Шестикрылый

Тихий шелест ударяющихся друг о друга ветвей наследовал шаги Сэма и Габриэля, последний из которых хвостиком шёл за напряжённой фигурой охотника, стараясь не отставать.

Сэм с сосредоточенным лицом рассматривал окружающую их местность, изредка пальцами пробегая по выжженным стволам деревьев и собирая на их подушечках чернеющую труху. После чего обязательно останавливался и со словами «Опять не то» поворачивался в сторону выхода из сплетения деревьев, пока Габриэль бездумно блуждал взглядом по его широкой спине.

- Думаешь? - поинтересовался у него Сэм, поворачивая к нему голову.

Габриэль свёл брови к переносице.

- Думаю про что?

Они шли. Шли, а позади них медленно колесили два разогревающихся автобуса с Дином и Биллом за рулями. Сэм изредка останавливал их двоих, делая резкий рывок рукой вверх, когда собирался поворачивать назад, в сторону лагеря. И тогда можно было расслышать, как колёса позади него с противным шумом перекатывающихся шин по украшенной камнями и сухим хворостом земле тормозили, разворачиваясь.

Они выискивали хорошую тропу среди этого поражающего своей тяжестью Габриэля леса, которая позволила бы спокойно проехать на поляну к порталу без происшествий. Люди в паре сотнях метров от них толпились у своих вещей, с лёгкой паникой смотрели на отъезжающие автобусы, словно думали, что те могли бы уехать без них. Их нервные переговоры между собой отголосками доносились до Гейба даже сейчас.

- Про то, что у нас всё выйдет? Что, как ты сказал, всё будет... Хорошо?

Габриэль на мгновение тормознул, остановившись в паре метрах от охотника. Сэм тоже остановился.

Они смотрели друг на друга слишком долго. Они буквально читали друг друга по глазам, ныряя в омуты глаз с неряшливым нетерпением, словно только ради этого и проживали данный день. Они стояли, словно дожидаясь какого-то знака, говорящего им двинуться вперёд, и этим знаком послужил Дин, высунувшийся из окна.

- Вы там так и будете торчать? Работаем, парни! - рявканье охотника вывело Габриэля из прострации, заставив того активно зашагать вперёд, огибая младшего Винчестера полукругом и выбиваясь вперёд от него на какой-то один несчастный шаг.

- Я не знаю, Сэм, ладно? - он знал, что донесёт Сэму отнюдь не свои мысли, лишь страхи, – но не мог ничего с собой поделать. Хорошо было, что ему удалось хотя бы смягчить свой подрагивающий голос. - Я лишь хотел успокоить паренька и, возможно, и самого себя. Я уже даже не архангел, чтобы подсчитывать процентаж того, насколько нам удастся добраться до портала невредимыми.

Сэм молчаливо последовал за ним, нервно закусив губу и опустив взгляд к перебирающим землю ногам. После чего всё же отважился бросить навалившееся на плечи архангела:

- Всё будет хорошо. Раз ты не можешь сказать, то буду говорить это я. - его тихий голос окружил Гейба со всех сторон, в особенности, когда Сэм поравнялся с ним. - И буду говорить столько раз, сколько нужно будет, чтобы вселить в тебя уверенность.

Лес мрачно шевелил листвой, перекатывал мысли из одного полушария мозга в другое. Ветки били в лицо и оставляли небольшие ссадины под глазами, рвали кожу прикрывающих голову и волосы от их точёных лап рук до кровоточащих царапин, словно оставляли собственнические следы на телах, - нисколько не схожие на те, которые Гейб не мог уже забыть; которые оставил ему Сэм той ночью, решивший доказать, что его испорченная сущность хоть чего-то стоит.

Они постоянно сталкивались плечами, будто желали оказаться как можно ближе друг к другу, – и узкая тропа только подстрекала их к этому, пока Сэм снова и снова вскидывал сжатую в кулак руку. Пока колесящие позади них автобусы снова и снова останавливались позади них, чтобы не застрять в подобных узких местах.

Беспощадный ветер теперь не шептал о том, что знает все их тайны, он лишь наполнял уши своими смешками, словно заведомо знал о проигрыше положившихся на ветхую удачу людей. И вина всё больше затапливала Габриэля, утаскивая того на самую глубину, – ведь он внимательно слушал ветер и его грубые слова.

- Вот оно.

