Падающая звезда
13 лет назад...
– Мам, лучше не смотри телевизор, – Стэфани вдруг выхватила пульт у матери, когда та хотела отдохнуть за просмотром какого–нибудь кино после еще одного тяжелого дня. – Пойдем пообедаем? Или книжку почитаем.
Шарлотта пыталась забрать пульт, но безуспешно. Старшая дочь категорически отказывалась его отдавать, убегая и что-то невнятно бормоча.
Жутко видеть, как дети взрослеют раньше, чем это должно происходить.
– Стэф! Что ты делаешь?! Верни!
Все–таки догнав свою дочь, Шарлотта включила телевизор, который сразу, будто бы специально, показал новостной канал:
"Бенджамин Бэйкер, наследник компании "БиКей" и сын Дэвиса Бэйкера, был замечен на выходе из отеля в компании рыжеволосой женщины. Источники сообщают, что предполагаемую избранницу блудного наследника зовут Луиза..."
Шарлотта знала о том, что ее супруг был далеко не верным ей, но всегда таила какую–то надежду на то, что брак можно было спасти. В какие–то дни Бэн вел себя, как примерный семьянин, который любил свою жену и детей, которых она ему подарила, а в какие–то, как самый настоящий подонок. Жизнь с Бэйкером больше походила на чертовы американские горки, от которых женщину тошнило до чертиков.
Но супруга терпела, потому что хотела одного – полную семью для своих детей.
– Вы теперь с папой разведетесь...
Стэф разрыдалась прямо на месте, словно вся вина за происходящее лежала на ней. Это было ужасное ощущение — когда дети начинают верить, что проблемы взрослых произошли из-за них. Шарлотта замерла, не зная, как утешить дочь, чтобы она перестала плакать. Слова «Все будет хорошо» звучали бы слишком пусто, ведь на самом деле ничего не было хорошо. В голове вертелась одна мысль: хотелось исчезнуть, скрыться, чтобы никто не нашел.
Когда все пошло не так?
Наверное, тогда, когда Шарлотта не выиграла золотую медаль на Олимпиаде, так и не осуществив свою детскую мечту. Одни из самых обидных мест на соревнованиях — второе и четвертое.
Жизнь не сводится к поражениям, но порой они вонзаются так глубоко, что начинаешь чувствовать: без них жить невозможно. Эти неудачи становятся чем-то вроде баланса, не давая жизни быть идеальной сказкой.
– Поиграй с Луа, милая, мне нужно в магазин. Я скоро вернусь.
Самый глупый ответ, который только можно было придумать, вырвался из уст Шарлотты, обращённый к своей старшей дочери. Женщина поцеловала Стэф в лоб и, как ошпаренная, выбежала из особняка, который Дэвис Бэйкер подарил им на свадьбу.
Иронично, но дождь скрывал слезы, делая их совершенно незаметными. Шарлотта выбежала в тапочках и домашней одежде, забыв взять зонтик. В доме было душно, ей не хватало воздуха. Она знала, что все это время держат её дети, но настал момент, когда она начала терять контроль и постепенно сходить с ума.
Сев в свой Bugatti, она рванула прочь, даже не пристегнувшись. В голове крутились мысли, но первой была одна: «Чего я, собственно, ожидала?»
Шарлотта никогда не была склонна к сентиментальности, но когда родилась Стэф, ее восприятие мира изменилось. Став матерью, она из девушки, не замечавшей ничего вокруг, превратилась в женщину, которая теперь обращала внимание на каждую деталь. И многое в этом мире теперь могло ранить её.
Не заметив впереди машину, она врезалась в неё.
– Черт.
Водители вышли оценить аварию. День не мог быть еще хуже. Казалось, что для полного "счастья" не хватало только свалившегося на голову рояля.
– Можно я просто переведу вам деньги? У меня не самый лучший день, — быстро пробормотала Шарлотта, даже не взглянув на того, кто стоял перед ней. – Могу дать деньги на новую машину, если нужно, но мне правда не хочется здесь стоять.
