Принц и Скарлетт

— Нет! Каспиан!

Разбив костяшки в кровь, я долго боролось с дверью, которая никак не хотела мне поддаваться. Все оказалось напрасно. Дверь была заблокирована.

В поисках подходящего инструмента, я вслепую спустилась по лестнице, и стоило мне преодолеть несколько ступеней, как зажегся тусклый свет. Судя по количеству коек, убежище было рассчитано на четыре человека. Кроме кроватей, там были стол и стулья, грубое подобие туалета за шторкой и большой шкаф, набитый небольшими припасами еды, воды и одежды. Перерыв все пространство, я отыскала под одной из коек аптечку, а под другой — инструменты. Выхватив небольшой, но тяжелый лом, бросилась обратно к двери.  До испарины на лбу, до хрипоты в голосе я отчаянно пыталась открыть эту чертову дверь— а она просто стояла на месте. Будто бы насмехалась надо мной. Все мои крики были впустую. Ведь точно так же, как до меня не доносился ни один звук, сквозь эти толстые стены точно не мог быть услышать и мой голос.

Я пыталась очень долго, но ни к чему это не привело. От собственного бессилия хотелось биться головой, рушить все вокруг, только бы делать хоть что-то. В мертвенной тишине каждая минута, казалось, тянулась бесконечно. Истратив все свои силы, я спустилась по стене и снова сжалась в комок, словно испуганный котенок.

Каспиан... Каспиан...Каспиан...

В голове был только один человек. Ни секунды не раздумывая, он втолкнул меня в убежище, а сам... остался там. В приступе паники хотелось бросится и начать колотить эту дверь, но это бы ничем мне не помогло. Я буду находиться здесь, пока двери не разблокируют.
А что, если тот наемник выстрелил? Что, если он ранил его? А что если...?

Господи, я никогда ни о чем не просила тебя. Молю, пусть он будет жив!

Время текло предательски медленно. Мне не оставалось ничего, кроме как сводить себя с ума своими же мыслями. Целый мир будто рушился за этими стенами, а я спряталась здесь, лишь бы ничего не видеть. Мысли съедали меня изнутри, и эта пытка была невыносимой.
Как этим людям удалось проникнуть во дворец незамеченными? Да еще и с оружием... Необходимо хорошо разведать слабые точки системы охраны, чтобы незаметно пробраться в самое защищенное место в стране. Очевидно, что у этих людей должны быть сообщники внутри, но кто? Нам до сих пор неизвестно, кто ими руководит, и чего они в конечном счете добиваются. Могут ли они быть связаны с группировкой Эстер? Ведь Тайлер дал понять, что у них полно ушей во дворце... Что если отказ Кронпринца в сотрудничестве побудил их пойти на крайние меры, чтобы убрать с дороги его отца? Сотни предположений и догадок никак не складывались в одну полную картину. А возможно, я была не в том состоянии, чтобы собрать все факты воедино и понять, что на самом деле происходит.

Вымученно подняв голову, я взглянула на настенные часы. Прошло два с лишним часа. Голова раскалывалась от невыносимой тревоги, в тело ломило от усталости. На одежду и руки без слез не взглянешь: все испачканы в крови. Пятна успели высохнуть, но тошнотворный запах все еще ощущался в носу.
В абсолютной тишине любой шорох мог бы привлечь внимание. А услышав характерный щелчок, я и вовсе вскочила со своего места, словно безумная, и тут же побежала к двери. Завидев тонкую щель в стене, я попыталась сдвинуть плиту своими руками, но это оказалось не так просто. Тогда-то мне и пригодился лом. В организме, откуда ни возьмись, нашлись нечеловеческие силы. Резкий прилив адреналина подключил все ресурсы, которые имелись. И в конце-концов, я все-таки смогла сдвинуть плиту достаточно широко, чтобы протиснуться в нее и выскользнуть наружу...

В безлюдном коридоре остались лишь следы ожесточенной борьбы. На стене остались следы крови. На негнущихся ногах я добралась до лестницы, и встретила на ней нескольких гвардейцев. С поникшими головами, на носилках они уносили бледные трупы своих товарищей. Я не решилась заговорить с ними. Так бы и стояла на месте, не решаясь сдвинуться, если бы вдруг ни услышала знакомый голос.

— Мисс Джонсон. Слава Богу, вы целы.

Итан, впервые на моей памяти, выглядел настолько плохо. Одежда перепачкана в пыли и крови, на теле несколько ссадин, а тень на лице придавала ему сероватые, почти помертвевший оттенок.

—... Где он? С ним все хорошо?

Я ожидала незамедлительного ответа, однако парень словно не знал, что мне сказать. Он опустил взгляд, и мое сердце ушло в пятки. Мир замер, прямо как в тот день, когда не стало Джо Коуэлл.

Нет. Он не мог...

— Итан, с ним все хорошо?

