Глава 87
Входная дверь распахивается и на пороге появляется мама, придерживая куртку на плечах.
— Эрин, зайчик, это ты?
— Мама!— радостно восклицаю я, и бросаюсь к ней с вытянутыми руками.
Мама покрывает моё лицо поцелуями, и мы кружимся на месте, не отрываясь друг от друга.
— Как ты... мы тебя ждали только через два дня!— заикается она, отрываясь от меня, а затем снова заключая в объятия, не дав мне ответить.— Боже, я даже не подготовилась!
— Мам, я же не Английская королева! К моему приезду не нужно готовиться...— смеюсь я, и она отпускает меня.—... вернее, к нашему.
Мама смеётся, и я ловко настигаю Марка: беру его за руку и веду к маме.
— Мамуль, я хочу чтобы ты познакомилась с Марком.— говорю я, а затем обращаюсь к нему.— Марк, а это моя мама.
Мама с интересом изучает его, и я с широкой улыбкой наблюдаю за их взглядами.
— Здравствуйте, я Маркус.— Марк с серьёзным лицом знакомится с моей мамой, и я с трудом сдерживаю смех.
Так непривычно видеть то, как он волнуется перед знакомством.
Мамин взгляд наполнен уважением.
— Здравствуй, а меня зовут Агнес. Приятно познакомиться.— на мамином идеальном лице появляется приветливая улыбка, и я облегченно выдыхаю.— Что ж, проходите, а то мы замёрзнем!
— А что за монстр нас встретил? — спрашиваю я, стягивая ботинки в коридоре.
— Это Ромео. Я разве тебе не говорила, что мы завели собаку?—удивляется мама, и я разиваю рот.
— Неа! Поверить не могу, что ты мне не сказала!— ворчу я, следуя за мамой, чтобы атаковать её последующими вопросами.
Это свершилось. Двое моих самых близких людей встретились.
Маме было известно, что мы с Марком приедем, и я ничуть не жалею о том, что не предупредила маму о приезде двумя днями ранее. Учитывая то, какой мама человек, она подготовилась бы к нашему приезду и накрутила бы себя заранее, ведь это первый мужчина в моей жизни, и хоть мама и понимала, что когда-то настанет день, когда я представлю ей своего парня, она всё равно, в глубине души, надеялась, что этого никогда не произойдёт.
Расположившись на кухне за столом, мама заварила чай и я взяла разговор в свои руки.
Я была благодарна ей за то, что она не налетела на Марка с вопросами, а держала себя в руках. В процессе, Марк стал чувствовать себя более открыто, и на его лице даже промелькнула улыбка.
— Дорогая, мы дома!
Голос Ивана я узнаю в любой глуши, поэтому по инерции оборачиваюсь, и его глаза, при встрече с моими, расширяются до невозможных размеров.
— Эрин!— радостно орёт он.
— Прив-е-eт!— отвечаю я, и моё уставшее и вялое тело снова сжимают с неимоверной силой.
Представление между Марком и Иваном показалось мне напряжённым, но, думаю, это в силу неожиданности.
Взгляд, которым мама с Иваном обменниваются несколько настораживает меня, но я решаю поговорить об этом с ними наедине. Считаю, что Марк достаточно много стресса испытал за один день, ведь это для него в новинку. Впрочем, как и для меня, но я нахожусь в более выигрышной позиции, так как знаю маму и Ивана, как облупленных, поэтому чувства, которые испытывает Марк в данный момент, мне только предстоит испытать, когда я встречусь с его семьей.
На кухню вбегают двое ребятишек, и с воплями и криками обхватывают меня с обеих сторон, не позволяя сдвинуться с места. Я бросаю мимолетный взгляд на маму, мол, что происходит, но она лишь отводит взгляд и в глазах появляется долька чего-то похожего на сожаление и стыд. Мне не совсем понятно. Решаю не обращать на это внимание, и ответить на объятия Мартина и Лизетт.
— Ты верну-улась! А мама сказала, что ты только в пятницу будешь.— голосисто пропела Лизетт и я встрепала её кудряшки, вызвав смех.
— Привет-привет. Кто сказал?— смеюсь я, и при виде маминого выражения лица, моя улыбка застывает.
— Мама.— повторила она, и побежала к маме.
Моей маме.
Она побежала к моей маме.
Я стою посередине кухни, недоумевая, что происходит.
Лизетт только что назвала мою маму своей?
— Что-о... э-эм, это шутка какая-то?— выдавив неловкий смешок, направляю взгляд на Ивана, а затем на маму.
Они переглядываются и мама аккуратно приближается ко мне, в то время, как Иван и Марк сидят за столом. Марк наблюдает за ситуацией, но я знаю, что в любой момент он готов сорваться и увести меня отсюда.
— Эрин...— нежным голосом говорит мама.
Её ладонь накрывает моё плечо.
