Мы существуем

Кир

Родители рядом. Эта мысль согревала и тяготила одновременно. Они с ним, они не забыли про него и всегда — даже в самые дурные моменты — наблюдали за сыном. Родители любили Кира, а он с трудом вспомнил их лица.

Были бы родители живы, он непременно бы рассказал им, как сильно их любит и как благодарен за беззаботное детство, за то счастье, что они подарили ему. За то, что они есть.

Он не мог. И никогда уже не сможет.

Нет, он, конечно, скажет сегодня же, когда останется наедине с собой, и мама, возможно, услышит его. Но не ответит.

Между ними пропасть, зовущаяся смертью.

Ему было больно, но эта боль не имела ничего общего с резкой или отупляющей. Нет. Она — цепкая, но приглушенная — прочно угнездилась под ребрами, чтобы никогда уже оттуда не уйти. Боль эта останется с ним на всю жизнь.

Имя ей было «вечная память».

— Ты как? — Наташа переплела его пальцы со своими, и ребята двинулись в сторону деревни.

— Нормально, — отозвался Кир, взглянув в посветлевшее небо — Ты рядом, а это — главное.

Плетущийся рядом Дима длинно простонал, привлекая к себе внимание.

— Не подозревал, что можно говорить так... — не подобрал слова и замолчал.

— Мелодраматично? — ухмыльнулся Кир.

— Поэтично, — поправила Таша и добавила, лукаво подмигнув: — Мне жутко нравится, как ты говоришь, а его вообще не слушай. Он круглый дурак.

Глянула на Диму скептически, как смотрят на совершенно ненормального человека, который горд своей ненормальностью и называет её изюминкой.

— В смысле? — оскорбился Дима. — Я вам помогал-помогал, а теперь дурак?

— Ты зачем Асю-то отпустил?

— Она сама ушла. Кстати, как вы думаете, почему так резво ускакала? Как будто блохи покусали.

Теперь стон издал Кир, причем он вложил в него весь имеющийся скептицизм. Таша громко расхохоталась, подняла красный кленовый лист и покрутила его в пальцах.

Шоссе наполнялось машинами. Сложилось впечатление, что в Камелево ломанулись все, кому не лень. Про вспышку света и том, какой эффект она произвела на деревенских, ребята ещё не догадывались. Но уже подозревали неладное.

— Она по тебе сохнет, меняется, ломает себя. — Таша сдула лист с руки. — А ты ведешь себя как надменный придурок. Почему ты не сказал, что она тебе небезразлична?

— Потому что она мне безразлична, — буркнул Дима.

Кир помнил, с каким лицом — побелевшим до невозможности — темноволосый парень ломанулся к бездыханному телу Аси, как ощупывал его и закусывал губу. Как тряс, умоляя очнуться.

О да, очевидно, что никакими чувствами тут даже не пахнет.

И она, разумеется, просто так вернулась с того света, а совсем не потому, что Дима звал — пусть и сам того не подозревая — её обратно.

Кир хотел сказануть какую-нибудь гаденькую фразу, но его мобильный телефон завибрировал. Бегло посмотрел на телефон и обреченно вздохнул.

— Только её не хватало!

— Кто это? — Наташа заглянула ему через плечо. — Что за странный контакт «Не брать»?

— Леся.

— И чего она хочет? — заинтересовался Дима.

— Сейчас узнаем.

К текстовому сообщению была прикреплена фотография: девушка у ворот школы — лицо она прикрыла ладонью, но волосы с ярко-синими концами выдавали Лесю — и какой-то лыбящийся в камеру смуглый парень.

От кого: Не брать
Текст: Я непременно буду счастлива пусть даже с другим!!!!!!!!

— Сколько-сколько восклицательных знаков? — Дима прыснул. — Дружище, да на тебя запали, раз уж в ход пошли ванильные цитаты.

— Вам смешно, а мне что делать прикажете? Сначала она зазывала на свидание, а теперь будет описывать, как замечательно ей живется? Можно я напишу: «Кто тебе запрещает? Будь»?

