Глава 36: Коварный план
Рейчел и Саманта ехали в такси по Нью-Йорку, машина медленно продвигалась по загруженным улицам. Внутри царила напряжённая тишина, которую нарушали только звуки города за окном. Рейчел, держа дочь за руку, смотрела в окно, но её мысли были где-то далеко, поглощённые всем, что произошло за последние несколько дней. Она пыталась собраться, не показать дочери своих чувств, хотя её руки дрожали, а внутри всё сжималось от боли.
— Мам? — позвала Саманта тихим голосом, разрывая тишину в машине.
— Да, милая? — Рейчел отвела взгляд от окна, постаравшись натянуть улыбку, но её голос всё равно выдавал напряжение.
— Почему мы уехали из дома?
Вопрос застал Рейчел врасплох, но она быстро собралась с мыслями.
— Ну, нет, милая, — начала она с натянутой улыбкой. — Мы вернулись домой. Здесь же твои старые друзья, помнишь? Они будут рады, что ты вернулась.
Рейчел почувствовала, как голос её слегка дрожит, и она поспешила снова отвести взгляд, чтобы не выдать своё волнение.
— Но у меня и там были друзья, — продолжала Саманта, не понимая происходящего. — Эмма и Софи. Мы даже не попрощались.
Имя Софи, вырвавшееся из уст дочери, как удар грома прозвучало для Рейчел. Её сердце сжалось от ярости и обиды. Она резко обернулась к Саманте, не сдержав себя.
— Софи тебе не подруга, — резко ответила она, едва сдерживая злость.
Саманта замерла, не ожидая такой реакции.
— Почему? — тихо спросила девочка, не понимая, что случилось.
Рейчел прикрыла глаза, пытаясь успокоиться. Она устала — морально и физически. Всё это было слишком тяжело для неё, и она знала, что не сможет объяснить всё дочери прямо сейчас.
— Потому что она плохой человек, — резко бросила она, сжав зубы. — Не задавай больше вопросов, Сэм. У меня болит голова.
Саманта молча отвернулась к окну, её глаза наполнились грустью. Она не понимала, что происходит, и отчаянно хотела вернуться к прежней жизни, к своим друзьям, к своему дому. Нью-Йорк, несмотря на то, что это был её старый город, сейчас казался ей холодным и чужим.
Они вошли в квартиру, которая ещё недавно была полна коробок — Рейчел собиралась оставить Нью-Йорк позади и начать новую жизнь. Но теперь ей пришлось вернуться, и это ощущалось как поражение. Каждый шаг по пустым комнатам отзывался в её душе горечью, словно она проиграла важную игру под названием жизнь. Однако на этот раз Рейчел была полна решимости взять реванш. Она уже знала, что развод — это только начало. Её цель была ясна: выиграть суд по опеке и сохранить Саманту рядом с собой, любыми средствами.
Рейчел опустилась на корточки перед дочерью, которая выглядела растерянной и немного подавленной.
— Сэми, иди к себе в комнату, — сказала она, стараясь говорить мягко, хотя внутри всё кипело от злости и обиды. — Мама должна поговорить по телефону.
Саманта молчала, её глаза были полны вопросов, но она ничего не говорила. Она не могла понять, почему мама была так зла, и ей казалось, что причина могла быть в ней.
Рейчел заметила это и попыталась сгладить напряжённость. Она взяла дочку за руки и, улыбнувшись, предложила:
— Эй, давай после этого сходим поесть мороженое. Как тебе такой план?
— Ладно, но лучше пойдём поесть пиццу, — ответила Саманта с легким блеском в глазах, будто решилась забыть о непонятном конфликте.
— Как быстро ты променяла мороженое на пиццу, — с улыбкой сказала Рейчел и защекотала её, заставив смеяться.
— Хорошо, беги к себе, — добавила она, поднявшись на ноги и провожая взглядом дочь, которая скрылась за дверью своей комнаты.