Во второй раз мой голос прозвучал громче и требовательнее. Каждая поджилка в теле задрожала. Я не хотела принимать эту реальность, не могла принять. Итан всегда был немногословен, и в этот раз молча направился вверх по лестнице, ничего не сказав. Следуя за ним, я еле держалась, чтобы не схватить его за плечи и вытрясти все ответы. Одного его вида было достаточно, чтобы понять, что случилось что-то ужасное. Но до последнего момента мне не хотелось в это верить.
В полной тишине мы поднялись на третий этаж. Не дойдя до покоев Кронпринца, я услышала женский плач. Внутри меня что-то оборвалось...

На одно мгновение я застыла. А затем, сорвавшись с места, ринулась к распахнутым дверям. В этих покоях еще никогда не было так людно. Помимо прислуги и гвардейцев, я узнала среди присутствующих медсестру и доктора Зальцмана. Кроме них, в комнате присутствовала испанская монаршая семья. Во время нападения они, наудачу, отсутствовали во дворце. Смирно стоя в стороне, они безмолвно наблюдали за всем происходящим. Только на лице Камиллы и Элис можно было прочесть хоть какие-то эмоции, остальные же не выражали никаких чувств, словно это бы унизило их достоинство.

Теодор, сидя на кресле, согнулся пополам, сомкнув руки в замок на своей шее. Король Стефан скорее напоминал каменное изваяние, чем живого человека. Хотя в его глазах горел настоящий огонь, он сохранял остатки самообладания. Он стоял высокой скалой у изголовья кровати своего старшего сына. Заложив руки за спину, он держал осанку прямой, старался оставаться таким же сильным и несгибаемым, как и всегда. Но в тот миг что-то подсказывало мне, что это было лишь притворство. Мастерство, которым он овладел за долгие годы правления. Королева Лилиан безутешно плакала возле широкой постели, пока к ней прижималась Аделаида, спрятав свое лицо. Однако, услышав мои шаги, девочка вскочила и побежала мне навстречу. Скованная ее крепкими объятиями, я не могла оторвать взгляд от Каспиана Ройала...

Он лежал на постели, сомкнув глаза. Белый, как снег. Губы, которые целовали меня еще пару часов назад, теперь, потеряв цвет, иссохли. На полураздетом Принце были только брюки. Торс замотан бинтами, сквозь которые сочится алая кровь. И хотя он совершенно не шевелился, его грудь еле заметно вздымалась.

Дышит... Он дышит.

— В него стреляли - тихо произнес Итан- Пулю изъяли, но... Он потерял много крови. Есть вероятность, что Кронпринц не переживет эту ночь.

Эти слова еще несколько раз прозвучали в моей голове, прежде чем я осознала их смысл. Как только Ида расцепила руки, я медленно подошла к постели и опустилась на колени.
Внезапно все вокруг потеряло краски и перестало иметь значение...Его безжизненный вид с легкостью раскромсал мое сердце в клочья. Не веря собственным глаза, я ждала его пробуждения каждую секунду. Ждала, что сейчас он приоткроет веки и снова взглянет на меня так, словно я самая безнадежная авантюристка в мире. В его взгляде будет столько нежности и ласки, сколько не способна выдержать моя душа. Он улыбнется мне, скажет что-то подбадривающее, вселит в меня веру в доброе, в светлое — так, как он всегда делал.
Но он не шевелился. Словно жизнь давно покинула его плоть, и осталось только слабое дыхание, которое вот-вот прекратится.

Нет. Ты не можешь уйти так. Не можешь...

— Мой сын должен был укрыться в убежище, вместе со всеми. Тогда ничего бы не случилось. Но он пошел за тобой.

Глаза застилала толстая пелена слез, когда я подняла голову в сторону Короля. Плотно сжав челюсть, он с трудом выговаривал каждое слово.

— Чего смотришь? Я просил тебя ... держаться от него подальше. Я говорил, что это плохо кончится. А ты что сделала?

Я не смогла ничего ответить. Весь мой мир в одночасье рухнул. Изнутри тело горело от невыносимой боли, которая коснулась каждой клеточки. Голоса, которые раздавались в комнате были приглушены, словно я находилась под толщей воды. Все мысли были сосредоточены на одном человеке.

Человеке, который, как оказалось, был для меня дороже всего на свете.

— Она плачет?- послышался голос Камиллы

После короткой усмешки она сорвалась с места. Но не оборачиваясь, я поняла, что кто-то удержал ее.

— Не смей плакать, ты не имеешь права! Дешевая шлюха, это ты во всем виновата!

Его руки охладели... В них больше не ощущалось прежнего тепла. Вены, плотными сплетениями опутывающие его предплечья, проколоты сразу несколькими катетерами. Глаза плотно закрыты. Мне так хотелось верить, что он всего лишь заснул крепким сном, но даже его зрачки не шевелились под веками.

— Зачем ты вообще пришла?! - в истерике билась Камилла- Будь проклят тот день, когда приехала в этот дворец! Ты все растоптала, все уничтожила!