Только спустя несколько секунд Шарлотта подняла голову и наконец-то взглянула на того, в чью машину она врезалась. Молодой, высокий и худощавый, с загорелой кожей, он явно был немного ошеломлён её словами. Поправив свои мокрые от дождя темно-каштановые волосы, он улыбнулся, обнажив ровные зубы в доброй и даже немного удивленной улыбке.
Незнакомец был явно младше Шарлотты на лет десять. Наклейка на машине логотипа Вашингтонского университета только это и доказывало.
– Можете ехать.
– Что? – удивленно произнесла миссис Бэйкер, уже копаясь в сумке в поисках кошелька, чтобы выписать чек на круглую сумму. Она оставила небольшую вмятину в машине незнакомца, но, несмотря на это, ДТП есть ДТП.
– Это не моя машина.
Десять секунд полного молчания. Сначала женщина подумала, что ей это послышалось, ведь капли дождя, будто со всей мощи ударялись об асфальт.
– Что?
– Машина друга. Скажу, что это не я. На этом пикапе катаются еще человек семь. Все нормально.
Шарлотта всю жизнь была такой же безразличной. Брак давался ей тяжело, потому что он заставлял её переживать слишком много эмоций, и, как правило, это были далеко не приятные чувства. Будь она моложе и на месте этого парня, она, вероятно, ответила бы точно так же.
Парень снял свою джинсовую куртку и накинул её на Шарлотту.
– Советую Вам одеваться по погоде. Всего доброго.
– Молодой человек, заберите, – женщина сразу же сняла куртку и протянула ее парню. – И скажите сумму, которая Вам нужна.
Незнакомец ухмыльнулся. Еще раз взглянув на вмятину, а потом снова на Шарлотту, вновь накинул куртку на женщину.
– Меня зовут Йен, – посмотрел на ее розовые тапочки. – Надеюсь, что мы с Вами еще встретимся.
За несколько минут Йен превратил ад в рай. Полумертвые бабочки в животе начали постепенно оживать, начиная метаться с одной стороны на другую, и возвращая давно забытое чувство легкости и тепла.
***
через неделю...
– Что за дешевка? – Бэн с отвращением поднял джинсовую куртку, лежавшую на стуле, когда вошел в спальню, в которой, как предполагалось, он должен был спать с женой. Однако вскоре эта комната полностью отошла Шарлотте. Бэнджамин стал спать в гостевой или совсем не появляться дома. – Ты что, совсем без денег осталась? Почему не говоришь? Ты ведь знаешь, что можешь в любое время написать моему бухгалтеру.
Женщина схватила куртку и встряхнула ее. Целую неделю она укрывалась ею, когда ей были нужны объятия. В этой старой вещи миссис Бэйкер находила то утешение, о котором всегда мечтала.
– Зачем ты пришел? – Шарлотта не могла спокойно вести диалог со своим мужем, ведь огромная обида терзала ее сердце.
Они с Бэном говорили довольно редко, да и виделись только на школьных собраниях Стэфани. Все остальное время мужчина предпочитал проводить в компании другой женщины, которая, по его мнению, понимала его лучше всех.
– Сегодня у нас годовщина, – произнес он с иронией. – Не каждый день отмечаешь десятилетие с супругой. Думаю, нам стоит это как-то отпраздновать.
На самом деле, его на это вынудил Дэвис Бэйкер. Сам Бэн никогда бы не сделал такого шага по отношению к своей жене. Мистер Бэйкер всеми силами пытался спасти брак своего сына, но никак не осознавал, что он разрушил его еще на самом старте.
– Что отмечать, Бэнджамин? – с усмешкой спросила Шарлотта. – Наш фиктивный брак? Или, как ты привык называть, династийный? – накинула на себя куртку, сама не поняв зачем. – Зачем эти формальности?
Бэн устал от того, что его супруга всегда чем-то недовольна. Он не был эгоистом и хорошо понимал, что ей, как и ему, тяжело в этом браке. Но мужчина смирился с тем, что ничего уже не изменить, и перестал пытаться сбежать или скрыться. Его измены больше не были секретом.
– Раз у нас не вышла любовь, я бы хотел построить с тобой дружеские отношения. Наверное, это самый разумный шаг, учитывая, что у нас с тобой дети. Мы с тобой в ловушке, о которой оба знали. Последствия этой глупости мы теперь будем проносить до самой смерти.
