Hex. Russian translation

Я почувствовала, как в горле пересохло и челюсть отвисла. Глаза Гарри искали мои, очевидно, он хотел услышать ответ. Выйдя из ступора, я опустила голову и уставилась на ноги. Что я отвечу? Что мне делать? Я раздумывала, паникуя.

– Люсинда?

Собрав всю свою храбрость, я посмотрела на него и улыбнулась.

– Не волнуйся, Гарри, я не люблю тебя, – я рассмеялась, игриво пихнув его. Отведя взгляд, я прикусила губу и направилась в ванную. – Я приму ванну, если не возражаешь. Если понадоблюсь, просто постучи.

Как только дверь закрылась за мной, я прислонилась к твердой поверхности спиной и глубоко вздохнула. Это было так близко. Что заставило его задавать такие вопросы? Он думает, что я люблю его? Он серьезно? Потрясся головой, я пошла в душ, нуждаясь в длительной расслабляющей ванне.

Как только я закончила, долго сомневалась. Он все еще там? Почему это такое странно чувство?

Глубоко вздохнув, я плотно обернулась полотенцем и вышла. Тишина наполняла комнату – Гарри здесь нет. Он ушел? Переведя дух, я оделась и начала сушить волосы. Бен (собака Люсинды, если вы забыли – прим. переводчика), тихо спящий в углу, проснулся и подошел ко мне, когда ч была занята.

– Привет, мальчик.

Скуля, он сел и положил голову, высунув язык.

– Что такое? – я спросила, взяв его и положив к себе на колени. – Хочешь погулять на улице? Жаль сообщать тебе это, но мы не можем. Кое-кто хочет убить меня.

Смешно, если думать об этом долго. Но грусть в том, что...

Я разразилась тихим хихиканьем, нежно гладя голову Бена, пока он лизал мои пальцы.

– Остановись, Бен! Они же будут пахнуть! – дверь вдруг открылась, отчего я резко перевела взгляд, а Бен ушел. Ворвался Гарри, нахмурившийся, странно двигающийся. – Что такое? – я спросила, схватив с тумбочки мокрое полотенце.

– Грэйс и Зейн попросили кое о чем, – я с интересом посмотрела на него.

– О, и что это? – устало выдохнув, он сел на край кровати и спрятал лицо в руках.

– Вместо того чтобы убить тебя во время кровавой луны, они хотят сжечь тебя после.

– Оу.

Гарри посмотрел на меня.

– Ты знаешь, что это значит? – теперь была моя очередь вздыхать.

– Гарри не беспокойся. Если ты можешь сымитировать убийство, ты сможешь сыграть и сожжение. Я имею в виду, что ты ведь можешь контролировать свои силы, да?

– Вот тут и проблема. Они хотят сделать это самостоятельно. Ты знаешь, как было трудно выйти из этого разговора? Сначала они вообще предложили отрубить тебе голову!

Непроизвольно я сглотнула. Если Гарри хочет убить Грэйс в правильное время, мы должны убедить ее, что я умру вместо нее. Понятно, что это будет сложно, ведь каждый здесь на стороне Грэйс, так как думает, что я последняя из Смитов.

– У тебя есть какие-то мысли?

Он отрицательно потряс головой.

– У меня нет планов на данный момент. Я жду того самого дня, когда он будет близок, я не смогу думать о чем-то кроме смерти. Смерти и удовлетворении, – острая боль пронзила мой живот, но я не показала этого, чтобы не выглядеть слабой всегда.

– Не напрягайся. Я уверена, это придет к тебе.

– И еще кое-что, – продолжил Гарри, резко поднявшись. – Твои родители в тюрьме. В подвале, – он сказал это так небрежно и внезапно, что я онемела на несколько секунд, пока голо не появился.

– Ч-что? Что они там делают? Почему они там? Кто поместил их туда? – я хотела знать и встала так, чтобы заглянуть ему в глаза. – Почему они там? Гарри, ответь мне!

– Я получил новости от Сони недавно, – отрезал он, отойдя к окну и поместив руки за спину. Было тихо несколько минут. Я смотрела на его спину, Гарри не двигался. Пока он не повернулся и не показал мне свой пустой взгляд. – Они не твои родители.

