Глава семьдесят шестая
Я уставилась на дом, кажущийся тихим и пустым со стороны. Вряд ли что-то получится. Гарри приблизился к двери, схватив меня за запястье и потянув вовнутрь.
– Я вернулся! – объявил Гарри, обтирая о коврик обувь, чтобы избавиться от снега. Появились Найл и Зейн, оба имели разное выражение лица. Найл тепло улыбался мне, а Зейн выглядел злым.
– Что она тут делает, Стайлс? Разве ты уже должен был уже убить ее? – спросил Зейн, приблизившись к нам.
Я сделала шаг назад, но хватка Гарри на моем запястье не позволяла уйти далеко.
– Сейчас какое веселье от этого? Не лучше ли мне убить ее, когда будет красная луна? – Гарри улыбнулся, как садист, отчего у меня по спине пробежали мурашки от страха. Найл вскинул бровью.
– Гарри, не говори мне, что поверил в слова Грейс.
– Я принял решение, Хоран. Красная луна вот-вот наступит, и надо уже убить эту суку, чтобы мы все вновь смогли стать людьми. Никаких «если» или «но», – я чувствовала, что мое сердце остановилось, когда вошла Грейс, положившая руку на плечо Зейна и уставившаяся на меня со страхом.
– Зейн, почему она здесь?
– Не волнуйся, любимая, Гарри убьет ее, – это удивило ее.
– Правда? Так вы, ребята, теперь верите мне? – Найл отрицательно потряс головой, смотря на Грэйс с раздражением.
– Не думай, что я верю тебе, – пробурчал Найл, прежде чем уйти. Гарри усмехнулся и поволок меня вглубь дома, пока остальные смотрели на меня с неудовольствием. Поднявшись на второй этаж, Гарри повел меня в спальню и закрыл дверь на ключ. Я посмотрела руку, где отпечатался след от хватки Гарри, и потерла ее.
– Два дня.
Я нахмурилась, когда он повернулся спиной.
– Что ты имеешь в виду под «двумя днями»? – глубоко вздохнув, Гарри обернулся.
– Два дня до красной луны.
Мои глаза расширились, я стояла, не зная, что сказать. Два дня, два чертовых дня до кровавой луны. До того момента, как Гарри станет человеком, до того, как последний из Смитов будет убит, и до конца. До конца.
– Гарри, сейчас не до шуток, – я посмеялась нервно, отчего он вскинул бровь.
– Я не шучу, Люсинда, я думал, ты всерьез воспримешь мои слова, – сев на край кровати, я вздохнула.
– Знаешь ли ты, что почти невозможно планировать сейчас? Только два дня, Гарри, и кровавая луна придет. Что если... что если мы не убьем Грейс в нужный момент? Что если она убежит?
– Будь серьезной, Люсинда, с чего друг она убежит, если не знает нашего плана? Не волнуйся об этом, я убедил их бездействовать, – ответил он, пробежав рукой по волосам, словно пытаясь успокоить себя. – В это раз мы не можем позволить себе ошибиться. Если они что-то испортят, нам всем конец!
– Ты имеешь в виду вас – я ведь не попадаю под проклятье в отличие от вас, ребята. Если ты забыл, я простой человек, – уточнила я, отчего Гарри потряс головой.
– А ты, кажется, забыла, что ты носишь что-то, что принадлежит мне, – я пришла в изумление, мо рука непроизвольно легла на живот. Как я могла забыть? Гарри, должно быть, заметил мое беспокойство, потому что сел рядом и положил руки мне на плечи.
– Ребенок будет в безопасности.
– Это не то, о чем я беспокоюсь, – призналась я, сражаясь с ощущением того, как Гарри нежно гладит мой живот. Никогда бы не подумала, что «нежный» входит в его лексикон. Думаю, есть вещи, которые делают Гарри опасным и восхитительным. Он непредсказуем.
– Тогда почему ты обеспокоена?
– Я боюсь, что могу умереть, – Гарри резко повернулся и заглянул мне в глаза, полный серьезности.