Страшно слышать такие слова от человека, с которым ты не только делила постель, но и которого когда-то любила. Женщина почувствовала себя настоящей неудачницей: ей не удалось осуществить ни одну из своих мечт – она не выиграла Олимпийские игры, хотя принимала в них участие, не создала счастливую семью, хотя вышла замуж и родила детей.
– Сегодня ты со мной, а завтра опять пойдешь к ней.
Бэн уверенно кивнул, не отрывая взгляда от Шарлотты. Если бы он мог выбрать, он бы и не возвращался домой. Ему было спокойно и уютно в объятиях другой женщины.
– Для меня нет никого важнее Луизы. Ты сама знаешь это.
– Она не рожала тебе двоих детей, – кто-то явно был не в настроении. Наверное, уже лет десять. – Вместо того чтобы ходить налево и позорить меня и нашу семью, ты мог бы сосредоточиться на мне и девочках. Ты знал, что Стэфани плачет по ночам, потому что боится, что мы разведемся?
Бэн прекрасно осознавал, что все в его семье ждали, когда он "одумается", но ему было трудно делать то, чего он не хотел. Все эти десять лет мужчина метался между чувством семейного долга и собственными желаниями. Он хотел жить беззаботно, наслаждаться каждым моментом. После долгих внутренних раздумий он понял, что не может продолжать жить чужой жизнью.
– Ты знала, что мы в ловушке с самого начала. Ты даже пыталась меня переубедить. Если бы ты сказала "нет" под алтарем, ничего бы не было. То, что ты хотела любви от человека, у которого на сердце всегда была другая, – это не мои проблемы.
В словах Бэна была правда, ведь в их браке виноват был не только он. Шарлотта знала за кого выходила замуж.
– Первые годы ты хотя бы пытался все разрешить. Сейчас же совершенно исчез из моей жизни. Что в этой Луизе есть такое, чего нет во мне?
– В ней все то, что мне нужно.
Бэн не умел врать. Он всегда говорил то, что думал. За это его и любили люди – за свою детскую наивность и прямоту. С возрастом, правда, такие качества стали восприниматься не совсем благосклонно.
Шарлотта, услышав эти слова, вышла из комнаты и направилась к выходу. Хорошо, что Стэфани была в школе, а Луа гостила у Бэйкеров.
– Ты куда? – побежал за ней Бэнджамин. – Сними уже эту джинсовую куртку. Что же подумают люди? Если хочешь прогуляться, то у тебя шкаф полон хорошей одежды.
– Как же мне надоело быть в этой клетке! Я тоже хочу, как ты, не думать ни о ком. Хочу жить для себя.
Мужчина остановился, больше не пытаясь идти за женой, понимая, что это было бы лишним. Дома они могли кричать друг на друга, но на улице все было иначе: здесь тебя могли осудить и оскорбить за любой неверный шаг.
Бэна нельзя было ненавидеть, но он далеко не всем нравился.
Шарлотта, сев в машину, быстро завела двигатель и рванула вперед. За рулем она чувствовала себя свободнее, чем дома. Включив громкую музыку, она мчалась с бешеной скоростью, покидая Медину.
– Вашингтонский университет, – вдруг вслух сказала она.
Сама себя не до конца поняв, она забила в навигаторе университет и поехала по набранному маршруту. Никто никогда бы не мог подумать, что настолько сдержанная женщина могла стать такой импульсивной. Ей хотелось скрыться от мира, чтобы ни одна душа не могла ее найти.
Через несколько минут она прибыла в нужный ей адрес. Слегка испугавшись большого количества студентов, Шарлотта вышла из машины, припарковав ее возле главного корпуса. Несколько студентов посмотрели на нее с неким подозрением, но многие, зачастую, посчитали ее профессором. Хотя ее молодежная джинсовая куртка в сочетании с туфлями от Versace немного выделяли ее среди остальных.
Охрана, которая бродила по университету, ничего не говорила женщине, хотя было видно, что миссис Бэйкер совершенно не понимала и не знала, куда шла. Бешенный поток студентов задавал направление ее шага.