Сэм замер у одной достаточно широкой тропы, где не было практически никаких корней и камней, что могли служить для кого-то даже смертельной встряской (в особенности для раненных). А после повернулся к автобусам и кивнул.

- Она идеальна. - молвил он, вынуждая Габриэля оторвать глаза от Сэма, задумчиво застывшие на нём, и уставиться на переплетение веток под самым небом. Они неплохо так закрывали видимость сверху на автобусы, что будут колесить в сторону подготовленного заклинания.

- Неплохая. - легко подтвердил архангел, возвращая взгляд на напрягшиеся плечи перед ним и по пути косвенно пробегая глазами по толстым стволам.

Колёса позади них вскоре и остановились, дожидаясь пока что незнающих о их удаче людей, когда Билл Смит выскочил и понёсся к ним с приятной новостью.

- Габриэль? - позвал его Сэм, но тут же осекся.

- Что? - спросил Гейб, переводя взгляд на лицо охотника.

- Ничего. - пробормотал Сэм. - Просто, чувак, когда мы начнём идти в сторону портала, – будь осторожен.

Это был второй едва связавшийся разговор между Габриэлем и Сэмом перед началом их собственного конца. И если бы Габриэль это знал, то, возможно, и предпринял какую-то попытку заговорить, попытку продлить их диалог. Попытку объясниться и так всё понимающему Сэму. Попытку, которая разрушила бы ту каменную стену, которую Гейб лично построил, не в силах сдвинуть.

Что было маловероятно.

***

Сожаление насчёт выбранной тропинки пришло отнюдь не сразу. Да и вообще, каждый мог бы понять, что даже обмазанная золотом, усыпанная диамантами, с плотной крышей над головой вместо неба тропа всё равно бы не послужила им спасением.

Но Габриэль инстинктивно продолжал проклинать их выбор, огибая толстые деревья в бесконечном беге. Его куртка сбилась на плечах, противная от пота рубашка липла к телу, кровь от нескольких падений из-за настигающих их взрывов заливала глаза и скрывала под собой раззинувший свою пасть лес. Габриэлю как никогда хотелось оказаться по ту сторону портала.

Но вместо поисков золотистой линии, которую создал ещё в лагере Сэм и которую требовалось найти в масштабах небольшой поляны данного леса, Габриэль вилял между стволами деревьев, взрывами, чья отдача не раз и даже не два настигала его и безрассудно искал Сэма. Он бежал, вслушиваясь в панический стук своего сердца, в срывающееся с носа дыхание, которое натыкалось на противный запах окружившей его со всех сторон крови, в треск ломающихся под его ногами веток.

Его глаза метались в поисках тёмной макушки, постоянно возвышающейся над остальными. И не находя её, Габриэль в страхе пытался выудить из переплетения тысяч оттенков бежевый, пускай и потускневший со временем плащ Каса. Или же кожаную куртку Дина с перекинутым через плечо рюкзаком. Или золотистый окрас радужек на детском лице Джека.

А в следующую секунду он едва не споткнулся об бугор вздымающейся под ним земли, резко перепрыгивая его. Ноги с глухим "пуфф" опустились на землю, споткнулись на ровном месте и Гейб всем телом разлёгся на земле, перекатываясь между отростками и ветками, поднимая вокруг себя ураган пыли. Но понимая, что даже потраченные секунды могут стоить ему жизни, вскочил на колени за считанные мгновения. И рывком обернулся в сторону преграды, задолго зная, какое именно зрелище его там ждёт, - не мог не обернуться.

«Не надо, не надо, не надо, не надо...» - как помешанный бормотал голосок в голове. - «Только не то, о чём я думаю, только не очередной мертвец, только не труп, только не...»

Окровавленное тело лежало подобно скуксившемуся в позу эмбриона зародышу, - кровь всё хлестала с открытых ран и заливала собой раздёртую местами кожу. Лицо было почерневшим от копоти, раскрашенным россыпью из сотен царапин. Это был Крис.

Габриэль в ужасе застыл, не в силах первое время отвести взгляд. Но спустя секунду сипло выдохнул, отворачиваясь. Ужас, перемешанный с открытой болью, настиг его. Что люди скажут Кэлу? Как они объяснят отсутствие его брата, когда окажутся по ту сторону портала мальчику, который в свои твёрдые пять-шесть лет понимает всё лучше, нежели многие взрослые? Как Габриэлю перестать прокручивать в голове мысли о том недавно прошедшем разговоре между Кэлом, умоляющим поехать Криса с ним, в автобусе, и самим Крисом, который сейчас был мертвее всех мёртвых.

