Глава 12
Наша четверка прогуливались в парке Сэнт-Джеймс, славившемся прекрасным видом на Букингемский дворец. Не раз я замечала, что живу в одной из самых красивейших стран, очарованию которой не сможет устоять даже самый заядлый турист. Улыбнувшись, я повернулась к Джастине, которая в последнее время была сама не своя.
- Все еще переживаешь по поводу Барри? - спросила я, рассматривая ее лицо.
- И да, и нет, - выдохнула она, - Боже, мне лишь бы зацепиться за кого-нибудь и страдать потом.
- Рядом с тобой есть человек, за которого ты можешь зацепиться и больше не страдать, - прошептала я, взяв ее за руку.
Джастина подняла голову и внимательно посмотрела на меня.
- О чем ты?
- Приглядись и увидишь про кого я говорю.
Джастина оглянулась и, нахмурившись, уставилась на Атланта и Джона, что шли рядом и разговаривали на тему вчерашнего матча.
- Ты шутишь?
- Нисколько.
- Мы же об Атланте говорим?
- У него есть Лора.
Джастина, не веря своим ушам, снова повернулась к Джону, разглядывая его так, словно он был экспонатом в музее естествознания Лондона.
- Да нет, ты шутишь, - рассмеялась затем она.
- Только не говори, что он тебе не нравится. Я видела, как ты смотришь на него и ловишь с открытом ртом каждое его слово.
Я заулыбалась, когда Джастина принялась трясти головой и щипать себя за руку, как почувствовала чью-то руку поверх моей ладони. Обернувшись, я увидела, что это был Атлант. На лице его сияла лучезарная улыбка, адресованная мне. Увидев ее, я почувствовала, как все внутри сжимается.
- Что ты лыбишься? -спросил он, приобняв меня за плечи и всучив мне в руки коробку любимого карамельного попкорна.
- Хорошее настроение, - ответила я.
- Я рад, что у тебя хорошее настроение, а то в последнее время ты вечно какая-то хмурая, хотя твоя улыбка бесподобна.
Он ущипнул меня за щечку, и я остановилась как вкопанная.
-Еще раз сделаешь так, и я прибью тебя, - сощурила глаза я.
Он фыркнул и взял меня на руки, чтобы посадить на скамейку и вытащить из моей сумки ролики.
- Я прям почувствовала себя золушкой, - усмехнулась я.
- Это единоразовая акция. Завтра такого не будет, - ухмыльнулся он, - А еще сегодня я сделаю все возможное, чтобы ты больно падала на свою огромную толстую жирную задницу.
При этих словах он туго завязал мне шнурки на левой ноге. Джон и Джастина, взявшие велосипеды,стояли рядом и ждали нас, посмеиваясь.
- Чем тебе не нравится моя задница, Макинтайр? - возмутилась я.
- Она прекрасна, - чмокнул меня в нос Атлант, закончив с моими роликами и сев рядом со мной, чтобы надеть их.
Пока он занимался собой, я принялась застегивать на себе защиту, так как собиралась в первый раз встать на коньки. Закончив, Атлант встал и протянул мне руку, загадочно улыбнувшись.
-Почему ты так странно смотришь на меня? -настороженно спросила я, взяв его за руку.
- Предвкушаю прекрасное зрелище, когда ты будешь падать, падать, падать и еще раз падать.
Атлант грациозно и профессионально закружил, а я осталась стоять и смотреть на него, чувствуя, как у меня дрожат коленки. Ну боюсь я!
- Малышка, давай. Это не так сложно, как кажется!
- И это мне говорит человек, который занимался хоккеем несколько лет.
-Только два года, прежде чем я попробовал поплавать в бассейне.
Он поманил меня руками к себе, как маленького ребенка, только начавшего учиться ходить. Осторожно поехав, я начала озираться по сторонам, что сыграло со мной злую шутку, и я упала.
Атлант взорвался диким хохотом, а я от смущения попыталась побыстрее встать, но у меня ничего не получалось. Атлант подъехал ко мне и взял меня, как маленького котенка, и поставил на ноги, схватив за руки.
