Ищу тебя, Турбо.

Медленно, не торопясь, я шла по улице. Вдоль улицы были расставлены фонари, и, уже начинало темнеть, поэтому эти фонари прекрасно спасали. Пройдя весь район, и, мимо того подвала, я вернулась на тот хоккейный корт. Сразу всплыли вчерашние моменты, надеюсь, это первый и последний раз, когда я на кого-то так выплескиваю злость, иначе и до решётки не так уж и далеко. Я тут же задумалась, усаживаясь поудобнее на бортике. На работе не знают о мне, о моих делах и что впринципе происходило со мной. Всё я делала всегда тихо, и получалось у меня это превосходно.
Единственный случай, как раз таки с этой Надей и её хахальком, который думал, что я обычная медсестричка, не умеющая отрывать волосы с зубами. Получилось по другому и, чуть с работы не уволили, если бы не матушка. Впервые тогда она за меня заступилась и, договорилась, благодаря тому, что супруга Макара - моего отца, который имел вес в Казани, Екатеринбурге и Москве.

Закинув ногу на ногу, я выпуталась со своих тяжелых мыслей об отце, маме и работе. Подняв голову, я увидела из нескольких звёзд иллюстрацию белой медведицы.

– Завтра будет тепло, – легкая улыбка появилась на моём лице, пока я тихо шмыгала носом.

За спиной раздался грубый, но при этом громкий голос. Я свалилась с бортиков, падая прям на спину. От удара я громко вскрикнула, нахмурившись от подступающей боли вдоль поясницы. Чья-то руку появилась надо мной, а потом и силуэт.

– Опять бухала? – раздался довольно знакомый голос. Я распахнула глаза, убирая гримасу и вновь превращаясь в спокойную, холодную девушку.

– Да, – полный сарказм, я не была пьяна, но сделала достаточно нетрезвый голос. – Зачем, блять, так пугать? – громко выругалась я, поднимаясь на ноги без мужской помощи, – руки свои грязные не тяни мне, отрублю, – шикнула я, вновь сгибаясь от поясничной боли. Видимо, прям на корочку льда приземлилась, раз так больно.

– Кроха, я не хотел, – убрал руку Турбо, – кто ж виноват, что ты такая шуганная? – усмехнулся зеленоглазый, пряча руки в карманах своего бомбера. Я подняла глаза, сводя брови к переносице.

– Свали, глаза мозолишь, – грубый ответ, я не слежу за языком - это полная правда. – Грёбанная медведица, – пробормотала я себе под нос так, чтобы это услышала только я. Но нет, хрен там! Это было громко, раз услышал Турбо!

– На звёзды поменьше смотри, дебильная, – шикнул парень, чем вызвал у меня вновь агрессию. Моё желание вырвалось: дать ему пощечину, да такую, чтоб челюсть свело в бок. Размахнувшись, я хотела ударить его, как мою кисть перехватила мужская руку. Рука Турбо. – Спрячь рога, – прошипел сквозь зубы брюнет, не отпуская моей руки. Естественно, я не промолчала и начала в ответ орать, лишь бы он меня отпустил и я ему прописала по его белым зубкам со своего белого кулака.

– Тоня? – женский голос, удивленные глаза и всё это за моей спиной. Я застыла, тут же расслабляясь на долю секунды.

– Закрой рот! – не отрывая взгляд от глаз Турбо, проговорила я в сторону Наташки, что стояла, видимо, с Вовой позади нас. Турбо также принципиально не отводил глаз, несмотря на то, что позади меня стоит его старший. Его взгляд поменялся, когда он увидел мою злобу.

– Ты меня не ударишь, кроха, и никто ни-за-что меня не ударит, запомни, – рявкнул он, обжигая меня своим бычьим дыханием. Его рука отпустила мою кисть, которая от столь сильного давления слегка посинела. Я отпрянула тут же от парня и развернулась на пятках к Наташе, натягивая наигранную улыбку.