Каким–то образом дойдя до места, где студенты отдыхали, занимались своими делами, она остановилась, ведь увидела его...
Высокий парень стоял с друзьями, среди которых были и девушки, и что-то оживленно обсуждал, смеясь. Шарлотта, наблюдая за всем этим, вдруг поняла, что целую неделю выдумывала что-то в своей голове. Как такой молодой и привлекательный парень мог бы обратить внимание на тридцатилетнюю женщину с двумя детьми?
У Йена даже жизнь толком и не началась. Сейчас он беззаботно прохлаждался с друзьями, не понимая, что после университета совершенно другая рутина. Ему незачем эта маета, в которой жила Шарлотта.
Развернувшись, она мысленно поругала себя за мысли, которые допустила. Подумать же о таком страшно: молодой студент влюблен в уже взрослую женщину?
Ее решение уйти было прервано прикосновением Йена сзади. Она замерла на месте, чувствуя, как он легко положил руку на ее плечо.
– Вот и встретились, – сказал Йен, его глаза сияли искренностью, и он был рад встрече с женщиной. Шарлотта почувствовала, как его теплое дыхание коснулось ее шеи, и невольно вздрогнула от нежности, которую испытала. Она не могла повернуться и посмотреть на него, но его легкое прикосновение и голос заставили ее остановиться. – Не думал, что мои вещи будут так хорошо смотреться на девушке. Вы старше меня, но вашей фигуре могли бы позавидовать многие из моих ровесниц.
Все–таки обернувшись, женщина встретилась с ним взглядом. Она внимательно рассматривала парня (потому что под дождем его было не так удобно разглядеть) и заметила, что на его губах появилась широкая сияющая улыбка. Ее сердце забилось чаще от такого зрелища.
Бросив взгляд на девушек, с которыми он буквально только что стоял, Шарлотта недоверчиво посмотрела на Йена. Они были, мягко говоря, в лучшей форме, чем тридцатилетняя мать двоих детей.
Друзья, кстати, внимательно смотрели в их сторону, перешептываясь.
– Только не говорите, что Вы профессор в нашем университете.
– Ой, нет–нет, – сразу ответила женщина, посмеявшись от того, в какую неловкую ситуацию попала. – Я хотела вернуть куртку. Вы не дали свои контакты, поэтому пришлось приехать, – не пришлось, а было просто необходимо. – Увидела наклейку на Вашей машине еще тогда и приехала.
Йен понимал, что женщина врала, но не стал ломать комедию.
– Вы не проголодались? Можно я Вас угощу за то, что Вы преодолели такой путь? Как Вас, кстати, зовут?
– Шарлотта, – сняла с себя куртку. – Не думаю, что смогу ждать, пока у Вас закончатся занятия. В другой раз. У меня дела.
Никаких дел.
– Пойдемте, – проигнорировал, когда женщина протянула ему куртку. – Все равно хотел прогулять микроэкономику. Самый нелюбимый предмет.
Йен, как ни в чем не бывало, направился к ближайшему кафетерию, а Шарлотта, не понимая, что вообще происходит, неуверенно пошла за ним. Со стороны казалось, что миссис Бэйкер — неуверенная студентка, которую пригласил на прогулку старшекурсник.
Если разобраться, женщина никогда по-настоящему не влюблялась. Она никогда не чувствовала того приятного трепета и легкости, когда смотришь на любимого человека. Все в ее жизни было четко распланировано, и у нее не было времени испытать такое сильное чувство, как любовь.
Любовь к Бэнджамину была недоразумением, результатом определенных обстоятельств. По крайней мере, она поняла это в тот момент, когда встретилась с Йеном.
– Мы можем начать говорить неформально, Чарли? – они сели за стол, взяв чай и чизкейки.
Шарлотта чуть не подавилась напитком, только поднеся его ко рту.
– Меня так называет только младший брат, – вытерла рот салфеткой, которую ей протянул парень. – Можно, Йен. На каком ты факультете и курсе?
– Маркетинг и реклама, третий курс. А ты, Чарли, скорее всего, жена Бэнджамина Бэйкера?
