Принц и Скарлетт

— Ты невнимательна - слышится голос над головой

Я вздрагиваю, будто бы очнувшись ото сна. Сидя на стульчике, я едва достаю ногами до пола. На столе тетрадка с заданиями. Она вся исписана и исчерчена моими попытками решить сложную задачу. Мои руки перепачканы синими чернилами. Подняв голову, я не могу разглядеть лица, но вижу высокий женский силуэт с пышной копной темных волос.
Я знаю, кто она.
Она обходит меня со всех сторон, и я чувствую, что ее взгляд скрупулезно следит за каждым моим движением.

— Я стараюсь. Это трудно.

Мой голос был детским. Но почему-то в тот момент это не показалось странным.

— Ты все усваиваешь лишь на собственных ошибках. Если теряешь нить, всегда возвращайся к началу.

— Но... что есть «начало»?

Ее тень продолжала плавно кружить вокруг меня. Однако я не слышала шагов, словно она парила в воздухе. Словно мы были не на земле.

— Ты уже знаешь, моя девочка. Нужно лишь вспомнить.

Я нервно перебираю пальцы. Сжимаю ручку и вновь стараюсь понять то, что написано в тетради. Попытки оказываются тщетными. Задача не решается.

— ... Не получается. Помоги мне.

Только что я ощущала ее присутствие рядом со мной. Однако как только я оглянулась, то не обнаружила рядом никого. От нарастающей тревоги сердце бьется все чаще. Я осталась совершенно одна. Опять.
Опустив глаза в тетрадь, вижу одно слово, нацарапанное черной пастой бесчисленное количество раз...

«ПРЕДАТЕЛЬНИЦА.
ПРЕДАТЕЛЬНИЦА.
ПРЕДАТЕЛЬНИЦА»

Дрожь пробегает по всей спине. Вскочив с места, я убегаю прочь со всех ног. Вокруг нет пространства, нет расстояния, нет пути... Я бежала в никуда, пока со всех сторон раздавались крики:

— Ева! Маленькая Ева! Слабая Ева! Жалкая Ева! Ева, Ева, Ева!

— Нет! - кричала я- Это не мое имя!

Они продолжали звать меня так. Спотыкаясь о собственные ноги, я бежала так быстро, как могла. Голоса становились все громче, они оглушали со всех сторон. Заткнув уши, я кричала, пытаясь перекрыть их голоса. Казалось, что этот кошмар не кончится никогда, однако...
Тьму, что сгустилась вокруг, прорезали слабые лучи света. С их появлением голоса в моей голове резко затихли, словно их и не было. Встав на ноги, я ощутила себя гораздо выше и взрослее. В том теле, в котором и привыкла находиться.
Осторожно приближаясь источнику света, я ощущаю волнение и страх. И в конце-концов, ошеломленно замираю...
Передо мной стоял трон. Болтая ножками, на нем сидела маленькая девочка. Она одета в серый сарафан из грубой ткани, а ее волосы заплетены в тугие косички. Увидев меня, она радостно заулыбалась, словно эта встреча была для нее очень желанна и приятна.

— Здравствуй. Я очень ждала тебя.

Она была маленький, ей не больше семи лет. Беззаботная улыбка не сходила с ее лица, а от радости нашей встречи глаза девочки даже слегка поблескивали.

— Почему? - растерянно пролепетала я

— Нам было так больно в разлуке. Ты больше не бросишь меня, как это сделали они, ведь так?

Не спрашивая, я знала, о ком она говорит. Нас бросили одни и те же люди. Глядя в ее глаза, я не могла не узнать себя саму, совсем ребенком. Но почему-то с моих губ сорвался вопрос:

— ...Кто ты такая?

— Разве ты не видишь? Я — Королева!

Она рассмеялась. Ее смех стал раздаваться отовсюду, заполняя пространство...

***

Резко вырвавшись из сна, сознание не сразу вернулось в реальность. Открыв глаза, пару секунд я ничего перед собой не видела, словно все еще пребывала во сне и слышала громкий детский смех.

Я редко видела сны. Только кошмары из детства, что порой бессознательно всплывали в памяти. Этот сон... такой странный, не похожий ни на кошмар, ни на безумный плод фантазии. Тот силуэт, что наблюдал за мной свысока— это была Джо, я точно знала это. Но значили ли ее слова хоть что-то, или же это куски из моего прошлого, которые когда-то стерлись из памяти а теперь внезапно вернулись ко мне? Что вообще означали эти хаотичные обрывки из сна...?