– И почему же ты можешь умереть? Разве я не разъяснил, что собираюсь убить Грэйс, а намерение убить тебя – лишь притворство? Ты мне в этом не доверяешь? – ха-ха, он говорит о доверии. Как говорится, «никогда не доверяй демону». Думаю, это справедливо.
– Я не знаю... – я затихла, как только почувствовала его губы на ложбинке своей шеи.
– Это ведь мой отпрыск, думаешь, я позволю, чтобы с ним что-нибудь случилось? Особенно сейчас, когда его носит человек, к которому у меня чувства? – прошептал он сипло, влияние его слов вызвали буквально короткое замыкание.
Гарри насупился от раздражения, но я не смягчилась.
– П-подожди минуту! – я запаниковала, уклоняясь от него. – Что ты имеешь в виду под «к которому у меня чувства»? – его глаза расширились, он был обескуражен. Но до того, как он успел ответить, нас прервал стук в дверь. Жестами показывая мне, что нужно молчать, Гарри подошел в двери и ответил.
– Что такое? – потребовал он, медленно открывая дверь. Поднявшись, я пошла в ванную, чтобы спрятаться там – вдруг это Зейн или Грэйс. – Что такое, Хоран?
О, это всего лишь Найл. Приоткрыв дверь, я уставилась на двух парней, стоящих в середине комнаты.
– Чего ты хочешь? – спросил Гарри, смотря на блондина с холодными глазами. Найл глубоко вздохнул.
– До того как ты начнешь кричать, я хотел дать знать, что я на твоей стороне. Не важно, что ты выберешь, я поддержу это даже против твоего желания.
Что? Заинтересованная, я подвинулась, чтобы лучше слышать. Гарри тоже был удивлен.
– Что ты имеешь в виду? Тебе вдруг стало меня жаль?
– Конечно, я имею в виду, ты вынужден убить того, кого любишь. Разве это не больно?
о чем он вообще говорит? Мои глаза расширились от звука смеха Гарри, это была последняя из возможных реакция на слова Найла.
– Ты прикалываешься, Хоран? Ты серьезен? Просто напомню: единственное, что удерживает нас от того, чтобы стать нормальными, стать собой, это женщина, ходящая по земле! А теперь, когда мы нашли ее, ты не хочешь, чтобы я убивал ее? Ты рехнулся?
Я мысленно вздрогнула, хорошо, что я не на месте Найла сейчас.
– Разве ты не любишь Люсинду? Потому что если нет, почему ты в первую очередь не уничтожил ее? – я со страхом посмотрела на потемневшее лицо Гарри, его глаза почти черные от злости.
– Ты сошел с ума, Хоран? Что заставило тебя думать, что я люблю Люсинду? Кто бы ни сказал тебе это, он глуп! Если это все, ты можешь идти, – прошипел Гарри, указывая на дверь. Нехотя Найл вышел из комнаты с опущенной головой.
Я почувствовала урчание в животе от голода, мои руки инстинктивно легли на живот. Облизав губы, я толкнула дверь, чтобы открыть, и подошла к Гарри.
– Извини, если создаю проблемы с друзьями, – я пробормотала. Гарри повернулся: мои слова привлекли его внимание.
– Он это заслужил. Как он вообще посмел задавать мне подобные вопросы? – вздохнул Гарри, почесав кончик носа и сев.
– Но он не заслуживает, чтобы ты на него кричал, Гарри. Ну, он же просто спросил, – я защищала Найла, но Гарри заметно потряс головой, не желая слушать это.
– Забудь об этом, Маккензи, мы не будем снова это обсуждать.
Мой живот заурчал, издавая странные звуки вновь. Сейчас уже игнорировать это было невозможно. Ухмылка появилась на лице Гарри.
– Кажется, кто-то голоден, – я улыбнулась и кивнула утвердительно.
– Думаю, да, – но мне хотелось не еды совсем, это было странным. Странное желание. Я облизнула губы вновь, в горле саднило так, словно я не пила воду несколько недель. – Но, на самом деле, я хочу пить, – я прошептала, приблизившись к Гарри. Он пах вкусно, невозможно было сопротивляться. Запах заглушал мой здравый смысл, но по факту это не было видно глазу. Пока что. Его руки поместились на мои бедра, затем сдвинулись на талию и остались там. Я склонила голову к его шее и приложила зубы к коже, ожидая, пока она разорвется. Увидев это, Гарри нежно отодвинул меня. Неопределенность была видна в его взгляде.