Утром этого дня я сама проклинала тот день, словно с него все мыслимые и немыслимые беды обрушились мне на голову. Но разве... разве я могу возненавидеть день, в который я впервые встретила Каспиана Ройала?... Нет. Никогда.

— Довольно!- гаркнул Стефан, мгновенно приструнив Принцессу

Пока продолжалось это безумие, Лилиан безутешно плакала, словно ничего не слышит. Даже крик супруга не заставил ее вздрогнуть. Наивно было полагать, что Король собирался защитить меня, однако в тот миг во мне все же теплилась надежда.

— Уходи. Немедленно убирайся из этого дворца.

Каждый раз, когда Король выгонял меня, отчасти мне самой хотелось поскорее уйти. Вернуться в тот мир, где я была на вершине, где все двери открывались и все дорожки стелились передо мной. Мне хотелось снова стать той, кто была. Железной, хладнокровной, эгоистичной версией себя.Обрасти панцирем, чтобы больше никогда не испытывать привязанности к кому-то, и никогда не испытывать боли.
Но сейчас одна только мысль быть в разлуке с Каспианом была невыносима. Словно две половины единого целого... мы принадлежали друг другу. И я ощутила это всем своим сердцем, как только над его жизнью нависла угроза.

— ... Я не оставлю его. Не могу.

— Твоего желания никто не спрашивал!- снова повысил голос он- Достаточно мы натерпелись от этой девчонки! Итан, уведи ее сейчас же!

Приблизившись, Итан однако не смел прикасаться ко мне. Словно ожидал, что войду в его положение и поднимусь на ноги сама по собственной воле. Но я готова была биться насмерть, лишь бы оставаться на своем месте. Сжимая его руку и чувствуя слабый ритм сердца.

— Мисс Джонсон, молю вас...- нерешительно и тихо просил Итан

— Я никуда не пойду!- взревела я из последних сил

— Стража!

За спиной раздался марш шагов. По команде Короля двое гвардейцев приблизились к постели и схватили меня с обеих сторон, намереваясь вышвырнуть из дворца силком, словно побитую кошку. Но прежде чем они успели поднять меня на ноги, внезапно в перепалку вмешался Теодор.

— Отпустите ее!

Вскочив со своего места, Принц отшвырнул их от меня. Он знал, что навлечет на себя гнев отца, и был готов к этому как никогда. Еще никогда мне не приходилось видеть в глазах Тео столько решимости и злости. Все словно посходили с ума...

— Она останется здесь! Кас бы не позволил тебе тронуть ее, ты не посмеешь сделать этого!

В ответ ему раздался разъяренный голос Короля, которого впервые младший сын не испугался.

— Теодор Ройал, замолчи и сядь на место!

— Не в этот раз, отец! С меня хватит, прежнего Тео больше нет!- переведя дыхание, младший Принц решил высказать все, что накопилось- Если у кого-то и есть сейчас право сердиться, то точно не у тебя! В чем ты винишь эту девушку? Она сделала все, что ты просил, стала твоей марионеткой, и столького от тебя наслушалась! Думаешь, это Скарлетт виновата в том, что твои дети отбились от рук? Она здесь не причем, ты один во всем виновен! Брат бы никогда не подумал о тебе так плохо, но я слишком хорошо знаю тебя, отец... Ты шантажировал его, заставив согласиться на ту чертову женитьбу, уже зная, что он влюблен в нее.

— Это не так!

— Зная, что он пожертвует собой ради ее безопасности!- упорно продолжал Тео- Зная, что причиняешь ему боль, ты все равно это сделал! И так ты поступал всю его жизнь, всю нашу жизнь!

Даже если эти откровения и имели какой-то смысл для меня, то не сейчас. Все меркло перед угрозой, которая нависла над нами. Я не могла даже представит себе... Слишком много боли, чтобы ее можно было вообразить. Одно знаю точно: если не станет Каспиана Ройала — всему прийдет конец. Своды дворца обрушатся им на головы. Единственная надежда Капитолия на лучшее будущее будет утеряна навсегда.
И те, кто хотел отнять его жизнь, знали об этом.

— Тео, не испытывай моего терпения. Сейчас не время для твоих капризов.

Удивительно, но Король внезапно понизил тон голоса, а произнеся последние слова, старался избегать взгляда своего младшего сына. Будто ему неудобно быть отчитанным на глазах у посторонних.

— Капризов?- истерически усмехнулся Тео- В чем же заключается мой «каприз»? В том, что я говорю тебе правду, от которой колит глаза? Ты никогда не спрашивал, чего мы хотим, не интересовался нашим мнением! Только ты можешь диктовать: кем быть, чем заниматься, кого выбирать себе в жены — этот выбор никогда не принадлежал нам! За всю жизнь я не услышал от тебя ни одного хорошего слова! Кто ответит за это?! Кого мне винить, скажи?!