— Почему она назвала тебя мамой?— осторожно спрашиваю я, сдерживая дрожь в голосе.
— Лизи, Марти, пойдём в гостиную. Взрослым надо поговорить.— нервно, но в то же время, уверенно говорит Иван, и я провожаю их взглядом.
Теперь, когда на кухне остаёмся мы с мамой и Марком, мама переводит взгляд на Марка.
— Мы можем поговорить с ней наедине? — осторожно спрашивает она, и он ловит мой взгляд.
— Я ничего не скрываю от него.— говорю я, и мама сурово смотрит на меня.
Я никогда ранее не встречалась с таким взглядом, но, что-то внутри меня, кричит о том, что я не должна позволить ей прогнуть себя. Сажусь рядом с Марком, и беру его за руку. Дыхание учащается, и мама нехотя садится напротив нас. Сомкнув пальцы в замок и расположив руки на столе, она тяжело вздыхает.
— Ладно...
Замечаю, как маме тяжело говорить.
— В последнее время, начиная так с конца августа, у бывшей жены Вани были некие проблемы со здоровьем и... головой, будем честны. Ты же знаешь всю ситуацию касаемо её...— мама обрывается, чувствуя себя не ловко.
— Марк тоже знает, так что можешь продолжать.
Мамины глаза округляются: она не думала, что мы с Марком настолько близки, раз уж обсуждаем семейные дела.
— Ам-м... ладно. В начале сентября она родила четвёртого ребёнка, сына, если быть точнее, и совсем прекратила заниматься Мартином и Лизетт. Они делали, что хотели: бродили ночью по улице, воровали в магазине, хулиганили в школе, а Юне было плевать, что они делают и где вообще находятся. В один момент мама Вани забрала детей на две недели, и он стал обсуждать со мной тему о лишении родительских прав своей бывшей. Ты же знаешь, он всегда хотел жить с детьми, но работа не позволяла, ибо он постоянно в разъездах и мы ещё не так долго живём вместе...
Мамин голос слегка вздрагивает, и я сжимаю ладонь Марка сильнее, ощущая подступающее к горлу волнение.
— Я предложила забрать детей к нам, и Ваня был счастлив. Отсудить детей не составило большого труда, так как она выпивала, не заботилась о них и это было очевидно. Она даже не старалась ничего опровергнуть, поэтому... мы забрали их, и я удочерила Лизетт и усыновила Мартина. Прости, что не сказала об этом сразу... всё закончилось всего две недели назад, и я хотела рассказать обо всём, когда ты приедешь, а не говорить об этом по телефону.
Я закусываю губы, и взглядом дырявлю стол перед собой.
Где-то в глубине своей души, я знала, что рано или поздно Иван перевезёт своих детей к себе, но я даже и не задумывалась, что это может коснуться и моей мамы. Вернее, конечно, они бы жили все вместе, но то, что мама решится на такой шаг, я не представляла.
Я вспоминаю, как, будучи ещё маленькой девочкой, подталкивала маму на удочерение, ведь мне очень хотелось иметь младшую сестрёнку, но тогда мама не находилась в отношениях на протяжении долгих лет, поэтому она не воспринимала мои слова всерьёз. К тому же, мы не были финансово стабильны в то время, поэтому даже, если бы она решилась на такой шаг, то, сомневаюсь, что всё получилось бы, так как мы с ней еле-еле сводили концы с концами. После маминых объяснений, я поняла, что с моей стороны это глупо – просить её пойти на удочерение, хоть и знала, что мама очень хотела иметь второго ребёнка.
Сейчас я не могу объяснить, что чувствую. Наверное, правильнее всего, было бы поздравить маму и Ивана, но я слишком потрясена: это слишком неожиданно. Это пополнение семьи. Мама будет воспитывать чужих детей, не одного, а двух, вдобавок, они уже подростки.
Я с трудом представляю, как это будет происходить.
— Эрин, ну же, не молчи, прошу.— молящим голосом говорит мама, прежде чем я погружаюсь в воспоминания подросткового возраста.— Ты злишься?
— О Боже, нет, конечно! Мам, я не злюсь...
— Тогда скажи что-нибудь.— умоляет она.
— Я... я не знаю, что сказать.— искренне говорю я, и мама опускает взгляд.—... это очень неожиданно для меня и... мне нужно время, чтобы всё осмыслить.
Я сползаю с высокого стула, и Марк следует за мной. Он выглядит обеспокоено... из-за меня.
— Эрин...
— Мам, я хочу отдохнуть. Мы только прилетели и... и устали, поэтому... — я с трудом нахожу слова, и мама виновато смотрит на меня.— ... мы пойдём.
Я неуверенно разворачиваюсь в сторону коридора, и поддержку, которую оказывает Марк, обнимая за плечи, ничего не говоря и направляя в коридор, не дают мне потерпеть крушение.