И пускай Гейб понимал, что подобные размышления вскоре прекратятся, он всё равно почувствовал, как задрожали его губы. Он отвернулся, лишь бы не смотреть на парня, что прижимал к себе оружие как дитя, словно пытался кого-то укрыть под собой. Отвернулся, чтобы не смотреть на окружающую его кровь. И только он, когда-то сильный архангел, готов был подняться на ноги, ринуться в гущу битвы, в гущу крови и разорванных тел, в гущу вздымающегося от перекинутых двух автобусов серого дыма, как его глаза метнулись между тканями одежды того, что осталось от Криса.

«Нет.» - метнулся голосок. - «Нет. Нет-нет-нет. Нет, да?»

Рядом с ним лежал тот самый блондинистый мальчишка, чьи голубые глаза теперь были укрыты веками. Застывшие слёзы бежали по его лицу, а детская курточка подобно тряпью лежала на его спине. Ручки, маленькие детские ручки, чёрт его дери, сжались мёртвой хваткой на футболке Криса в районе груди. И кровь тоже его заливала. Она вытекала из кончика его губ и выливалась на землю. От детского, хрупкого переплетения тел остались только обрубки скелета и ткани, едва скрывающие выпирающие кости.

«Они мертвы. Оба. Мертвы, мертвы, мертвы, мертвы...»

Были ли они братьями? Или просто познакомились во время начала апокалипсиса, после приняв друг друга как братьев? Теперь это было неважно.

Они были мертвы. Дети были мертвы, не пожелав отпустить друг друга даже во время смерти.

«Это моя вина? Нет. Но почему я чувствую себя виноватым? Почему я чувствую себя ужасно, что позволил детям погибнуть? ДЕТЯМ. В войне, детям.»

Габриэль говорил самому себе и Сэму, что это не их трагедия, - а сейчас не был так сильно уверенным в этом. Сейчас это была его трагедия, потому что перед ним лежало двое ни в чём не повинных детей, что просто отказались погибать без боя. Его зубы так сильно вонзились в плоть губ, что Гейб изначально и сам не заметил, как тонкая струйка крови потекла по его подбородку. Руки сами потянулись к мальчикам, готовы ухватить отвороты их одежды, потянуть с собой, хотя бы позволить людям по ту сторону портала устроить им достойные похороны, как кто-то перехватил его поверх плечей и резко поднял на ноги, отталкивая от детей.

Габриэль панически прикрыл голову одной рукой, наобум вскидывая перед собой набитое ангельскими пулями ружьё. Чьи-то холодные руки остановили его попытки, внезапно прижав к себе в кратковременные объятия.

В нос ударил знакомый запах мужского одеколона, перемешанный со старыми, въевшимися под кожу ароматами книг и пропитавшим одежду потом.

- Гейб, ты совсем с ума сошел? Мы же потеряли тебя! Идём, нужно убираться отсюда! - вознёсся над ним знакомый до дрожи в этом аду голос, и ружьё само собой вновь ткнулось дулом в землю.

- Сэм... - залп вины ударил в Габриэля, вынуждая его отстраниться. - Я не... Ты в порядке?

Когда его выпустили из грубой, но родной хватки, Габриэль замер, глядя в знакомые глаза. Глядя на украшенное ранами, копотью и землёй лицо. Глядя на порванную одежду во многих местах.

- Да. Да, со мной всё нормально. Нормально, Гейб. Идём, ангел, идём. - Сэм повернулся, чтобы идти, когда Габриэль, рявкнувший громкое «Стоять!» ему на ухо, резко схватил его за воротник рубашки и потянул на себя прежде, чем тот врезался в бледную нить спрятанной взрывчатки перед ними.

Охотник с глухим стуком, затерявшимся в оглушившем их шуме, повалился поверх него, словно прикрывая маленькую фигуру от ожидающего их взрыва и вздымая тучу пыли вокруг них. И Габриэль рухнул на пыль вслед за ним, ощущая, как его висок, напоровшийся на какой-то сухой отросток корня, пронзило отвратной вспышкой боли.

