Мой Мир (18+)

Марк

Я сижу в светлом кабинете с кожаными коричневыми диванами и огромными окнами с видом на центр Хартфорда, столицу Коннектикута. Перевожу утомительный взгляд с окна на то, что находится передо мной. На стеклянном столе лежит стопка бумаг с различной информацией.

Я знаю, что там написано, ведь трижды уже прочитал контракт о сотрудничестве с Дереком Уолтером. Однажды я уже отказал ему в сотрудничестве, вернее, в присоединении к его компании артистов, но на то время, я был зависим от Вадима.

– Марк, две подписи и ты снова на вершине.– говорит Дерек, изучая меня пристальным взглядом.

Он так говорит, как будто я сейчас на дне.

Впрочем, я приехал в Хартфорд не для подписания нового контракта.

– Марк?

Дерек встаёт из-за стола, снимает тёмно-синий пиджак и вешает его на спинку стула. Он облокачивается руками на стол и встаёт напротив меня.

Нас разделяет стол с кучей бумаг, ноутбуком и письменными принадлежностями.

Я молча заглядываю мужчине в глаза.

– Я тебе не враг.– чувственно говорит Дерек. — Я считаю, что ты один из лучших музыкантов этого поколения, и ничто не заставит меня усомниться в этом. Я хочу помочь тебе и знаю, как это сделать, но не смогу, если ты мне не позволишь.

Всем кажется, что они знают меня лучше, чем я знаю себя. Людям кажется, что знают, как будет лучше для меня, и что я должен доверять им, но я не вчера родился. Не вчера стал частью общества, не вчера стал частью музыкальной индустрии и уж точно не вчера узнал, как люди устроены.

– Зачем тебе это?

Дерек все так же смотрит на меня.

– Я ещё в начале твоего пути знал, что Вадим разрушит всё рано или поздно.

Отношения между Вадимом и Дереком не всегда были плохими. Раньше они хорошо общались, но прекратили, когда Вадим сменил направление и стал личным менеджером артистов, в то время как Дерек шёл на повышение в компании, в которой оба начинали. Дерек от простого интерна в компании, которая занималась поиском новых артистов, музыкантов, актёров и моделей, шагал на повышение и в конечном итоге возглавил ту самую компанию.

– Послушай, я хочу вытащить тебя из всего этого. – Дерек вскидывает руки в воздух. – Вадим хочет закопать тебя. Я знаю, что это будет практически невозможно, но твой имидж это окончательно может разрушить...

– Было бы что рушить!– фыркаю я.

– Соглашусь, ты не самая правильная версия суперзвезды, но поэтому тебя и любят. Ты такой, какой есть, и фанаты ценят тебя за это, но историю с наркотиками...

Я откидываю голову назад.

– Это неправда, черт возьми! – раздражённо рычу я.

Дерек замолкает.

– Вадим сказал, что разрушит меня, но он не придумал ничего умнее, чем ввязать меня в историю с наркотиками!

– Знаю, но всего этого не было бы, если бы ты не упоминал про употребление публично.

– Я упомянул это всего раз, и в прошедшем времени! – злюсь я.

Дерек не в том положении, чтобы упрекать меня или судить. Я ему нужен гораздо больше, чем он мне.

– Черт возьми, никто не знает меня настоящего! – рычу я. – Всё, что я хочу, так это писать песни и радовать слушателей, а не отчитываться перед теми, кого даже не волнует правда! Я плохой? Ну, и пусть! Мне плевать, что люди думают обо мне, но упрекать и указывать мне не надо! Я ни разу в своей жизни не позволил СМИ застать себя пьяного, обкуренного или под наркотой. Ни разу! То, чем я занимаюсь вне работы, никак не должно влиять на моё творчество, так как я разделяю карьеру и свою личную жизнь!

То, как я расслабляюсь, не должно подвергаться огласке, а тем более то, чем я уже не занимаюсь.

– Я знаю...

– Нет, Дерек, если бы ты знал, то этого разговора между нами сейчас не было бы!

– Вадим заявил на весь мир, что после того случая на том концерте в Москве...

Мать вашу, хватит напоминать об этом!

Задолбали!

– ...Ты увлёкся наркотическими веществами, и прошёл курс лечения от зависимости методом кодировки и стационарного лечения.

Дерек смотрит на меня, как будто ожидает услышать моего подтверждения или отрицания слов Вадима.

Поверить не могу, что он смог предположить такое. Хотя нет, могу, он враг Вадима. Конечно, он всё сделает, чтобы отомстить Вадиму, и, может, поэтому он вышел на меня?

– Лучше бы всё так и было.– вздыхаю я. — Я устал. Я устал оправдываться.

Всем плевать на меня. Как я смог усомниться в этом?

– Марк, тогда расскажи, что на самом деле с тобой происходило в то время? Люди всегда будут придумывать новые вещи о тебе, а Вадиму все верят, ибо ты всегда говорил, что Вадим для тебя очень важен и он тебе как отец, поэтому он и имеет такое влияние на данный момент. Ты его так позиционировал, но, если ты расскажешь, что правда было, тогда Вадим потеряет авторитет в глазах публики. Поверят тебе, а не Вадиму, понимаешь?