В попытке заступиться за меня, Принц потерял контроль над собой. От накопившейся обиды, Тео говорил все, что приходило в голову. И возможно, я бы была полностью на его стороне, если бы не успела узнать об истинном отношении Короля к своей семье; и о том, как воспитывал его собственный отец. Самое забавное, что мы оказались похожи друг на друга. Нам обоим тяжело давалось показывать свою любовь, вернее, показывать ее правильно, потому что в детстве этому никто не учил. Он по-настоящему любил их — но не так, как им было нужно, не так, чтобы они понимали и ощущали это.

— Ты издевался над нами всю жизнь, а теперь решил выставить крайней ее? Не выйдет. Она останется здесь!

— Твой брат может погибнуть!- взорвался Король-
Этого бы не случилось, если бы ее не оказалось во дворце! Он бы спасся!

— Эта девушка — единственный выбор, который он вделал вопреки тебе! Твоя рука не дрогнет, когда ты вышвырнешь ее из дворца? Он умирает, черт бы тебя побрал!

— Хватит, хватит, хватит...- пролепетала Королева, держась за сердце

Только после ее мольбы ссора между мужем и сыном прекратилась. Я не видела их лиц, потому что не могла поднять головы. Словно боялась упустить малейшее движение ресниц или движение пальцев.
Минуту спустя Стефан вновь прервал молчание, но теперь его голос звучал гораздо спокойнее. Совладав с эмоциями, он извинился перед испанкой королевской семьей.

— На сегодня все аудиенции отменяются. Я прошу всех покинуть эти покои. Доктор Зальцман, докладывайте мне о состоянии Кронпринца каждый час. Я должен обо всем знать.

— Непременно, Ваше Величество. Это весьма опасная область для ранения... но мы сделаем все возможное.

— Он нужен этой стране. Сделайте все невозможное.

Стефан собирался уйти, однако Зальцман добавил:

— Мой Король... боюсь, что нам понадобиться еще одно переливание крови. Его показатели снова ухудшаются. Но запасы из банка крови кончились: почти все из них отправили в общий изолятор, для раненных гвардейцев и прислуги.

— Возьмите мою- тут же отозвался Тео

— Это запрещено, Ваше Высочество. Мы не имеем право брать кровь у членов королевской семьи, так как это может причинить вред вашему здоровью. Люди с первой положительной группой крови являются универсальными реципиентами и могут получать кровь любого резус-фактора, но при условии совпадения группы. К сожалению, ни у кого из...

— Мистер Зальцман,- раздался хриплый голос, и все взгляды сошлись на мне- Первая отрицательная подойдет?

Доктор удивленно закрутил головой, но затем кивнул:

— Да, должна подойти. Но нужно сперва взять кровь на анализ. Проверить, не возникнет ли конфликта. Затем мы сможем сделать прямое переливание.

Не поднимая глаз, я ощущала, как в комнате оставалось все меньше людей. Тео осторожно приблизился к матери и повел ее за собой. Казалось, Лилиан была настолько не в себе, что даже не осознавала, кто и куда ее уводит. Я знала это, потому что сама испытывала схожие ощущения. Будто душу вырвали из груди и оставили доживать жизнь без нее. Никогда я не чувствовала себя настолько потерянной. Единственным маяком, который удерживал меня в сознании, стал он. Прикосновение его руки тонкой нитью связало меня с этим миром, не давая погрузится в другую реальность и окончательно потерять рассудок.

Доктору Зальцману пришлось склониться, так как я все еще сидела на полу. Быстро отработав кожу на моей руке, он вонзил в вену шприц. Этого укола я практически не ощутила, словно нервные окончания потеряли всякую чувствительность.

— Мисс Джонсон, - прозвучал голос доктора- Должен вас предупредить, нам потребуется много крови. После переливания возможны последствия: головокружение, тошнота, слабость...

— Мне все равно. Только обещайте, что вы спасете ему жизнь.

В его взгляде я искала уверенности, но не смогла найти. Зальцман не умел скрывать свои сомнения под маской хладнокровия. Что-то больно кольнуло в груди.

— К сожалению, я не волшебник... Врач лишь исполняет свою часть работы, но очень многое зависит от самого организма. От того, борется он за жизнь или нет. Следующие десять часов он будет наиболее подвержен осложнениям. Нам остается... только молиться. Пути Господни неисповедимы.

Последние его слова я уже слышала однажды, и после них Джо ушла из жизни. Оставила меня одну в этом жестоком, бесчеловечном мире. Обрекла на долгие годы одиночества. И вот теперь, когда я обрела его... услышать эти слова было подобно смертному приговору.

Взяв достаточно крови для анализа, доктор вышел из покоев. В комнате воцарилась тишина, как только мы остались вдвоем. Не выдержав, я наконец дала волю слезам. Сжав его ладонь крепче, я уткнулась лицом в постель и позволила себе взвыть от невыносимой боли. Легче не стало. Существуют вещи, в которые просто невозможно поверить, даже представить их сложно. Одна из таких вещей... Это жизнь без Каспиана Ройала. Такое не может произойти... Этого не может случиться...

