Панацея

Леон и Рейчел спешили изо всех сил. Каждая секунда была по цене золота. Они то и дело уворачивались от падающих с потолка камней и обломков. Вся их одежда была в пыли и грязи, вперемешку с кровью. Но ни один из них уже не обращал на это внимания. Наконец вдали они заметили небольшой кабинет медпункта, оснащенный всеми необходимыми лекарствами для экстренных случаев. Чуть ли не выбивая двери с ноги, они ворвались в комнату и принялись лихорадочно перебирать упаковки препаратов и бинтов.

— Ты ищи в правой части, а я буду в левой, — запыхавшись, указала пальцем на стеллаж Рейчел. Леон поспешил в другую часть медпункта.

Адреналин зашкаливал. Движения ребят были резкими, быстрыми и точными. Кровь стучала в ушах, едва заглушая шум внешнего мира. Взрывы стали казаться более редкими и словно звучали уже издали. Неожиданно двери медпункта вновь отворились и в дверях появился сгорбленный силуэт женщины. Даже просто боковым зрением Рейчел узнала Розали по светлым волосам, которые впервые не были уложены в аккуратную прическу. Пряди торчали в разные стороны и падали на лицо. Опустив взгляд чуть ниже, Рейчел заметила руку Аллен, сжимавшую рукоять пистолета.

— Что тебе нужно? — настороженно сделала шаг назад Рейчел.

Аллен медленно приближалась к ней, не сводя безумного взгляда. Зрачки широко распахнутых глаз быстро бегали из стороны в сторону.

— Это я достойна места Абрахама, а не ты, — процедила она.

— Что?..

— Это я! Я достойна! Его дочь, а не соплячка! — рука Аллен взметнулась вверх, направляя оружие на девушку.

Рейчел отскочила, вскидывая ладони перед собой, дабы хоть немного укрыться от взбешенной Розали. Сердце с болью сжалось в груди, а конечности будто бы онемели. По телу прошелся холодок, а дыхание перехватило. "Дочь? — пронеслись слова Аллен в ее голове. — У дедушки есть еще одна дочь?".

— Я знаю, это ты шпионила за нами все это время! — точно змея, прошипела она. — Я говорила Эйбу, но он меня не слушал. Думал, что ты такая же, как мы. Только я видела какая ты фальшивая и гнилая внутри...

— Шпионкой была не я! — запротестовала она.

— А кто же? Может твоя ненаглядная подружка? — вырвался дикий хохот из ее уст. — Или тот златовласый мальчишка?

— Это я передавал всю информацию, — вышел из-за стеллажа Леон.

— Что ты несешь? — воскликнула Рейчел.

— Правду, — коротко ответил он, поворачиваясь к Аллен. — Не трогай ее.

— Лжец...— взгляд Розали стал еще безумнее.

Было очевидно, что она находилась на грани истерики. То ли отчаяние, то ли сумасшествие управляло ею в тот момент. Разум отключился, давая дорогу слепым эмоциям. Обида и разочарование бурлили в ее душе. А Рейчел не отпускало лишь одно — как ее дедушка мог всю свою жизнь скрывать еще одну дочь. Неужели у матери Рейчел была сестра, скрытая от остальной семьи? Откуда она взялась? Казалось, что пришел момент получать ответы на все вопросы, но теперь вопросов стало еще больше.

— Надо было избавиться от тебя еще в самом начале. Вот тут я дала слабину, что оставила в живых любимое дитя Абрахама. Все эти годы он твердил лишь о тебе и "Церере". И ни слова обо мне... Я была нужна ему, только чтобы поставить мир на колени. А теперь на коленях оказалась я! Ты заплатишь за это. Заплатишь, что отняла у меня все.

— Мне ничего не нужно! Ни от Эйба, ни от кого-либо. Хочешь? Забирай!

— Вздумала издеваться надо мной? — перешла на вопль Розали. — Ты поплатишься за все, что сделала, тварь!

Она опустила курок. Рейчел с силой зажмурила глаза, в ожидании выстрела. Каждый сантиметр ее тела сжался, предчувствуя как раскаленный свинец вот-вот пронзит плоть. Раздался резкий хлопок. Из легких девушки словно бы выпустили весь воздух. Она простояла, вжавшись в стену, около десятка секунд. После чего она медленно открыла глаза и оглядела себя. Ни царапины. На ее теле не было ни одного увечья. Однако...

Перед ее ногами упал Леон.

Он издал гортанный хрип, и с его губ потекла струйка алой крови. На груди появилось бордовое пятно, все больше и больше расширяющееся по диаметру. Красные капли окропили белоснежную ткань. Леон с трудом дышал. Рейчел молниеносно бросилась к нему и, упав на колени, обхватила ладонями его лицо. Он мирно глядел на подругу из-под пушистых ресниц. Глаза его были слегка прикрыты, как у засыпающего человека.

— Нет! Нет, нет, нет, нет! — кричала Рейчел.

