Глава 40
*четыре дня спустя*
*Массимо*
Солнечный шар заходил за горизонт, отправляя на землю последние лучи. Мама любит провожать солнце, наблюдая за закатами. Говорит, что они приносят с собой каждый вечер обещание: что вернутся снова. В детстве я верил в ее слова, пока не подрос...
— Ты правда хочешь, чтобы она не приходила? — послышался голос Савио и я обернулся на него. У меня ностальгия...в детстве, когда я грустил или был обижен на что-то, то приходил в сад и садился на скамейку. Прямо как и сейчас.
Я не могу отрицать того, что мне дерьмово. Без Кармэллы мне ужасно плохо.
— Она не решится на отношения, а я не могу заставить против ее воли, — я отпихнул ногой камушек, когда дядя сел рядом со мной.
— Но ты ведь сам прогнал ее?
— Она бы ни за что не решилась остаться в особняке, — я усмехнулся, понимая, что так оно и есть. Даже если бы Кармэлла хотела остаться, она бы не осталась. Она нашла бы тысячу и одну причину, чтобы покинуть дом.
— Ты ведь знаешь ее, она слишком напугана.
— А я нет? — я повернулся к нему лицом. — Для меня это тоже первый опыт, я никогда не был с девушками, кроме постели.
— Тогда может стоит начать прямо сейчас? — он поиграл бровями, улыбаясь.
— Савио, это точно ты? — он усмехнулся, отворачиваясь от меня.
— Я единственный, кто остался тогда в доме и я слышал все, что вы кричали друг другу. Поверь, она тоже этого хочет, надо только лишь, чтобы она поверила, — поверила....
Кармэлла, как часто я пытался донести до тебя искренность своих чувств? Как долго?
— И что мне сделать, чтобы она мне поверила? — возможно стоит правда попытаться, самый последний раз.
— Возможно, стоит продолжать бороться. Кармэлла ведь стоит этого, верно? — Савио поиграл бровями и я ударил его по руке, смеясь. В голове сразу всплыло воспоминание: Кармэлла постоянно в шутку бьет меня в плечо.
С округлившимися глазами я посмотрел на дядю и вскочил с места, чувствуя, что этот бой будет последним. Последний раз, девочка, я поборюсь за тебя.
Последний чертов раз.
***
Я сидел в машине уже полчаса и ждал, когда выйдет Руссо. Я не просто ждал, я решался.
Скрывать не буду, мне страшно. Что она снова меня оттолкнёт, что снова будет больно, что мне снова придётся пережить все то, что я чувствовал в Канзас-Сити. Три недели там были самыми душераздирающими для меня. Я хотел выть от боли, но был какой-то барьер, удерживающие всё внутри меня. Я не мог даже начать психовать, у меня не было никаких эмоций, но больно было до ужаса. Так больно, что мое ранение никогда не сравнится с этим.
Я сижу в ее любимой машине. МакЛарен. Как-то раз она мне сказала, что это невероятной красоты и скорости машины, с тех пор, я не могу воспринимать другие.
Для семейных поездок у меня всегда был джип, но с Кармэллой...с Кармэллой всегда МакЛарен.
Магазин был закрыт уже как пять или десять минут, Кармэлла вот-вот должна была выйти, я сидел, как на иголках, которые тут же превратились в шипы, когда я увидел мужчину, заходящего в книжный.
То есть, тебя не смутила табличка «закрыто»?
Я просидел в машине ещё несколько минут и мое терпение лопнуло. Я выпрыгнул из машины и забежал в магазин.
Передо мной открылась ужаснейшая картина. Тот самый урод держал лицо Кармэллы в паре сантиметрах от своего, крепко сжимая пальцы на ее коже.
— Доставай деньги, овца, иначе умоешься своей кровью! — взревел он, пугач девушку. Ее руки потянулась к кассе, когда по щекам полились слёзы. Подойдя к ним, я схватил его за шкирку, притягивая к себе. Он моментально отпустил Кармэллу, а я ударил его голову о край стола.
— Пойдём поговорим, — я вывел его через чёрный выход и ударил сразу же, стоило двери позади нас закрыться. Ублюдок простонал и сложился пополам, но я не закончил. Я ещё даже не начал. — Какого хрена ты подошёл к ней! — мой кулак прилетел ему в челюсть и я почувствовал, как под костяшками ломается сустав.
Я бил его тело, пока кости не отдавали пульсирующей болью. Плечо ныло от нагрузки, но внутри все порхало от удовлетворения. Черт с этим плечом, когда тело вора ломается подо мной. Его лицо было трудно узнать, но более того, его вообще никто не сможет опознать, если я его ещё раз увижу.