– Мне н-нужно попить, – пробормотала я, вновь пододвигаясь к нему. На этот раз он не возражал, сдавшись. Поднеся палец к своей шее, но провел ногтем по ней, сделав рану на коже. Черная жидкость брызнула оттуда. Вид этого поразил меня, мне казалось, я схожу с ума. – Это не слишком странно? – я спросила, прильнув губами к ране.
Гарри кивнул, и я больше не ждала. Его кровь погасила мою жажду, отчего я принялась сосать еще неистовее, чтобы получить больше этой жидкости и успокоить монстра внутри меня. Крепко держа меня в руках, Гарри ждал, пока я закончу. В комнате было тихо, слышен был только звук хлюпанья, создаваемый мною. Это было странно. Чуждо мне. За пределами нормальности.
Через несколько мгновений я остановилась. Голод исчез, остался только неприятный привкус во рту. Я сморщилась от отвращения, не веря в то, что сейчас произошло. Гарри посмеялся, видя мою реакцию:
– Я думал, ты поняла, почему. Люсинда, если хочешь знать, что только что случилось, я скажу. Ребенок внутри тебя был голоден, вот и все. Ты ведь не ела, я прав?
Мои щеки раскраснелись от смущения, когда я обтерла стекающую с губ кровь.
– Л-ладно.
Покачав головой, Гарри оставил легкий поцелуй на моей голове, а потом покинул комнату, слегка улыбаясь. Я уставилась на дверь, ошарашена. Что произошло? Это вообще было реально?
Бросившись на кровать, я испустила стон.
– О чем я вообще думала? – спросила я себя, когда желание поскрести мочалкой язык было невыносимым. Глупая девочка, почему ты сделала это? Я вздохнула, обняв живот. – В следующий раз ты будешь есть еду. Нормальную еду. Человеческую еду, – уточнила я, надеясь, что ребенок внутри слышит меня. – Если все, что я думаю, правда, то у тебя будут и человеческие черты. Я надеюсь, что большая часть тебя будет человеческой. – Потому что последнее, что мне нужно, это растить ребенка демона.
Я испугалась, когда дверь открылась, хотя вошел Гарри. Успокоив нервы, я встала и взяла стакан воды, который он держал в руках.
– Спасибо, – тихо поблагодарила я, избавившись, наконец, от противного привкуса во рту.
– Нам немедленно нужно избавиться от Грэйс, – я вытаращила глаза.
– Что? Почему? Ты что-то выяснил?
– Соня написала мне. Я попросил ее разузнать о семье Грэйс, и она выяснила, что Грэйс – сирота. Она съехала от приемных родителей, когда ей было 17. Ее биологические родители связаны со Смитами, – он рассказывал, шагая по кругу. – Если не убью ее, она может сбежать, и я не стану нормальным снова.
– Гарри, ты действительно хочешь снова стать человеком?
Он резко повернулся, вопросительно посмотрев на меня.
– Конечно, почему ты спрашиваешь? Я думал, что уже говорил тебе. А тебе захотелось бы жить вот так вечно? Зная, что ты монстр? Может, ты забыла, но я проклят. Я не получу свободу, если провалюсь. Ты понимаешь, что я пытаюсь сказать? – я немедленно кивнула, опасаясь, что он может разозлиться. Гарри схватился за голову, вздыхая, быть может, уже в тысячный раз за сегодня. – Когда придет красная луна, я убью ее. Без всяких вопросов. Если Зейн или кто-либо захочет мне помешать, мне придется их убить. Своего или чужого, – его глаза будто проделывали дыры в моей голове – настолько пристальным был его взгляд.
– Ч-что случилось, Гарри?
– Скажи мне честно, Люсинда. Ты любишь меня?
____________
Извините за задержку, ребят :(
Как вам глава?)