- Прости, что рассмеялся, но ты была такая милая, когда упала на попу и так посмотрела на меня своими глазами! -воскликнул он, чмокнув меня в лоб, - А теперь смотри, я буду вести тебя за руки, а ты, подаваясь инерции, кататься, но при этом стараясь двигать своими ногами так, как это делаю я. Хорошо? - я кивнула головой, - Отлично, тогда отставь свою попу немного назад, наклонись корпусом чуть вперед и сделай движение, будто садишься на стул. Только не глубоко.
Я повиновалась и сделала все так, как он сказал, и тогда Атлант стал медленно двигаться, пытаясь научить меня кататься. Он сам прекрасно это делал в силу того, что когда-то занимался хоккеем. Все-таки он первое время жил в Нью-Йорке, и неудивительно то, что он некогда занимался этим видом спорта.
- Почему ты смеешься? - спросил он, улыбнувшись.
- Да просто вспомнила, каким диким ты становишься, когда смотришь хоккей.
- Ну так,-фыркнул он, - Это такая игра, наблюдая за которой трудно остаться равнодушным. Это же не игра на сцене театра.
Я больно ударила его в живот.
- Хей, что ты имеешь против моего театра?! Это дом культуры!
- А что ты имеешь против спорта, а тем более против хоккея? -улыбнулся Атлант, нависнув над мной.
- Вот именно, что я ничего плохого о хоккее не сказала, придурок! -буркнула я, отмахнувшись от него и поезжая дальше.
Вот еще! Какой наглец! Театр-это святое, не то, что его хоккей, хотя, признаюсь, это очень динамичная игра, завораживающая своей внушительностью, мощью, а игроки вообще вызывают уважение. Они постоянно сталкиваются, падают, ударяются, устраивают настоящий мордобой, а сколько нужно сил, чтобы простоять столько времени на льду! Кошмар! Снимаю перед ними шляпу. Обернувшись, чтобы осведомиться у Атланта, почему он не едет, я увидела, как он изумленно смотрит на меня.
- Что? -нахмурилась я, пожав плечами.
- Ты катаешься! - изумленно воскликнула Джастина, сев на велосипед и подъехав ко мне.
Только сейчас я поняла, что каталась без помощи Атланта. Сама. О Санта Мария, я при всей своей неуклюжести ни разу не упала и проехала большое расстояние на роликах сама! Обрадовавшись, я тут же упала.
-Можешь, когда захочешь, - улыбнулся Атлант, помогая мне встать.
Я обняла его и продолжила попытки научиться кататься на роликах.
-Как-нибудь мы пойдем с тобой на лед и покатаемся на нем, - сказал Атлант, проезжая рядом со мной.
-Там так же трудно, как и здесь? -осведомилась я.
-Нет. Там все по маслу. Ты полюбишь лед, хоть на него больно падать, - пожал плечами Атлант и спустя несколько секунд рассмеялся, - У тебя такое замешательство на лице.
Закатив глаза, я пихнула его в бок.
-Я тебе не картина в галерее, чтобы пялиться на меня.
- Уж, больно красивое у тебя личико, сладкая.
Он приятно улыбнулся мне и, завернув за меня, подтолкнул вперед.
- Когда ты познакомишь нас со своим парнем? - спросил Джон, проезжая мимо.
- Я думала пригласить всех в ресторан и вместе поужинать, - пожала плечами я, - Он вам понравится.
- Я не сомневаюсь, - подмигнула Джастина, - Расскажи, какой он?
Я блаженно вздохнула, улыбнулась и, предаваясь воспоминаниям, начала описывать его:
- Прекрасный, добрый, человечный, умеющий посочувствовать, поддерживающий в любой ситуации. Веселый, проникновенный. У него очень большое сердце.
- Сколько ему лет? - спросил Атлант с ничего не выражающим лицом.
- Двадцать три.
Атлант кивнул головой, ни разу не посмотрев на меня за это время.
- Мы будем ждать встречи с ним.
- Как дела с Лорой?
