Глава пятьдесят девятая
Мы оба уставились друг на друга на несколько секунд, пока он не начал приближаться ко мне. Его лицо выражало жестокость, а пытливого взгляда хватило бы, чтобы проделать две большие дыры на моем лице. От страха я уронила телефон, который с тупым коротким стуком приземлился на кофейный столик.
– Встань, – прошипел он, но я не послушалась. – Я сказал, встань! – он зарычал, я вздрогнула, когда он потянул меня вверх за мою рубашку, воротник начал душить меня. Гарри грубо отбросил меня в сторону, лицо встретилось с полом. Я застонала от боли, прикасаясь к щеке, чтобы проверить, кровоточит она или просто болит. Звуки шагов ненадолго исчезли.
Вдруг меня подняли, я думала, это был Гарри, но вместо него я увидела Найла. Обеспокоенность была в его глазах, я, конечно же, знала, почему.
– Поднимись наверх, Люсинда, сейчас же, – он прошептал, давая мне костыль, и я понеслась без сомнений по лестнице. В ту секунду, когда я услышала крик Гарри, интересующегося, где я, я уже забегала в комнату, где спала, адреналин носился по моему телу.
Я захлопнула дверь и закрыла ее на ключ, делая шаг назад, ведь Гарри продолжил кричать внизу. Биение сердца учащалось с каждой секундой. Я не должна была использовать телефон. Не должна была. Я подпрыгнула воздухе от неожиданности, когда услышала, как что-то разбилось внизу. Что это было?
Тишина вновь воцарилась в доме, можно было слышать, как падает булавка. Я попыталась восстановить дыхание, пока стояла и смотрела на дверь, испуганная, что Гарри вскоре придет и выломает ее. Глухая тишина не помогала успокоить мои нервы, становилось только хуже.
– Кто дал тебе использовать телефон Хорана?
Я застыла в изумлении, резко повернув голову, он стоял прямо напротив меня. Он был здесь все это время? Н-но как? Я шумно сглотнула, когда он мучительно медленно шел ко мне, сокращая дистанцию между нами. Мои губы раскрывались и смыкались несколько раз, я не могла сказать ни слова.
– Давай я повторю опять, – он пробормотал, его фигура возвышалась надо мной. Я отступила, моя спина соприкоснулась с закрытой дверью. – Кто дал тебе использовать телефон Хорана?
– Н-никто.
– Врунья.
Челюсть отвисла, как только я заметила в его правой руке черный хлыст. Я знала, это невозможно, но он словно был в огне. Я видела его не в первый раз, во рту стало сухо только при виде его. Хлыст дьявола.
– Скажи мне правду, Люсинда. Кто сказал тебе? Это была Грэйс? – я потрясла головой, громко вздыхая, когда он ударил меня в левое бедро. Я громко прошипела, ногу чертовски жгло, особенно когда языки пламени коснулись кожи. – Отвечай мне!
– Н-нет, она не делала этого. Я дошла до этого сама, – пробормотала я, и он сжал челюсть и схватил мои руки, потянул за собой. – П-пожалуйста, прости! – сказала я, всхлипывая, боясь, что он вновь огреет меня хлыстом.
– Кому ты звонила?
– Н-никому.
– Прекрати мне врать!
Я завыла, пока он кричал мне в ухо, волосы прилипли к лицу, потому что оно было мокрым от слез, которые продолжали скользить по скулам. Я чувствовала, как его черные глаза смотрят на меня, а нос шевелится от злости, пока я корчилась под ним. – Кому ты звонила?
– Своей маме, – я выговорила, сдаваясь, рыдая лишь сильнее. Какой смысл таить это от него? – Я-я пыталась поговорить с ней, но изменила решение. Я бросила трубку до того, как начала говорить. Она бы, в любом случае, не помогла мне, – я подняла взгляд прямо к его глазам, хватка вокруг моей талии ослабла. – П-пожалуйста, не причиняй мне боль. Я устала от того, что каждый делает это со мной.
Мы смотрели друг на друга несколько минут, чернота исчезла из его глаз, они стали зеленого цвета.
– Ш-ш, не плач, Люсинда, – он убрал руки от моей талии и положил их на мои щеки, стирая мои слезы. Его шершавые пальцы были на моей коже, убирали волосы с лица. Гарри подался вниз и оставил поцелуи на моей шее, заставляя мурашки вновь появиться.
Я хватала ртом воздух, сдвигаясь, когда его язык лизал кожу возле моего уха. Когда я едва коснулась рукой его лица, он посмотрел на меня и провел языком по своим губам, закрывая глаза.
– Я не могу обещать, что не причиню тебе боль, если ты забыла, милая, кто я такой и что могу.
Я посмотрела на него, когда он отошел.
– У меня есть дела, оставайся здесь, – он сказал, переводя взгляд на меня. – Ты ничего не будешь трогать, милая, если знаешь, что хорошо для тебя. Я не хочу наказывать тебя вновь, в следующий раз все будет хуже.
Больше не сказав ни слова, он ушел из комнаты. Я села, пялясь на дверь, в которую он только что вышел. Что только что произошло? Вздыхая, я сдвинулась, шипя, дотрагиваясь до больного бедра. Это вызвало у меня слезы, я посмотрела на него, на черные и синие пятна, открытая рана кровоточила. Это ужасно.
Что я сделала, чтобы заслужить такую жизнь?
Плача, я смотрела за окно, где снег падал на землю. Услышав, что дверь открылась, я повернула голову в ту сторону. Это была Грэйс. В ее руках был поднос, на котором был лед, небольшая коробочка и полотенца.
– Не беспокойся, Гарри покинул дом минуту назад, – она пробормотала и прошла ко мне. Я тихо смотрела, как она поставила поднос, села возле меня. – Могу я посмотреть? – она спросила, зная, что я понимаю, о чем она. Я убрала простыню и показала ей рану. – Оу, – она съежилась и поместила лед в полотенце, а потом дала его мне. – Положи это на рану. Я скоро вернусь.
Грэйс ушла, я поместила полотенце со льдом на бок, который горел. Тихо шипя, я не убрала полотенце. Она вскоре вернулась с небольшой бутылочкой и стаканом воды. – Это болеутоляющее. Выпей, и, когда мы нанесем бинт на рану, сильно болеть не будет. – Бинт?
Открыв небольшую коробочку, я посмотрела на бинт и всякие приспособления для оказания первой помощи. Протягивая мне таблетки и стакан, она предложила выпить их прямо сейчас. Я сделала это без возражений, пока она готовила бинт для меня, ожидая, что боль утихнет от этого всего.
Мои веки тяжелели, пока я не провалилась в сон, а Грэйс обрабатывала рану и перебинтовывала ее.
____________
та-даам! месяц почти не было продолжения, ужас какой. извините, у меня были олимпиады и важные дела! кстати, по поводу глаз Люсинды. автор вдруг решила заменить их на другой цвет, не удивляйтесь:)