— Появишься здесь хоть ещё раз и я лично сниму с тебя шкуру, ублюдок, — прошипел я ему в лицо и ударил его голову об асфальт, отключая его.
Вытерев руки о его одежду и успокоив дыхание, я вернулся в зал, принимая бегущую ко мне Кармэллу в объятия.
— Массимо! — ее голос надломился, а тело дрожало, дыхание было сбитым напрочь. Она была поглощена страхом. Она вцепилась в мою одежду, как за спасательный круг. Цеплялась за жизнь.
Я гладил ее по спине, шепча на ухо успокаивающие слова. Запах ее волос ударил мне в нос и я глубоко вдохнул его, растворяясь в наших объятиях.
Кармэлла перестала дрожать, но из объятий меня не выпустила, наоборот только усилила хватку, боясь отпустить меня.
— Кармэлла? — я переживал за неё. Из головы не вылетала картина, как он держит Кармэллу за шею и лицо, ее кожа краснеет, на глазах слёзы, а руки, дрожа, тянутся к кассе.
— Прости меня, Массимо, прошу тебя, прости, — прошептала она мне в плечо, я почувствовал, как сильно ее ладони сжали мою футболку, как крепко она ухватилась за меня, чуть ли не поцарапав кожу.
— Успокойся, мы потом поговорим.
— Потом ты снова закроешься от меня, как я когда-то от тебя! — она отодвинулась от меня, смотря в глаза. — Массимо, прости, прошу тебя.
— Кармэлла, я уже простил тебя.
— Правда?
— Правда, девочка.
— Ты больше не злишься? Точно-точно? — я гладил ее щеку ладонью, чувствуя тепло и нежность ее кожи. Она ухватилась руками за ткань моей футболки на груди.
— Точно-точно. Как я могу долго на тебя злиться? — я улыбнулся ей, подарив лёгкий поцелуй в лоб, но когда снова услышал всхлип, отодвинулся. — Почему ты продолжаешь плакать?
— Ты простил меня, — с улыбкой ответила она.
— А разве могло быть иначе? — она прижалась ко мне, кладя свою голову мне на плечо, тяжело выдыхая.
— Я уже смирилась с тем, что потеряла тебя, — я усмехнулся своим следующим словам.
— Ну, как видишь, мои чувства не исчезли.
— И пообещай, что не исчезнут! — она резко вернулась в прямое положение и посмотрела в мои глаза с мольбой.
— Обещаю, — я притянул ее за шею и коснулся губами ее губ. Шероховатая поверхность зацепила меня, и я тут же прильнул к ней полностью, увлекая в поцелуй. Она оторвалась от меня, тяжело дыша, прикрыв глаза. — Кармэлла, давай домой? К нам домой, — я погладил ее щеку тыльной стороной ладони. — Все скучают по тебе.
— Я тоже по всем скучаю, — она положила свою ладонь на мою щеку, все ещё немного дрожа, но на ее лице была улыбка. — Боже, как я тебе рада, — она прикрыла глаза и мы соприкоснулись лбами.
Каждую ночь я представлял себе наши отношения, какие они у нас будут, какими мы будем друг с другом. И сейчас мое сердце готово выпрыгнуть из тела. Настолько меня переполняют эмоции.
— Теперь, когда ты моя девушка, ты не отвертишься от статуса родного человека для семьи Фальконе, — я улыбнулся и заметил ее изучающий взгляд. — Почему ты так смотришь?
— Не привычно слышать это из твоих уст, — я улыбнулся ещё шире.
— Я буду говорить тебе это каждую секунд, если ты этого захочешь, Кармэлла, — прошептал я ей в губы.
— Лучше показывай мне свою любовь, — ее щеки залились румянцем от нашей близости.
— Взамен я жду того же, — она расширила глаза, но тут же улыбнулась, Руссо схватила меня за воротник футболки и притянула к себе для поцелуя. Я никогда не устану прикасаться к ней.
— Так? — прошептала она, смотря на меня сверкающими глазами.
— Ты можешь лучше.
— Ты неисправим, — она усмехнулась и отодвинула меня от себя.
— Только поняла? — я взял ее за руку, снова притягивая к себе. Не хочу ее отпускать. Но когда-то всё-таки придётся. — Иди пока домой и собери вещи, а я запру магазин.
— Нельзя запирать его, — я нахмурился.
— В каком смысле?
— Мы потом не выйдем, а через чёрный я выходить не хочу, — она опустила взгляд на мое плечо, когда кружила пальцами по нему. Я продолжал смотреть на неё, не понимая, что происходит, и тут меня резко осенило.
— Ты жила у Катарины.
— Не злись, — сразу начала она, а я лишь закинул голову назад, улыбаясь ее хитрости.
— Только если ты быстро соберёшь вещи.