— Доброе утро, Мисс.

Служанки раздвинули тяжелые шторы окон, и я резко пришла в себя, замечая что в покои вошел доктор Зальцман. В руках у него были папка и ручка, с которыми он, судя по всему, никогда не расставался. Потерев глаза я приподнялась, внезапно осознавая, что буквально улеглась в постели Кронпринца...

Повернув голову, вижу рядом его. Лежа под боком, я слегка согрела его тело своим теплом. Все так же без сознания, он даже не шелохнулся, когда я проснулась. Я не чувствовала его запаха: отныне его перекрывал запах лекарств. Однако цвет его кожи будто бы поменялся...перестал быть таким холодным.
Вставая с постели, я внутренне ругала себя за то, что в сонном состоянии умудрилась разлечься рядом, не думая о том, что могу причинить ему вред.

— Я это не специально, похоже, что во сне...

К счастью, не желая развивать эту тему, доктор щелкнул ручкой и открыл свою папку, начиная задавать поток вопросов:

— Как вы себя чувствуете? Есть головная боль, слабость в мышцах, тошнота или головокружение?

Прислушавшись к ощущениям, я ответила уверенно.

— Нет.

Зальцман в два широких шага оказался рядом и подвел к моим глазам свою ручку. Уводя ее из стороны в сторону, он попросил внимательно следить за кончиком . Затем осмотрел вены на руках, а потом попросил открыть рот. Осмотрев меня, он также решил измерить мое давление. А пока тот настраивал аппарат, я взглянула на часы.

— Еще только семь утра. Вы хоть ложились спать?

— Мы следим за состоянием Его Высочества каждую минуту. Если аппараты зафиксируют негативную динамику, я должен быть готов. Не двигайтесь.

Замолчав, я терпеливо ждала, пока это закончится. Через минуту тишины, доктор констатировал факт того, что мой организм восстановился и готов к новому переливанию.
Все повторилось. Уложив меня на каталку, врачи снова подсоединили иглы к прозрачным трубкам, и вонзили их в мою вену. Алой витиеватой лентой моя кровь плавно перетекала в вены Ройала.
Невольно я усмехаюсь. Кто бы мне сказал раньше, что когда-то моя кровь будет течь в жилах члена королевской семьи? Никогда бы не поверила.

В этот раз переливание прошло успешно: хотя бы потому, что в конце я не потеряла сознание. Однако от слабости в мышцах мне хотелось рухнуть обратно на постель и свернуться в клубок под боком у Принца.
Зальцман аккуратно изъял шприц из вены, когда в покои постучались. Через мгновение за дверью показалась Пэйдж. Она робко спросила, можно ли войти, но в комнате не было ни одной особы королевских кровей, которая могла бы ей запретить. По крайней мере, в сознании.

— Доброе утро. Мисс Джонсон, вы неважно выглядите... Мы тут принесли вам...

В руках у нее была небольшая корзинка с конфетами и шоколадками. Не удивлюсь, если это была идея Педро. Равнодушно отведя взгляд, я бросила:

— Не хочу.

Однако доктор, заметив принесенные Пэйдж дары, решил вмешаться в наш разговор, отвлекаясь от своих дел.

— Сладкое помогает быстро восполнить силы и поднять уровень глюкозы. На вашем месте, я бы не отказывался.

— На вашем месте, я бы не совала свой врачебный нос в чужие дела.

Тот покривил губы, а затем продолжил свою работу. Зато Пэйдж уже было не унять в стремлении позаботиться обо мне.

— Так не пойдет, вчера вы тоже ничего не поели. Я не позволю вам заморить себя голодом. Давайте хотя бы по половинке шоколадки? Одну вам, вторую мне. Тем более, что она моя любимая.

Я невольно усмехнулась. Противостоять ее умоляющему щенячьему взгляду в тот момент было трудно. Пэйдж с легкостью уволокла меня за собой и усадила на диван в другом конце покоев. Без особого желания я надкусила плитку шоколада, не особо даже чувствуя ее вкуса: только приторную сладость. Какое-то время мы молчали, но тишину первой прервала я.

— Мне приснился странный сон.

Пэйдж с любопытством взглянула на меня.

— Что же вам приснилось?

Рассказывать ей всего я не могла. Вернее, все, что происходило в том сне — было связано с прошлым, которое я ни с кем не хотел обсуждать. Я могла поделиться только частью своего сна.