В паре десятков метров от них поднялся вверх столб земли, перемешанной с огнём, - очередной взрыв. Габриэль зажмурился от яркой вспышки, пряча нос в плече склонившегося над ним Сэма, – и его сердце бешено заколотилось в груди, когда собственные пальцы вонзились в ткань кожаной куртки Винчестера в обрушившемся страхе за него. Земля задрожала, а в воздухе висела пыль, когда дым начал рассеиваться, открывая взгляду обугленные остатки деревьев и воронку на месте взрыва, когда тот стих.

Тишина после него казалась оглушительной, лишь треск перекатившегося на дальние ветви деревьев огня нарушал спокойствие леса. И нить спрятанной взрывчатки, растягивающаяся в разные стороны, которая бросилась в глаза Габриэля за пару секунд до того, как Сэм споткнулся бы об неё, плавно опала на землю.

- Порядок? - тяжело дышащий Сэм отстранился от него, поднимая голову с растрёпанным гнездом вместо волос, и его глаза наткнулись на тела позади них. - Гейб...

Габриэль невольно прикоснулся пальцами к собственному виску, ощутив, как горячая кровь отразилась на пальцах. Вспышка боли пронзила его голову, заставив Гейба поморщиться. Секунду спустя он раздражённо вытер их о ткань своей куртки.

- У тебя кровь. - заметил Сэм, нахмурившись.

- У тебя тоже. - выдохнул Габриэль, наблюдая, как поднимается Сэм и протягивает ему раскрытую ладонь для помощи. Он ткнул пальцем на кровоточащие ссадины на шее и лбу охотника, после чего схватился за протянутую руку, в миг оказываясь на ногах. - Но если я жив, то я в порядке, а они погибли. Погибли, Сэм!

Его глаза вновь напоролись на тела, и отчаяние, – резкое, тяжёлое отчаяние залило его с головой, охватило в своё кольцо и вырвало землю из-под ног, вынуждая волну дрожи прокатиться по телу. И ни пыль, осевшая на его одежду, ни кровь, вытекающая со свежих ран на лице, ни ветер, наносящий грубые пощёчины, не имели сейчас значения, – кроме двух тел.

- А вы не сможете даже похоронить их. Вы даже... не сможете... удостоить их тела огнём. Да сука!

Его пальцы свободной руки зарылись в волосы, мгновенно спускаясь и проходясь по всему лицу.

Сэм отвёл покрасневшие глаза от двух мальчишек и резко взял лицо Габриэля в свои ладони, пальцами огибая скулы и сжимая его щёки.

- Гейб. Ты должен собраться, ладно? Сейчас или никогда. Собраться, Гейб. - он болезненно скривился. - Они дети, зараза, дети, дети... Всего-лишь дети, которые должны радоваться и наслаждаться детством, а не... - Сэм резко зажмурился и выдохнул, быстро беря себя в руки и смотря на Гейба. - Я знаю. Но они же не должны были погибнуть напрасно, да? Не должны... Гейб, не должны.

Габриэль задрожал ничуть не хуже Сэма в его тёплых ладонях.

- Да. Да, конечно. Да-да.

- Идём. Идём, Гейб, идём. Мы похороним их. Но без тел. Они заслужили этого.

- Да. Упрямцы, они определённо заслужили этого.

Сэм потянул его на себя и Габриэль больше не разбирал растягивающейся перед ним дороги. Руки Сэма соскользнули, отчего Гейб чувствовал лишь леденящий щёки холод. Они перескочили через тонкую нить и понеслись в противоположную от двух тел сторону. Его пальцы сжались на рукаве куртки Сэма, стараясь не касаться выступающей на локте дырки, с которой хлестали потоки крови, - а самому так сильно хотелось прижать охотника к себе, оказаться как можно ближе, почувствовать чужое тепло всем телом.

Картинка перед глазами на мгновение поплыла. Голова кружилась, а в висках стучало. Ноги вгрызались в покрытую пеплом землю. Лес смеялся над ним, потоками ветра нанося удары в лицо. Ветки били по телу. А перед глазами в одно мгновение застыл золотистый портал, в который проходили десятки людей, по одному проскальзывая в их мир.

Габриэль замер, смотря на раскрасневшегося, запыхавшегося от бега Сэма, что выскользнул из за его спины и остановился рядом с людьми, подгоняя их как можно быстрее к золотистой линии.

- Давайте, давайте, ну же, вы успеете, поспешите, давайте, ребята... - бормотал Сэм и все, слыша его слова, ускорялись, под золотистые вспышки исчезая в портале. - Давайте...

