минут назад, разом исчезли.

— Иногда я тебя реально боюсь, — сквозь смех признался Айден.

— Правильно делаешь, — ухмыльнулась Хизер.

— Так в какую игру мы будем играть? — спросила я, подойдя к старому коричневому дивану и села на его край.

— "Дожить до рассвета". Группа дебилов собирается потусить в заснеженном горном доме за три пизды от цивилизации, и, конечно же, начинается лютая жесть. Там можно будет поиграть за нескольких персонажей, и мы сейчас поделимся, кто за кого будет. Чур я за Майкла! — кратко рассказал Киран и вместе с миской чипсов, которую снова забрал себе, уселся на другой конец дивана.

— Тогда Хизер за Джессику? — уточнил Айден и с помощью джойстика начал настраивать игру на телевизоре.

— Конечно, — фыркнул он.

— Ты это за меня решил? — подойдя к Кирану, Хизер пнула его ногу и плюхнулась рядом.

— Вообще-то по сюжету они встречаются, как и мы, — протирая место ушиба, объяснил Киран.

— А ещё вы похожи на них характерами, — подметил Айден.

— Самовлюблённый качок и стерва? — предположила Хизер и издала саркастичный смешок.

— В точку, — хмыкнул он, на что Киран уже собирался возмущаться, но Хизер вовремя запихнула в его рот горстку чипсов.

Весь их разговор я тихо сидела в стороне и наблюдала — за тем, как они легко шутят, как не сковываются в выражениях, как хорошо гармонируют друг с другом. И мне правда приятно смотреть на них, слушать и хихикать с каждой шутки — порой такой неуместной, но искренне весёлой, что аж скулы сводит.

— А Руна тогда кто? — Хизер задала общий вопрос, и все они втроём синхронно обернулись ко мне. — И вообще, откуда вы знаете, какие там персонажи?

— Прохождение смотрели, — кое-как дожевав, ответил Киран.

— Вы купили игру, зная, чем она кончится?

— Там несколько концовок, — пожал плечами он.

— Я думаю, Руна — это Эшли, — заявил Айден, пристально смотря на меня.

— А мне кажется, та азиатка, — возразил Киран.

— Эмили? Ты серьёзно? Они вообще не похожи.

— Тебе виднее, — с лёгкой издёвкой ответил Киран и по-лисьи улыбнулся.

Увидев это, Айден провёл ладонью по лицу, стягивая вниз кожу под глазами, и измученно выдохнул.

— Эшли так Эшли, — пожимая плечами, ответила я, хоть и понятия не имела, на что соглашаюсь.

— А что ты от нас так далеко сидишь? — сведя тонкие брови к переносице, недовольно спросила Хизер. — Давай сюда, — она похлопала по месту рядом с собой, и, не смея ей перечить, я пересела чуть ли не вплотную к ней. — Вот так-то лучше, — она коротко улыбнулась, смотря мне в глаза.

Я повторила за ней. Вдруг свет во всех комнатах потух, и лишь свечение телевизора озаряло небольшое пространство перед собой. На экране жирными буквами появилось название игры, а дальше — молодая девушка со светлыми, убранными на затылке волосами. Увидев её, в мою голову, словно стрелой, вонзилась Гвен.

Наверное, сейчас она сидит в тёплом ресторане, кушая вкусную еду, запивая дорогим вином и наслаждаясь компанией Вильяма... хотя в последнее мало верится. Особенно учитывая безразличный взгляд и исходящий из его сущности холод, да и вообще он...

Я несколько раз моргнула, возвращаясь в реальность, и почувствовала, как моя кожа покрылась сотнями неприятных мурашек. Задвигавшись, я осмотрелась вокруг и заметила слева от себя Айдена — он, полулёжа, устроился рядом и держал в обеих руках белый, потёртый джойстик. Справа Хизер прижалась к Кирану, который сидел, широко расставив ноги, и хрустел снеками. На экране отображался деревянный дом и девушка с короткой стрижкой и натянутой на макушку шапкой.