— Один человек, которого давно нет в живых... Она никогда не снилась мне прежде. А этой ночью я слышала ее голос и... Мне казалось, она пытается о чем-то предупредить меня.

Пэйдж в задумчивости нахмурила брови, не спеша с ответом.

— Думаешь, это бред?

— Нет, почему же...Говорят ведь, что некоторым людям снятся вещие сны, или что-то вроде того. Моя бабушка, например.

— Избавь меня от этого- закатила глаза я

Зря я завела эту тему. Никто не сможет понять того, что произошло в том сне. Да и я толком...ничего так и не поняла. Но почему-то мне не давала покоя мысль, что это был не обычный сон...Словно со мной действительно говорила Джо. Словно она хотела сказать мне что-то важное.

— Хорошо...Я хотела также доложить вам, что отменила все съемки и встречи на эту неделю.

Я безразлично кивнула в ответ. Повезло, что хотя бы она подумала об этом: в таком состоянии мне совершенно нет дела до работы. Даже если когда-то она доставляла мне удовольствие.

— Еще я подумала, что вам будет интересно узнать: завтра утром испанская королевская семья возвращается домой. Я слышала... - продолжила та шепотом- Что вчера Диего бросил неосторожную фразу о нашем Кронпринце. И Принц Теодор подрался с ним из-за этого. Сеньор Франко был в бешенстве от случившегося, требовал извинений. А вместо этого, Король Стефан решил навсегда разорвать отношения с Испанией и велел им покинуть Капитолий в ближайшие дни.

Удивительно, как много происходило за стенами этих покоев, пока я была прикована к постели Кронпринца. И любопытно, что могло толкнуть Стефана на такие решающие меры? Неужели, под страхом потерять одного своего сына, он впервые решился открыто защищать второго? Вряд ли разрыв связей с Королевством Испании привнесет какую-то пользу нашей стране, но почему-то в тот момент этот показалось правильным.

— Хоть одна хорошая новость- проронила я, откусив шоколад

Пэйдж пожала плечами. Спустя небольшую паузу она продолжила:

— В сети развернулось настоящее безумие... Люди не успели обмусолить тему со снимками, как теперь обсуждают нападение на дворец.

— Все знают?- спросила я, тут же понимая, что задала глупый вопрос

— Ну конечно... Это обсуждает весь мир. Более чудовищной и кровавой расправы еще не не случалось. Его Величество выпустил официальное заявление, что королевская семья не пострадала, однако в прессу все-таки просочились слухи, и... Теперь они знают, что Кронпринц ранен. Кто-то будто намеренно сеет панику среди народа. Какое-то издание даже выпустило расследование, где утверждается, что наследник , прости Господи, умер...

Желтая пресса никогда не отличалась порядочностью, но теперь эти подонки словно словно сорвались с цепи. Не удивлюсь, если их действительно кто-то подкупил. Кто-то, кому выгодно сеять смуту в стране. И возможно, это те же самые люди, которые стоят за нападением...

— После этих слухов армия Аргентины пошла в наступление. Мирное население эвакуируют. Там развернулась настоящая кровавая бойня...

— Это все не просто так, Пэйдж- твердо заявила я- Даже если те люди не смогли убить Кронпринца, они все равно добились своего: посеяли смуту, которая уже привела к ожесточению конфликта. Каспиан был прав.

— ...Что вы хотите сказать?

Вдруг до меня дошло, что я сказала лишнее. Ведь Пэйдж не знала ничего из того, что знала я. Так же, как и все люди, она была убеждена в том, что в этой войне только две стороны. И мне не стоит сейчас убеждать ее в обратном, пока нет никаких прямых доказательств.

— Ничего, забудь.

Не доев шоколад, я отложила его в сторону и упала спиной на мягкие подушки дивана. Прикрыв глаза, я попыталась собрать мысли в кучу. Чувство, словно никак не могу собрать пазл: как ни крути, не складывается. Может, именно в этом мне и хотела помочь Джо?

Возвращаться к началу... Что это могло бы значить?

— Вам нужно отдохнуть. Сходить в душ, нормально позавтракать.

Душ мне действительно не помешает. После вчерашнего дня и практически бессонной ночи я измотанна до предела. И физически и морально. Но мне не хотелось ни на минуту оставлять его одного.

— А если что-нибудь случится?

Внезапно в наш разговор вмешался третий голос. И это снова был надоедливый доктор Зальцман.