Наташа покачала головой, а Дима объяснил с видом бывалого донжуана, разбившего сердце не одному десятку девиц:

— В том-то и дело, что нельзя, иначе она решит, что ты в неё втюрился. Не обращай внимания. Это нормальное девичье поведение. У женщин четыре агрегатных состояния: я тебя люблю; я делаю вид, что ненавижу тебя; я тебя по-настоящему ненавижу, потому что ты сломал мне жизнь; я люблю кого-то другого, а про тебя благополучно забыла. Неделька-другая, и её отпустит. Проверено на личном опыте.

— Ага, — Таша согласно мотнула головой. — Поверь, был бы ты ей небезразличен, она бы себя не вела так... вызывающе.

Кир, конечно, доверял друзьям (в какой-то момент он без сомнений причислил Диму к числу своих друзей), но твердо решил поговорить с Лесей по душам, потому что не хотел, чтобы она страдала зазря или натравливала на него Рому с Витей как каких-нибудь цепных псов.

— Ладно, мы тут свернем. Надо обсудить всё с хранителями, убедиться, что темные не вернутся. А заодно извинюсь перед Веней за свое поведение, — добавил Кир Таше, а та понимающе кивнула.

— Пока-пока, Дим. И не тупи, пожалуйста! — Она сложила ладошки в молящем жесте.

— Не буду, — буркнул Дима. — Валите уже.

***

Веня на него нисколько не обижался.

— Поживешь с моё, милый друг, — научишься не принимать близко к сердцу людские срывы. Я рад, что очистил душу, и отныне тайна твоих родителей не гложет меня ночами.

— Спасибо, Веня, что сохранил память о них, — сказал Кир, после чего человек и упырь пожали друг другу руки.

Ну а хранители подтвердили его подозрения насчет того, кем был спасен лес. Светлым духом, чья жизненная сила упокоила темных, запрятав их глубоко под землю, очистив тем самым ничейные земли.

Кир знал имя этого светлого духа.

Ася учудила. А ещё рассказывала ему, как нехорошо жертвовать собой.

Ну-ну.

Только оказавшись в тепле дома (как повезло, что они с Ташей не наткнулись на Раису Петровну) и до царапин отмывшись в душе (а заодно намазав лицо густым слоем крема против ожогов), Кир выдохнул с облегчением. Обошлось. Пока мылась Таша, а её бабушка готовила на кухне завтрак — невыносимо сладко пахло оладушками, — он взялся писать сообщение для Леси.

Кому: Не брать
Текст: Леся, пожалуйста, пойми, что я не буду с тобой. Не потому, что ты мне несимпатична – просто я давным-давно люблю другую и не променяю её ни на кого. Ты ничего с этим не поделаешь, даже не пытайся. Не нужно писать мне, не нужно искать утешение с другими парнями. Будь с тем, кто любит тебя так же сильно, как я люблю Наташу. Ты нужна Роме, за тебя он готов биться насмерть. Дай ему шанс.
Извини, если чем-то обидел.

Он несколько раз перечитал текстовку, исправил кучу пунктуационных ошибок. И нажал на «отправить». Кир вложил в это смс всю душу, всего себя. Пусть он не испытывал к Лесе никаких чувств, кроме жалости, но хотел, чтобы она прочувствовала его посыл. Он искренен и не желает продолжения дурацких игр.

Ответ пришел незамедлительно.

От кого: Не брать
Текст: Обойдусь без твоих советов. Писать тебе никогда больше небуду

Впрочем, как оказалось позже, строчить ночные сообщения — «как дела», «прости меня», «давай поговорим» — она не прекратила. Но Дима оказался прав: Лесиного запала хватило ровно на две недели. А уже в декабре Кир встретил её, идущую в обнимку с Ромой. Парочка выглядела настолько счастливой, что Кир не удержался от улыбки.

— Привет, придурок, — сказала ему Леся, не оборачиваясь.