Я рассмеялась. Он шутит.

– Ты шутишь, – серьезность в его глазах не исчезала, что только заставило меня нервничать. – Т-ты шутишь надо мной, Гарри? – когда он не ответил, я выбежала из комнаты. Не заботясь о том, видят ли меня Грэйс или Зейн, я оставила страх и остановилась перед лестницей, ведущей к подвалу. Никогда не была там и не беспокоилась о том, что там может быть. Я даже никогда не спрашивала Гарри о нем, ведь меня это не волновало.
– Ты не должна убегать без моего разрешения, Люсинда. Я и ты знаем, что это опасно, – Гарри прошептал мне в ухо, и меня удивило его присутствие, хотя, в то же время я привыкла к его внезапным появлениям в самых разных местах. Черт его подери за то, что разрушил мое представление об обыденности.
Глубоко вздохнув, я забила на все и пошла вниз по ветхой лестнице. В комнату, где Гарри запер моих родителей.
Дверь настежь открылась от моего слабого толчка, будто почувствовала мою агонию и нервозность. Свет было тусклым, ощущался запах крови и пота. Обычная крыса бегала, пытаясь избежать участи быть убитой. Я четко ощущала присутствие Гарри позади меня и продолжила свое путешествие в подвальное помещение.
Это было похоже на тюрьму: металлические пластины справа и слева наполняли комнату. Я быстро прошла внутрь, надеясь, что где-то здесь мои родители.

– Мам? Пап? – я вздохнула, удивленная: череп выкатился, потревожив паука. Руки Гарри подхватили меня до того, как я упала.

– Они здесь, – он указал на металлическое сооружение, где люди сидели на стульях, связанные. Я глубоко вдыхала, пока приближалась к ним. Было нетрудно догадаться, кто это был.

– Мам? Пап? – Мой голос раздался эхом, отчего люди начали шевелить руками, двигаться, чтобы понять, откуда исходит звук.

– Люсинда?

– Я прямо здесь, – я сказала, привлекая их внимание, что быстро сработало.

– Люсинда! – вскрикнула мама, больше в шоке, чем с облегчением. Гарри вышел из темноты, чтобы открыть дверь в клетку. Папин взгляд чутко следил за каждым движением Гарри, словно это могло напугать его. Если бы ты знал папа, ты бы не делал этого.

Я суетливо обняла папу, ведь была счастлива видеть его вновь.

– Привет папа, давно не виделись, – я пробормотала и поцеловала его в щеку.

– Кто этот мужчина, Люсинда? – потребовал папа. – Ты его знаешь?

Изнутри кусая щеки, я не знала, как представить Гарри.

– Э, эм, это Гарри, мой друг, – я ответила, сомневаясь, устремив глаза в пол. Как только я подняла глаза, Гарри посмотрел на родителей с отвращением, отчего мне стало не по себе.

– Хватит ходить вокруг да около, расскажите Люсинде правду.

– О чем Вы говорите? Кто Вы, чтобы говорить нам это? – возмутилась мама, ее глаза были устремлены на Гарри, которого это ничуть не смутило. Ничуть.

– Я был бы очень осторожен на Вашем месте, миссис Маккензи, – предупредил Гарри с бесстыдной улыбкой, от которой люди теряют самообладание. – Никогда не знаешь, с кем имеешь дело. Особенно, если это дьявол.

– Мама, пожалуйста, не спорь, – я пробормотала, но это скорее было похоже на мольбу. Но мама только продолжила.

– Кто этот мужчина, Люсинда? Кто ты ему? Он твой парень? – парень? Какого черта? Мам, просто заткнись!

– Я же говорю: он просто мой друг, – я подчеркнула, устав объяснять наши с Гарри отношения. Я уверена, она не поверит, даже если скажу правду.

Она неуверенно посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на абсолютно спокойного Гарри.

– Кто Вы? Почему мы здесь? Вы похитили и Люсинду тоже? Она должна быть в заключении сейчас, – при упоминании заключения, я разозлилась. Заключение? Меня отправили в психушку за то, что я кричала слишком громко!

