Шестикрылый

Когда Сэм увидел измотанную, но улыбнувшуюся ему маму, сидящую за столом и пьющую чёрный кофе, то почувствовал себя самым счастливым человеком.

И только подумать, - с момента проникновения Локи в бункер прошли всего один-единственный день и одна-единственная ночь, которые обременили Винчестеров таким огромным багажом проблем. А с момента смерти их людей и с момента смерти Чарли, утонувших в огне мести Локи, - не более месяца. А Сэму казалось, что сплыла целая вечность.

Но в миг, когда оказываешься в тёплых объятиях родной мамы, чьи мягкие руки вплелись в его волосы, когда прижимаешься к низкому по сравнению с твоим телу, вдыхая знакомый аромат дезодоранта и апельсинового геля, когда ныряешь носом в бледные волосы, зарываясь в мятные запахи, - весь мир становится на паузу. Замирает даже бегущая секундная стрелка. И Сэм наконец-то окончательно верит в то, что Мэри Винчестер осталась жива.

- Доброе утро, Сэм. - тихий, родной голос рухнул на Винчестера, невольно заставляя его губы растянуться в улыбке. Пускай в надломленной, словно Сэм давно уже забыл, как улыбаться, но в ласковой.

- Ты такая... Ты такая красивая, ма.

Мэри приглушённо хмыкнула, не спуская рук с его широких плечей. Пальцы впились в ткань, словно тоже не верили, что могут вновь коснуться рубашки родного сына. А во взгляде теплилось давно уже незнакомое Сэму спокойствие.

- Была когда-то. Когда-то очень давно. - легко ответила она, отнюдь нелегко отпуская плечи Сэма.

- Неправда.

Они замерли друг перед другом на достаточное количество времени, чтобы Сэм разглядел стоящую в тёмных джинсах, в белом свитере и в накинутой поверх рубашке Дина женщину. Он смотрел так долго, что заметил тот шрам на открытой шее, который Кас, очевидно, и причислил как к «некоторым ушибам», что остались. 

- Ты невероятно красивая. - его рука потянулась вперёд, пальцы накрыли боковую часть шеи и подушечка большого пальца проехались по корявой линии у бьющейся венки. - И я счастлив, что мы успели спасти тебя.

На конце слова его голос дрогнул и сорвался, а рука, очертившая длинный шрам, вяло  опустилась вниз. Сэм напоминал ребёнка-переростка, что не знал куда деть свои огромные конечности. Мэри мягко коснулась щеки охотника и лишь покачала головой.

- Мне и не такое доводилось переживать, Сэм. Вспомни, что я охотница, в конце концов. Такая же, как и вы все, - оступилась и попала в ловушку. 

- Это наша вина. - не согласился Сэм, позволяя ладони соскользнуть с его щеки, когда он зашагал в сторону стола. - Мы не думали, что он доберётся до бункера и попытается последовать своей... - Сэм на миг запнулся. - Своей старой системе. Я думал, что Локи захочет после всех тех попыток убить нас с Дином лично и...

- Вот почему ты постоянно отсылал Кастиэля и Джека от вас двоих? Всё время пытался разделить вашу команду? - проницательный взгляд Мэри застыл на лице Сэма.

Охотник со скрипом отодвинул один из стульев и рухнул на него. В глазах скопилась усталость. Он протянул руку в сторону и, подхватив чашку остывающего кофе, который ранее пила Мэри, сделал крупный глоток.

Горькая жидкость прокатилась по всему Сэму. Затем, собрав в уме мысли, он пришел к единственному верному, по его мнению, решению относительно их общей маленькой тактики, понимая, что Дин не мог так просто выдать информацию тому, кто уже много перенес. Джек же, вероятно, не смог бы её даже осознать, ведь был ребёнком, –- наивным и чистым, не думающим о том, что им могут так пренебречь только из-за страха перед очередной смертью.

- Кас рассказал? - мрачно поинтересовался он.

Молчание было самым красноречивым ответом. 

