сНежная

Алексей.

Я удивлённо замираю, когда замечаю Снежану у себя дома. Она стоит в подвале, склонившись к замочной скважине, словно хочет обнаружить в комнате чужую тайну. Мои губы невольно подрагивают от улыбки. Снежана напоминает мне любопытного котёнка, сунувшего нос, куда не просят.

— Любопытство иногда плохо заканчивается, — не удержавшись произношу я.

Она резко подскакивает и с глухим стуком ударяется головой о дверную ручку. Хватается за виски и оборачивается ко мне. В её глазах плещется неподдельный ужас и внутри меня всё переворачивается. Чёрт. Хочется кинуться к ней, успокоить и защитить. Усилием воли останавливаю себя, понимая, что я и есть причина её страха.

— И что ты здесь делаешь? — не показывая своих истинных чувств спрашиваю я.

— Я...прибираюсь, — её голос дрожит, а я чувствую себя подонком.

— Правда? Замочную скважину протираешь? — стараюсь перевести в шутку, чтобы разрядить обстановку. — Где тряпка?

Она внимательно рассматривает меня, а потом вдруг облегчённо выдыхает. На её лице появляется робкая улыбка, и моё сердце бьётся быстрее, чем хотелось бы.

— Руками протираю, — говорит она. — Так быстрее.

— Смело, — кажется я улыбаюсь ей как дурак. 

— Как же ты меня напугал. Нельзя же так.

Снежана так мило смущается, что меня тянет к ней, словно магнитом. Но я остаюсь на месте, изображая беспечность.

— Постой, а ты что здесь делаешь? — снова напрягается она, и в её глазах вспыхивает подозрение. — Следишь за мной?

— Я продукты принёс, — говорю я, радуясь, что вернулся домой не с пустыми руками.

— Продукты?

— Пошли, покажу, — зову её и предлагаю пройти вперёд.

— Иди первым, я за тобой, — произносит Снежана, а я лишь усмехаюсь, но подчиняюсь.

Она меня боится. Имеет право. Только вот откуда это чёртово чувство досады внутри? Мне не хочется спугнуть её. Я стараюсь не смотреть на неё слишком явно, хотя глаза сами ищут её лицо.

— Так что ты там делала? — спрашиваю я.

— А ты зачем туда спустился? — отвечает вопросом на вопрос, и её взгляд становится колючим.

Мы перебрасываемся короткими фразами, будто идём по тонкому льду. Всё происходит не так, как я планировал. Хотел позвать её на свидание, очаровать, а вместо этого выгляжу идиотом, который цепляется за глупые реплики, лишь бы удержать разговор.

Внезапно Снежана делится тем, что якобы в моём подвале держат пропавшую девушку. Я едва не кидаюсь оправдываться и разубеждать её. Но вовремя останавливаюсь. Ведь по легенде я не Морозов, а всего лишь Лёша-разнорабочий. Она будто что-то считывает с моего лица и тут же замыкается, просит забыть о сказанном.

Внутри всё опускается. Я понимаю, что это полный провал. Чувствую, как между нами образуется пропасть. Поэтому решаю рассказать ей о своей сестре, потому что знаю: чтобы расположить к себе человека, нужно показать свою слабость. Моя слабость — сестра, мой приоритет — забота о ней. Это помогает. Наш разговор теплеет. Мне даже удаётся узнать её имя, хотя я и так его знаю.

Решаю закрепить успех предложением проверить подвал. Мне хочется успокоить Снежану и, конечно, заработать дополнительные очки в её глазах. Она соглашается.

— Там никого. Ни людей, ни крыс, даже барабашки нет, — заверяю я, возвращаясь из подвала.

Снежана намекает, что мне пора уходить, а я чувствую щемящую несправедливость. Ведь это мой дом. Я хочу быть в нём рядом с ней, но подчиняюсь и выхожу на улицу.

Даю себе слово, что при следующей встрече обязательно приглашу её на свидание. Но судьба играет по своим правилам. В один из вечеров в шумном хаосе клуба я вдруг выхватываю её силуэт. Я застываю, словно меня ударили током. Свет от прожекторов скользит по изгибам её тела, играя бликами на волосах. А потом я замечаю жадные чужие глаза, прожигающие её насквозь. Мужчины смотрят на неё так, словно она выставленный на витрину трофей, доступный каждому, кто протянет руку. Кровь приливает к вискам, челюсть сводит. Мне хочется набить морду каждому, кто осмелился смотреть на неё так, словно у него есть право.

Но сильнее всего я злюсь на чувства, которые Снежана вызывает во мне. Я резко отворачиваюсь, сжимаю кулаки до боли и отправляюсь искать Лию. Сердце колотится в такт музыке, а злость давит на горло.

— Зачем ты взяла её? — голос срывается на хрип, когда я встречаю Лию в коридоре.

— Кого? — прищуривается она.

— Снежану.

— Ты же сам хотел, — криво улыбается Лия.

— Слушай внимательно. — Я делаю шаг ближе, и она напрягается. — Она не танцует приват. Даже если будут желающие. Шли всех к чёрту. Поняла?

Лия скрещивает руки на груди и смотрит на меня взглядом рассерженной кошки.

— Ты уж определись. Сначала просил принять её на работу, теперь чем-то недоволен. Она будет танцевать, если захочет, — выплёвывает Лия.