Шарлотта не была удивлена, но немного замешкалась после этого вопроса. Не то чтобы она скрывала свой брак, но ей совершенно не хотелось обсуждать своего супруга с Йеном.
– Жаль, что люди меня знают только, как его жену.
– Почему же? Ты серебряная медалистка Олимпийских игр. Моя бабушка болела за тебя. Жаль, что я тогда был совсем щеглом.
– А что–то бы изменилось?
– Я бы не отдал тебя этому подонку.
А сейчас Шарлотта точно подавилась, но уже десертом. Посмотрев на совершенно спокойного и знающего, что говорил, Йена, женщина вопросительно посмотрела на него. Когда люди говорили прямолинейно и бестактно, это одновременно привлекало и отпугивало.
– Не думаю, что мы с тобой близки, чтобы обсуждать мою семью. Если ты не хочешь обратно брать свою куртку, то думаю, что пора прекратить эту посиделку, – хотела встать, но Йен остановил ее, взяв за руку.
В эти несколько секунд, когда он прикоснулся к ней, Шарлотта впервые что-то почувствовала за весь день. Ее жизнь, как будто разделилась на "до" и "после", словно все, что было "до", оказалось ложью. Это выдумал какой-то сумасшедший, а теперь ее жизнь взял в свои руки настоящий творец, художник.
– Прости. Пожалуйста, останься, – он не жалел о сказанных слов, но парень правда не хотел, чтобы Шарлотта уходила.
Мы встречаем множество людей за всю свою жизнь, но немногие из них оставляют на нас какой-то значительный след. А потом, как ни странно, появляется кто-то, кто меняет все наше восприятие мира. Мы начинаем просыпаться с другим настроением, больше не тянет оставаться в постели целый день, поглощенные рутиной, которая забирает всю радость. Мы начинаем чувствовать желание жить, просыпаться каждое утро, наполняясь вдохновением и радостью от жизни.
***
спустя некоторое время...
– Студент? – Дэвис переспросил у своего работника, который следил за Шарлоттой последний месяц. Встав со стола, он подошел к окну, бросив взгляд на бывший "Олдайн корпорэйшн". – Я знал, что Шарлотта рано или поздно заведет любовника, но студент... Это уже слишком.
Дэвис Бэйкер был пропитан исключительным чувством собственной важности и роскоши (по его мнению), презирая всех, кто стоял ниже него на социальной лестнице. Некоторые свидетели отмечали, как он тщательно вытирает ладони салфеткой после рукопожатия с обычным человеком. Он считал сохранение семейных ценностей своим главным приоритетом, особенно чистоту происхождения, которую, по его убеждениям, можно было измерить исключительно количеством денег на его банковском счете.
– К тому же они не просто спят друг с другом, а испытывают глубокие чувства. Это не временное влечение.
Работник наблюдал, как Йен ухаживал за миссис Бэйкер: дарил ей цветы и готовил ужин в университетской общаге, куда Шарлотта стала заглядывать все чаще. Их роман напоминал подростковый сериал, который с увлечением смотрели школьницы.
– Хорошо, что он студент, – неожиданно сказал Дэвис. – У молодежи психика послабже, что тут скажешь. Разберись с ним, – Бэйкер передал работнику конверт, в котором лежали крупные деньги. Очень крупные. – Договорись с Лигой плюща. Я посмотрел успеваемость парня, учится он неплохо. Отправь его в Дартмут или в Браун. Чем дальше от Сиэтла, тем лучше.
Безжалостность и уверенность в своей правоте затмевали разум Дэвиса Бэйкера старшего. Он уже несколько лет боролся с романом Бэна и Луизы, не желая допустить, чтобы эта интрига разрушила его семью. Общество уже давно знало, что брак Бэнджамина и Шарлотты на грани распада. Если же станут известны измены миссис Бэйкер, то слухам и газетным статьям не будет конца.
– Вы уверены, что он согласится? – с тревогой спросил мужчина перед тем, как взять конверт. – Луизе несколько лет назад мы предлагали то же самое.