« — Я здесь, Скарлетт. Рядом. С тобой ничего не случится, пока ты со мной. Клянусь тебе. »

Его голос эхом звучал в моем сердце каждую секунду. Будто все мое нутро отказывалось смириться с тем, что я могу никогда не услышать его. Не увидеть. Не знать, чем заняты его мысли. Не ощущать на себе ни бережных прикосновений, ни теплых до неприличия взглядов. Не слышать, как он смеется. Не ощущать его присутствия...Ничего из этого.

Это не конец. Он не может быть таким...

Спустя какое-то время доктор Зальцман вернулся и сообщил о том, что проба прошла успешно: моя кровь идеально подойдет для переливания. Не успела я опомниться, как к широкой постели подкатили каталку. Уложив меня, медсестры закопошились, подключая необходимые приборы. Все это время мой взгляд не сходил с Принца. Я боялась упустить его из виду хотя бы на мгновение. Будто отвлекись я хоть на секунду — и произойдет что-то непоправимое. Эта была призрачная надежда, иллюзия того, что я контролирую ситуацию.

— Процедура переливания может занять чуть больше часа. Мисс Джонсон, рекомендую сохранять абсолютное спокойствие. Нам потребуется около восьмиста миллилитров крови. Прямой метод сопряжен с более высоким риском осложнений, но боюсь, что медлить мы не имеем права. Если почувствуете себя плохо, прошу незамедлительно сообщить нам об этом. Вы услышали меня?

Не сразу отреагировав, я все же кивнула со второго раза. После этого мою вену на руке пронзили иглой, подключив катетер. Закручиваясь, он витиеватыми дорожками соединялся на другом конце с веной Кронпринца. Через пару мгновений прозрачная линия между нами стала стремительно окрашиваться в темно-алый цвет.
Его ресницы даже не думали вздрагивать. Кожа оставалась такой же бледной, как и прежде. Все мое нутро холодело при взгляде на него. Казалось... словно жизнь давно покинула его тело, а мы отказывались это принимать. В безжалостной тишине надежда звучала только в редком биении сердца, которое фиксировали приборы.
Фиксируя все внимание на нем, я забывала прислушиваться к собственным ощущениям. Весь мой мир сжался до пределов одной комнаты и стал биться в его груди. Я не слышала никаких голосов, не ощущала запахов, не различала цветов. Все постепенно меркло перед моими глазами, теряя какой-либо смысл...

— Скарлетт, вы слышите меня? Сколько пальцев я показываю?

Чернота перед глазами начала плавно отступать. И с каждой секундой я все отчетливее видела перед собой доктора Зальцмана. Поначалу он слегка двоился, но дождавшись, когда картинка станет более четкой, я сосчитала количество пальцев.

— Три.

Стоило доктору отойти в сторону, как я тут же повернула голову. Все осталось как прежде. Даже положение его тела не изменилось. Словно каменная статуя, холодная и безжизненная, Каспиан Ройал не шевелился, не вздрагивал, не издавал ни одного звука... Что-то внутри меня умирало каждый раз, когда я видела его таким.

Во рту пересохло, а вокруг все было словно в тумане. Во всем теле ощущалась безумная слабость. Я по-прежнему лежала на каталке, однако катетер успели отсоединить.

— Вы закончили?- прохрипела я

— Нет. Мы смогли взять только половину необходимого объема.

Взглянув на него, как на безумца, я собрала все остатки сил, чтобы лишь слегка повысить голос:

— Почему вы остановились? Возьмите сколько нужно!

— Вы потеряли сознание во время переливания, Мисс Джонсон. Мы не можем продолжать, вам надо восстановиться.

— Я уже в полном порядке, мы можем продолжить!

Тот лишь покачал головой. Я была намерена настаивать до тех пор, пока ни смогу убедить его. Однако в разговор вмешался третий голос, и только тогда я заметила в комнате еще одного человека.

— Сколько требуется времени на восстановление, доктор Зальцман?

Итан стоял возле стеклянных дверей, что выходили на широкую террасу. За его худощавым силуэтом небо успело потемнеть. По часам на стене я безошибочно определила, что время уже полночь.

— Обычно это занимает более двадцати четырех часов, - ответил доктор- Но современные стимуляторы позволяют ускорить процесс восстановления в три раза. Только это может повлечь за собой некоторые побочные эффекты.

— Колите стимуляторы- сказала я без грамма сомнения

Зальцман перевел взгляд на Итана. Тот с обреченным видом кивнул, не осмелившись вступать со мной в спор. Отыскав нужную ампулу, доктор наполнил шприц бледно-голубоватой жидкостью, с затем осторожно ввел ее мне в кровь. Хоть он и старался этого не показывать, по лицу доктора так и читалось желание прекратить истязательства над моим организмом. Но даже если в нем взыграла врачебная совесть, я не намеревалась останавливаться до тех пор, пока от меня хоть что-то зависело.  Внезапно я осознала, что если от моей помощи ему станет лучше... я была готова пожертвовать всем, что у меня было. Кровью, рукой, даже сердцем — всем, что потребуется. Так же, как и он пожертвовал собой ради меня.