*Кармэлла*
— Ты как тут? — Массимо изучал квартиру Катарины, пока я наспех собирала вещи в сумку. Их не особо много, но мне хотелось поскорее вернуться к нему.
Меня пугало мое желание постоянно быть рядом с ним, но я ничего не могла с собой поделать, я скучала по нему.
— Почти закончила.
— Поверить не могу, ты была так близко, — прошептал он мне на ухо, обнимая за талию сзади и кладя подбородок мне на плечо. Его руки окольцевали меня в тёплые медвежьи объятия, навевая спокойствие. Я улыбнулась и повернула к нему голову, целуя в щеку.
— Не так уж и близко к особняку, — прошептала я, положив ладонь поверх его руки.
Я собиралась сложить свою майку, которую держала все это время в руке, но Массимо снова заговорил.
— Я приходил в «aro» каждый день, — я замерла в его руках на мгновение. Я не могла поверить в услышанное.
— Приходил? — я кинула одежду на кровать, поворачиваясь лицом к Массимо в его объятиях, кладя ладони на его лицо.
— Надеялся тебя увидеть, — он погладил меня по щеке, — узнать где ты живешь. А ты меня вот так обхитрила, — я улыбнулась его словам и потянулась за коротким поцелуем.
— У меня был хороший учитель, — прошептала я, пред тем как прикоснуться к его губам.
— Надо научить тебя чему-то более полезному, — причмокивая после поцелуя, ответил он.
— Например?
— Узнаешь чуть позже, — он подмигнул мне и я почувствовала, как щеки начинают заливаться краской.
***
— Почему ты так смотришь? — мы уже ехали в особняк. Я позвонила Катарине, сообщив все новости и услышала ее ярое желание узнать все подробности, когда она вернётся от родителей. Как я могла ей отказать, после того, как она приютила меня у себя?
— Я скучала по этому.
— По чему? — он на секунду повернулся ко мне, отрываясь от дороги.
— По нашим моментам, — он потянулся за моей рукой и поцеловал тыльную сторону ладони, гладя шероховатыми пальцами.
— Готовься, мама тебя сейчас съест, — предупредил меня Массимо, когда мы припарковались у особняка. Моя кожа покрылась мурашками от близкой встречи с Киарой.
— Надеюсь в хорошем смысле? — из меня вырвался смешок. Скорее всего, истерический.
— Кармэлла! — послышался голос Киары со стороны входа в особняк.
— Думаю да, — Массимо улыбнулся, поворачивая меня лицом к его бегущей матери.
— Наконец-то вы все решили! — воскликнула женщина и стоящие сзади Савио с Джеммой и Алессио улыбнулись.
— Бог существует! — прокричал Савио и получил по спине от Джеммы, думаю это связано со сном Франчески. Обычно, в такое время она уже спит.
— Вы точно все решили? Нам не нужны разборки в доме, — спросил Савио, когда мы подошли к дому.
— Мы надеемся, что да, — я почувствовала руку Массимо на своей талии и улыбнулась ему, благодаря за поддержку. Мы прошли в особняк, и я почувствовала приятный запах корицы, подходя к гостиной, запах усиливался.
— Отлично! Открываем водку! — Савио повернулся к рыжей, которая сидела на диване со всеми остальными. — Динара, ты нам оставила парочку бутылок?
— Нет, отвезла все медведям, — проворчала она, гладя волосы своему сыну. Роман лежал рядом с мамой, положив голову на ее ноги.
— Адамо, твоя жена опять меня пугает медведями! — я рассмеялась, когда почувствовала прикосновение к руке. Повернувшись, я увидела Массимо. Он был безумно напряжен.
— Пойдём, — голос был холодным и отстранённым. Я успела испугаться, думая, что что-то снова натворила, но на ум ничего не приходило. Его хватка была нежной и напряженной одновременно. Я видела, каким было его тело, он точно переживал по какому-то поводу, но из-за какого я не могла понять.
— Куда? — спросила я моментально, когда он повёл меня к лестнице.
— У тебя синяки проявляются, — ответил он, когда мы приближались к ближайшей уборной.
Массимо наносил мазь из аптечки аккуратными движениями, стараясь не давить на кожу, размазывал ее, втирая. Его взгляд был напряженным, брови сведены вместе, а губы сжаты в тонкую линию. Его пальцы закончили с моей шеей и перешли на самый последний синяк в области челюстного сустава.
— Массимо? — я положила ладонь ему на щеку, отвлекая его на себя. Он тут же расслабил мышцы лица, смотря мне в глаза. Но они снова напряглись, стоило не пройти и минуте, видимо он снова вспомнил, что произошло совсем недавно.
— Надо было убить его, — прошипел он, переводя взгляд на стену, отказываясь смотреть мне в глаза.