— Жизни Его Высочества сейчас ничего не грозит. А если вы не сходите в душ, лично мне грозит потеря обоняния.

Пэйдж подавила усмешку, а я раздраженно вздохнула, силясь не швырнуть в надоедливого доктора что-то тяжелое. Что ж... возможно они правы, и самое сложное уже позади. Он пережил эту ночь, вопреки всеобщим опасениям, и ему даже стало чуть лучше. Возможно, все действительно налаживается.
Согласившись, я неторопливо вышла из покоев Кронпринца и последовала в свои собственные.

Подставляя лицо под струи теплой воды, я буквально ощутила, как смываю с себя все тревожные и дурные мысли. Испаряясь в воздухе, они избавляли меня от огромного груза на плечах. И я ощутила желанную легкость, которая так редко снисходила до меня.
Приняв душ, я передала себя в руки моих мастеров. Педро и Кейт принялись за работу, радуясь тому, что я решила привести себя в порядок. Они поделились со мной, как сами пережили вчерашнее нападение, а затем начали расспрашивать меня. Но мне не пришлось ничего говорить, потому как они сами все знали, а я только кивала или согласно молчала в ответ. Педро закончил выпрямлять мои волосы, когда в дверь постучались. На пороге стоял мистер Роджерс.

— Мисс Джонсон, простите за беспокойство- заговорил главный лакей- Ее Величество Королева желает вас видеть.

На мгновение я застыла, подумав, что мне послышалось. За все время моего пребывания во дворце, она ни разу не приглашала меня на аудиенцию. И насколько я могу судить, они с Королем крайне редко вызывают кого-то на разговор, и только по серьезному поводу. Оглядев Педро и Кейт, я прочитала в их глазах похожее опасение.
Одно меня успокаивало: это все-таки не Король. Хотя кто исключает вариант того, что он также будет присутствовать при нашем разговоре..?

— По какому поводу?- попробовала подступиться я

Тот не раскололся.

— Мне не сообщалось подобной информации. Прошу вас следовать за мной.

Подчинившись, я не спеша пошла следом за главным лакеем, перебирая в голове массу вариантов развития событий. И пришла к выводу, что наиболее вероятно будет тот, в котором Король решил все же вышвырнуть меня из дворца, но попросил свою жену сообщить мне об этом, в мягкой форме. Шагая по коридорам, я прикидывала все возможные аргументы, которые убедили бы их в том, что я должна остаться. Получалось сложить доводы весомые для меня — но совсем незначительные для них.

Подойдя к широким дверям, я сделала глубокий вдох. А перед тем, как гвардейцы открыли их, успела поймать взгляд Роджерса. Старик смотрел на меня с еле заметной полуулыбкой. Будто он знает что-то, чего не знаю я. Однако стоило дверям распахнуться, как все лишние мысли вылетели из головы.
Это была фамильная библиотека семьи Ройал, в которую до сего дня мне было запрещено заходить. Размерами она превышала мои покои. Вдоль всех стер протирались длинные полки с бесчисленным количеством книг, от пола до потолка. Деревянные лепнины удивительным образом сочетались с фреской в стиле эпохи возрождения на потолке. А тяжелая люстра нависала прямо над несколькими креслами, что стояли вокруг маленького журнального столика. Рядом с этим уютным уголком отрывался вид из длинных окон, что тянулись до самого верха. Возле них стояла Королева. Одна была одна.

— ...Ваше Величество.

Я сделала книксен. Пару секунд она все еще изучала вид из окна, пребывая где-то далеко в своих мыслях. Но сморгнув, быстро вернулась в реальность и обернулась на меня.

— Мисс Джонсон. Прошу вас, проходите.

На журнальном столике стоял чайный сервис. Она без слов указала мне на кресло напротив, приглашая присоединиться к чаепитию. Почему-то разговор тет-а-тет с Королевой заставлял меня испытывать стеснение и неловкость. Хотя она, пожалуй, была самым безобидным собеседником в королевской семье.

— Как ваше самочувствие?

К тому моменту, когда она заговорила со мной, я успела сесть в кресло, однако Лилиан все еще стояла возле окна. Держа в руках блюдце и маленькую чашку, она изредка попивала чай во время нашего разговора.

— Пару часов назад мы сделали второе переливание. Доктор Зальцман сказал... что жизни Его Высочества больше ничего не угрожает.

Она слабо улыбнулась.

— Мне это известно, дорогая. Но я задала другой вопрос.