Габриэль поспешил им на помощь, поднимая падающих от отдачи взрывов, что с каждой секундой всё приближались к ним. На мгновение Сэм скрылся за ближайшими силуэтами деревьев и Габриэль метнулся к нему (ведь не должен был оставаться сейчас один, не должен был, не должен был, не хотел оставаться один сейчас, в этот момент). Он окинул глазами двоящиеся перед ним деревья, не обращая внимания на подталкивающего к порталу остальных Дина, что держал наперевес клинок в своих руках.

- Вы справитесь? - донёсся до Гейба сбитый от резкого дыхания вопрос Каса, адресованный Дину.

Пока Кас задавал вопрос, Гейб уже подобрался, готовясь к действию. Дин ободряюще кивнул:

- Да, давай, Кас, вперед!

Звук прикосновения Каса к порталу тихо растаял в воздухе, а Габриэль же уже рыскал среди деревьев, надеясь отыскать Сэма.

Не прошло и мгновения, как его взгляд упал на него, стоящего рядом с одним из своих братьев, чьи холодные голубые глаза вонзились в лицо охотника под шапкой из тёмных волос. И их клинки встретились с блеском искр, разлетающихся во все стороны.

Выпады, толчки, удары, наносящиеся с невидимых для противника углов, замельтешили смертельным танцем перед глазами Габриэля, и тот скользнул за ближайший ствол, тенью растворяясь за деревьями. Ветки путались в его волосах, изредка выдёргивая при беге волосинки, но он продолжал упрямо бежать, огибая полукруг перед Сэмом и неизвестным Гейбу ангелом. Вынырнув из теней, он не успел и опомниться, как пара шагов ударилась о землю и его собственный клинок вонзился между лопаток неизвестного крылатого. Открытая ярость, перемешанная с отчаянием из-за всплывающего времени, придали ему сил.

Пораженный внезапной болью ангел застыл, выпустивший изумленный взгляд в момент, когда конец острия клинка Габриэля, давно уже потерявшего в дороге ружьё, выполз из его груди со стороны Сэма. Сияющая огнем, выжигающая глаза и чужую оболочку благодать вспыхнула в его теле, заставив Сэма и Габриэля одновременно отвести взгляды от ослепительного света. И чужой клинок выскользнул из напрягшейся на мгновение руки и упал на землю с глухим стуком. Облако пыли всколыхнулось и рассеялось у его ног.

Ангел перед ним шатнулся и с хрипом упал, – кровь застыла на его лице и тени серых крыльев распластались по земле. Гейб в это время вышел из тени его фигуры, протирая свой окровавленный клинок о развевающиеся ткани его же одежды.

- Спасибо, - выдохнул Сэм, руками подхватив тело и оттолкнув его от них. - Я твой должник.

- Мы давно уже квиты, парень - бросил Гейб с усмешкой, пряча клинок в карман.

А секунды в глазах архангела всплывали. Он мог сосчитать их на пальцах, прекрасно понимая, что вскоре они рассеются пеплом на его глазах. Он дрожал от вспышки адреналина, порвавшей его самоконтроль на клочки. Перед глазами всё ещё стояли истерзанные, очевидно, преследующими их ангелами тела детей.

А всё же начиналось так... неплохо. Люди выехали, - раненные в одном автобусе; дети и оставшиеся старики, которых было всего двое, – в другом. Охотники же шли рядом, окружали два четыреколёсных чуда, над которыми работал Гейб, и сам архангел тоже был в этой массовке.

А после всё пошло наперекосяк. Раздались первые взрывы, а один охотник споткнулся о нить, ведущую к «камню» со взрывным устройством, всаженным прямиком внутрь него. Ангелы начали атаковать из теней, ослепляя людей благодатью, всаживая клинки им в груди.

Некоторые охотники начали отбиваться, нападая на пернатых, но их с каждой секундой становилось всё больше и больше. Люди начинали бежать, - и очень повезло, что бежали в ту сторону, в которую указывал Сэм, успевший сотворить заклинание по инструкциям Ровены. Винчестеры подгоняли остальных и бежали вслед за ними, отбиваясь от нападений. Габриэль, что отвлёкся на попытке спасти тех, кто остался в автобусе, придавленных металлом, оказался позади.

Он не смог спасти ни одного раненного. Но смог спасти детей, кинувшихся в сторону по указанному им пути.

И теперь, когда его битва подходила к концу, он больше не боялся вновь отстать, хотя подобное уже и было невозможно.