Прислушиваясь к игре, к голосам персонажей и снежной бурде вокруг них, я постепенно расслаблялась и утопала в накопившейся за день усталости. Голова наливалась свинцом, и, не зная, куда её деть, я начала медленно опускать на бок, пока не коснулась плеча Айдена. Он не шевельнулся, любезно позволяя мне полностью опереться на него. И, наблюдая за тем, как один за другим умирали персонажи, я совсем не заметила, как крепко уснула.

***

Тонкий луч солнца проник сквозь мои веки, рассеивая мрак и остатки спокойного сна. Я зажмурилась, приоткрыла один глаз, чтобы глянуть, откуда сочился назойливый свет. Маленькое окошко возле кровати было не полностью закрыто тёмно-синей шторой, и через щель на меня смотрел проснувшийся безоблачный Портленд.

Шумно зевнув, я нехотя села, потёрла лицо ладонями и огляделась. В тёмных очертаниях стен, на которых висели разные постеры, я узнала комнату Айдена, но самого его не было. На выключенном мониторе компьютера отражалась моя сутулившаяся фигура, и, отвернувшись, я вылезла из-под тяжёлого одеяла.

Дверь в комнату была плотно закрыта, и, подойдя к ней, я обвила ручку пальцами, медленно потянула её вниз и осторожно, без скрипа, открыла — в надежде не разбудить остальных. Гостиная, залитая нежным солнцем, была идеально прибрана: на журнальном столике — ни крошки, квадратные подушки на диване взбиты и продавлены сверху.

— Проснулась, Хэйс? — от неожиданно раздавшегося со стороны кухни женского голоса моё сердце неприятно ёкнуло.

Выглянув за дверь, я наткнулась на три пары глаз, что спокойно сидели за барной стойкой и завтракали магазинными печеньями.

— Доброе утро, Вишенка, — тепло улыбнулся Айден.

— Как спалось? — весело спросила Хизер и, спрыгнув со стула, подошла к шкафчику над электрическим чайником. — Тебе чёрный или зелёный чай? А может, кофе? Ребята, у вас остался кофе?

— Вроде нет, — ответил Киран. — Айден неделю назад работал по ночам и влил в себя все наши запасы, — он нахмурил брови и бросил недовольный взгляд на сидевшего рядом друга.

— С кем не бывает, — безразлично пожал плечами тот.

— Руна, у меня для тебя плохие новости, — заключила Хизер.

— Ничего страшного, я буду зелёный чай, — махнула я рукой и прошла в ванную комнату.

Включив воду, я умыла лицо холодной водой, намазала на палец зубную пасту и кое-как почистила зубы. В висевшее над раковиной зеркало не хотелось смотреться: я знала, что выгляжу как минимум неопрятно, а как максимум — ужасно. И ничего с этим не могла поделать.

Вытерев насухо руки и лицо о махровое полотенце, я вышла обратно к ребятам и села на свободное место рядом с Хизер. Она любезно подвинула в мою сторону большую жёлтую кружку, из которой исходил лёгкий пар с лавандовым ароматом, и, поблагодарив её, я отпила небольшой глоток.

— Чем ты таким занималась, что вчера отрубилась так быстро? — спросил у меня Киран.

— Неделя была сложная, — смотря на свои сломанные ногти, ответила я. — Миллионы домашнего задания и ноль личной жизни.

— Так вот же, — Киран кивнул в сторону Айдена, — твоя личная жизнь.

Я издала короткий смешок.

— Господи Иисусе, — смиренно вздохнул Айден и поднёс кружку к тонким губам.

— Я имею в виду отдых и время на себя, — подправила я Кирана.

Он закатил глаза.

— Вы оба такие зануды.

— А у тебя шило в жопе срослось, — отгрызнулась Хизер и подтолкнула ко мне тарелку с печеньями. — Кушай.

— Спасибо, — улыбнулась я.

— В следующую субботу у Дерека будет хэллоуинская вечеринка. Пойдёте? — спросил у всех Айден, и двое энергично закивали головой, а я молчала. Заметив это, он обратился ко мне: — Вишенка?