Мэри уселась напротив него, сложив руки перед собой как послушная ученица младших классов, и наблюдала как пустеет её кофе. Но ничего так и не сказала по этому поводу. Со звоном чашка стала на стол, пустая, раскрашенная тёмными остатками напитка. И Сэм вытер губы, воззрившись внимательным взглядом на маму.

- Вы и меня отослали, и не из-за причин того, что я - «слишком смертная». - саркастические кавычки мамы Сэм принял неодобрительным хмыканьем. А после произнесённых слов её руки плюхнулись на поддатые тремором колени. - Вы хотели если и погибнуть, то хотя бы без потерь.

- В точку. Я не намерен терять ещё хотя бы одного человека, который мне дорог. Как и Дин. - выплюнул Сэм, кривясь. - Я слишком устал хоронить. Я просто слишком устал, мам. И просто хотел знать, что хоть один человек останется живым благодаря нам, что хоть одно существо, заслуживающее жить, будет удостоено этой самой жизни, а не останется где-то в лесу догорать на огромном кострище. И если бы кто-то отправил меня в прошлое, я бы просто перепрятал тебя в более безопасное место, чем бункер (пускай бункер и есть едва ли не самым безопасным местом в мире, но, поверь, я бы нашёл такое), но не взял бы с собой. Я бы снова отправил Джека и Каса туда, где знал, что Локи точно нет, что бы там ни говорили камеры у администратора на компьютере. Потому что так было бы безопаснее для вас всех.

- Сэм, ты просто не понимаешь, что мы...

- ...Лишь хотим помочь. - закончил за неё Сэм. - Но, поверь мне, будь моя воля, я бы и Дина замкнул куда-нибудь подальше от всех этих кошмаров. Так само, как и он меня, что ты уже от него, непосредственно, слышала.

Молчание, застывшее между ними, прервалось вошедшим на кухню Дином. Он насвистывал себе под нос какую-то мелодию и, сжимая в руках телефон, перескочил разом три ступени, ведущие на кухню. 

- Утречка, родня. - бросил он с мелькнувшей на губах улыбкой. 

- Доброе утро. - последовал одновременный ответ от Сэма и Мэри, вызвавший секундную неловкость.

- Чего рожа такая кислая, Сэмми? - полюбопытствовал Дин, распахивая холодильник и застывая перед ним.

Сэм, сидящий спиной к своему старшему брату, проигнорировал его вопрос, но почувствовал, как глаза Дина неспокойно бегали по продуктам, ища что-то съедобное. Мгновением позже, когда Сэм повернулся к нему лицом, рука Дина потянулась к закрытой тарелке и вытащила её на свет.

- Дин, не надо открывать её, потому что...

Дин с щелчком оттянул плотно прилегающую к непрозрачной, белой посудине крышку и поморщился. Сэм показательно закатил глаза.

- Потому что, как я хотел сказать, это мой салат. 

Дин закрыл тот вновь и вернул назад в холодильник. После повернул голову и бросил через плечо:

- Кролик Сэм возвращается к поглощению своей зелени?

И вытащил под недовольный вздох Сэма месячный гамбургер на тарелке, от которого уже была откушена часть. В этот раз уже поморщился младший Винчестер.

- Сколько ему лет?

Дин ухмыльнулся и, закрыв дверцу холодильника, сунул гамбургер в микроволновку.

- Свежачок. Бегать уже начал? - опираясь о столешницу, Дин в ожидании, когда щёлкнет завершившая разогревание его уже провонявшей в холодильнике еды микроволновка, корпусом повернулся к Мэри и Сэму.

- Катись ты. - буркнул Сэм, глядя на свои переплетённые пальцы на столе.

Мэри хмуро взглянула на Дин в миг, когда остановилась микроволновка и Винчестер вытащил гамбургер, со стуком ставя тарелку рядом с Сэмом. И уселся на соседний стул, лишь жадным взглядом поглощая свой завтрак.