Когда Саманта ушла, Рейчел сразу же взяла телефон и набрала номер своей старой подруги, опытного юриста по бракоразводным процессам. Этот звонок был первым шагом в её плане. Она понимала, что Алекс будет бороться, но она не собиралась проигрывать снова.
Рейчел, держа телефон у уха и расстегивая чемодан, чувствовала, как её нервы на пределе. Ей нужно было чем-то занять руки, и разбор вещей казался идеальным выходом. Она глубоко вдохнула и, сдерживая эмоции, начала разговор:
— Привет, Аманда.
Она слышала, как подруга поднимает трубку на другом конце линии.
— Привет, Рейчел. Как ты?
Рейчел нервно всхлипнула, пытаясь казаться спокойной:
— Всё хорошо... Вернее, не очень. Я в Нью-Йорке, и мы разводимся. Никогда не думала, что мне понадобится твоя помощь.
Она замолчала на секунду, вспоминая, сколько раз её окружение — жёны богатых бизнесменов — обращались к Амандe, когда дело доходило до разводов. Оранжевые, почти огненные волосы Аманды были её визитной карточкой, но более известна она была своей беспощадностью в судах.
— О, дорогая, так думают многие, если не все, — проговорила Аманда сочувственно. — Но работы у меня меньше не становится, как знаешь. Что натворил Алекс?
Рейчел вытерла глаза и горько рассмеялась:
— Ушёл к моей подруге из Чикаго.
На другом конце провода наступило молчание.
— Не может быть... Никогда бы не подумала, что Алекс будет тебе изменять.
Рейчел рассмеялась, но этот смех был полон боли.
— Я уверена, что так думали многие, — пробормотала она, перекладывая джинсы на полки в гардеробной.
— И что мы намерены делать? — спросила Аманда с ноткой профессиональной строгости.
Рейчел остановилась, на мгновение задумалась, а затем произнесла с твёрдостью в голосе:
— Я хочу добиться запрета для Алекса на посещение и воспитание Сэм.
Аманда изумлённо замолчала, а затем тихо сказала:
— Вау, это серьёзное требование. Ты же знаешь, что такое очень сложно добиться, если он не применял насилия? Он же не применял насилия?
— Конечно нет, — быстро ответила Рейчел, сжимая вешалку в руке.
— В таком случае это практически невозможно, — задумчиво проговорила Аманда. — Но... теоретически есть один вариант. Правда, он довольно сложный.
Рейчел замерла, её внимание полностью сосредоточилось на словах подруги.
— Какой вариант?
Аманда вздохнула, словно осознавая, насколько тяжелым будет её ответ:
— Суд может учесть мнение ребёнка в таких вопросах. Если Саманта сама скажет, что не хочет видеться с отцом, суд может удовлетворить твои требования. Но это означает, что тебе придётся настроить Сэм против её же отца. Ты уверена, что это будет лучше для неё?
Рейчел остановилась, разглядывая одежду, которую только что разложила, и тяжело вздохнула:
— Я не знаю... Но я хочу это сделать.
Аманда коротко кивнула, понимая всю сложность ситуации:
— Ладненько, твоё желание для меня закон. Я начну готовить документы, которые направим в суд и Алексу. Уверена, он тоже наймёт серьёзных адвокатов. Встретимся на неделе, чтобы всё обсудить.
— Спасибо, Аманда, — пробормотала Рейчел, отключая телефон.
Оставшись одна, она опустилась на пол с вешалкой в руке. Весь этот процесс, казалось, отнимал у неё последние силы. В глубине души Рейчел понимала, что ей придётся сражаться не только за опеку над дочерью, но и за собственное чувство достоинства, за своё место в жизни, которое ускользало из-под её ног.
Рейчел тихо приоткрыла дверь в комнату Саманты, которая сидела на полу и сосредоточенно рисовала. Девочка с лёгким румянцем на щеках полностью ушла в своё занятие, и на мгновение Рейчел почувствовала укол вины за то, что собиралась сказать дочери.