После ухода доктора Итан не спешил заводить разговор. Пребывая в собственных мыслях, парень сложил руки на груди. Его пустой взгляд сверлил какую-то невидимую точку. Глядя на него, как и на всех людей вокруг, становилось очевидно, что все мы внезапно потеряли внутренний ориентир.

Каспиан Ройал был их надеждой. Он вселял веру. Видел путь.

Люди чувствовали это и доверяли ему безоговорочно. Он поразительно органично сочетал в себе образ будущего правителя, ощутимую в голосе и взгляде железную волю — и вместе с тем какую-то природную непринужденность и милосердие. Он являл собой все то, в чем народ нуждался, сам того не осознавая. Во мраке он стал светом, к которому все стремились... Но потеряли и оказались в кромешной темноте.

— Это не конец, Итан... - прошептала я- Он будет жить. Я это знаю.

— Вы в это верите- исправил меня парень- Никто из нас не может знать, что будет дальше. Счастье, что у нас есть хотя бы эта призрачная надежда. Ее могло бы и не быть.

— Что ты имеешь ввиду?- нахмурилась я

Осознав, что сказал лишнего, Итан явно пожалел об этом. Он мешкался всего несколько секунд, а затем устремился к двери. И только после того, как проверил, что за ними нет лишних ушей, парень подошел ко мне и сказал:

— Король велел всей страже умолчать об этом, но... Оборона дворца потерпела бы полное поражение, если бы в последний момент ни вмешались они.

— Кто «они»?

— Повстанцы. Те люди, с которыми встречались вы и Кронпринц... Эстер.

Что?

Выходит, весь королевский двор Капитолия был бы уже уничтожен, если бы эстерцы не оказали нам помощи? Но откуда же они взялись и... Постойте, а ведь Тайлер упоминал о том, что во дворце у них полно ушей! И он не солгал, раз эти люди так своевременно смогли оказаться рядом и спасти нас!

— Но как они это сделали? И почему?

— Мне это неизвестно, Мисс. Я бы и сам не поверил, если бы не видел все собственными глазами... В Наследного Принца должны были пустить вторую пулю, и она стала бы его последней — если бы ни появился мистер Блэквуд. Их люди перебили большую часть наемников. Если бы не они, боюсь даже представить, чем все закончилось...

«— Мы на вашей стороне, и настанет день, когда мы докажем это»

В тот момент слова Тайлера Блэквуда внезапно пронеслись в моих мыслях. Выходит, что этим поступком он доказал свои слова. Но значит ли это, что все остальное было чистой правдой? Неужели они действительно готовы рисковать собой так ради спасения королевской семьи? Нет... Дело не в семье.

Дело в нем.

Во время нашей встречи члены группировки вполне открыто дали понять, что желают видеть своим Королем Каспиана Ройала. И готовы поддержать его на этом пути. Наверняка именно он и явился причиной, по которой они вмешались в вооруженных конфликт.

— Выходит, что они не солгали...Они действительно хотят видеть его на троне.

Устало вздохнув, Итан ответил:

— Нам остается только догадываться, что будет, если их старания окажутся напрасными...

— Этого не случится - отрезала я- Он поправится. Не смей даже думать иначе.

Итан не стал ничего мне доказывать. Лишь опустил взгляд, словно не видел смысла спорить о том, что, по его мнению, вполне очевидно. Стоило ему выйти, как я совершила попытку встать с каталки. С непривычки или ввиду слабости, голова тут же закружилась, и я чуть было ни свалилась на ровном месте. Однако, вовремя ухватившись за ножку балдахина, смогла удержаться на ногах.
Черт... похоже Зальцман все же не ошибся: я была пока слишком слаба, чтобы выдержать еще одно переливание. Настолько слаба, что не могла стоять на своих ногах без посторонней опоры. Отвратительное чувство собственного бессилия.

Отшвырнув каталку, я медленно опустилась на пол возле широкой кровати. Его ладонь была оказалась теплее, чем прежде, и даже эту малейшую перемену температуры в теле я ощутила каждым нервным окончанием. Это только убедило меня в том, что все вокруг заблуждались. Я почувствовала его тепло — пусть и слабое — но даже его было достаточно, чтобы восприять духом.

Ты выживешь. Я знаю, что ты сможешь.

Уронив голову на край постели, я не могла отвести глаз от его лица. Удивительно, как я могла не замечать этого, глядя на него с экрана телевизора или со страниц журналов, с самого своего детства. Боже мой, как он был красив...
Линии подбородка, четкие и волевые, контрастировали с мягкостью изгиба губ. В уголках глаз залегли едва заметные морщинки – свидетельство прожитых лет и пережитых испытаний. Казалось, что это лицо было создано не просто так, а вылеплено самим временем, каждое движение кисти которого оставило свой неповторимый след, создавая образ, который врезался в память навсегда.

