Ищу тебя, Турбо.

Утро.

Потерев слипшиеся глаза, я их успешно открыла, и узрела, как около меня стоит Туркин и наблюдает за моей реакцией. Я делаю удивленную гримасу лица, а затем приподнимаюсь на локтях.

– А ты чего здесь?

– У тебя ночью ломка была, пришлось успокоительным накачать, – в ту же секунду отвечает Валера, вспоминая ночные ужасы девушки.

Автор.

Она буквально хваталась за простыню, чтобы унять дикую боль по всему телу, унять эту ломку, что была почти такая же как первая.
Дело серьезно. Но Валера смог её уложить спать, засунув в неё успокоительного и заставив это всё выпить. Антонина благополучно уснула, но во сне буквально мычала, ерзала, дергалась, будто вновь всё это с ней происходит.

На самом деле ночью ей снились ужасы, точнее настоящие кошмары, связанные с её прошлым. Только вот этого на утро она уже не помнила. Валера принёс стакан воды, который она с удовольствием выпила за несколько секунд, будто похмелье тревожило голову, но это совершенно не так.

Вдруг раздается звук, исходящий из коридора, где звенел телефон. Валера нахмурился, но пошёл отвечать сам.
Подняв трубку, он устремил взгляд вдаль, ожидая, что скажет человек на том конце линии.

– Алло, – послышался веселый голосок Вахита, который единственный знал о том, где в последнее время сидит Турбо, а точнее уже почти живёт. Причину он не знал, ведь Туркин не смог взять себя в руки и рассказать ему об этом, он просто отложил данное дело на дальнюю полку, – братан, сегодня вечером в квартире Суворовых бухаем. Адидас уезжает с Наташкой в Абхазию, поэтому зовёт близких к себе. Ты не исключение, и ты обязательно должен явиться.

– Услышал, – после сказанных слов Турбо положил трубку и тяжело вздохнул.

Осознание того, что сегодня придется оставить Тоню пришло сразу. Он переживал за неё, это волнение было видно только ему.

Непонятные чувства у него вызывала она при своем виде.

Он запустил руку в волосы, слегка из подправляя, а потом повернул голову к сидящей на диване девушке, что была укутана в простыню.

– Кто звонил? – хриплым и дрожащим слегка голоском произнесла она, искажая гримасу заинтересованности.

– Вахит. Мне сегодня придется оставить тебя на пару часов, – заявил Валера, подходя к девушке, которая тут же сменила свои эмоции, они предательски выдавали её волнение, – он уезжает с Наташей в Абхазию, поэтому это важно, чтобы мы у него собрались.

Ревность блеснула в её душе, услышав имя блондинки, которой Макарова хотела бы вцепиться в глотку, но сил на это не было.
Она прекрасно понимала, что он её не возьмет туда, ведь она не входит в круг его близких друзей, да и видела, что Суворов не такого уж хорошего мнения о ней. Всё было так запутано. Но она не собиралась его задерживать, хвататься, она ему никто для этого, поэтому девушка просто кивнула, опуская глаза ниже.

Он пробежался по ней глазами, но не стал ничего говорить. Всё же, Валера медленно осознавал, что становится слишком мягким при виде этой особы. В глубине души ему было жалко её, хотя он никогда не мог предугадать, и даже подумать о том, что она в такое влипнет, так ещё и затянет за собой его.
Нет, он сам согласился на этом, помогать ей, ведь не мог отпустить. Что-то мешало ему.

Перед уходом к Суворовым, Валера уговорил девушку принять успокоительного и ещё таблеток от дикой ломки, дабы во время его отсутствия всё прошло спокойно. Теперь медиком был он, а не она.
Туркин вышел, запирая дверь на ключ, которые он тут же убрал в свой карман и поспешил на улицу к машине.

Вскоре он подъехал к дому Суворовых и заглушил машину, выходя из неё и направляясь к подъезду. Подойдя к двери, он без раздумий постучал и ему открыла белокурая девушка. Наташа.
Он хмуро посмотрел на неё и вошёл, когда она отошла, приглашая внутрь. Общаться с ней совершенно не хотелось, поэтому он сделал всё молча, да и в тем более музыка приглушала голоса.

Из комнаты тут же вышел Адидас, который был подвыпивший.

– Здарова, – афганец тут же протянул руку другу, растягиваясь в улыбке, – у вас теперь вон, Зима главный, а я уезжаю...

Туркин тут же в ответ пожал руку и, когда Вова её отпустил, он тут же закинул руку на свою пассию.

– С Наташкой в Абхазию уезжаем, я уже пацанам с утра всё объявил, а ты вновь где-то пропадал. И сейчас ты тоже немного опоздал, но пиво тебе сохранили, – пытался громче говорить усатый, чтобы Туркин его точно услышал, а тот просто молча кивал и натягивал наигранную улыбку.

Настроение сегодня было на высшем уровне, поэтому отчитывать за отсутствие или опоздания Адидас совершенно не хотел.
Из комнат вылезли остальные, также и маленькая Айгуль, которую Валера был более менее рад видеть из девочек, их было всего лишь две. Валера повесил бомбер и оглядел присутствующих.

– Открывай прямо сейчас, – пожав руки, Зима тут же протянул стеклянную бутылку пива, – и пошли отдыхать.

Туркин без каких-либо слов открыл бутылку и двинулся за своим другом в комнату.

Антонина.

Прошёл час. Час с момента ухода Валеры.
И всё это время я лежала на кровати, глядя куда-то в потолок, пока таблетки не перестали действовать. Вновь тело начало ломить.

– Какой же это ад... – прошептала я, чувствуя, как слёзы начинаются наворачиваться от подступающей боли.

Никакие лекарства не могли мне помочь, только объятия. Теплые объятия в руках Валеры. Это было так ужасно осознавать, что он буквально новая моя зависимость, ведь благодаря ему я отхожу от наркотиков. Я с каждым днём всё больше ощущаю то, что я не могу без него, и это убивало меня морально. Сейчас же он впервые за последние два, три дня выбрался из моего дома и ушёл отдыхать.
Ему и вправду нужен был отдых после всех моих истерик от ломки.

Схватившись за простыню, я начала буквально мычать от боли. Потом это переросло в настоящую агрессию.

– Чёртов этот, сука, Валера! – выкрикнула я и подскочила через боль на ноги, – чёртова мать, которая бросила меня здесь гнить! Бросают, всю жизнь меня бросают! Везде! И будут бросать...

Вновь кулаки начали летать по комнате, а вместе с ними и вещи. Всё что было под рукой, я кидала на пол. Приступ. Ломка. Боль.

Спустя минут двадцать я смогла прийти в себя. Взгляд опустился на сбитые в кровь костяшки, которые не успевали восстанавливаться.

– Валер, где ты? – истошно проговорила я, пытаясь сдержать себя в руках, потому что боли своему телу я принесла достаточно.