Только после того, как она сказала это, я заметила, что действительно не ответила на ее вопрос. Похоже, я нервничаю сильнее, чем кажется.

— Оу, я... в порядке, Ваше Величество.

Лилиан выдержала весьма долгую паузу, при этом изучая меня пронзительным взглядом. Затем поставила чашку с блюдцем на журнальный столик и уселась в кресло напротив.

— Могу я задать вам один вопрос, Скарлетт?

— Да, конечно.

— До вчерашнего дня ваши... отношения с моим сыном держались в секрете от многих, в том числе, и от меня. Я говорю «многих», потому что знаю: Королю давно все известно.

Я ощутила себя еще более неловко и тут же захотела оправдываться перед ней. Но только я разомкнула губы, как она продолжила, не позволив мне это сделать.

— Полагаю, что он никогда не принимал всерьез то, что происходит между вами. Именно поэтому не предпринимал никаких действий, чтобы помешать вашей связи. Уж поверьте, я хорошо знаю своего мужа - Лилиан слегка улыбнулась- Признаться честно, увидев те фотографии, я была примерно того же мнения. Но после того, как мой сын бросился искать вас во время нападения, стала подозревать, что он питает к вам весьма глубокие чувства. К тому же, теперь, когда я вижу, как вы переживаете за его жизнь — у меня не осталось сомнений в том, что это чувство взаимно. И оно зародилось между вами давно.

Опустив взгляд, я инстинктивно совершила попытку спрятать от нее свои мысли и чувства, к которым она подошла слишком близко.

— И вот чего я никак не могу понять... Почему вы промолчали, когда я попросила вас лично заняться отбором кандидаток для моего сына? Если вы действительно неравнодушны к нему, то как могли согласиться на мою просьбу? Неужели ваше сердце не дрогнуло?

Из груди невольно вырвался горький смешок. Долго размышлять над этим вопросом мне не пришлось.

— Неужели вы думаете, что я когда-либо претендовала на место Принцессы, Ваше Величество? - она слегка нахмурилась, ожидая, что я раскрою свой ответ- Да, уже тогда я чувствовала... что он очень важен мне. Но мне даже в голову не приходило , что все может зайти так далеко. И уж тем более, я никогда не видела себя претенденткой на престол или конкуренткой для тех девушек. В этом Король Стефан прав: я не ровня тем кандидаткам, которых подобрали специально для вашего сына. Даже если... я люблю его — это не означает, что я правильный выбор.

Я больше не смогла ничего сказать. Ощутив тугой ком в горле, с трудом проглотила его, силясь не проронить ни одной слезинки. Тогда буду выглядеть жалкой и слабой.
К счастью, Королева дала мне передышку, прежде чем заговорить вновь. Продолжительная пауза длилась до тех пор, пока она ни поднялась на ноги и не подошла к окну, встав ко мне полу-боком. Ее задумчивый взгляд медленно скользил по поверхности, когда она вдруг заговорила.

— ...Знаете, а я в детстве всегда мечтала стать Принцессой. Представляла себя в пышных бальных платьях, примеряла мамины туфли, даже клеила из картонки самодельную корону- Лилиан смущенно улыбнулась себе под нос- Но мои родители были простыми учителями, и с возрастом я стала понимать, что этим мечтам не суждено сбыться. Иногда нам не хватало денег, мне приходилось играть на улицах, чтобы немного заработать. Сейчас пальцы уже не слушаются, но когда-то я чудесно владела скрипкой.

На пару секунд ее взгляд упал на собственные пальцы. В их отпечатках она словно видела обрывки тех дней, которые все еще хранились в памяти.

— Мне было семнадцать, когда мы впервые встретились. Тогда он не был таким, каким вы его знаете. Кронпринц Стефан Ройал... Все девушки Капитолия мечтали о том, чтобы хотя бы раз в жизни удостоиться чести увидеть его, хотя бы издали. Но я считала эту возможность настолько маловероятной, что даже не сразу узнала его, встретившись буквально лицом к лицу. Я... влюбилась в него с первого взгляда. И не могла поверить в то, что мне оказывает внимание такое высокопоставленное лицо. Я очень смущалась, ведь мне было не с чем сравнивать: у меня никогда не было мужчины прежде. Каждый раз ему приходилось сбегать из дворца, чтобы мы смогли увидеться хоть ненадолго. Но такие возможности выпадали нечасто, в силу некоторых обстоятельств.