Мой хороший мальчик. Мой прекрасный Принц... Когда-то один человек, который был дорог мне больше всех на свете, оставил меня одну. Но ты не оставишь меня, ведь правда? Поклянись, что не сделаешь этого. Я не смогу пройти через это еще раз. 

Крепко держась за руку, я неустанно слышала его голос. Он звучал в моих мыслях, бился в моем сердце, резонировал в каждом уголке моей души. От первых его слов и наших нелепых перепалок до самых сокравенных признаний...

«— Мисс Джонсон, прошу простить меня, что не смог встретить вас днем. Очень рад с вами познакомиться».

«— Вас волнует много вопросов, но ответов на них вы знать не хотите. Мне жаль, если я обидел вас своим поведением. Но поверьте, я отношусь к вам со всем уважением и должным пиететом».

«— Послушайте, Мисс Джонсон... Я не враждую с вами. Более того, я вообще не приемлю вражды. Начало у нас не заладилось, но я готов идти навстречу. Как вы смотрите на урок фехтования завтра с утра?»

«— Я прошу прощения не за это, а за то, что несправедливо огрызалась на вас и ...всё остальное.
— Вы терлись о мой пах.
— Ну надо же мне было доказать, что меня хотят все!»

« — Удобная отмазка, вам прямая дорога в политики, Ваше Величество.
— Черт возьми, Высочество!»

«— Что ж, тогда я обязан сказать: мои вчерашние слова были также несправедливы. Я не хотел вас обидеть.
— Меня невозможно обидеть, не льстите себе.
— Может, отмотаем обратно на ту часть, где вы раскаиваетесь в своем поведении?».

«— Ну, я теперь смогу ходить везде и хвастаться, что у меня в друзьях будущий Король, так что...
— Тогда, друзья?
Он протянул мне руку. Я пожала теплую ладонь с длинными пальцами и проронила:
— Друзья».

«— Может, ни один мужчина вас еще по-настоящему не любил?
— А вы правда верите в то, что любовь существует?
— Я это знаю».

«— Тебе не нужен этот яркий макияж, эти откровенные платья и этот кокетливый тон, чтобы затмить остальных. Тебе ничего для этого не надо делать, по крайней мере, в моих глазах. Скажи, почему я должен говорить это, если выдаю себя с потрохами каждый день?»

«— Таких, как ты, больше нет, Скарлетт Джонсон»

«— Я не могу- проскулила я
— Мы сможем- твердо ответил Каспиан - Верь мне».

«— Это всегда была ты».

« — Я не могу заставить тебя залезть в мою голову, но ты должна знать, что у меня нет и никогда не было недостойных мыслей по отношению к тебе. Я готов дать столько времени, сколько тебе нужно, чтобы обдумать все это».

« — Ты ведь совсем меня не знаешь, Каспиан Ройал.
— Я вижу тебя. Такой, какая ты есть. Какой всегда была».

« — Не хочу потерять тебя. Если есть в мире что-то, за что я готов сражаться до последнего — это ты, Скарлетт.
— Но Король...
— В один день им стану я. И мне решать, кто станет следующей Королевой»

«— Знаю, наши отношения далеки от нормальных. Пожалуй, я никогда не смогу сводить тебя в ресторан или на прогулку в парке. Еще я всегда нахожу не самый удачный момент для встречи, и иногда веду себя слишком сумбурно, но... Все это лишь потому, что я  не умею справляться с теми чувствами, которые испытал впервые».

Он любил меня. Любил так сильно, что не мог справляться с собственными чувствами. Так сильно, что готов был преодолеть все трудности; закрыть глаза на все мои выходки, вопреки собственным принципам; наступить себе на горло; бороться со своим отцом; Так сильно, что... не задумываясь, бросился спасать мне жизнь, рискуя своей собственной . Хоть он так и не решился произнести этих слов, так же как и я.

— Я так и не сказала, что люблю тебя. Ты — моя недостающая часть, Каспиан Ройал. Прошу, не уходи...

Прикрыв глаза от усталости, я ощутила, как тихие слезы вытекали из них, капая на простыню. Мокрая ткань неприятно липла к коже, однако остановиться было не в моих силах. В эту страшную ночь я осознала, что отныне не представляю своей жизни без этого человека. Какие-то уголки моего прошлого никогда не будут ему доступны, и он не был всей моей жизнью... Но он — все, что в ней было хорошего. То единственное, ради чего я готова была отдать все, что у меня есть. Мой смысл.

Моя истина.

Сжатие руки было столь слабым, что сперва показалось плодом фантазии. Но во второй раз...

Вздрогнув, я резко подняла голову. Его глаза по-прежнему закрыты, он не пришел в себя. На мгновение я решила, будто мне показалось. До тех пор, пока его длинные пальцы не дрогнули прямо на моих глазах... Еле-еле, они попытались слегка сжать мою руку, и в ту же секунду невыразимое счастье разлилось в моей груди.