- Все отлично. После твоих слов я многое обдумал, особенное свое отношение к ней, и, знаешь, все стало еще лучше, чем было. Спасибо большое.
- Я рада за вас, - игнорируя вспышку ревности, улыбнулась я.
Взяв меня за руку и дернув к себе, он совсем не ожидал, что я влечу в него. Атлант, обхватив меня за талию, стал плавно двигать бедрами, катаясь спиной.
- Ты такая горячая! – жарко рассмеялся он.
- Ага, как твои жареные тосты.
- Нет, как большой, стальной...
- О Боже, Атлант! - воскликнула Джастина, - Даже не смей говорить это вслух!
Мы все рассмеялись и поехали наперегонки. Атлант схватил меня за руку, и мы рванули так быстро, что с меня чуть не слетел темно-коричневый шарф, аккуратно лежащий на плечах. Раздался звонок телефона, который Атлант проигнорировал, увлекая меня за собой, когда Джон стремительно проехал мимо нас. Звонок раздался второй раз, но и его Атлант проигнорировал.
- Почему ты не отвечаешь? - еле переводя дыхание, спросила его я, пытаясь не выпустить его руку.
- Потом перезвоню - отмахнулся он, но я увидела в его взгляде печаль, которая чеерез секунду сменилась напускной радостью, - Ну же, давай, вперед!
- Что-то случилось? - подозрительно спросила я, но Атлант махнул головой, выкрикнул что-то Джастине и потянул меня за руку, давая понять, что он не склонен к разговорам сейчас.
Поспешив, мы оказались на одной линии с Джас, но та цокнула, покачала головой улыбнулась и устремилась вперед.
- Мы ее не догоним, - сказала я.
- Тогда предлагаю за ними не гоняться и провести пока время наедине.
пожала плечами, внимательно взглядываясь в лицо Атланта. Что-то не так. Раздался в третий раз звонок, который Атлант игнорировать не стал. Достав телефон, он громко выругался и крикнул в трубку при ответе на звонок. Атлант отошел от меня как можно дальше и продолжил разговор, а я, хоть и чувствуя что-то неладное, осталась стоять на месте.
- Эос, мне нужно срочно отъехать, - подъехал он, расшнуровывая ролики прямо посреди аллеи, - тебя нужно подбросить до дома?
- Нет, я, пожалуй, еще прогуляюсь. не хочу бросать Джас и Джона. Что-то случилось?
- Небольшие проблемы. Я, как решу, сразу же постараюсь присоединиться к вам, если вы все еще будете в городе. Ок?
Я кивнула головой, и он меня крепко поцеловал в щеку.
- Передай Джону и Джастине, что мне очень жаль, но я должен был уехать.
Его лицо не выражало никаких эмоций, но его руки тряслись так, словно с ним что-то случилось. Он все пытался запихнуть ролики в сумку, но у него не получалось, и я решила помочь ему, озабоченно поглядывая на него и пытаясь понять, что случилось.
- Если что, мы с тобой на связи, - крикнула я, когда он удалился.
Атлант повернулся ко мне, помахал рукой, и я успела за это время заметить слезы в его глазах.
***
Что я делаю здесь? Черт его знает. Я почувствовала сердцем, что должна быть здесь, около дома Атланта, у ворот которого стоял Патрик, узнавший меня еще по голосу. Когда он открыл мне дверь, я буквально вбежала, мимолетно с ним поздоровавшись, так как чувствовала что-то неладное. Меня не покидало плохое предчувствие. Посмотрев на небо, я заметила, что оно затянулось свинцовыми тучами, через которых не мог пройти хотя бы один лучик спасительного солнца. Обернувшись, я заметила, что деревья качались из стороны в сторону, а кустики и маленькие цветочки еле цеплялись за землю. Были слышны непрекращающиеся завывания ветра, свист, как будто он пел душераздирающую песню по кому-то, кого невозможно увидеть, услышать, вернуть. Поежившись, я вошла в дом, двери которого никогда не были заперты. Ощущение, будто он умер. Света не было, стояла темень, окна зашторены, лишь только гуляет сквозняк. Ко мне тут же подбежал Чарли – риджбек нереальных размеров, глаза которого были наполнены невыносимой грустью. Он заскулил и поставил лапы мне на плечи, и я, чмокнув его аккуратно в носик, погладила. Чувство тревоги внезапно заполнило все мое тело, когда я услышала дикий рев, который не смогли сдержать даже толстые стены этого дома. Это кричал Атлант. Его голос я узнаю из тысячи. Чарлик тут же протяжно заскулил, прячась за меня. Он тоже испытывал страх, как и я. В гневе Атлант поистине страшен. Ругань, крики, слезы – это все то, что я слышала, пока шла навстречу неизведанному.