- А тебе бы следовало к нему присоединиться. - вдруг молвила мама, не сводя своего взгляда с лица потянувшегося к еде Дина. - А то в скором времени гамбургеры станут тебе поперек горла, Дин, если хочешь продолжать охотиться и держать себя в форме. 

Дин с хмыканьем врезался зубами в свой завтрак, бросая телефон рядом с собой на стол.

- Зануды. - сдавленно буркнул он из за набитого рта. 

Засунув его остатки себе в рот, он вытряхнул руки от крошек и сопровождаемый продолжительным взглядом Мэри и Сэма, поднялся со стула.

Дин поставил тарелку в раковину и залил ту водой.

- Во-первых, если я умру от гамбургера – я буду самым счастливым человеком, потому что это достойная смерть. А во-вторых, кроличья жизнь Сэма мне не идёт.

- Ты же предлагал со мной выйти на пробежку. - бросил Сэм, вопросительно выгибая одну бровь.

- Это была единственная акция на единственный день. И ты её, культурно выражаясь, просрал, Сэм.

- Очень культурно. - хмыкнула Мэри.

- Моя крыша культурности.

Сэм в последний раз взглянул на чашку от кофе и протянул её Дину.

- Побудь ещё и вежливым.

Винчестер что-то буркнул себе под нос и недовольно выхватил чашку их рук Сэма. Она оказалась в раковине и вырвавшаяся с крана вода залила её по самые края, перекрашиваясь и смешиваясь в серые цвета с остатками кофе.

Вытерев руки о полотенце, он невольно посмотрел на брата, а после перевёл взгляд на маму.

- Так.

Полотенце было откинуто куда-то на столешницу, а сам Дин, скользнув ладонью по плечу мамы, с кривой ухмылкой сказал:

- Если бы нам кто-то готовил, то, возможно, я бы и питался хорошо. Салатик там, приготовленный некой Мэри Винчестер, какао, какой-то овощной пирог. И тогда я был бы самым правильно питающимся сыном в мире. А так...

Руки Дина задержались на плечах мамы.

- Я не умею готовить, мы оба это знаем.

- Ну вот. Так что не надо упрекать меня в выборах моей еды. - произнес Дин, невольно усмехнувшись, и выпустил плечи мамы из своего хватки, которые шутливо разминал, чтобы направиться к Сэму.

После его лицо приобрело тяжёлых оттенков, позволяя нескольким мыслям пронестись в голове, что отзеркалились в его глазах.

Можно было буквально проследить, как игривое настроение Дина Винчестера медленно сливается в туалетный слив.

Дин шагнул к Сэму и хлопнул того по спине, словно вспоминая ради чего пришёл этим утром на кухню помимо желания перекусить. И, склонившись к нему, пробормотал на ухо:

- Жду тебя у нашего подвала через полчаса. Соберись с мыслями, желаниями и вопросами, и приходи. Нам нужно поговорить с божком и расставить все точки над «і». - повернувшись к Мэри, Дин ласково улыбнулся. - Бон апэтито, ма. Если ты, конечно, собираешься позавтракать чем-то питательнее, чем кофе.

- Кто бы говорил! - воскликнула Мэри, поднимаясь со стула.

А Сэм уже словно и не слышал их. Он думал. И его начинало подташнивать.

Сглотнув, он потёр глаза и накрыл руками лицо. Пальцы на мгновение скользнули в волосы, перебрав тёмные пряди, и вернулись на веки, скрывая заблестевшие глаза на свету. Мэри о чём-то ещё переговаривалась с Дином, но разговор был глупым и ленивым. Потому Сэм даже не вслушивался в него.

Ему снова придётся перенести кучу дерьма, скопившегося за последний месяц. Надавив на глаза боковыми частями ладони, он оторвал голову от рук и молчаливо кивнул Дину. И можно было разглядеть, как сжались челюсти старшего брата, понимающего что именно придётся перенести младшему Винчестеру.

Самое главное – контролировать себя. Нельзя позволить красному вновь заполнить его. Нельзя позволить ебаной деперсонализации или дереализации – даже неважно, – взять верх.