— Господи... - пролепетала я, а затем со всей мощи закричала- Доктор Зальцман!

В покои сперва ворвалась прислуга, и я велела им позвать доктора. Не прошло и двух минут, как он примчался, а следом за ним на мой голос слеталась вся семья Ройал. В ночных рубашках, не задумываясь даже о своем виде, они выбежали из собственных покоев. На их бледных лицах застыл настоящий ужас. Нетрудно догадаться, какой была из первая мысль, как только я стала кричать и звать на помощь

— Он пошевелил рукой. Я почувствовала, как он сжал ее...

— Боже мой!- воскликнула Королева, тут же бросившись к постели

Мне пришлось сдвинуться, когда по другую сторону подбежал Зальцман. Достав из халата диагностический фонарик, он стал светить им в оба глаза по очереди. Затем стал задавать один вопрос за другим:

— Что вы сделали? Как это произошло? Вы что-то трогали здесь?

— Нет, я... Просто разговаривала с ним- растерянно ответила я

Доктор переключил внимание на приборы. Обернувшись, я невольно заметила, как Ида жмется к своему отцу, словно боясь, что любое лишнее движение или брошенное слово может сделать хуже. Слегка приобняв ее, Король подал голос:

— Что вы скажете, доктор Зальцман? Это могло произойти в следствие переливания?

— Похоже, что так и есть, Ваше Величество...Показатели немного улучшились. Удивительно, но никаких осложнений не выявлено. По крайней мере, если они и были, по-видимому, организм их преодолевает.

Выпустив весь воздух, что задержался в легких, я ощутила облегчение, не сравнимое ни чем. И услышала, как эта новость обрадовала всю королевскую семью.

— Хвала Господу!- громко всхлипнула Лилиан- Стефан...

Король тут же устремился к ней и крепко взял за руку, словно пытался унять дрожь в ее теле своей непоколебимой твердостью. Теодор же взял под свое крыло младшую сестру.

— Пока рано что-либо утверждать,- добавил Зальцман- Но похоже, что главная опасность уже миновала. Мы продолжим следить за состоянием Его Высочества. И думаю, что утром мы совершим повторное переливание.

— Мне уже лучше- вмешалась я- Можете взять еще крови.

Хоть от прилива адреналина и невыразимой радости, я действительно почувствовала себя лучше, доктор, не поддаваясь, решил наглым образом нажаловаться на меня.

— Ваше Величество, во время прошлого раза эта девушка потеряла сознание. Мы вкололи стимуляторы, но это слишком большой стресс для организма.

Я не стала поднимать голову, чтобы не сталкиваться со взглядами Короля и Королевы. Опасалась, что прочту вниз упрек в своей слабости. Однако после небольшой паузы Стефан Ройал произнёс:

— Дождитесь утра. Пусть ее организм сперва восстановится.

Не ожидая таких слов, я подняла озадаченный взгляд на Короля. Продолжая держать за руку свою супругу, он смотрел на меня без капли упрека или злости. Возможно это была игра света, но на мгновение мне даже почудилась в его взгляде благодарность...

— Тео, отведи сестру в ее покои. Отправляйтесь спать.

В этот раз уходить им было гораздо проще, чем в прошлый. Радостная новость посреди ночи оставляет возможность спать с легким сердцем. Но я будто бы не могла себе позволить расслабиться. Все под контролем до тех пор, пока я здесь.

— Скарлетт, милая, тебе тоже нужно отдохнуть- слабым голосом пролепетала Королева

Удивительно, что в таком состоянии она вообще вспомнила обо мне. Не думаю, что ей самой хоть на грамм лучше, чем мне.

— Я останусь.

К счастью, она не стала настаивать. Взяв супругу за плечи, Король мягко повел ее к выходу, также никак не воспрепятствовав моему присутствию. Возможно, причиной его милосердия стало то, что я пожертвовала свою кровь, а возможно, и что-то другое... Но факт на лицо: что-то внезапно переменилось в его отношении ко мне. А почему — остается только догадываться.

— Мисс Джонсон.

Надо мной внезапно раздался взрослый мужской голос. Подняв голову, я заметила рядом стоящего главного лакея, мистера Роджерса.

— Если желаете, прислуга постелит для вас на диване. Полагаю, что спать на медицинской каталке вам будет крайне неудобно.

Я невольно усмехнулась.

— Благодарю за заботу, мистер Роджерс. Ничего не нужно. Я все равно не смогу уснуть.

— Что ж, возможно, это даже к лучшему- напоследок сказал тот- Сегодня просто чудесная звездная ночь...

Затем старик вышел из покоев, а я озадаченно уставилась ему вслед, не до конца поняв, к чему были сказаны эти слова. Но встряхнув головой, быстро избавилась от лишних мыслей и вновь положила голову на краешек постели.