Притаившись за стеной, я увидела ярко освещенную гостиную, которая была одной из двух самых теплых и уютных комнат этого дома. Помещение было просторным, а великолепный дизайн выполнен во вкусе хозяйки дома-матери Атланта, мисс Анны Макинтайр, любившей роскошь. Отделанные обоями цвета кофе с молоком стены были украшены потрясающими картинами, большинство из которых были репродукциями известнейших художников, работавших в стиле барокко и ренессанса. Несколько сервантов, в которых расположилась многочисленная дорогая посуда, выполненных в стиле барокко расположились в комнате в совершенно разных местах, однако это не мешало всем предметам, сделанным в том же стиле, в помещении гармонировать. В центре расположился ковер, отделанный орнаментами, который поражал своими размерами, два дивана с многочисленными подушками, несколько кресел кремового цвета, а также небольшой кофейных столик, на котором небрежно валялось несколько журналов о последних тенденциях моды в разных направлениях (одежда, интерьер и т.д.) и стеклянная ваза с букетом свежих цветов внутри.
На диване сидела Анна, а Атлант стоял у окна. Я видела, как напряжены были его плечи, чувствовала, как в нем клокочет гнев, грозивший затопить все вокруг.
-Ты понимаешь, что ты натворила?! - с отчаянием в голосе спросил он у своей матери, -Ты сломала мне жизнь, поставила крест на моей мечте, перечеркнула все мое прошлое, уничтожила меня как спортсмена, как человека, как своего ребенка.
Он повернулся к ней, и я увидела его кровью налитые глаза, из которых текли слезы. Он взъерошил волосы, нервно проведя по ним рукой, а затем спрятал свое лицо в ладонях, глубоко дыша.
-Прости меня, милый! - взмолила Анна, присев на краешек дивана, и громко зарыдала, - Я сделала это из-за того, что была в гневе, зла на тебя! Ты понимаешь, что мы не сможем жить как нормальные люди, если у нас не будет мужчины, оплачивающего наши расходы!
- Сколько раз я тебе говорил, что я саму могу обеспечить нас?! Но тебе ведь недостаточно! - заорал Атлант, побагровев от гнева. - Для тебя все это, - завопил он, обводя руками помещение, и есть нормальная жизнь?! Эта напускная роскошь?! Мы могли бы жить как нормальные люди, и не имея этого. Да пусть мы жили бы скромнее, но зато ты не раздвигала бы ноги перед каждым встречным, у которого набитый до отказа кошелек! Мама, ты ведь знаешь, что никогда ничего не прошу тебя! -он сел на колени перед ней и протянул ей свои ладони, - Я работаю, приношу деньги домой, а не прошу тебя исполнять очередную мою прихоть. Отец оставил мне один из своих бизнесов, которым я собираюсь заняться после выпуска из школы. Неужели тебе этого мало? Неужели тебе нужно все это дерьмо?! – Атлант встал и смахнул вазу со стола, которая покатилась по ковру, а затем ударил со всей силы по столику, разломив его пополам. От грохота я сморщила и зажмурила глаза, -Это всего лишь вещи, мама! Это всего лишь вещи! Их можно купить, их можно сделать, без них можно жить, а что ты теперь прикажешь сделать мне?! Как я смогу доказать, что я не принимал допинг?!
- Мы докажем, милый! Я обещаю! - снова зарыдала Анна.