В нос ударялись скомканные запахи дыма от танцующего по ветвям деревьев огня. Шум пропускающего последних людей в их мир портала давил на уши. Слишком близкий взрыв отдачей всколыхнул ткани их одежды.

Секунды перерастали в долгие минуты, пока Гейб смотрел на Сэма. На охотника, который его поражал и восхищал. Поистине восхищал, вот так просто. И даже если бы на подобное не было причин, - а таких было сотни, - то Габриэль всё равно восхищался бы им. А после он сделал краткий шаг вперёд, чувствуя, как резкая улыбка разорвала его губы, и мягко подтолкнул Сэма к дереву.

- Гейб, что ты...

Не успел он и договорить, как его заткнули наглым, всепоглощающим, жадным поцелуем. Габриэль врезался в чужой рот, словно выливая всю свою вину, перемешанную с пониманием того, что должно будет произойти в скором будущем. Он инстинктивно хватался за волосы Сэма, впиваясь в них пальцами; оттягивал его голову, отчаянно врываясь языком в рот; сталкивался и натыкался на дёсны, скользя по языку не сопротивляющегося охотника.

Он, экс-трикстер, шутник, клоун, для которого ни секс, ни разврат, ни тактильность не были чем-то чуждым, чувствовал кружащее голову опьянение от одного несчастного поцелуя. Он, безжалостный архангел, не мог контролировать свой голод по отношению к какому-то человеку, который не должен был значить для него так много. Он, блядский, брошенный всеми недо-ангел с отсутствующей благодатью, не должен был ощущать такую теплоту по отношению к тому, с кем должен был быть врагами по природе своей. По правилам стереотипов.

Вместо этого Габриэль сейчас дышал Сэмом. И Сэм, так хорошо понимающий его, дышал им. А когда Гейб отстранился, тяжело дыша, едва находя кислород внутри себя для вдоха, в его глазах застыла едва удерживаемая слеза.

- Сэм. - Габриэль вдруг улыбнулся. Непрошенная радость ударила по его лёгким, враз выбивая из них весь воздух. - Сэм, знаешь, я на самом деле так много хотел и хочу тебе сказать... Но сам понимаешь, - времени для этого недостаточно.

Он на секунду выглянул из за вороха ветвей дерева, рассматривая оглядывающегося, скорее всего, в поисках их двоих Дина, пропустившего последнего из всех Билла в портал, и Люцифера, застывшего чуть поодаль от охотника.

- Гейб, что ты пытаешься... - Сэм вновь был перебит, - Габриэль вновь вернул внимание охотнику и закрыл ему рот ладонью, заставляя заткнуться.

- Я просто попрошу дать мне минуту, Сэм. Одну минуту. - губы Гейба задрожали, но он не прекращал улыбаться. Чёртова слеза всё равно скатилась с кончика глаза и проделала путь от щеки до подбородка, теряясь в недельной щетине (Габриэль в последние дни не пользовался выданным ему Сэмом лезвием). - Сэмшайн, ты... Ты, чёрт тебя дери, лучший человек, которого я когда-либо встречал. Понимающий, великолепный, да ещё и умный впридачу, - единственный, кто не сошёл с ума после тех вторников. Я осознал это ещё до моего ада, но ничего не сказал, потому что просто так сильно... Сэм, я так сильно, блять, боялся получить отказ. Я боялся своих новых для меня ощущений, боялся того, что давило на меня. Ты не представляешь, как сильно я хотел прийти именно к тебе после своей лже-смерти, а не к тем скандинавским извращенцам.

Улыбка, затаившаяся в уголках губ, увеличилась. Волна удушающих слёз, не желающих показывать себя, кольцом обернула его груди.

А в тот самый миг за деревьями раздался взрыв, чья отдача ударила им двоим по ногам, ветром ударяя по голени. И Габриэль знал, кто из этого взрыва вышел к Дину и Люциферу. Знал, но не желал отпускать дёрнувшегося от неожиданного взрыва Сэма, лишь сильнее впиваясь руками ему в грудь. Михаил мог подождать. Весь мир мог подождать.

- Но, знаешь, я боялся. Снова таки. Боялся получить упрёк в том, что я трус, что я ёбаный бегунок, который не может дойти до конца битвы, потому что слишком слаб. И ты был бы, - о, сто процентов, - был бы прав.