— Хорошо, — мой голос становится ледяным. — Я выкуплю все её время.

— Ты? — в её глазах вспыхивает ненависть.

— Да, — чеканю, словно приговор. — Она будет танцевать только для меня.

— Нет, — с вызовом отрезает Лия.

— Значит, пора подумать о твоём увольнении.

Мы смотрим друг на друга несколько долгих секунд. Напряжение звенит громче музыки из зала.

— Будет тебе приват, — шипит она, резко разворачивается и уходит, оставляя после себя приторный запах духов.

Я устраиваюсь в кресле в самом тёмном углу комнаты, словно пытаясь раствориться в тени. Сердце гремит в груди так громко, что кажется, его стук могут услышать сквозь стены. В горле пересыхает, и я сглатываю с усилием. Убеждаю себя, что Снежана не сможет рассмотреть меня, но всё равно чувствую, как страх предательски ворочается под кожей.

Дверь открывается, и входит она. Всего лишь шаг и воздух в комнате становится гуще и тяжелее. Она идёт к центру, и с каждым её движением напряжение во мне только нарастает. Миниатюрный костюм снегурочки подчёркивает длинные, стройные ноги и тонкую талию. От этого зрелища во мне поднимается нечто первобытное, заставляющее мышцы наливаться свинцом. Я смотрю на неё, и чем дольше задерживаю взгляд, тем тяжелее становится дыхание.

Её красота, словно хрупкий кристалл, в котором сочетается невинность и опасность. Заворожённый её появлением, я не сразу понимаю, что что-то идёт не так. Но чем сильнее вглядываюсь, тем отчётливее замечаю её напряжённость. Бледность кожи выдаёт волнение, огромные глаза светятся тревогой. Чёрт, она боится. Конечно. Не каждая девушка сможет танцевать перед незнакомым мужчиной в закрытой комнате.

Во мне всё сжимается. Мне хочется подняться, подойти и успокоить её. Но я остаюсь на месте, вцепившись в подлокотники кресла так сильно, что ноют костяшки. Потому что понимаю: если она узнает меня, то примет за больного извращенца преследующего её.

Поэтому, когда она покидает комнату, я облегчённо выдыхаю. Хорошо, что именно я оказался здесь, а не тот, кто позволил бы себе дотронуться до неё и унизить.

Лишь позже, узнав, что она замещала подругу, я позволяю себе расслабиться. Для меня стало бы настоящей пыткой видеть, как она танцует и как на неё пялятся пьяные мужики.

В очередной раз подкарауливаю Снежану на улице. Я настроен решительно и готов пригласить её на свидание. Но всё идёт совсем не так, как я себе представлял.

— Давай сходим куда-нибудь, — предлагаю я, стараясь, чтобы это прозвучало легко. Но на самом деле внутри меня всё замирает, я настороженно жду ответа.

Её взгляд становится холоднее. Она молчит, но я уже чувствую, что-то пошло не так. И через секунду получаю прямой удар:

— Ты ведь видел в пятницу, как я танцевала?

Чёрт. Я отвожу глаза. Не хочу врать.

— Видел, да, но...

— Не сходим, — перебивает она.

— Почему? — мой голос звучит спокойно, почти лениво, хотя под кожей скребётся досада.

— Потому что мне нравится другой, — припечатывает она и спешит уйти.

Её слова бьют неожиданно сильно, будто кто-то выбил воздух из груди. И всё же я не злюсь. Наоборот, в глубине меня что-то вспыхивает хищным азартом. Это не конец, это только начало.

— Подожди, — говорю я и сам удивляюсь, что в голосе появляется лёгкий смешок.

Я хочу быть рядом с ней. Она должна узнать меня, и чем чаще мы будем пересекаться, тем больше у меня шансов. Даже если для этого придётся сыграть на её любопытстве, на слухах и нелепых сплетнях, которыми живёт «Резиденция», я сделаю это без колебаний. Пусть это выглядит детской уловкой, но именно она даст мне право оставаться рядом.

Я ускоряю шаг, обгоняю Снежану и встаю прямо перед ней, перекрывая путь. Она останавливается и смотрит на меня с недоумением.

— Ты неправильно поняла. Я же не на свидание тебя звал, — улыбаюсь я.

— Да? — на её щеках вспыхивает румянец. — А мне показалось...

— Показалось, — твёрдо говорю я. — Я хотел поговорить.

— О чём?

Я наклоняюсь ближе и делаю голос тише, чтобы заинтересовать её:

— О том, что здесь творится. Я подумал, а вдруг ты права? Вдруг хозяин резиденции и правда больной псих? И на самом деле похищает девушек.

Её взгляд меняется. Любопытство вспыхивает ярким огнём, и я понимаю, что зацепил. Я не оставляю ей ни малейшего шанса и назначаю встречу после работы. Потому что ждать я больше не намерен.

Вот только возникает маленькая проблема. Насколько странным будет выглядеть Лёша-разнорабочий на новеньком кроссовере? Я представляю, как Снежана начнёт заваливать меня ненужными вопросами. Поэтому я решаю взять рабочий автомобиль, который используют рабочие. Пусть она считает, что держит ситуацию под контролем. Ей совсем необязательно знать, что в этой партии ходы делаю я, и игра только начинается.

Вот только играю, чтобы завоевать её внимание.