Но это было потом. А пока Таша помылась, и Раиса Петровна пригласила её и Кира к завтраку. Аромат слоек с малиновым джемом и пышных оладушек, щедро политых сметаной, наполнял рот слюной.

— Вы какие-то покореженные, — сказала бабушка, подперев подбородок кулаком и рассматривая жующих с аппетитом ребят. — Опять натворили чего?

— Мир спасли, — хихикнула Таша. — Не переживай, баб. Что с нами сделается?

— С вами — ничего, — согласилась Раиса Петровна и погладила внучку по макушке, — а вот я и без того седая. Пообещайте мне больше не влипать в неприятности, а, дети?

— Обещаем! — хором отозвались Кир с Ташей и заговорщицки переглянулись.

Ну а под завершение дня Наташу увез домой отец, а отоспавшийся Кир валялся на незаправленной кровати, посасывая карандаш, вглядываясь в исписанный тетрадный лист. Строчки сложились сами по себе, в одно мгновение, будто всегда жили на кончиках пальцев и ждали возможности вырваться.

Вся его история знакомства с Наташей уместилась в одном стихотворении. Кажется, оно получилось неплохим:

Когда ты веришь в чудеса? Когда читаешь о них в книгах,
страницу за страницей не дыша?
Когда сидишь уютно у костра,
чуть прикусив губу и в лес смотря слегка наивно?
Какое ты ещё совсем дитя!
Я за спиной твоей. В лесу я твой хранитель.

Когда ты думаешь о нас?
Услышав шорох веток за спиной,
увидев всплеск на озере, заросшем тиной?
Когда тропа находится легко, а банка вмиг наполнится малиной?
Я так хочу тебя оберегать.
Заговорить.
И показать лесного мира цельную картину.

Когда ты стала самым главным?
Ты шаг за шагом в жизнь мою вошла, стремительно, но очень плавно.
Мне нравится, что ты как огонек,
а то, что неуклюжа – я нахожу забавным.
Мой мир – перед тобой.
Я рядом.

Когда ты стала всех дороже?
Бесстрашно следуешь за мной,
не выдаешь, что на душе тревожно.
Я руку протянул, а ты ее взяла.
Но будь внимательна и осторожна.
Ведь духи существуют.
Я существую тоже.
Я тоже.
Тебя тоже.

Кир перечитывал стихотворение, пририсовывал в свободных уголках миниатюрные картинки. Земляничная ягодка и огненный змей, плотоядно разинувший пасть. Волосы, заплетенные в тугую косичку, и малюсенькое личико, усыпанное веснушками.

С пыхтением на письменный стол вскарабкался Лютый и пафосным тоном оповестил:

— Кирыч, приглашаю тебя на свою свадьбу. Можешь прийти с бабой.

— С удовольствием! — хохотнул Кир, откладывая лист в сторонку. — Кто счастливая избранница? Хельга?

— Счастливая избранница — Хельга, а я — несчастный мученик, которого скуют оковами брака, — всплакнул Лютый, впрочем, без особого сожаления к своей персоне.

— Поздравляю. Это замечательное известие, — Кир выставил вверх большой палец и откинулся на спинку кровати, улыбаясь.

В жизни щедро намешано плохого, и иногда кажется, что черная полоса никогда не закончится. Будто бы она давно закольцевалась, и ты бродишь по ней, не зная, когда свернуть. Кажется, что ревность вычерпывает душу ложкой, и абсолютно всё против тебя.

Но потом ты понимаешь, что нечто хорошее непременно произойдет и перечеркнет всё плохое, что случилось ранее. Вспомнишь, что любишь и любим (или будешь любим, если любовь ещё не нагрянула). Вспомнишь, что кому-то дорог настолько, что тобой дышат как воздухом.

Всё обязательно будет.

Ради этого предвкушения чуда и стоит проходить сквозь трудные дни с гордо расправленной спиной.

Кому: Моя девочка
Текст: Я очень тебя люблю...

Автор стихотворения - Климина Диана Владимировна