Ведь никогда ничего не кончается просто так, чёрт его дери, – ведь никогда монстр не оставался у Винчестеров в живых в их подвале.

***

Дин просто вышел из кухни, бросив маме ключи от Импалы, когда она сказала, что хочет прокатиться на водительском месте и вспомнить прошедшее время. Дин посоветовал ей не растрощить его машину и ехать на низкой скорости, чтобы не выписали штрафа. Они секунду молчали, смотря друг на друга. Но вскоре по кухне разлился искренний хохот. Который не смог не подхватить Сэм тёплой улыбкой.

А после Дин встретил Сэма уже внизу.

Стены давили на охотника, сдавливали его со всех сторон и наседали на него. Но Сэм продолжал отгонять тысячи воспоминаний, которые обрушивались на него как десятитонные валуны, ведь и так знал, что они захлестнут в тот самый момент, когда он увидит Габриэля, – пускай и не настоящего, с тем бешеным выражением в глазах, но с таким знакомым лицом. Так само знал, как и то, что Локи будет привычно насмехаться, подтрунивать и жалить. Будет теребить кровавые раны и наносить новые, даже не заботясь о наложенных швах. Будет мучительно долго убивать самоконтроль Винчестера.

Сэм вновь скользнул глазами по стенам и мысленно проклял их. Проклял и Локи, который сидел, прикованный, за этой дверью. И скоростно стучащий в его венах пульс проклял. И самого себя проклял, – себя, неконтролируемого, больного прошлым.

- Мамы в бункере нет, Джека она забрала с собой. Они заодно заедут в магазин и скупятся. - отрапатировал Дин, глядя на Сэма.

- А Кас?

Дин кивнул в сторону спускающейся со ступеней фигуры. Сэм вздохнул, сдерживая волнение, и приветливо кивнул Касу.

А после вновь повернулся к брату, готовый попросить того быть сдержанным с тем, кто находился в подвале, но в следующий же миг заметил осиновый кол в руках. Сэм недовольно взглянул на Дина.

- Я не собираюсь с ним расшаркиваться. - только и ответил он.

Но Сэм сделал шаг вперёд, аккуратно разжал его пальцы и забрал оружие из рук без предисловий. Дин поджал губы, но не сказал и слова, всё таки разжимая хватку. Нагретое дерево чужой ладонью врезалось в ладонь Сэма, сразу же едва не вываливаясь из его рук, - охотнику на мгновение показалось, что кол тяжелее гири весом в 106 фунтов, которые изредка таскал Винчестер в спортивном зале их бункера.

- Мы должны с ним сначала поговорить, Дин. Как мы делаем всегда. - тихо молвил он. - Локи мстил нам всем, - и Габриэлю, и мне, и тебе. Именно из-за нас в это дело влез ты, Кас, влезли Джек и мама. Влезла Чарли. - Сэм вдруг замолк. Он нервно перебирал мысли, чтобы медленно продолжить, чувствуя, как сворачиваются внутренности. - Я вроде как бы хотел произнести тяжёлую речь, где мелькали бы слова, что я хочу посмотреть ему в глаза прежде, чем... убить, чёрт возьми, и понять, что он - не тот, кем мы все его считаем, но... пошло оно всё к чёрту.

Дин хмыкнул без намёка на улыбку, Кас понимающе кивнул.

Они втроём остановились друг напротив друга. Пытались не смотреть в знакомые до боли лица, которые столько раз видели сквозь призму смерти. Молчали. И меньше всё на свете хотели открывать дверь провонявшего монстрами, смертью и их общими страхами подвала.

Но так было нужно.

Сэм, перекинул осиновый кол с одной руки в другую и наконец-то распахнул отделяющие от бункера подвал два набитые папками, книгами и досье Хранителей шкафа, исполняющие роль дверей. Те бесшумно разъехались в разные стороны, открывая видимость на чёрную комнату и крошечный проход, которые мгновенно резанули по глазам своим мраком.

