Полное погружение [2]

Два года назад

Ива

– Это точно не подделка? – Кэти внимательно изучает кольцо, которое подарил мне Алек, едва ли не пробует на зуб. – Выглядит слишком круто, реально как фамильная ценность. Может, у бабки своей какой-нибудь угнал?

Мы сидим у меня в комнате с питательными масками на лицах. Точнее сижу только я, подруга нагло заняла мою кровать, раскинувшись на ней звездочкой.

– Может быть, – жму я плечами, и забираю кольцо назад.

– Надеюсь, моя неопытная подружка не успела развесить свои маленькие уши и поверить в сказку о предложении руки и сердца?

Я смеюсь, и со своего кресла-пуфика пихаю ее под ногу.

– С ума сошла?! Конечно, нет!

– Уф, а я уже начала переживать за тебя. Все, конечно, выглядит со стороны довольно интересно, ой ладно, даже сказочно, – цокает подруга языком. – Все только и стонут, глядя на вас: ой какая красивая пара, – писклявым голосом передразнивает кого-то Кэти. – А в душе завидуют. Но в этом ничего удивительного как раз-таки.

– Было бы чему завидовать.

– Немножко есть чему – все эти «невеста», хождение за руку, совместные приезды – как в лучших фильмах Голливуда.

– В этом ведь и суть, – киваю я. Все действительно так киношно красиво, что еще сложнее можно поверить в искренность Алека.

– Ты там ведешь еще свое расследование, чего наш мальчик-красавчик в итоге-то хочет от тебя?

Расследую, ага. Вот даже сейчас вспоминаю то, что было в кинозале, и ощущаю свое пылающее лицо, как хорошо, что его сейчас скрывает влажная маска.

Кэти словно интуитивно чувствует эту маленькую тайну.

– Или ты уже поплыла, подруга, и вы там по-быстрому проходите все стадии отношений? Ты ему случайно не подарила кое-что взамен колечка?

– Бо-оже, нет! – Это даже звучит отвратительно. Взамен.

– Окей. Просто боюсь за тебя. Ты у меня такая хрупкая и невинная, как нежный ангелочек. – И я снова краснею, вспомнив, как на коленях Алека желала, чтобы он вел себя пожестче. – Не хочу, чтобы он тебя использовал и разбил сердце, а все на это указывает. Когда тебя мистер Фитч задержал после занятий с остальными, я видела Брайта с Джесси Браун из группы поддержки, случайно совершенно. И знаешь, они так общались о чем-то бурно, а он в этот момент просто трахал ее глазами.

Вау.

Ладно.

Срочно ищу в себе честные мысли, как я отношусь к подобной информации. Немножко неприятно – блин. Но в большей степени, мне все равно. Как бывает все равно, когда и так ждешь серьезного подвоха, поэтому такая мелочь кажется пустяком.

В целом, я и сама подозревала нечто подобное.

Алек прекрасно знает мой режим дня, мои одинаковые маршруты и круг друзей в виде одной Кэти. А что знаю я? Ну вот, когда мы не вместе? Где он сейчас, с кем он? Может, вообще в своей «Леваде» в компании горячих и раскрепощенных девчонок, я видела – там таких много. И симпатичных – более, чем достаточно.

Если я позволю себе его ревновать, то, наверное, за неделю сойду с ума, постоянно находя поводы и устраивая бурные истерики.

Нет, спасибо.

Если меня и тянет к нему физически, что приходится признать, то голову я храню в ясности. Я зачем-то продолжаю эти отношения, но в любой день жду, когда они закончатся, и мне любопытно, какой же все-таки будет повод? Ради чего все затевалось-то?

– Кэти, мне плевать на это. Возможно, он даже сейчас с кем-то делает что-то подобное, но не только глазами.

– Мне нравится твой настрой. Но, наверное, все проще. Как я и говорила изначально, он хочет тебя трахнуть и все. А скоро у них выпускной, потом он просто испарится из школы, и из твоей жизни. Ну и, возможно, поспорил со своим дружками, что сделает это. Не знаю, я только по глядя на них думаю – как бы ни были горячи, но нет, Кэти, нет, с такими не стоит связываться.

– Кстати, про спор говорила я, а ты немного не верила.

Поежившись, я вспоминаю недавний, короткий разговор, который произошел возле зала, где проводятся уроки по физкультуре. Я как раз шла на свое индивидуальное занятие, и прямо у входа столкнулась с Дастином Лайал.

– Привет? – приостанавливается парень. За его спиной вижу разминающихся ребят из баскетбольной команды. Дасти когда-то тоже был среди них, но сейчас, видимо, заходит только поздороваться. Не понимаю, как можно добровольно бросить спорт.

