Глава 70
Свет лился в окно ленивыми полосками, пробираясь сквозь белые шторы. Было утро — тёплое, немного сонное, с запахом свежего хлеба из пекарни на первом этаже и редкими звуками улицы.
Вика медленно открыла глаза. Её ресницы чуть дрогнули, лицо всё ещё уткнуто в серую наволочку, волосы растрёпаны. Платье висело на спинке стула, аккуратно развешенное, а туфли стояли рядом, как будто тоже устали.
На кухне кто-то шумел. Но не громко — с осторожностью.
Она села на кровати, накинула плед и босиком вышла в коридор.
Илья стоял у плиты. В одной руке — лопатка, в другой — сковородка, на которой подрумянивался омлет. Его чёрная футболка была помята, волосы взлохмачены, а на лице — это самое серьёзное «я щас как накормлю» выражение.
Он услышал шаги и повернулся.
— О, принцесса воскресла.
— Слишком громко, — прошептала она, прислонившись к дверному косяку. — У меня ощущение, что мозг гудит.
— Это не мозг. Это последствия «ещё один тост — и спать». — Он улыбнулся и положил омлет на тарелку. — Иди садись. Я тут шеф.
— Ты что, всё утро готовишь? — она села за стол, всё ещё в его футболке поверх майки, — чуть не сгорела от милоты.
— Ага. Только не говори, что хочешь тост с авокадо, как все блогерши.
— Нет. Я просто хочу тебя. И кофе, — зевнула она и потянулась к нему, чтобы обнять за талию.
Он поставил чашку рядом и поцеловал её в макушку.
— Моя девочка. Такая кудрявая и ленивая. И теперь ещё официально выпустившаяся.
— Официально, но не взрослевшая. Ты видел, как я ревела, когда играли последний звонок?
— Видел. И чуть сам не сорвался. Когда ты уткнулась мне в плечо в конце вальса, я понял — вот. Вот как выглядит "мой дом".
Она вскинула на него взгляд, и в нём вспыхнули слёзы, но тёплые, не из боли — из нежности.
— Ты дурак, Илья. Ну такой, знаешь... любимый дурак.
— Спасибо. Вручаю себе медаль. "Дурак года по версии Виктории Андреевны".
— Ещё кофе и я буду твоя навсегда, — усмехнулась она.
— Так ты и так моя. Без кофе. Даже без завтрака. Даже без выпускного.
Он присел рядом, обнял её одной рукой, прижал к себе.
С улицы доносился лай собак, кто-то уже шёл по своим делам, у кого-то началась взрослая жизнь.
А они...
Они просто сидели вдвоём за столом.
На кухне, где пахло омлетом и теплом.
И где их новое «утро» только начиналось.