Свет с коридора пустился по помещению, освещая серый стол и расписанные по стенах и полу символизирующие их безопасность знаки. В особенности выделялся круг, представляющий ловушку для демонов, которая так часто удерживала черноглазых на месте. Далее в глаза уже бросались другие символы, многие из которых были начерчены то засохшей кровью животных, то различными маслами, видными лишь под ультрафиолетовым светом, то кроваво-красной краской.

Но в особенности сейчас выделялся громоздкий стул позади стола, на котором высиживал тёмный силуэт. Тонкие, ледяные пальцы нервозности сжали внутренности Сэма, едва ли не выдёргивая их наружу.

Фигура, - такая знакомая, маленькая и незабываемая, - подняла разукрашенное ранами лицо, от которых расходились в разные стороны линии прилипшей крови. Волосы буквально въелись в лоб, глаза блестели в темноте, руки были скованы в наручниках, которые не так и давно держали тут на одном месте короля ада. С самого подвала на них дыхнул воздух, пропитанный солонковатой вонью крови и гнили. Стоящий рядом с Сэмом Дин поморщился.

- Ну и вонь. - пробормотал он себе под нос, включая основной свет.

Локи зажмурился и отвернулся от зашедших. А когда раскрыл глаза и окончательно увидел, кто перед ним застыл, - скривился, словно увидел прилипшую к каблуку его ботинок жвачку.

- Это же надо... - божок окинул наигранно-заинтригованным взглядом Сэма и кол в его руках. - Всё же убить решили? Как мило с вашей стороны избавить меня от надобности созерцать ваши мерзкие рожи. Да вы похлеще того кислотного дыхания Фенрира, когда он единожды попытался лизнуть мне лицо. А я то думал, что хуже этого и быть ничего не может.

- Лучше заткнись. - бросил ему Дин, останавливаясь у маленького столика. Он легко упёрся в него спиной, а после повернулся к застывшему на пороге Сэму. - Так что? Сэмми, ты с лёгкостью можешь уйти отсюда, я тебя не держу.

Дин кивнул на выход, по пути встречая достаточно сердитый взгляд Сэма.

- Понимаешь, очень сильно хочу смыть с этой рожи ухмылочку. - Дин медленно перевёл взгляд на Локи. - Так скажем, перед смертью вырвать пальчик "за маму"... - Дин загнул собственный палец.

- Дин, хватит. - Сэм напрягся. Но чувствовал, как его старший брат начал открыто переигрывать, как готовый уже приблизиться к Локи и всадить ему кол в руках Сэма прямиком в глотку, как ни одни слова сейчас не остановят его от этого, если он захочет подобного.

Дину следовало сбавить обороты, пускай Сэм и не был не согласен с его предложениями.

- ...после – "за Чарли", - ещё один последовал за указательным, - потом – "за наших людей". - остались только два оттопыренных пальца, которые Винчестер поспешно спрятал в кулаке немного погодя. - И ты либо остаёшься, либо уходишь, Сэм, – ничего не изменится.

- Что, так просто позволишь братцу убить того, кого так красиво оттрахал? - Локи перевёл взгляд на Сэма. А спустя минуту молчания откровенно расхохотался, увидев изменившиеся лица перед ним. - Что, думал, я не знаю, что происходит с парнем, носящим моё лицо? «Ох, ты прекрасен, Гейб! Ох, Гейб, останься! Ох»...

Локи и слова больше не смог вставить, как ему в скулу прилетел резкий удар. Сэм рванул с порога и, за кратчайшую секунду обогнув серый стол, врезал тому, кого он буквально кожей чувствовал с того самого момента, как узрел его сидящего перед окровавленной Мэри на кухне. 

От одного удара Локи откинуло на стул, от второго - кровавая струйка вытекла из носа, а от третьего - с грохотом упал на пол, слетая со стула. Локи буквально повис на прикреплённых к столу наручниках, но вскинул голову и янтарными глазами впился в лицо Сэма.

Его патлы растрепались, в глазах плясали чертята, лицо начало кровоточить только сильнее, чем раньше. И Винчестер на миг замер.