– Привет, – отвечаю я, и собираюсь идти дальше, потому что мы не так близки с ним, и говорить нам, по сути, не о чем.

Но Дасти замирает на полпути, и в итоге следом за ним я – нужно обойти, либо вправо, либо влево.

– Ты девушка Алека? – Внезапно выдает им. Я не понимаю его тон, то ли вопросительный, то ли утверждающий.

В любом случае, мне это не нравится. Даже наоборот. К чему об этом нам говорить с ним – они и так достаточно близко дружат с самим Алеком, чтобы знать подобные вещи даже лучше, чем я.

– У него и узнай, – непривычно грубовато для себя отвечаю ему.

Я не плохо отношусь к Дастину, точнее нейтрально. Изо всей их компании он кажется самым адекватным и милым.

– Я это знаю.

Прекращаю попытки обойти его и, остановившись, смотрю ему в лицо.

А ведь они действительно с Алеком близки, тот доверяет ему – и вполне мог рассказать то, ради чего вообще играет при мне роль заботливого парня. С постоянным «люблю-люблю-люблю», что это слово уже звучит обыденно на уровне «Как дела?»

– И многое знаешь? – Делаю голос суперравнодушным, но взглядом сканирую лицо парня.

Дастин как-то неловко пожимает плечами.

– Я знаю, что Алек со стороны может показаться легкомысленным придурком, – говорит он, засовывая руки в карманы школьной формы. – Но на самом деле, он хороший парень. Не оставляй его, когда придет время.

Я едва ли не ахаю.

Если Дастин пытался мне «прорекламировать» таким образом Алека, то сделал все с точностью до наоборот. «Когда придет время». А что это за время должно такое прийти? Кульминация всего этого спектакля? Та самая развязка, на момент которой я должна точно быть с Алеком, этим «хорошим парнем»?

А может, примерно, где-то там и суть возможного спора на меня? А Дастин один из тех, кто ставит, чтобы я слепо верила его другу? Чертовщина какая-то. Давайте мне уже этот финал, мне самой любопытно, что они задумали.

– Ну конечно, не оставлю, – холодно улыбаюсь парню, и обхожу его, чтобы пройти в зал.

Через несколько секунд оглядываюсь, чтобы проверить его реакцию.

Но Дастина Лайала уже не видно в коридоре. Там в одиночестве стоит незнакомая черноволосая девушка в школьной форме, глядя в свой телефон.

Ладно.

– Ну насчет остального – точно говорила я. – Гордо парирует Кэт, сдирая резко маску с лица. – Моя чуйка кричит, что ты зря связалась с ним вообще. Не закончится это ничем хорошим.

И я за ней следом.

А потом Кэти звонят родители, что уже довольно поздно, и она быстро собирается уезжать, чтобы не нервировать их.

На своей собственной машине – красного цвета, как и хотела.

На прощание мы привычно целуем друг друга в щеки, и мне прилетает тихий шепоток от подруги.

– Если он тебя все же трахнет и бросит, то получи хотя бы от этого удовольствие. А потом мы с тобой изобразим «страдашки» и будем обсуждать, какой Алек мудак до тех пор, пока нас не начнет тошнить.

Я обожаю эту идиотку.

Ее фраза такая циничная, пошлая и грубая, но я не выдерживаюсь и все равно смеюсь. Кэт тоже хихикает и быстрой походкой выпархивает за дверь моей комнаты:

– Не провожай!

Оставшись одна, я решаю не тянуть время, быстро принять душ и почистить зубы. Вставать придется рано – перед уроками нужно будет отвезти тренеру заверенные нотариусом копии документов для предстоящего отбора.

С мокрыми волосами я забираюсь под одеяло, немножко сомневаюсь, но все же сую под щеку любимый леденец с малиновым соком.

Только быстро уснуть все равно не получается.

Кручусь и верчусь, и все кажется неудобным.

Получаю стандартно-ежедневное сообщения от Алека – «Люблю тебя. Спокойной ночи», отвечаю на автопилоте – «И тебе».

Кладу вторую подушку на голову, но состояние близко не сонное.

И все же, с кем он сейчас? С другой девушкой? Это не помешало бы ему отправить сообщение, они все равно каждый раз одинаковые, может даже копирует одно и то же.

И сразу в мыслях мелькают всякие картинки – Алек сейчас у себя дома. Или не у себя. Рядом с ним красивая девушка.

Как он с ней ведет себя? Нежно или грубо?

Я выметаю эти образы из головы, и у меня даже получается забыть о нем самом. Но я уже начинаю зацикливаться – нежно или грубо?

И представляю мужские руки, которые оказывается у меня на шее. Сильные. В этой фантазии они не принадлежат никакому конкретному парню, это просто абстрактный образ.

И даже от этого я вся где-то сжимаюсь, где-то напрягаюсь.

