Ищу тебя, Турбо.

Только через полтора часа возни с этим незнакомцем, я смогла присесть. От него были признаки жизни, но отключка давала о себе знать и никуда не собиралась уходить.
Брюнетка вернулась обратно, а я ещё некоторое время сидела в палате, думая, что точно ли всё правильно сделала. Почему он вообще явился в больницу? Возник новый вопрос. Я не унималась, потому что зная таких, они не любят шарахаться по больницам после драк, а вылечиваются сами. Именно этому захотелось потереться в больнице, не давая мне нормально отсидеть ночную смену. Я в недоумении.
Приглядевшись к его обработанному лицо, я узнала того парня с ДК, с которым столкнулась на выходе. Чёрт.

Спустя время, всё же, я вышла с палаты и направилась к кулеру, чтобы налить себе воды. Было потно, обрабатывать все его раны так, чтобы он не вскочил от боли и с реакции не зарядил мне в челюсть. Это тоже у них возможно. Я смогла успокоиться, немного передохнув от этой бессонной ночи, когда врачи всё время бегали из палаты в палату. Кому-то понадобилась срочная операция, кто-то отделался сотрясением. Что успело произойти за пару часов? Ужас.
Ненадолго я присела, закатив глаза, я увидела у дверного косяка той палаты этого мертвеца. Стоял, как вкопанный. Тяжело вздыхал, как бы. Глазами он нашёл меня, но не мог будто сдвинуться с места. Меня сразу осенило, что нужно его обратно на койку и подскочила с места. Хотелось врезать ему, чтобы он прям здесь лёг спать и не приносил мне больше хлопот. Вид, конечно, пугал меня, но я пыталась не обращать на это внимание, раны уже обработаны, им осталось только затянуться, а будет этот процесс длиться долго.

– Чего встал? Дуй обратно! – подошла я, всматриваясь в зелёные глаза незнакомца, который пару часов назад пришёл сюда полумертвым.

– Белобрысая, – вздыхал он, отчего я начала вздыхать также, как и он, но не от боли, а от злости, которая накаляла меня от его непреклонности. – Нихуёвый ты медик, – сболтнул он, чего уже не будет помнить через пару часов. Его рука пустилась в свои волосы, а убрал он оттуда уже окровавленную руку. Я удивилась, видимо, нужна операция.

– Твою ж мать, – ругнулась я, смотря на мужскую ладонь, а потом на его кровавый кусок волос. Жуть. – Михаил Давидов! – вскрикнула я, покидая стоящего на пороге у своей палаты незнакомца, и уходя в операционную, которая пока была пуста.

– Чего там? – хирург вопросительно глянул на меня, мои глаза забегали.

– Там пациент, который ночью пришёл, рассечение у него. Операция нужна, иначе кровь так и будет течь, – провела анализ я, надеясь на помощь коллеги.

После я притащила зеленоглазого в операционную, где его уложили на кушетку, с трудом правда всё это вышло. Он вечно что-то хотел сказать, но я не давала ему договорить, потому что нужна была реабилитация.

– Рот закрой и считай до десяти! – приложила аппарат я к его губам, который должен был погрузить мужчину в сон. Мои высказывания были максимально тихими, чтобы неподалёку стоящий Михаил Давидов не услышал их. Натерпелась уже этого беспредела. Парень молча начал прикрывать глаза и, вскоре погрузился в наркоз. Через некоторое время операция началась, а я была лишь помощницей, которая подавала и без того, загруженному хирургу приборы. Противно было наблюдать за тем, как он накладывает ему шов, но я пыталась не смотреть на самом процесс. Переводила взгляды то на врача, то на столик с приборами и на этом всё. Операция завершена, благополучно я вышла из операционной. Санитары, акушеры и остальные продолжали метаться. Вот и ночка удалась, а моя ведь смена закончилась час назад, но видите ли, я тут ещё. Уходить пока что я не собиралась, Михаил приказал так скажем проследить за пробуждением пациента. Этого ещё не хватало. Бесит.

Я отлучилась лишь выпить чая, а потом вернулась в палату, куда перевели этого обезбашенного. До сих пор с головы не выходило, как он пришёл на своих двух в эту больничку и начал не с того не с всего ко мне обращаться. Молча, без шума, я уселась напротив него на стул, располагаясь поудобнее. Сейчас бы не заснуть.
Сон отступил, как я услышала длительный стон парня.

– Очнулся живучий, – шикнула я себе под нос, смотря на пробуждающегося парня, который до сих пор отходил от наркоза.

– Белобрысая, – мычал он, не открывая глаз. Чего опять я? Вопросительно я посмотрела на него, пока он не открыл глаза: я увела взгляд. – Вот ты где, – простонал он, шипя себе под нос.

– У меня хороший слух, не забывай, – проворчала я, услышав его недовольные выражения, – из-за тебя и твоих дружков всю ночь больница на ушах стояла! – рыкнула я, складывая руки на груди. Меня бесило всё, и пытаться это скрыть, было очень сложно.

– Наверное, ты помнишь ещё тех парней, – по новому как-то заговорил зеленоглазый и я не понимала, к чему он ведёт, – а потом смотрела, как ехидно я размазывал ему лицо, – уголки губ брюнета дрогнули, он заставил меня посмотреть на него, так ещё и с удивлением. Вот кто это был.

– Ты? – удивительно шепнула я, – из-за меня? – вырвалось с языка, хоть мне так и не казалось. Зачем ему за меня бить чужие лица? Мы даже не знакомы. Имени его я тоже не знала, ведь он пришёл неожиданно и личность его мы не установили.

– Если бы, – усмехнулся он, – не из-за тебя, белобрысая, а то что эти твари на нашей территории хозяйничали и разгуливали свободно, – усмехнулся он, утверждая меня о том, что якобы это случилось не из-за меня. Тогда зачем пришёл? Че к своим пацанам не попёрся? Я закатила глаза, вновь отводя взгляд. Лицо моё выглядело недовольным, а его довольным от этого подкола.

– Там было в два раза людей меньше, чем привезли сюда к часу ночи, – выдала я, надеясь, что он просто пошутил и подрался с каким-то бомжом на улице.

– Глупенькая ты, – выдохнул незнакомец, – они как раз таки решили к ночи устроить нам «добрый вечер», узнав, что мы избили из пацанов, – поделился он, вновь расплываясь в ухмылке, которую я уже возненавидела.

– Слабенький ты, – сняла с языка я, – получил хорошенько, но надо было бы лучше, – после этой фразы парень взбесился, несложно было заметить этого. Я задела его эго, что и планировала мысленно, после его фразочек.

– За ртом своим следи, грязным и вонючим, – оскорбительно рыкнул он, от чего я перекинула вновь в его глаза свой взгляд, наполненный злобой. Хотелось отвешать ему звонкую пощёчину, и он это видел.

Наш интеллектуальный диалог прервали тем, что дверь в палату распахнулась. Ну нет, нет, нет. Не сейчас! Меня прибьет начальство!

– Турбо! – вбежал в палату ещё один незнакомец, который таким образом дал мне информацию о этом зеленоглазом, дерзком парне. Его лысая бошка была прикрыта некой кепкой, видимо, которая закрывала перебинтованную голову. Ещё один такой же.

– Вам сейчас сюда нельзя! – устрашающе рявкнула я, – сейчас начальство позову! – пригрозила я, понимая, что его дружку всё равно. Но тот словно хер забил, и уже вертелся около Турбо, кидая братское рукопожатие. Меня передёрнуло от мужских нежностей между собой.