— Ну что, ты готова идти в пиццерию? — спросила она, стараясь улыбаться как можно естественнее.
Саманта подняла голову и широко улыбнулась:
— Дааа!
Они быстро собрались и направились к своей любимой пиццерии, которая находилась в нескольких кварталах от дома. Это место стало для них уютным островком, где можно было забыть о повседневных проблемах. Заказав пиццу с двойным сыром и банановые молочные коктейли, они выбрали столик на двоих и сели друг напротив друга.
Когда принесли пиццу, Сэм тут же взяла кусочек, но её мысли были явно где-то далеко. Она разглядывала пищу, словно раздумывая над чем-то важным, а потом, подняв взгляд на мать, спросила:
— Мам, а когда папа приедет?
Рейчел на секунду замерла, чувствуя, как тяжесть вопроса повисает в воздухе. Ей предстояло лгать, и эта ложь была необходимой частью её плана. Она вздохнула и произнесла, стараясь говорить как можно спокойнее:
— Милая, я не думаю, что он хочет приезжать.
Сэм нахмурила бровки и с тревогой спросила:
— Почему?
Рейчел почувствовала, как её сердце сжалось, но она знала, что это был важный момент. Она выбрала слова осторожно:
— Он решил, что больше нас не любит.
Слова резанули по Сэм, как острый нож. Она опустила голову, играя с салфеткой.
— Я сделала что-то не так? — тихо спросила она, её голос дрожал. — И он больше меня не любит?
Рейчел смотрела на Саманту, и каждая часть её души кричала от боли за дочь. Но она знала, что должна держать ситуацию под контролем, что её слова, несмотря на горечь, должны быть сказаны. Рейчел поспешно протянула руку и обняла дочь через стол:
— Нет, что ты, милая, ты не сделала ничего плохого. Это твой папа решил, что хочет другой жизни. Он подумал, что может завести новую семью.
— Но с кем? Он же любит тебя, — в её голосе слышалась надежда, детская наивная вера в то, что всё может быть так, как было раньше.
Рейчел на мгновение замерла, пытаясь скрыть свои собственные эмоции. Она знала, что ответ, который она собиралась дать, разрушит мир дочери.
— Уже нет, милая, — сдержанно сказала она, чувствуя, как каждая буква отдается эхом в её груди. — Он решил, что любит Софи. Кто знает, возможно, они уже думают о том, чтобы завести ребёнка.
Эти слова, как будто нож, вонзились в сердце Саманты. Она смотрела на мать, стараясь сдержать слёзы. Сэм боялась моргнуть, зная, что слёзы предательски потекут по её щекам, если она это сделает. Рейчел не могла вынести это зрелище, её сердце разрывалось от боли за дочь, но она понимала, что должна действовать именно так.
— Эй, всё в порядке, — сказала она мягко, наклонившись ближе. — Я с тобой и никогда тебя не брошу. Вместе мы сильнее, и мы справимся со всем, что бы ни случилось. Поняла меня?
Саманта молча кивнула, уткнувшись взглядом в кусочек пиццы перед собой. Она кусала губу, пытаясь осмыслить всё, что только что услышала. Рейчел почувствовала, как её собственное сердце сжимается от того, что она была вынуждена говорить такие вещи, но другого пути она не видела.
— Мне казалось, что Софи хорошая, — задумчиво произнесла она.
Рейчел сжала зубы, стараясь удержать спокойствие, и с горечью ответила:
— Я тоже так думала. Но, как видишь, люди не всегда такие, какими кажутся.
Саманта ещё некоторое время сидела молча, пытаясь осмыслить услышанное. Она выглядела растерянной и подавленной, а Рейчел наблюдала за ней, понимая, что маленькая девочка перед ней стала частью огромной взрослой драмы.