Я знала, о чем именно она умолчала в тот момент. Ведь Король уже поведал мне свою часть истории. Его отец был жесток, и наказывал молодого Стефана за каждую вылазку из дворца. Удивительно, как сильно он влюбился в Лилиан, раз готов был идти на такие жертвы множество раз.
Сделав глубокий вдох, она продолжила свой монолог.

— Его брат Тибальт женился очень рано, на наследнице аристократического рода. И конечно же, Король Уильям желал того же для своего старшего сына. Скажу вам откровенно, семья Ройал не очень-то жаловала меня. В этом дворце... я не была желанным гостем. Трудно счесть, сколько оскорблений и унижений я наслушалась от его сестер, от его матери и даже от отца. Но за все эти годы я ни разу не побеспокоила Стефана, потому что считала это неуместным. За пару дней до нашей свадьбы я сильно похудела, от меня остались кожа да кости. Я научилась быть королевской особой за одну неделю. Меня будто бросили в омут, и я должна была приспособиться выбираться из него самостоятельно...Публичная сторона моей жизни шла вразрез с тем, что творилось внутри. Народу нужна была сказочная Принцесса, чье прикосновение будет превращать вещи в золото и избавлять от всех страданий. Им было невдомек, что эта девушка проклинала себя каждый день, считая себя недостойной.

История ее глазами буквально ошеломила меня. Ее сдержанность и кроткое молчание, как оказалось, скрывали за собой много боли. Она прятала эту боль, даже не затаив ни на кого злобы за то, что ее причинили. Столько раз я наблюдала ее в обществе сестер Короля, и ни единого раза она не позволила себе поставить их на место, неосторожно высказаться в их адрес, или хоть как-то выразить свою старую обиду. Ее мудрость не могла не восхитить меня... Стефан не ошибся — она была рождена, чтобы стать Королевой.
Однако сильнее меня поразило то, что будучи молодой девушкой, она переживала тот же опыт, что и я. Хоть справлялись мы с ним по-разному.

Отойдя от окна, Лилиан снова села напротив.

— Но несмотря на все это, я стала его женой, стала Королевой. Вы удивитесь, как сильно может поменяться ваша жизнь, если дать себе немного времени и набраться терпения.

Я фыркнула.

— Терпение, очевидно, не самая моя сильная сторона.

Она не стала этого отрицать, лишь склонила голову на бок, тактично промолчав. Молчание длилось до тех пор, пока до меня не дошло, что она пытается мне доказать.

— Погодите, вы...

— Послушайте меня. Выходя замуж за будущего Короля, я осознавала, что беру на себя огромную ответственность, хоть и не была к ней готова. Загвоздка в том, что к ней невозможно быть готовой. И, безусловно, я никогда не думала, что окажусь на этом месте, и что однажды мое имя будет вписано в учебник истории- она невольно усмехнулась- Но пройдя через все это, я могу с уверенностью сказать, что все трудности преодолимы, если ты держишь за руку правильного человека... Именно поэтому я так беспокоилась о том, чтобы поскорее отыскать спутницу для моего сына. Особенно, сейчас. Ведь я как никто другой знаю, что искренняя поддержка и любовь помогают преодолеть самые сложные периоды в жизни.

— Но что вы хотите...?

— Скарлетт, если вы и есть та девушка, которую он впервые по-настоящему полюбил, и если вы любите его в ответ — не сомневайтесь ни секунды. Станете вы следующей Королевой или нет, жизнь не пройдёт без трудностей. Но ошибившись раз, вы рискуете прожить ее еще и без любви.

Эти слова перевернули что-то внутри меня. Будто ребенок, сделавший настоящее для себя открытие, я застыла на месте, ощущая, как передо мной распахнулся целый мир. Тот мир, в котором смысл всему придает любовь.

Беззаветная, абсолютная, чистая.

И с этим смыслом не страшно ничего, даже прыгнуть в омут с головой, даже стать... Королевой.

Прежде чем я смогла подобрать какие-то слова, она успела уйти и оставить меня наедине с собственными мыслями. И мне действительно было необходимо это, чтобы прислушаться к своим ощущениям и принять, наконец, решение, которое определит всю мою жизнь.