- Давай, Сэм, это так, чёрт его дери, интересно... - новый удар заставил его голову откинуться назад. Но смех, хрипловатый, придушенный из-за крови, рвался из его груди одновременно со словами. - Сможешь ли ты меня убить, в конце то концов!

А перед глазами предстала жадно глотающая свои последние вдохи Мэри Винчестер, - и пальцы обхватывают воротник плаща деревянных оттенков костяшки, приподнимают стоящую на коленях фигуру над полом и костяшки другой руки врезаются в солнечное сплетение божка, что хрипит, отплёвывается и давится смешками. Картинка поблекла перед глазами, являя образ другой, ещё более чёткой, - образ длинного коридора, залитого красным цветом, без единого проблеска на жизнь в окружении этих десятков тел, уставившихся на Сэма пустыми глазницами. И Локи повалился на пол, заставляя Сэма нависнуть над ним, акцентировать всё своё внимание на таком знакомом лице. И охотник чувствовал, как ком в горле растет, как начинают жечь уголки глаз, как сдавленный, совершенно неслышный всхлип срывается с его горла и рвётся наружу одновременно со скатившейся с щеки слезы.

А далее в глазах предстала улыбающаяся Чарли, говорящая, что они, Винчестеры, ни в чём не виноваты. А далее тонкую шею разрезает поперечная линия от лезвия, которое держал именно он, - тот, у кого было лицо его архангела. И удары наносились, и зубы сжимались, и красное всё чётче выделялось на фоне.

- Красный, Сэмм-о, тебе нравится этот цвет? - вдруг негромко, так, что слышал его только Сэм, спросил Локи заплетающимся языком. И его улыбка сквозь срывающийся голос была кровавой, резкой, неправильной. Сэм невольно застыл, держа кулак на весу. - Знаешь, я ведь с нашей встречи при Чарли Брэдбери понял, что ты, блять, псих. Я смотрел в твои глаза и не видел ничего того, что видел в тебе Габриэль, – только оставшийся шаблон прежнего лидера и героя. Я смотрел прямо туда, вглубь твоих чёрных зрачков, наполненных таким детским отчаянием, что мне тебя на мгновение стало даже жалко. И представляешь, какое разочарование меня постигло... Я ведь думал сразиться с равным мне, отомстить за смерть моей семьи, – буквально всей, – тому, кого сам архангел Габриэль находил равным. Но, знаешь, ты меня тогда разочаровал. Кто бы думал, а?

Сэма не интересовало, кто и зачем его перехватил за плечи. Ему было всё равно, когда его спина врезалась в стену позади него. Ему было плевать с самой высокой башни, когда всё пространство начало искривляться перед глазами в привычном, красном цвете. Ведь тот, кто буквально оттолкнул его от трикстера, явно не думал, что Сэма уже захлестнуло всё сразу. И красные оттенки, и паршивая ярость, и таящая на языке горечь.

Шаблон.

Если Локи и был в чём-то прав, так это в том, что от Сэма Винчестера давно уже остался один только шаблон, – и то, побитый, изрезанный ножницами, покорёженый ветром.

Самый настоящий шаблон, с подрагивающими от боли пальцами и побитыми, содранными до крови костяшками.

- К слову, Сэм! - бросил ему Локи, подхваченный Кастиэлем, который его швырнул на стул. Тот словно и не обратил на это внимания, на глазах у Сэма расслабленно откидываясь на спинку стула. - Как поживает твой нюня? Тот, что с зашитым ртом расхаживал? Честно, видеть, как он пытается выдавить и слово, но захлёбывается лишь в мычании, было просто прекрасно!

- Что ты сказал? - тихий вопрос Каса застал даже Сэма врасплох. 

Его удерживал Дин, крепко перехватывая плечи. Его прижимали к стене, вдавливая лопатки в поверхность. Но он всё равно видел перед собой наглую рожу скандинавского лжеца, что медленно повернул голову к Кастиэлю и с прищуром вгляделся в его глаза.