- Правда?! Ты сможешь вернуть утраченное доверие моих коллег, которые смотрят на меня так, словно я последнее дерьмо, валяющееся под их ногами?! -закричал Атлант, запустив руки в волосы и сильно сжав их, словно пытаясь вырвать их с корнем, - Я ведь мечтал, мама, - задыхаясь от гнева, прохрипел он с такой болью в голосе, что у меня подогнулись ноги, и я, зажав рот руками, беззвучно всхлипнула, - мечтал посвятить всю свою жизнь спорту! Но теперь кому я нужен с такой репутацией? Кому, мама?
Ту картину, которая предстала перед мной не передать словами, настолько она была сильной, душераздирающей и неожиданной: Атлант, который всегда казался мне несокрушимой горой, гигантом, способным вынести на себе целое небо, рухнул на пол и разрыдался как маленький ребенок. В этот момент что-то внутри меня оборвалось, и я бессильно прислонилась к стене, понимая, что испытываю неимоверные страдания оттого, что их испытывает Атлант. Нет, он не может чувствовать боль. Нет. Только не он. Атлант не должен плакать, не должен испытывать страдания, потому что он может только озарять мир своей улыбкой, радоваться жизни и делать ее прекрасной одним лишь своим существованием. Атлант не может испытывать ничего, кроме счастья. Он -Солнце, дающее мне жизнь. Он - мой мир, жизнь. Если он погаснет, то я незамедлительно завяну и перестану существовать.
- Ты отняла у меня даже возможность мечтать, мама! -отчаянно простонал Атлант, когда Анна рухнула рядом с ним, прижав его к себе, -Ты разрушила все, к чему я стремился все эти долгие годы!
- Потому что я люблю тебя, милый! -заревела мать Атланта.
-Твоя любовь приносит лишь боль, страдания. Она разрушает, сметает все на своем пути! Лучше бы ты меня не любила, тогда ничего бы этого не было.
Атлант снял с себя руки матери и, встав на ноги, кинул на нее взгляд полный отвращения и разочарования перед тем, как выйти из комнаты. Плечи Анны осунулись, лицо словно постарело на глазах, из горла вырвался вопль ужаса, отчаяния, разнесшегося по всему дому, и она, упав на пол, сжалась и беззвучно заплакала.
Каких трудов мне стоило не закричать прямо здесь. Встав, я тут же покачнулась и выбежала на улицу, жадно глотая свежий холодный воздух. Несколько ледяных капель воды упали на меня, оповещая о том, что начинается дождь, и я, резко крутанувшись, уставилась на окно Атланта. В его комнате горел свет, и я по тени поняла, что он быстро передвигается, что-то делая. Вдруг Чарли выбежал во двор и громко залаял, подбегая ко мне. Он не хотел, чтобы я уходила, но я понимала, что нужно сделать это немедленно, потому что не должна была быть свидетелем этой картины, способной тронуть любого человека.
- Чарли. Пожалуйста, не надо, сладкий, - отчаянно прошептала я, умоляя его взглядом прекратить лаять.
Чарли замолчал, но тут же уткнулся мне в ногу, отчего я пошатнулась, но устояла на месте. Почувствовав что-то непонятное, я посмотрела на дом и чуть не вскрикнула от испуга, когда увидела лицо Атланта в окне. Он внимательно смотрел на меня, а затем поманил пальцем. Я отрицательно покачала головой, чувствуя, как наружу прорвались душащие меня слезы, и пошла назад спиной, смотря ему в глаза.
Лицо Атланта исказила гримаса боли, и это заставило меня остановиться, а затем побежать к нему. Как только я оказалась у его двери, Атлант схватил меня, крепко сжав и уткнувшись в шею. Я почувствовала, как затряслись его плечи, и мои ответили ему тем же. Мы заплакали вместе, пытаясь помочь друг другу своим присутствием, объятиями, прикосновениями. Мне хотелось вобрать в себя всю его боль, лишь бы только он ее не испытывал. Мне хотелось, чтобы все образовалось, чтобы все было хорошо.
-Все будет отлично, Атлант! -сжав его, прошептала я.