Вряд ли Лилиан осознавала, как сильно отличались наши жизни, даже учитывая тот факт, что мы обе росли вне стен дворца. Многое из моего неприглядного прошлого никаким образом не сочетается с королевским титулом. Сказала бы она все эти слова, если бы знала, кем были мои биологические родители? Сказала бы она их, если бы знала, что меня воспитала чистокровная аргентинка? Беженка, которая бралась за любую работу, даже самую грязную — только бы нам было на что есть...Однажды все это может всплыть наружу, когда Хантер Скотт выпустит кинокартину, разоблачающую историю моей жизни. Быть может, в тот день вся семья Ройал отвернется от меня, не желая иметь ничего общего с человеком, за которым тянется не самое светлое прошлое. Быть может, в тот день, словно хрустальные замки, разрушатся все мои мечты...Все наши мечты.
Всё пережитое окажется напрасным. И каждая встреча, и каждое слово, которое имело значение, вдруг покажутся несущественными, не столь важными. Плавно растворяясь в памяти, эти воспоминания однажды перестанут причинять боль, и каждый из нас будет проживать свою собственную жизнь. Каждый свою.
Все люди уходили из моей жизни, рано или поздно, тем или иным способом. Вечная сирота — вот кем являлась Скарлетт Джонсон на самом деле. Одна против целого мира, и так было всегда. Очередная потеря не должна сломить меня: я переживала утрату не раз. И возможно, смогу пережить снова, но... Я не хочу.
Возможно, впервые в своей жизни, я почувствовала, что у меня появился дом. Тот, в который всегда торопились с работы все остальные люди. Тот, в котором дорог каждый уголок. Тот, в котором оживают все самые счастливые воспоминания.

Джо, я больше не сирота.
Кажется, я нашла свой дом.

Знаю, ты бы осудила меня за то, что бросаю все наши усилия в топку. Ты бы сказала, что я предаю свое дело и ломаю блестящую карьеру ради какого-то мужчины, и все же...
Я всегда буду благодарна тебе за то, что научила меня выживать в этом мире.
Но я хочу жить.
Я хочу любить.

Ты скажешь, что это глупо и опасно — связывать свою жизнь с кем-то, привязываться к людям, которые могут однажды предать тебя. Скажешь, что доверять можно только себе самой, ведь ты убедилась в этом на собственном опыте. Но я не обречена повторять твои ошибки, и ты больше не можешь решать, как мне жить.
Ты учила меня всегда выбирать себя. Действовать в своих интересах, быть эгоисткой, носить на лице ледяную маску, чтобы никто не смог причинить мне боль...По твоим заветам я прожила столько лет — и добилась всего, о чем мечтала. Однако это не сделало меня даже чуточку счастливой.
Не все, чего мы хотим, приносит нам счастье, Джо.

Только теперь в моей жизни появился смысл. И ведь дело не только в том, что я полюбила... Я увидела новый путь. И возможно, только сейчас пришла к своему истинному предназначению...

«— Скарлетт, ты можешь стать прекрасной Королевой. Быть может, именно той, в которой эта страна нуждается»

Быстрым шагом, почти переходя на бег, я рассекала дворцовые коридоры, направляясь к лестнице. Все мои мысли были заняты тем, как в один прекрасный день Каспиан Ройал очнется, и я, наконец, осчастливлю его принятым решением.
После второго переливания прошло почти два часа: наверняка есть какие-то изменения. И я уверена в том, что они будут положительными. Вера в него стала непоколебимой частью меня. А порой казалось, что я больше не разделяю себя и его — будто мы успели стать единым организмом.
Я знаю, что он скоро вернется ко мне. Нужно только немного подождать и набраться терпения.

— ... до чего же живучий, гад. Я говорил тебе, что его не так просто...

Я резко застыла на месте, услышав до боли знакомый мужской голос. В пустом коридоре не было ни души, и лишь за одной дверью доносился чей-то рассерженный шепот. Не в силах сдержать свое любопытство, я осторожно приникла к дверям. Тонкая щель не превышала шириной и миллиметра. Потому разглядеть кого-то мне не удалось. Полагаясь на слух, я постаралась вспомнить, где могла слышать этого человека, но все бестолку. Однако голос его собеседника я узнала сразу.

— Это не проблема, mi amigo.

Король Франко... С кем этот тип там разговаривает? Мне однозначно не помешает подслушать этот разговор, раз он ведется полу-шепотом, да еще и наедине.

— Нам нужно избавиться от него, пока есть возможность.

— И что ты предлагаешь?- усмехнулся Мартинес- Устроить второй раунд и перестрелять еще кучку несчастных служанок?

Твою ж мать...