Тишина окутала комнату, как тончайшее покрывало, и лишь его шепот проникал сквозь нее, словно тень прошлого. Он негромко прибавил:

- Так ты... Не?

Голос Локи, словно эхо в ушах, стих, отдаваясь от стен. Наконец, он ответил сам себе, словно размышлял вслух:

- А раз и пернатый не знает, то и любитель красного не в курсе. И его мартышка тоже. Забавно. Очень забавно.

Дин отпустил Сэма. Он сделал шаг вперёд и буквально вжал Локи в стул, приставляя к его грудям кончик осинового кола. 

- Выкладывай, сучий ты сын. 

Брови Локи взлетели вверх, на лице отразилась забавная смесь эмоций, что плавно переросла в знакомую Сэму насмешку, - брови приподняты над переносицей и между ними залегла морщинка, губы подрагивают от смеха, но не издают ни звука, а глаза смотрят исподлобья на человека, которого трикстер соизволил назвать мартышкой. 

- И что, тебе даже не противно оттого, что твой брат спал с парнем? - вдруг спросил Локи, и его голос был словно той хрустальной вазой, что покачнулась от одного порыва ветра в её сторону и с грохотом разбилась на полу на мириады осколков, под звенящий гул тишины в ушах. - И не просто с левым пьяницей каким-то, а со сверхъестественным существом, которое тысячи раз убивало тебя в разных местах и в разных вариантах событий, которое измывалось над вами и ради развлечения пихнуло в телевизор со словами, что вам стоит «сыграть свои роли в апокалипсисе», которое обманывало и вертело вас двоих вокруг собственного пальца. Не чувствуешь себя обманутым, Дин-о?

Мышцы на лице Сэма дрогнули. Плечи Дина на глазах у охотника напряглись. Единственным, кто не изменился в лице в этом помещении, был Кас.

- Ты же даже не знал, что он не чистой натуры, да? Не только, там, демоническая кровь, или что там вызывало у Сэма наркотический эффект, а ещё и... Парни? - глубокий голос раздражал виски Сэма, но продолжал отталкиваться от стен и врезаться ему в голову. - Ммм, какие же конфликты вас...

- Захлопни свою мерзкую пасть и, сучок, расскажи подробнее о том, что только что говорил. - Дин с трудом держал себя в руках, это было видно. Его буквально телепало ничуть не меньше, чем спозшего по стене Сэма, что уселся прямиком на пол и наблюдал за происходящим. Наблюдал, как подавленная Дином злоба за последний месяц вырывается наружу. Злоба, которую он сдерживал ради брата, так как был нужен ему. Злоба, которая практически принуждала его сейчас воткнуть кол прямиком в сердце Локи, но что-то удерживало Дина от этого шага. Злоба, которая отражалась в изгибе губ, в напряжённости позы, в дрожи, что тремором проходилась по его плечах. - Габриэль. Расскажи о нём.

- Слишком горд, чтобы рассуждать логически?

- Слишком уравновешен, чтобы слушать болтовню лжеца. - Дин ещё сильнее вдавил Локи в стул. - А теперь говори.

- Хочешь послушать про своего врага, которого оттрахал твой родной брат?

Дин сквозь сжатые зубы прорычал:

- Я хочу услышать, жив ли член моей семьи, и мне как-то поебать, кто с кем и как, ясно?

Удивление подкралось к Сэму неспешно, размеренной ходой, пока глаза, плавно расширяющиеся, уставились вдаль. Тихий монолог в его голове утих окончательно, предоставляя возможность мыслям взять верх.

«Член моей семьи»? Он сначала подумал, что ему послышалось. Но уверенность... Уверенность, исходящая от этих слов, банально поразила Сэма. Член моей семьи... Даже Дин признал это, хотя раньше упрямо говорил, что архангел был лишь тем, кто помог им оказаться по ту сторону портала в другой мир. Член моей семьи. Габриэль был их семьёй. Был их семьёй.