Я взяла все в свои руки и притянула его для поцелуя, в котором мы оба растворились на несколько секунд. За это время мое дыхание сбилось и я с глубоким вздохом оторвалась от него, замечая его улыбку. — Люблю, когда у тебя перехватывает дыхание из-за наших поцелуев, — он снова поцеловал меня.
— Хочешь, чтобы я задохнулась? — я прикусила его губу и услышала шипения, но я также заметила искорки в его глазах. — А где мои вещи? — да, я перевожу тему, и что?
— У меня, — я вскинула брови вверх.
— Так быстро?
— Ты против? — он довольно улыбнулся, прекрасно зная мой ответ.
— Не очень, — я уткнулась носом ему в шею, зная, что между нами произойдёт если мы проспим хотя бы две ночи вместе. Мы оба не выдержим.
— Снова ты краснеешь, когда запас краски у тебя закончится? — он рассмеялся, а я укусила его в ответ за кожу на шее. Массимо зашипел, но не отпустил меня. — Сделай ты это в кровати, я бы не отпустил тебя, не отомстив, — я поблагодарила всех Богов за то, что мы не были в кровати.
Мне приятна мысль, что я завожу Массимо, но после той ночи...после той ночи я даже не могу прикоснуться к себе. Я слишком напряжена, я не смогу в ближайшие дни переспать с ним. Возможно не смогу.
— Пойдём вниз, — позвала я его, когда начала выходить из, не знаю чей, спальни.
— Ты готова ко взглядам нашей семейки?
— Они в любом случае будут смотреть на нас, — когда мы спустились все смотрели на нас и на их лицах была улыбка. Невио, Алессио, Карлотта и Аврора, пришедшая с родителями, улыбались шире всех.
Извращённые мерзавцы.
Я старалась скрыть синяки рукой и волосами. Иногда помогал Массимо, закидывая руку мне на плечо, закрывая их, либо же я пыталась провернуться здоровой стороной лица к ним.
— Я не могу! Посмотри на них! — воскликнула Киара и вскочила с дивана, широко улыбаясь. Она теребила руку Нино, смотря на меня с Массимо. Я рассмеялась ее реакции, а Массимо притянул меня ещё ближе. Я почти лежала на нем, опираясь на его грудь. Мы делали все, чтобы никто не заметил синяков. Но больше всех я старалась скрыть их ради Киары.
— Мам.
— Я радуюсь за сына, за Кармэллу. Это запрещено?
— Ну не так же бурно, Киара, — Савио улыбнулся реакции своей невестки, посматривая на Нино.
— Отстань от моей жены, пусть выплеснет энергию, — Нино перевёл взгляд с Киары на Савио, — иначе она мне спать ночью не даст! — все расмеялись и я почувствовала тепло у уха.
— Сейчас до смеёшься, и я тебе спать не дам.
— Не посмеешь, — прошептала я, повернувшись к нему и хмуро глядя в глаза.
— Уверена?
— Не очень, — я снова улыбнулась, но внутри не было чувства легкости. Если Массимо захочет сегодня переспать, я не смогу дать ему этого.
***
— Ты не устала? — услышала я его шепот в полудреме и резко открыла глаза.
— Я знаю, что ты соскучился по семье, давай посидим здесь ещё?
— Кармэлла, — услышала я голос Нино, — тебе завтра на работу, а мы болтать можем ещё очень долго. Идите спать. Массимо тоже, тебе надо восстанавливаться.
— Плечо почти не болит, — возразил он, но всё-таки встал и протянул мне руку.
— Вот именно, что почти, — вставила свои слова Киара, сидя рядом с мужем, держа его за руку.
— Все-все, мы идём.
— Ты чего? — спросила я, когда мы лежали в кровати и смотрели друг на друга. В отличии от Массимо, я старалась уснуть.
— Поверить не могу, что ты рядом, — он провёл пальцами по моим волосам, а я опустила взгляд, не решаясь смотреть ему в глаза, которые ещё пару дней назад показали мне вселенского размера боль.
— Прости, — прошептала я, переплетая наши пальцы.
— Кармэлла, тебе надо было поверить, — он притянул меня в свои объятия, я уткнулась ему в грудь.
— Если бы я не упрямилась, мы бы уже давно были вместе, — я вспоминаю всю желчь, которой были пропитаны мои слова, которые я говорила Массимо, отталкивая его. Отвращение к самой себе резко проснулось во мне.
— Желание защитить свои чувства не упрямство, тебя можно понять.
— Массимо... — он остановил меня поцелуем, когда притянул к себе мою голову.
— Я прошу тебя, не вини себя. Главное, что сейчас все хорошо, — он улыбнулся мне, погладив щеку. — Давай спать.