– Ч-что это? – взгляд подруги опустился на мою посиневшую руку, заставляя меня тоже выглянуть. Синеватый цвет начал прорисовываться вокруг кисти, я тут же спрятала ее за спину, поднимая глаза на Наташку, – Турбо, за что? Зачем? – эти слова звучали уже не так спокойно, как в начале, когда она только окликнула меня. Блондинка тут же отцепилась от Вовы, который знатно был удивлен нашей встрече. – Зачем ты её схватил? Ты знаешь, что нельзя так? Как вообще тебя воспитали? – она подбежала ко мне, подхватывая мою руку и внимательно осматривая её. Он молча наблюдал, как и Вова. Кажись, что-то его всё же задело. А может и нет? Чёрт его знает, но взгляд у него был недобрый, я это ощущала всем телом, хоть и не видела его.

– Просто, я ему сейчас кадык вырву с руками, чтоб и болтать и размахиваться не смог! – отдёрнула руку я, мои уголки губ дрогнули, когда я услышала тяжелый вздох позади себя. Парень продолжал стоять, переглядываясь лишь с Вовой, но даже Вова пытался отвести глаза. – Ещё раз ты меня так назовешь, то я обязательно осуществлю свои планы, – повернувшись к нему, выдала я, намекая на то, что ему прекрасно понятно. Меня раздражало, когда он меня так называл.

– Всё! Разошлись! – вдруг раздался голос Адидаса, который подошёл к нам, закуривая сигарету. Он бросил грозный взгляд в Турбо, который в ту очередь не старался сдаваться.

– Таких тупоголовых я ещё ни разу не видела! – вырвалось с моего языка, и я по новой начала заводиться. Так скажем, с новым приливом сил.

– Да захлопнись ты уже! Ни в какую баранку уже не лезет, блять, твой базар этот, – повысил тон голоса зеленоглазый, начиная вновь вмешиваться со мной в конфликт. Нельзя выводить старую Тоню из себя, иначе из меня выльется то, что выливалось целых девять лет назад. Тогда здесь не выжить ни Турбо, ни Вове, ни Наташе! Скрипнув зубами, я подняла глаза.

– Я сейчас сама из тебя баранку сделаю, если ты не захлопнешь свой чёртов рот! – обжигался мой язык плохими фразочками, но мне даже это нравилось, конечно, победа будет за мной и я её просто жду. Здесь, конечно было неожиданно: зеленоглазый подошёл практически вплотную, сводя свои брови к переносице, делая её взгляд ещё грознее. Я напряглась.

– Смотри, чтоб эта баранка из тебя всю хуйню не вытрахала, – сквозь зубы процедил он, сплевывая на снег. Наташка тут же подбежала, отдёргивая нас по разным сторонам.

Остальное, что я помню - это множество моих недовольств в его сторону за такие предъявы, шутки или сарказм. Я не понимала, как правильно назвать это, но он говорил неоднозначно, его эмоций не понять. Никто в этой жизни не позволял мне такое сказать, но это совершенно не про этого дубоголового, который видимо, объявился бесстрашным и бессмертным. Я вновь сидела на бортике, оглядевшись, я увидела лишь Наташку, Вову и ещё одно незнакомое лицо. Пацаны стояли буквально в метрах двух, а вот блондинка сидела рядом и поглаживала мою руку, шепча под нос какие-то ласковые слова.

– Они здесь чуть друг друга не сгрызли, Зима, – тихо говорил Адидас, чтоб его услышал только его дружок, который внимательно слушал эту историю.

– Ни разу не слышал о таких буйных, откуда эта? – Зима кивнул головой в мою сторону, приближаясь ближе к старшему.

– Не знаю, Наташа говорит, что уже здесь познакомилась с ней, – выдохнул Адидас, опуская голову. Было слишком мало информации, лишь от Наташки пару фраз, которые давали хоть какое-то представление обо мне.

– Она медик, говоришь? – вскинул бровь Зима, не отрывая от меня глаз. Адидас поднял глаза, устремляя вопросительный взгляд в друга.

– Медик, – утвердил Вова, засовывая руки в карманы. Они продолжали разговаривать, а спустя минут десять подошли к нам.

Я продолжала глядеть в одну точку, вновь думала о себе, да, редко я задумываюсь о самой себе, но именно сейчас я вспоминала все моменты, все ссоры. Не всегда мои психи девять лет тому назад доводили до чего-то хорошего, да или просто нормального, бывали последствия и похуже, о которых нужно явно умалчивать. Все мои тайны до сих пор хранятся в покойнике, о котором я забыла.
Мои мысли тут же отвлеклись, парни были рядом и промелькнуло вновь прозвище зеленоглазого. Какой же он принципный! С таким спорить можно часами.