Дерек теребит свой идеально выглаженный красный галстук между пальцами и смотрит на меня.

Может, он прав? Я никогда публично не говорил о том времени. Может, пришло время это отпустить? Может, Дерек прав?

В висках начинает пульсировать. Голову разъедают мысли.

– Получится, что я оправдываюсь...

– Нет, Марк, ты просто откроешь людям глаза на правду. Никогда не бойся разговаривать. Говори, что чувствуешь. Говори с людьми. Не держи всё в себе, общайся! – эмоционально говорит Дерек, протягивая мне гранёный стакан воды.

Я поднимаю на него взгляд, и слегка приподнимаю уголки губ.

Эрин говорила то же самое.

Резко трясу головой в попытках откинуть подступающие мысли о ней.

Всё пошло под откос.

Всё изменилось, когда она ушла.

Я делаю два глотка воды и пытаюсь привести мысли в порядок, но это даётся мне с трудом.

Почему я не могу вернуть всё, как было? Я хочу спокойствия. Я хочу Эрин.

Просидев некоторое время в тишине, мы с Дереком успокоились, и я избавился от головной боли. Почти. От физической боли я избавился, но от моральной не получается.

У меня остался один вопрос к Дереку, и я решаю нарушить тишину, ибо, не узнав ответа, не могу покинуть стены его кабинета. Прежде всего я проделал этот путь, чтобы задать этот вопрос.

– Дерек... что ты знаешь о моём отце? – говорю я, и Дерек застывает.

– А ты как думаешь, Марк? – он протирает переносицу и поглаживает свою щетину.

– Я не знаю, что думать. Когда Вадим приехал на фестиваль в Латвию в день концерта, он был в ярости и не собирался мне ничего говорить, но у него это вырвалось на эмоциях.– отвечаю я, проводя рукой по волосам.— Он сказал, что мой отец никогда не хотел, чтобы я становился музыкантом, что мне и так известно, но не суть...

Я сглатываю ком в горле, который впитывает волнение, как губка впитывает воду.

– Он также добавил что-то вроде... в общем: «Он попросил меня показать тебе, что пора закругляться и прекратить страдать музыкой». — цитирую слова Вадима.

Дерек прикасается пальцами к вискам и мычит.

Моё сердце бьётся с дикой скоростью.

– Марк... твой отец - очень влиятельный человек, и тебе это известно...— начинает Дерек, и я напрягаю лоб.

Зачем он мне это говорит?

– Я так понимаю, что с отцом ты нормально не общался со своего совершеннолетия? – Я киваю ему в ответ. – Так я и думал...

Зачем все эти непонятные вопросы? Зачем тянуть с ответом?

– Я не знаю, как было в первые три года после того, как ты ушёл из дома, но на протяжении твоей музыкальной карьеры Максим поддерживал контакт с Вадимом.

Я застываю с вытянутым выражением лица и широко раскрытыми глазами.

Отец общался с Вадимом?

Я могу доверять Дереку. Знаю, что ему всё известно, и я ничего с этим поделать не могу.

Почему отец общался с Вадимом, но не общался со мной?

– Я сейчас объясню...— Вадим садится за стол напротив меня и соединяет пальцы в замок.– Макс часто созванивался с Вадимом. Твой отец знал о каждом твоём успехе, провале, выходке и концерте. Он знал обо всех твоих похождениях и проблемах. Он поддерживал связь с Вадимом, и...

Я тяжело сглатываю ком.

Неужели это правда, но... зачем? Он ведь отрёкся от меня.

– ... твой отец никогда не хотел, чтобы ты занимался музыкой, но, кажется, он никогда тебе не говорил почему, так ведь? – спрашивает Дерек, и я неуверенно киваю.

Ведь правда. Почему он всегда был против? Я ведь желал добиться чего-то самостоятельно, а не идти по тропинке, которую он мне протоптал. Я знал, что в футболе он меня поддержит, но я не хотел делать то, что было подготовлено мне заранее. Если бы не музыка, то было бы что-то другое, ведь если бы я следовал примеру отца, то у меня не было бы никакого роста. Я бы радовал отца, но был бы несчастным, ведь шёл бы против собственного желания. Против себя.

Я отчаянно нуждался в отцовском внимании и, когда занимался футболом, я его получал, но я хотел, чтобы отец участвовал в моей жизни и поддерживал меня вне зависимости от того, что я делаю. Я просто хотел, чтобы он меня любил не за то, что я иду по его пути, а за то, что я вообще есть. Родители не должны любить своих детей за что-то, они просто должны их любить. Всегда.

– Марк, ты, возможно, не поймёшь, но у твоего отца был повод не поддержать тебя. Ты ведь разочаровал его, когда он хотел иметь тебя поблизости.

– Значит, я должен принять тот факт, что отец отрёкся от меня и что я сам виноват, что не захотел оправдать его ожидания и надежды? – усмехаюсь я.

Что за бред?

– Ты меня не понял. Марк, что ты знаешь о своём дедушке?