Любовница Бэна не была готова обменять свои чувства на деньги. За годы ей предлагали массу материальных благ, от квартиры в Нью-Йорке до виллы на Карибах, но она все отвергала. Она пережила множество оскорблений и унижений ради своей любви. Это было ее настоящим безумием. Наконец, мистер Бэйкер дал согласие на роман с ее сыном, но поставил одно условие –Луиза не должна забеременеть.
– Она сама уйдет, – сказал Дэвис, взяв со стола трубку для курения табака и затянувшись. – У каждой женщины рано или поздно появляется желание стать матерью. После того как Бэн перестал скрывать свой роман с Луизой, она получила клеймо. Ты не заметил, что наша дорогая рыжая бестия больше не "светится"? – для успешного бизнесмена важно хорошо разбираться в людях. – Женщины все терпят, когда любят. Но вскоре туман в их голове рассеивается, и они начинают понимать, что не заслужили такой жизни. А для мужчин, к сожалению, преград не существуют. Поэтому лучше сразу избавиться от этого Йена.
– А если он не согласится? – повторил свой вопрос работник.
– У него мама болеет, – намекнул мистер Бэйкер, указав пальцем на досье, составленное о Йене. – Надави.
***
– Если вы думаете, что сможете убедить меня уехать отсюда, то боюсь, разочарую вас, – сказал Йен, когда трое мужчин в смокингах окружили его, возвращавшегося с учебы в общежитие. Выкинув конверт с деньгами на землю, не заглянув в него, он пронзительно посмотрел на приспешников мистера Бэйкера. – Я не променяю Чарли ни на что, что вы сможете мне предложить.
Любви все возрасты покорны – да, но жаль, что общественность этого не поймет.
– Мистер Гибсон, вы крутите роман с женой наследника крупной бизнес-корпорации "БиКей". Ваши действия могут обернуться против миссис Бэйкер, – строго заявил мужчина, которому поручил это Дэвис. – Мы не можем допустить, чтобы вы разрушили репутацию семьи.
– А сам этот наследник не рушит репутацию семьи? – Йен никогда не старался подбирать слова. Когда он злился, говорил прямо. – Не вам решать за Чарли. Разберитесь с наследником, а потом уже можем поговорить.
Парень хотел пройти, но мужчины преградили путь.
– У вашей мамы онкология, – произнес один из мужчин, и Йен замер на месте. Он знал, что Бэйкер успел накопать о нем многое, но чтобы даже о болезни матери... – Мы предлагаем вам помощь взамен. Вы уезжаете в Род-Айленд, где вас уже зачислили в Браун, а мы оплачиваем лечение вашей матери в Южной Корее. Мы отправили ее медицинскую карту нашим знакомым специалистам в Корее. Они уверены, что ее можно спасти, если начать лечение прямо сейчас.
Шантаж.
Йен застыл на месте. Никому, даже Шарлотте, он не рассказывал о болезни матери. Вместе с младшими братьями он подрабатывал на нескольких работах, чтобы оплачивать лечение в частной больнице Сиэтла. Однако, несмотря на все усилия, за полгода дорогостоящая терапия не принесла никаких результатов.
– Вы можете спасти жизнь женщине, которая Вас родила, если оставите женщину, которая Вам никогда не родит. Всего доброго, мистер Гибсон. Завтра мы Вам позвоним.
Парень еще несколько минут не мог пошевелиться, хотя мужчины уже давным-давно уехали.
Возможно, если бы Шарлотта знала о состоянии здоровья миссис Гибсон, то, несомненно, предложила бы финансовую помощь для лечения. Но Йен искренне верил, что пришел в жизнь Чарли как герой и защитник, поэтому не хотел втягивать ее в свои проблемы.
Вернувшись в общежитие, он застал Шарлотту, сладко спящую на его кровати. Она даже не проснулась, хотя Йен уже успел вернуться с занятий. Его друзья, вероятно, считали его странным – такой популярный среди девушек парень почему-то выбрал Чарли.
Говорить о том, что он нашел в ней то, чего не видел ни в ком другом, звучало бы банально. Но это всегда так: когда мы влюбляемся, нам кажется, что этот человек уникален, "тот самый", не похожий на остальных.
