Глава 29. Моя.
— Совсем из головы вылетело, — пробормотала я, опускаясь на диван. Взгляд мой устремился в никуда, точнее, в расплывчатый силуэт двери в гостиную. Я уже видела перед собой мамин гнев, стоило мне только заикнуться об отлучке. А если пропущу игру, нарушу обещание, и тогда меня окатит ледяной водой. Достойное возмездие за предательство собственного слова.
— Что-то ты совсем рассеянная стала, — отозвался папа, протягивая мне кружку чёрного кофе без сахара. — На, выпей. Наверное, соскучилась по моему вареву.
Папин кофе – это всегда вызов горечи. Дядя Мехмет и дядя Махмут вместе с братом специально приезжают в гости, чтобы испытать на себе его крепость.
Я приняла кружку, ощутила обжигающее тепло стекла, поднесла к губам. Не так уж и горячо. Решила не смягчать вкус финиками и рахат-лукумом, выпить до последней капли, до дна этой горечи.
С шумом выдохнув, снова прикоснулась губами к краю, опрокидывая в себя терпкую жидкость. Три глотка – и кружка пуста. Осторожно ставлю её на стол под изучающий взгляд отца.
— Всё в порядке?
Я кивнула, стараясь не выдать гримасу. Всё тело свело от горечи, от кончиков пальцев ног до самых волос. На мгновение я напряглась, пытаясь избавиться от этого ощущения на языке.
— Теперь всё нормально.
— Через несколько часов ты будешь танцевать, — засмеялся он и, вычистив финик от косточки, закинул его в рот, после чего сделал маленький глоток своего кофе. — Но, надеюсь, не на людях.
— Было бы неловко, — усмехнулась я, пытаясь найти разгадку для моей безвыходной ситуации, однако неприятный горький вкус всё ещё оставался во рту. — Если я обещала, что приду кое-куда, но не сдержу слово, это будет настолько нехорошо, как я себе представляю?
— Конечно. У людей должно быть достаточно совести, чтобы хотя бы выполнять свои обещания. — Тогда я задумалась о том, насколько развито моё чувство ответственности. Существует ли оно вообще? — В священном Коране сказано: «И исполняйте обещание, ибо за обещанное спросится». Аят 34, сура 17. Независимо от того, где ты находишься и что делаешь, всегда будь готова сдержать своё слово. Иначе не обещай того, что не сможешь выполнить.
Я кивнула, не сводя с него глаз, и внимательно слушала каждое его слово, которое он произносил с серьёзным видом.
— Если я сдержу слово, то мама разозлится.
— Мама?
— Да...
— Думаю, она поймёт, когда я объясню ей, насколько серьёзно твоё дело, — сказал он, сделав ещё один глоток кофе.
— Правда?
— Если ты скажешь, куда ты собралась, — ответил он и усмехнулся.
Сдержав разочарованный взгляд, я задумалась, как мне поступить, чтобы у меня возникло наименьшее количество проблем.
— Я вынуждена пойти на игру парня, с которым мы учимся, ведь обещала, что буду присутствовать на его баскетбольной игре.
— Почему ты обещала ему? — спокойно спросил папа.
— Случайно я облила его водой, взамен он потребовал моего присутствия. Он хочет отомстить другу, который ненавидит мусульман.
Выслушав меня, папа задумчиво кивнул, затем поднял одну бровь и спросил:
— Надеюсь, вы не останетесь одни?
— Нет, конечно, нет, — быстро выпалила я. — Мы будем у всех на виду.
— То есть ты пойдёшь одна?
— Должна прийти моя подруга, но я не уверена, — пробормотала я, подразумевая Белинду.
Отец, попивая кофе, глядел на меня, прищурив глаза. После нескольких секунд, которые длились для меня мучительно медленно, сказал:
— Ладно, иди. Я поговорю с твоей мамой.
Я радостная встала и обняла его, обвив руки вокруг его шеи. Пока он делал вид, что задыхается, а я смеялась и светилась от счастья, ведь моя проблема была решена благодаря папе. Поцеловав его в щёку, я бегом направилась наверх за своей сумкой.
После чего молила Господа, чтобы не попасться маме. Конечно, она согласится с отцом, но будет несколько дней кидать на меня обиженные взгляды. А я этого не хотела, хотя не смогла бы избежать этого.
***
Через неизвестное количество времени я добралась до ворот школы, не встретив, к счастью или к несчастью, Мерта возле футбольного поля.
Запыхавшись от жары, я вошла в здание. Толпы людей заполнили коридоры, в основном они стояли у шкафчиков. Тут я и поняла, что большинство – не ученики. Взрослые: мужчины с густыми бородами, лысые мужчины, женщины с макияжем, как у знаменитостей на Met Gala, родители, которые привели орущих детей.
Стараясь не привлекать к себе внимания, хотя это и не особо получалось, я направилась туда, где, по идее, должно быть тихо. На четвёртый этаж.
По пути достала телефон, проверила, есть ли сообщения от Ника. Он не был в сети с самого утра. Это заставило меня забеспокоиться. Не о нём, а о себе. Что его безумный план вот-вот осуществится. И сделает это сам Ник.
А то, что он не выходит в сеть, я была уверена, объяснялось просто: "Нельзя отвлекаться перед игрой".
Было шумно, пока я поднималась по лестнице на третий этаж. Здесь воцарила относительная тишина: с нижних этажей доносился приглушенный гул голосов, смеха и музыки, которую кто-то уже успел включить.
Я подошла к открытому окну с панорамным стеклом. Высунув руку, почувствовала, как тёплый летний воздух касается кончиков пальцев, проникает под одежду и пробуждает все мои чувства.
Внезапно меня оглушил взрыв смеха толпы, и я, открыв глаза, перевела взгляд на источник этого неприятного звука. И столкнулась взглядом с Ленденом.