Плечи ее содрогались от истеричного плача. Горячие слезы заливали лицо. Она не могла сдержать крик, который словно бы сам рвался наружу. Ее разрывало изнутри. Чувствуя, как постепенно холодеет тело Леона, боль все больше и больше нарастала в ее душе и уже душила, перекрывая доступ к воздуху. Рейчел хваталась за голову, волосы, не в силах остановить свою истерику. Она кричала что-то невнятное, чтобы позвали врачей, чтобы Леона спасли. Но казалось, что крик был слышен только лишь внутри самой Рейчел. Пальцы ее, испачканные кровью, дрожали. Каждый вдох давался ей с большим трудом.

— Леон! Леон, ты слышишь меня? — вопила Рейчел. — Прошу тебя, только не умирай! Только не ты! Прошу тебя, Леон, не закрывай глаза. Молю тебя, только не умирай!

— Закончи... то, что... ты начала, — с трудом прохрипел Леон. — Я верю... верю, что ты справишься. Я рад, что... у меня... была такая... подруга.

— Мы вместе закончим! Слышишь? Я не отпущу тебя!

— Будь сильной. Прости, что я... оставляю вас...

Это были последние слова Леона Домингеса. В медпункте, под взрывами бомб и ракет, поверженный пулей, спасая подругу ценой собственной жизни, погиб компьютерный гений. У него впереди была вся жизнь: научные открытия, достижения, любимая семья. Но все это перечеркнул маленький свинцовый шарик, попавший в его легкие. Его глаза, напоминавшие растопленный молочный шоколад, замерли на месте и жизнь в них медленно угасла. Грудь больше не поднималась от тяжелого дыхания, а на губах застыла кровь. Сердце пропустило последний удар и остановилось навсегда.

Солнце опустилось за горизонт.

Леон мертв.

Некогда теплый, живой, полный надежд и мечтаний, умер, пожалуй, самой благородной смертью. Ангел смерти, прибывший за его душой, в почете склонит голову перед отважным парнем, не побоявшимся отдать свою жизнь, и на равных заберет с собой в пространство без времени, потерь и боли.

— Наблюдать за страданиями оказалось даже приятнее, чем за самой смертью, — послышался надменный голос Аллен за спиной. Женщина расхохоталась.

Самодовольная улыбка во все тридцать два зуба превратилась в животный оскал. Ее заливистый смех вернул Рейчел обратно на землю. В воздухе по-прежнему были слышны звуки войны, что бушевала за стенами штаба. Волна злости и ярости накрыла девушку с головой. Прежде она еще никогда не испытывала агрессии, подобной той. Глаза девушки потемнели до цвета черного турмалина, дыхание было редким и тяжелым. Рейчел медленно поднялась на ноги и обернулась к Розали. Та, в свою очередь, с интересом выжидала.

— Я убью тебя. — Это была не угроза, а утверждение.

После долгого тяжелого взгляда, Рейчел сорвалась с места и понеслась прямиком на Аллен. Женщина растерянно распахнула глаза и в следующую секунду она уже оказалась на полу. Пистолет вылетел у нее из рук и угодил под один из поваленных стеллажей. Девушка один за другим наносила удары по ее лицу. Они были хаотичными и жестокими. Рейчел вкладывала в эти удары всю свою боль: за потерю родителей, за смерть Леона, за разлуку с друзьями, за несостоявшуюся казнь. Болезненные воспоминания проносились перед глазами одно за другим.

Розали так же не отставала и пыталась защищаться. Она вцепилась в волосы девушки своими длинными и острыми ногтями и вырвала ей целый клок. Женщина вскрикивала от каждой пощечины. Лицо ее было измазано кровью — ее и Леона, что оставалась на руках Рейчел. Набравшись сил, она скинула с себя девушку и ринулась к дверям. Но не успела она добежать до них, как вдруг девушка подхватила полуразваленный деревянный стул и со всей силы ударила им Аллен по голове. Розали тут же замерла на месте, хватаясь за макушку. Взглянув на свою ладонь, она увидела собственную кровь. Розали обернулась к Рейчел, недоуменно глядя то на нее, то на свою руку.

— Что ты... наделала?

Аллен бледнела на глазах. После она закатила глаза и медленно скатилась по стенке, оставляя на ней бордовый след. Розали упала на пол и опустила веки. Подойдя ближе, Рейчел заметила как она едва дышит. Женщина потеряла сознание, но все еще оставалась живой. Руки Рейчел затряслись. Хотелось кричать, крушить все вокруг. Разнести к чертям этот штаб. Вдруг, откуда ни возьмись, в голове девушки появился образ дедушки, восседающего на своем троне из костей. Она достала пистолет Аллен из-под стеллажа и проверила магазин. В нем оставалась одна единственная пуля. Рейчел спрятала его под одеждой. Она была полна решимости. Никогда прежде она не была настолько уверена в своих действиях, как сейчас.

Настала пора свергнуть Олимп. В бой со Зевсом вступает Эрида.