– Вы были слепы все время или знали, что меня отправили в психушку? Знали? – когда она мгновенно не ответила, я поморщилась, посмотрев на маму. – Ты знала? – я повторила более требовательно, ожидая ответа.

– Что? О чем она говорит? – папа спросил ее, пытаясь смотреть на нее, но у него не получилось. Мама опустила голову, не встречаясь со мной глазами. Мои глаза увлажнились, гнев бурлил во мне, кровь кипела из-за ее медленной реакции.

– Ты знала, так ведь?

– Люси, я...

– Знала?! – закричала я, смотря на нее с ненавистью. Когда она прикусила губу, я вдруг ударила ее по щеке. – Сука! Ты знала обо всем? Я твоя дочь, господи боже мой! – я проклинала ее за идиотство и беспощадность. – Ты знаешь, как они обращались со мной? Блять! Тебе было плевать! Каково тебе было на воле, когда твою дочь держали в дурке?

Папины глаза расширились, она становились все шире от удивления, когда он слушал мою речь.

– Все это – правда? – он тихо спросил, очевидно, сама суть казалась ему ложной и абсурдной. Мама принялась плакать, яростно. Да, это было бешенство и чистая ярость.

Слезы злости текли по ее раскрасневшимся щекам, губы дрожали.

– Я не знала, что случилось с тобой, полицейские сказали, что ты не виновна и нуждаешься в помощи. Я просто пыталась помочь тебе. Вылечить твои ментальные болезни, избавиться от демонов в твоей голове. Но нет, ты хочешь, чтобы я выглядела, как плохой парень! Но нет, дорогая! Я лишь хотела помочь твоей голове. Отправлять тебя в дурку – этого я хотела меньше всего!

– Закройте свой рот! – отрезал Гарри, затыкая мою мать. – Вы и правда думаете, что мы поверим в эту херню? Что мы вчера родились? Ну, вы думали неверно и обманывали всех вокруг, говоря, что Люсинда – ваша дочь. Но меня вы не обманете! – из-за этого папа отреагировал резким поворотом головы к Гарри.

– В смысле Люсинда не наша дочь? Ты сумасшедший ублюдок, который пытается все смешать!

Видимо, Гарри было не до вопросов, поэтому он сфокусировался на моей маме. Слишком яростный, чтобы заметить моего отца. Почему он зол, если он не имеет на это право?

Поместив руку на его плечо, я придвинулась к нему и прошептала:

– О чем ты говоришь, Гарри? – он погладил мой большой палец, затем осторожно убрав мою руку. Повернувшись к родителям вновь, он насупился.

– Почему бы вам просто не рассказать Люсинде правду, которую вы скрываете даже от самих себя?
– Смотри сюда, ублюдок! Я не знаю, что заставило тебя быть против меня, но мне плевать на тебя. Люсинда – моя дочь, моя плоть и кровь, – горячо защищался папа. Презрительная усмешка украсила лицо Гарри, который выглядел глубоко разочарованным из-за слов отца.
– Вы уверены? Почему бы не спросить Вашу жену? Я не сомневаюсь, она знает Кита Тюдора.
При упоминании этого имени глаза мамы расширились и сверкнули. Дерзкая и довольная ухмылка появилась на ее лице, я даже не представляла, что она может так улыбаться.
– О, я вижу, что ты пытаешься сделать, – Гарри, должно быть ощущающий ее притворство, рассмеялся, и это смутило мою мать.
– Пожалуйста, только не притворяйтесь, мы видим правду сквозь Вашу ложь.
– Милая, о чем он говорит? Кто такой Кит Тюдор? – спросил папа нетерпеливо, явно недовольный тем, что его игнорируют.
– Я не знаю, кто этот мужчина! Что бы этот парень ни делал здесь, не верь ему! Он пытается разрушить семью! Это твоих рук дело, Люсинда? Это то, чего ты хочешь? – без сожаления, я дала ей пощечину снова.

___________

нежданчик, неправда ли? :) Кстати, жаль, что Люсинда сказала, что не любит Гарри :(