Он смотрел на меня с нескрываемой злобой, в которой сквозило что-то безумное. Даже на расстоянии его глаза светились садизмом, который я так хорошо знаю. Хотелось ударить его, и в то же время убежать как можно дальше.
— Честно говоря, я не поверил, когда мне сказали, что ты стала главной фанаткой Мартенса, — произнёс он, вызывая смешки у своей свиты.
— И что? Пришёл поздравить? — спросила я, закатывая глаза и снова глядя в окно. Во внутреннем дворе висели плакаты нашей школьной команды, а напротив – плакаты их соперников.
— Нет, я пришёл тебе посочувствовать, — ответил он, не скрывая своей забавы. — Ты дура, если надеешься, что он изменится. Такие, как мы, не меняются.
— Ты рождён, чтобы ненавидеть. Не говори за других, — ответила я, сжимая кулак правой руки за спиной.
— Ник такой же. Просто он проявляет свою натуру позже.
— Чтобы нанести удар по печени? — выкрикнул кто-то из его дружков. Ленден разразился смехом над этой плоской шуткой. А я старалась не выдать отвращение, которое вызывало у меня одно их присутствие.
— Что здесь происходит? — словно из ниоткуда возникла Лаура. Она решительно подошла ко мне, Ленден посторонился, уступая ей дорогу. Схватив меня под руку, как старая подруга, словно имела на это незыблемое право, она потащила меня прочь.
Хотя она для меня чужая, и это право принадлежит только Белинде.
— Прекрати уже, Лен! — бросила Лаура через плечо, а затем, уже шёпотом, спросила меня: — Ты цела?
— Где Ник? — выдавила я, пока она тащила меня на четвёртый этаж.
— Он готовится к игре.
— Уже?
— Да, — сухо отрезала она, без тени эмоций в голосе.
— Куда мы идём?
— Переодеваться.
— Я не собираюсь переодеваться, и, кроме того, откуда мне знать, что вы там камер не наставили?
— Мы что, извращенцы какие-то?
— Ленден подкидывает мне дохлых крыс. А это точно не нормально, — сказав это, я остановилась, чтобы она больше не могла уводить меня.
— Ник не такой...
— Я не могу доверять никому из вас. Потому что вы все были друзьями Лендена.
— Ленден разрушает сам себя, у него больше никого не осталось.
— Мне плевать, что у него осталось.
— Мы с ним снова вместе, — сказала она, пристально глядя на меня. — С Ником.
— А ты разве не спала с Ленденом? — удивилась я.
Как у них всё просто. Переспал - простил. Без комментариев.
— Это запутанная история, Ник тебе сам расскажет, — ответила она и снова схватила меня за локоть и стала уводить непонятно куда: — Мы тебе не враги.
Я неловко кивнула, не понимая, какие слова подобрать под эту ситуацию.
В ответ она лишь неловко улыбнулась.
Добравшись до кабинета музыки, Лаура распахнула дверь, наконец отпустив мою руку. Она вошла внутрь и жестом пригласила меня за собой. С некой опаской я последовала за ней, оглядываясь по сторонам. Мой взгляд сразу упал на одежду, небрежно брошенную на парте. Вопросительно взглянув на Лауру, я услышала:
— Ник сказал, что ты должна это надеть. — Она подняла футболку оверсайз с логотипом школьной команды: «Золотые орлы».
Но форма у них не золотого цвета, никто не знает, почему вместо него занял бордовый. Говорят, что в прошлом команда называлась «Красные орлы». А затем стали золотыми, и цвет немного изменился.
— Хорошо, я переоденусь, но не здесь.
— Ты боишься, что мы поставили здесь камеры? — После моего короткого кивка она продолжила: — Конечно, я понимаю. Но где будешь переодеваться?
— Спасибо, но я сама найду место.
— Хорошо, тогда приходи в большой зал. Но не опаздывай. У тебя полчаса.
— Ладно, — ответила я и подошла к парте с одеждой.
Схватив её, я вышла из класса, оставив Лауру увлечённо строчить кому-то сообщения в телефоне. Вспомнив о Белинде, я потянулась к телефону, но, увидев, что она даже не удосужилась просмотреть мои предыдущие сообщения, я написала снова.
Самия: Куда ты пропадаешь?
Она не ответила, и я решила проверить другие уведомления. Там было сообщение от Мерта. Заметив его имя, я резко остановилась перед дверью какого-то класса. Дверь была закрыта, но я не спешила, решив ответить сначала ему, а уже потом переодеться.
Мерт: Сами, ты в порядке?
Самия: Да, а почему спрашиваешь?
Мерт: Тебе становилось плохо из-за жары, а сегодня именно такой день.
Я не смогла сдержать улыбку. Его забота и внимание тронули меня до глубины души, и в душе снова разлилось тепло. Я почувствовала себя нужной, и это ощущение сделало меня особенной в собственных глазах.
Самия: Со мной всё в порядке. Спасибо что беспокоишься.
Мерт: Хорошо. Можем после игры встретиться?
Самия: Откуда ты знаешь, где я?
Мерт: Али. Он немного обижен, что ты пропустила такое событие ради какой-то баскетбольной игры.
Самия: Ах-ха, поздравляю.
Мерт: И тебя.
Вспомнив, что могу опоздать, я, не выходя из сети, устремилась вперёд, мои пальцы лихорадочно выстукивали текст.
Внезапно мой лоб ощутил мягкое, но уверенное сопротивление. Подняв взгляд, я увидела руку, словно явившуюся из ниоткуда, чтобы предотвратить эпическое столкновение с дверью открытого класса.
Проследив за рукой, я встретилась взглядом с Ником. Его лицо оставалось маской, не выдавая ни единой эмоции.