— Я не знаю Дерека, а он — меня. Не думаю, что это хо...

— Ой, да какая разница, всем будет насрать, особенно Дереку. Он сто процентов к началу вечеринки уже будет обдолбан, — перебив меня, фыркнул Киран.

— Не думала, что такое скажу, но Киран прав, — ухмыльнулась Хизер.

— Пошли, будет весело. С тех пор как ты вернулась в Портленд, мы так и не успели все вместе оторваться, — подключился к ним Айден, лишая меня последней возможности отказать.

Трое пар глаз выжидающе смотрели на меня, и, смирившись, я выдохнула:

— Хорошо.

— Это победа! — приобняв меня за плечи, вскрикнула Хизер, и я, прижавшись к ней ближе, легко засмеялась.

Возможно, через неделю, умирая от усталости, я прокляну своё решение. Но сейчас, видя их широкие улыбки, во мне нет сожаления.

***

Долгое время я не замечала слабый и непрерывный шум настольной лампы, но стоило мыслям смолкнуть, как он стал раздражать. Меж пальцев у меня покоилась ручка, которая всё ещё не прикоснулась к чистому листу. А в воздухе, в медленном танце, кружились крупицы пыли, аккуратно, словно нехотя, спадая на поверхность стола и образуя прозрачный слой...

Неожиданно зазвонил телефон, и, слабо повертев головой, чтобы прийти в себя, я вышла из-за стола. Он лежал на кровати, и на экране высвечивалось имя подруги, от которой, что странно, сегодня ничего не было слышно до этого момента. Ответив на звонок, я приблизила телефон к уху.

— Не занята? — спросила Гвен, и по её голосу мне сразу стало ясно, что что-то случилось.

— Нет, — ответила я, бросив взгляд на заваленный тетрадями рабочий стол, и села на кровать. — Всё хорошо?

— Кажется, я не понравилась Вильяму, — всхлипнув, поделилась Гвен и, словно услышав вопрос, родившийся в моей голове, продолжила: — Он за сегодня ни разу не позвонил и не написал. Возможно, это глупо, что я так переживаю по этому поводу, но... не знаю, Руна. Мне просто хочется хоть что-то от него получить — хоть звонок, или точку в сообщении.

Плотно сжав губы, я молчала. Не потому, что не находила слов или простого человеческого желания поддержать — нет. Виной всему было его имя — до этого момента ни разу не всплывавшее в памяти, а теперь вонзившееся туда острым колом. И пугало меня то, что я всячески не находила тому причины.

— Может, он занят, — наконец ответила я.

— В воскресенье? — с издёвкой уточнила она.

— Всякое может быть, мы же не знаем. Вдруг он до утра не спал из-за мыслей о тебе — и теперь отсыпается, — улыбнулась я, но она лишь томно вздохнула.

— Хотела бы я в это верить.

— А как прошло свидание?

— В том-то и дело, что отлично! Нам было хорошо друг с другом, и я была уверена, что у нас всё сложится, но это молчание сводит меня с ума!

— Дай ему время, Гвен. А если он не объявится, то вы всё равно встретитесь на семейном ужине — и вот тогда поговоришь с ним, спросишь, почему он так поступил.

— Ты права, — сквозь досаду согласилась она. Позади неё я услышала приглушённый звук захлопывающейся двери, и Гвен тут же быстро прошептала: — Отец пришёл, пока. — На место её голоса пришли гудки.

Я отодвинула телефон от уха, вернула его на прежнее место, а сама подошла к закрытому окну. Сидя за лекциями, я не заметила, как на улице тьмой разлилась ночь. Фонарные столбы, уныло склонившиеся над дорогой, освещали очертания сухих, кривых ветвей, похожих на человеческие обнажённые нервы. Их листва давно опала на мёрзлую землю и неподвижно покоилась там. А я, сильнее закутавшись в тёплый кардиган, вернулась к неначатым конспектам.

Только в голове, меж мыслей, тихим голосом звучало его имя, и в конце концов сон стал моей единственной панацеей.