– Ты пришел, – сонно произнесла Шарлотта, улыбнувшись по-детски искренне. Йен лег рядом, нежно обнял ее и поцеловал в лоб. – Мне приснилось, что мы с тобой поссорились, – продолжила она, прижавшись к нему. – Хорошо, что это был всего лишь сон. Я не представляю свою жизнь без тебя.
Парень прижал к себе женщину, гладя ее по волосам, вдыхая любимый аромат ее шампуня.
– Знаешь, иногда я мечтаю о нашей свадьбе и семье, – голос Йена предательски дрогнул, и Шарлотта мгновенно встрепенулась, насторожившись. – Но понимаю, что этого никогда не будет, – добавил он, опустив взгляд, словно боясь встретиться с ее глазами.
– Не говори так, – тихо, но уверенно произнесла Шарлотта, глядя ему прямо в глаза. – Только Бог знает, что будет завтра. И только Он знает, как сильно я тебя люблю, – она коснулась его щеки, пытаясь вернуть уверенность. – Именно поэтому не переживай. Бог всегда благосклонен к влюбленным. Он не позволит нас разлучить.
– И замужем ты тоже по воле Божьей?
Тишина. Шарлотта встала с кровати, накинув на себя халат.
– Прости, я не хотел обидеть тебя.
***
через неделю...
– Я НЕНАВИЖУ ВАС ВСЕХ!
Сегодня ночью Йен Гибсон покинул Сиэтл. Он никому ничего не сказал, не предупредил о своем переезде. Близкие друзья понятия не имели, почему Гибсон отстутствовал на лекции по теории финансов. Чуть позже, наверное, в конце дня, они узнают, что Йен теперь студент Лиги плюща.
– ПОЧЕМУ ВЫ ОТНЯЛИ ЕДИНСТВЕННОЕ, ЧТО ДЕЛАЛО МЕНЯ СЧАСТЛИВОЙ?!
Пентхаус мистера Бэйкера стал местом, где звезда мирового спорта полностью иссякла. Страшно было наблюдать, как человек, который контролировал все, медленно разрушался внутри. В глазах Шарлотты не было никаких спектров жизни.
Женщина беспокойно ходила из стороны в сторону, стремясь успокоиться, но у нее ничего не получалось. Лорейн присутствовала рядом, но не пыталась утешить свою невестку, поскольку она сама испытывала к ней сострадание. У Бэна сжималось сердце от происходящего. Хотя он никогда не испытывал любви к Шарлотте, он всегда питал к ней теплые и дружеские чувства. Он беспокоился о ней и благодарил за все, что она сделала для него и их детей.
– Честь семьи, милая, – со своим коронным равнодушием сказал Дэвис, попивая кружку чая. – Я всего лишь исполнил свой долг перед семьей.
– ЧТО ВЫ НЕСЕТЕ?! – Шарлотта не могла не кричать. В голосе ее были злость и боль. – ПРО КАКУЮ ЧЕСТЬ СЕМЬИ ВЫ ГОВОРИТЕ?!
– Вместо того, чтобы заниматься своими детьми, ты развратничала со студентом! – мистер Бэйкер подчеркнул последнее слово. – Если общественность узнала бы об этом... Это позор! Настоящий позор! Ты вообще голову потеряла, Шарлотта?!
– Это вы её потеряли! Я всегда уважала вас. Любила вас, как родного отца. Считала, что вы понимаете меня лучше всех в этой проклятой семье, но нет! Вы просто ужасный человек.
Мистер Бэйкер не был затронут её словами, ведь он твердо стоял на своем. Эта черта характера, возможно, и позволила ему достичь тех высот, которые он имел сегодня.
Шарлотта медленно подошла к окну, глубоко вдыхая воздух. Прохлада касалась её кожи, и она наслаждалась прекрасным видом за окном. Сердце наполнилось спокойствием, и она решила на мгновение ощутить полет.
Родственники с тревогой пытались её остановить, но она улыбнулась им, как бы показывая свою свободу от всех привязанностей, и сделала несколько шагов назад
Затем, под светом солнца, она позволила своему телу свободно опуститься вниз, как падающая звезда, ощущая внутреннее спокойствие и гармонию в этот момент.