-Я уже не уверен в этом, малышка, - прохрипел в ответ он, несколько минут спустя, успокоившись.
-Но почему ты так говоришь?! -воскликнула я, - Мы можем изменить твое будущее, стоит только захотеть. Мы обратимся в суд, потребуем провести повторные проверки! Я же знаю, что ты никогда бы в жизни не стал бы принимать допинг, потому что он не нужен тебе! Природа сама одарила тебя силой.
Эос, я обращался в суд. Мне отказали, - сев на кровать и проведя руками по лицу, тихо произнес Атлант.
- Но ведь для этого должна быть причина.
- Да, мама. Черт побери, Ли всегда говорил, что мне нужно было остаться у бабушки в Америке, а не жить с этой психопаткой.
Он посмотрел мне в глаза, и я невольно поцеловала его ладонь, а затем прислонила ее к своей щеке.
-Твоя мама может сделать так, чтобы суд пересмотрел дело. И кто такой Ли?
-Тут уже ничего не сделаешь. Я три месяца ждал ответа от суда. Мой лучший друг. Из Америки. Помнишь, я о нем рассказывал?
- Три месяца?! - вскричала я, вскочив, -И ты ничего не говорил?!
- А зачем мне омрачать настроение близких мне людей. Я сам могу справиться со своими проблемами.
- Я вижу как.
-Ты хочешь сказать, что я несамостоятельный, беспомощный?!-мрачно спросил Атлант, нахмурившись и нависнув над мной, - Я просто не хотел омрачать вам лето своими проблемами.
- Когда это все произошло?
- В середине июля. С того времени я только и ошивался в медицинских центрах, комиссии и судах.
- Ты поэтому не сообщил нам о своем приезде? Ты был здесь тогда?
- Забей.
- Нет. - мягко произнесла я, - Мы могли быть все это время рядом, чтобы не оставлять тебя одного переживать это дерьмо. На то мы и друзья. Мы должны быть рядом, когда кому-нибудь из нас плохо или хорошо. Всегда. Доверять друг другу, обращаться за помощью, спасать, делиться! Атлант, мы же любим тебя...
Я протянула к нему свои ладони, которые он крепко сжал и поцеловал, а затем приподнял и посадил к себе на колени, отчего наши лица оказались напротив друг друга. Атлант задушил меня в объятиях, и я мягко поцеловала его в уголок губ, уткнувшись ему в щеку.
- Все будет хорошо, поверь.
- Я устал верить. Не хочу больше верить.
- Почему я никогда не замечала, что ты пессимист? -нахмурилась я.
- Я не пессимист - я реалист, – отрешенно сказал Атлант, посмотрев на меня, - Репутацию не вернуть, имя не отчистить и доверие не восстановить.
- Да какая разница на имя, на репутацию, на доверие, если ты хочешь принимать участие в соревнованиях, если ты и твои близкие знают, что ты чист?
Атлант печально вздохнул, уткнулся носом в мои волосы. Я гладила его плечи, лихорадочно думая о том, как можно решить эту проблему, но ни одна идея не казалась мне реальной. Спустя какое-то время я услышала ответ на мой вопрос:
- Я не смогу взять награду, смотря в глаза лицам, которые будут видеть во мне обманщика, слабака, что прибегнул к такому, - его голос звенел от переживаний, - Я не смогу спокойно жить после нагнетающего настроя, уже исходящего от моих соперников. Правда. Я не смогу почувствовать вкус победы. Лишь только горечь. Поражение. Ничего больше. Тем более, меня не примут после такого.
Мы услышали громкие рыдания Анны, что никогда не была для Атланта матерью. Нет, конечно, в ней иногда просыпались материнские чувства, но это - ничто по сравнению с тем, что она сделала Атланту. Эх, если бы у него была такая мама, как у Лео, то его жизнь сложилась иначе и была бы лучше той, которую он сейчас проживает.
- Господь, избавь детей от таких матерей, - прошептал Атлант, холодно смотря на дверь, - что рушат своим детям жизни и заставляют их жалеть о собственном рождении.