Осознание услышанного чуть не сшибло меня с ног. Невольно ухватившись за дверной косяк, я, к счастью, не произвела лишнего звука. Однако часть этого разговора просто-напросто не дошла до моих ушей, потому что звон в них оказался гораздо громче.

Франко Мартинес... Вот, кто стоит за всеми нападениями! И как я раньше не поняла этого? Ведь если подумать, поведение властей Испании всегда вызывало много вопросов: они не принимали ничьей стороны, при этом продолжая поддерживать конфликт, никак не пытаясь его урегулировать. Каспиан с самого начала говорил, что не доверяет им... Мысли судорожно проносились в голове. В воспоминаниях стали всплывать слова, к которым прежде я недостаточно прислушивалась.

« — ...Ведь если бы вы или любой другой житель Капитолия хоть на минуту задумался о том, что источник ваших бед не Аргентина — ваше правительство давно потерпело бы крушение. Вам задурили голову»

« — Есть подозрения, что они ведут переговоры не только с нами, но и с Аргентиной».

« — Я не хочу, чтобы они разрушили все это, Скарлетт. Не понимаю, с кем мы боремся, но порой мне кажется, что мы оба проиграем, если все продолжится в том же духе».

« — ...Мы почти уверены, что эту мысль внушил кто-то третий. Тот, кого мы не берем в расчет и не замечаем на этой шахматной доске. Нам нужно бороться с ним, а не друг с другом»

Кто-то третий... Тот, кому выгодно стравить две могущественные страны друг с другом, чтобы затем воспользоваться ситуацией. Ослабленные и обескровленные войной, ни Капитолий , ни Аргентина никогда не смогут противостоять такому сильному противнику. Противнику, который уже успел завладеть большой частью Европы, став главенствующим Королевством на своем материке. И вполне закономерно то, что его амбиции продвинулись далеко за океан. Если и существовала угроза, которая могла бы помешать Испании занять доминирующую роль в мире — так это два сильных и стремительно развивающихся государства, граничащие друг с другом. Очевидно, что только одолев их, можно построить новую, однополярную модель мира... Где власть будет сосредоточена в одних руках.
Лучший способ одолеть двоих сильных противников: побудить их самих уничтожить друг друга. Несколько локальных столкновений, методичное разжигание межнациональной розни, жестокий теракт — и вот они уже на грани войны...Идеальный план.

—... бессмысленно. Мы уже добились своего- Мартинес скучающе вздохнул - Не пойми меня неправильно, я тоже не выношу этого засранца.
Однако его смерть теперь не так уж необходима, пресса сделала свое дело. Народ в панике, на границе началось полномасштабное наступление, а дворец ослаблен как никогда — им осталось недолго.

Мерзкий ублюдок... Как же я раньше не догадалась, кто стоит за всем этим? Уверена, Каспиан подозревал их, именно поэтому никогда не доверял, не хотел иметь с ними ничего общего. По этой причине они и попытались избавиться от него — потому что он видел их насквозь. Потому что он мог положить конец этой войне, помешав их планам.

Он был угрозой.

— Ты плохо знаешь его.

Я невольно прижалась к двери, напрягая слух. Этот голос я уже слышала когда-то. Но черт побери, никак не могла вспомнить, кому он принадлежит.

— Друг мой, ты что, испугался какого-то мальчишки?- ядовито усмехнулся Франко

Мужчина ответил:

— Он единственный, кто способен помешать мне.

— Не в этот раз. Уверяю тебя, мы не допустим ошибок прошлого. Конец уже близок.

Только пару секунд спустя до меня дошел смысл этих слов. Семь лет назад... когда началась первая война, ее спусковым крючком стало похищение Королевы Лилиан. Похищение, в котором участвовали те же люди, которые напали на меня и устроили теракт в Белом доме! Значит, это не первая их попытка...

Аргентина не была причастна к похищению, так же как и к теракту. Все это ложь, нацеленная на то, чтобы стравить два государства против друг друга. И теперь я уверена в этом до конца! Король Стефан должен сейчас же узнать правду!

Отойдя от двери, я бесшумно отступала назад, стараясь не издать ни единого звука. Лестница должна быть недалеко отсюда. Наверняка, Король сейчас в своем кабинете или же в покоях Кронпринца. Я намеревалась немедленно найти его, однако...
Прежде чем я дошла до конца коридора, чьи-то руки крепко зажали мне рот и сковали тело сильной хваткой. Не оборачиваясь, я почувствовала знакомый резкий запах одеколона.

— Куда-то спешишь, mi amor?