Эти руки гладят меня, но постепенно все больше смыкаются на шее, из-за чего мне становится труднее дышать.

Убираю вторую подушку с головы и раздраженно зажимаю ее ногами, пытаясь очистить картинки в голове, выгнать их оттуда, но никак не получается.

Я делаю попытку вырваться из этих рук. Я подаюсь вперед, чтобы сбежать, но Он перехватывает меня за талию и тянет обратно к себе.

Сжимаю зубы и крепче зажимаю подушку, чтобы с помощью нее погасить загорающее возбуждение между ног. Это уже происходит со мной не впервые.

Умоляю остановиться, отпустить меня. Пытаюсь бороться. Но Он перехватывает мои руки и прижимает спиной к стене.

Это просто кошмар, но у меня все тело горит. И этот тот пожар, который потушить невозможно. Разве что один способ есть... Перевернувшись на живот и слегка подогнув ногу, я запускаю руки под пижамные короткие шорты и прижимаю крепко ладонь к пульсирующему месту между ног. Пожалуйста, хватит!

Я не могу ничего поделать. Он меня обездвижил. Я молю отпустить, чем еще больше завожу Его. Своим бедром Он раздвигает мне ноги, и прижимает ближе к себе. Одной рукой тянет меня вниз за волосы, от чего мне приходится поднять голову верх. И тогда Он впивается губами в мою шею.

Я давлюсь своим же дыханием, удерживая эту картину в крепко закрытых глазах, и все же проникаю рукой под трусики. Они влажные, я сразу это чувствую, но не задерживаюсь на этом, а касаюсь того крохотного бугорка, скрытого верхними половыми губами, который сейчас контролирует мое тело и посылает в мозг всякие картинки.

Его губы терзают со всей своей грубой страстью и жестокостью, оставляя следы на мне. Я тяжело дышу, освободив одну руку из захвата, давлю Ему на грудь в попытке оттолкнуть от себя. Но Он сжимает ее в своей, не давая мне возможности для какого-либо сопротивления. Я поймана Им. Я в Его руках. Он может делать со мной все, что хочет. И делает это. Спустившись ниже, он облизывает мои ключицы. А потом кусает сверху за грудь через тонкую майку, я чувствую острую боль, перемешанную с таким же острым желанием и наслаждением.

Мои пальцы круговыми движениями гладят клитор. Чтобы смочить его, приходится на секунду спустится ниже и собрать ту самую жидкость у входа во влагалище. Глубже я не рискую, провожу пальцами и снова возвращаюсь к заветному бугорку, чтобы немного сильнее зажать его. От этого из груди вырывается стон, но я быстро заглушаю его, уткнувшись лицом в подушку.

Его поцелуи везде, где Он может дотянуться. Его руки блуждают по моему телу, но, когда я делаю свои попытки вырваться, он перехватывает меня за талию и сильнее прижимает к стене. Или стягивает волосы до боли. Заламывает мои запястья одной рукой, а второй грубо сжимает за бедро. Когда я пытаюсь кричать, не выдерживая этой пытки, он затыкает меня грубым, жадным поцелуем. Хватает меня за ягодицы, и за них поднимает к себе, удерживая в воздухе. Мне приходится обхватить его ногами, чтобы чувствовать опору, но при этом мы продолжаем этот поцелуй, в котором мои губы уже обкусаны, а язык обласкан и истерзан. Прижавшись к нему, я чувствую всем своим естеством его упирающийся в меня...

Мои пальцы почти постукивают по пульсирующему комочку, а тело полностью напряжено до пальчиков ног. Я вытянута как стрела и вцепляюсь зубами за наволочку подушки, чтобы не застонать, когда...

Моя Ива. Я люблю тебя.

Стоп, Он никогда ничего не говорит.

Но пальцы уже зажали клитор, выпустили, еще раз слегка надавали. И все.

Я мычу в подушку, в глазах мутнеет от слез, а все тело сжимается словно вода, уходящая из берегов перед цунами. Чтобы потом это цунами настигло меня сильными волнами. И настигает.

Тихо всхлипывая, я позволяю оргазму пройтись по всему моему телу, освобождая все напряженные нервные окончания, даря то самое блаженство, о котором я читала в книжках.

Я проживаю его до самого конца, ловлю каждую волну, пока мое тело не ощущает полный покой, вялость и ту самую сонливость, которую я ждала.

Что со мной не так? Почему у меня такие картинки?

С рядом стоящей тумбочки я беру упаковку салфеток и вытираю ими свои руки и, отодвинув резинку трусиков, влажную промежность.

Снова чистая, расслабленная и теперь готовая ко сну.

Ладно. В моем возрасте не только такое делают, Ива. Но представляют ли такие картины? Не думай об этом. Не думай. Спи!