- Неправда, Гейб, - Сэм медленно убрал его руку со своих губ, выдыхая дрожащую фразу. - Неправда.

- Я знаю, ведь ты не настолько прямолинеен как твой брат. - Габриэль уткнулся в грудь Сэма, на секунду вбирая его запах до полного заполнения лёгких кислородом. А после отстранился, в последний раз глядя в глаза человека. - Я... Ты изменил меня, Сэм. Ты невыносимо сильно меня изменил. Ты изменил моё отношение к этому миру, отношение к людям, охотникам и вообще ко всему. К стереотипам. К жизни. К гедонизму и его философии. Ты изменил меня, Сэм. Максимально сильно.

- Гейб? - рвано бросил Сэм. - Почему это похоже на прощание?

- Потому что это оно и есть. - резко молвил Габриэль. - Потому что я, блять, тебя люблю. Люблю, Сэм. Люблю. Я тебя люблю.

Он сказал это. Сказал это вслух, впервые за всё клятое время. И всё ещё осознавая, что ржавые слёзы бороздят его щёки, рывком стёр их рукавом, даже не почувствовав, как жёсткий рукав, пропитанный кровью, врезался в его щёку.

Он видел, как расширились от удивления глаза Сэма. Но он, не дав ему ничего ответить (так сильно боясь, боясь, боясь реакции Винчестера, боясь...) всё равно выбежал навстречу бьющему по его лицу ветру, выныривая из скопления деревьев. Габриэль не мог вынести мысли быть отвергнутым прямиком сейчас, в это время, когда того осталось так мало.

Если он и мог что-то сделать, как-то помочь, выиграть время, то он сделает это сейчас.

Клинок наперевес, больная улыбка на губах, стук сердца в ушах. Михаил, застывший перед Люцифером и Дином, в своём отвратном величии. И лес, прожорливый на смерти, поглощающий мёртвые тела. Вскоре он поглотит и Габриэля. Вскоре он мысленно поглотит и Сэма, чьё сознание в этот момент треснуло пополам, когда он выбежал за Габриэлем на поляну, к золотистой линии портала, рядом с которой стоял оклякший Дин, - и застыл, не в силах двинуться.

- Габриэль? - вскинул брови Дин позади него, явно намеревающийся вставить ещё что-то. Но Гейб не смотрел на него. - Что ты творишь?

Он смотрел на Михаила, растянувшего свои губы в улыбке.

- Габриэль... - протянул его старший брат. - Это же надо, Габи, какая встреча... Неужели ты, трусливая шавка, первый, кто сдох от моих рук, думаешь остановить меня? Меня?

- Могу попытаться. - процедил сквозь зубы Гейб, на миг поворачиваясь в сторону Дина, сжимая в руках клинок из последних сил. - Я на нашей Земле слишком много бегал. Я не могу больше бежать, Дин. Ни от себя, ни от... - он запнулся, бросив взгляд на замершего Сэма рядом с Дином. - Уходите!

И шаг в бездну, прямиком в объятия старшего брата. В его кровавые объятия. Кто-то выкрикнул его по имя, но Гейб сделал безразличный выпад в сторону Михаила, что с лёгкостью перехватил его клинок и воткнул его ему в груди.

Габриэль не видел своего спасения. Не видел выхода, - его сущность была грязной, разбитой и мерзкой, он уже говорил эту ужасную правду Сэму. Она была такой, что даже если бы Винчестер и смог ответить на неё со своими откровениями, то обязательно бы порезался. А Гейб же этого не хотел. Не хотел причинять боли. Не хотел больше всего на свете.

Он не знал, что именно в этот момент в сознание Сэма заплывают красные оттенки, смешивающиеся с серой массой леса. Его голова от толчка вперёд ударилась о плечо брата, - и это было последнее, что он почувствовал помимо выжигающей его глаза благодати.

Ведь дальше он не ощущал. Дальше он не знал ничего, что происходило. Он не задыхался в эмоциях и не боялся. Он не слышал шума ветра и скрипа веток, смеющихся над ним. Он не разобрал болезненного вопля за его спиной. Он не видел, как Дин обхватил Сэма за предплечья, утаскивая за собой в портал.

Габриэль не знал, что Люцифер в следующие секунды после закрытия портала был убит Михаилом ничуть не менее жестоко. Не знал и не хотел знать.

Потому что Габриэль падал.

Габриэль не дышал.

Габриэль был мёртв.