Кол медленно двинулся вперёд и его конец всё сильнее упирался в тело Локи под его плащом, в отворот которого вцепился Дин. Божок скривился и, отклонившись, сплюнул кровь на пол. Прямиком под ноги Винчестера, что с отвращением отпрянул, но не отпустил его.

- Убери эту хрень от меня, иначе не услышишь ни слова, агрессивный пассив. - пробормотал (Габриэль, Габриэль, это же Габриэль! - метались мысли) Локи.

- Слушай сюда, кусок ты дерьма, - выдохнул Дин, буквально наваливаясь на парня. - я с лёгкостью могу заставить тебя...

- Дин. - Сэм сжал рукой коленную чашечку. - Пусти.

Дин медленно повернулся к нему вполоборота.

- Сэм...

- Пусти его. - охотник потёр глаза, пытаясь взять под контроль дрожащую перед ним картинку происходящего.

- Сэм, эта тварь...

- Пусть говорит. Дин, пожалуйста. - Сэм умоляюще посмотрел на него.

Надломленное выражение в своём лице он увидел в отражении глаз Дина, что всё ещё держал кол у сердца Локи.

- Да, послушай своего маразматического братца, Дин. - бросил Локи.

И Винчестеры, кто обернувшись на скандинавского лжеца, кто выглянув из за чужого плеча, рявкнули одновременно:

- Заткнись!

Сэм потёр лицо. Его ноги, слишком ватные, словно и впрямь были набиты какой-то едва поддерживающей его массой, упёрлись в пол. Спина скользнула по стене и тело плавно выровнялось, становясь во весь свой рост.

Он смотрел в лицо брата, говоря сразу всё и одновременно с этим ничего. Кас же молчаливо поддался вперёд перехватывая руки старшего охотника. Одна пятерня сжалась на его кисти, пока вторая медленно вынула кол, отбирая его. Дин сквозь отвращение и нежелание отодвинулся от Локи, – избитого, окровавленного, но выглядящего так, словно он и управлял ситуацией.

- Рассказывай. - тихо, но требовательно.

Локи скривился.

- Так будешь приказывать своему ничтожному пернатому. Мне же...

Сэм, немного отпихнувший Дина с места, врезал божку быстрее, чем подумал. Голова Локи оттолкнулась от его кулака и вновь ударилась о спинку стула, едва его не перекидывая и сам стул, и самого трикстера. Пальцы Сэма вцепились в воротник и переиграно спокойные глаза впились в лицо Локи.

- Он жив? - слишком кратко прозвучало, так и не описав всех чувств, дрожащих внутри Сэма.

- Да. - выплюнул Локи ему в лицо. - Довольны? Потому что я не чувствую, чтобы тот, кто носит моё лицо, лежал трупом на земле. И хватит тыкать этой зубочисткой в меня! Но этот хрен по другую сторону портала живее всех живых. Всё. Уходите нахер и не трогайте меня!

- С чего ты взял, что мы собираемся оставлять тебя в живых?

- Потому что я вам помогаю, дебилы!

- И что нам мешает убить тебя? - донёсся до Сэма голос Каса.

- Чуть-чуть совести.

- У нас её нет.

- Уверены?

Сэм не слушал. Снова. Он чувствовал, как покалывает его кожа. Локи продолжал что-то говорить, как самая последняя истеричка, но Винчестер мог только думать о Габриэле. Габриэле, который мог оказаться живым.

Сердце заколотало с удвоенной силой, всплеск неверия ударил под дых, а глаза забегали по подвалу. И ему было плевать, хотел ли Дин завалить его вопросами по поводу его отношений с Габриэлем или предпочёл сразу отмалчиваться, а после взорваться и наорать на младшего брата. Ему был важен сейчас только Гейб.

Происходящее словно повторялось. Ощущение было такое же, как когда им вновь написала Чарли и сообщила, что она находится в церкви Бродяг. Ощущение, от которого сосуды сводило до боли. Ощущение, от которого по кончикам пальцев бегали болезненные мурашки.