Шестикрылый

Ноги с отзвуком боли, пробежавшимся по бёдрам, упёрлись в пол бункера. Сэм приземлился, удерживаемый чересчур сильным для шестнадцатилетнего на вид ребёнка хватом на плече, и мгновенно оглянулся.

Джек рядом бесшумно исчез, оставляя Дина с Сэмом в пустом, холодном коридоре и отправляясь за Касом, – так тихо, что даже знакомых хлопков крыльев не было слышно.

- Сначала в зал. - отдал краткие указания Дин. - После на кухню.

Пистолеты в их руках взлетели вверх и Дин указал пальцами следовать за ним, так как Сэм всегда был и предпочитал быть тем, кто прикрывает спину брата в их дуэте. Тусклый свет бункера резал по глазам и блуждал по мрачным стенам, приводя своим спокойствием Сэма в бешенство.

- Дальше исследуем комнаты и проверим тир. Спустимся в подвалы. Скорее всего, разлелимся на этапе с комнатами, но пока – ни шагу от меня, Сэм.

Младший Винчестер лишь покорно кивнул. Ему сейчас нужен был человек, что будет решать за него. Принять хоть на долю правильное решение у него бы не вышло.

Как он вообще раньше это делал?

За ними из воздуха выросли Кас с Джеком, после чего нефилим практически мгновенно отпустил плечо ангела и последовал за Винчестерами, сжимая руку на клинке. Словно пародируя своего отца в плаще, что сосредоточенным взглядом привычно искал опасность с окружающего их бункера, – охотник, даже не видя тех за своей спиной, знал, какая именно картина там застыла.

Сэм прекрасно чувствовал глаза Каса на своей спине. И струна напряжения натягивалась, становилась буквально ощутимой в воздухе. Воздух был пропитан кровью и смертью. Руки Сэма, подрагивающие, едва удерживающие на одном уровне пистолет, были пропитаны смертью. Окружающие его люди и существа были смертью. Удавка из страха за маму, из ужаса и из заполняющей бочонок (что находился внутри них всех) реальности, что смахивала на ночной кошмар, всё туже сходилась на шее, заставляя задыхаться, болезненно искать глоток воздуха в окружившей их кислоте.

Сэм сжал зубы. До боли сжал, лишь бы не чувствовать паники.

- Дыши, Сэмми, дыши. - тихий голос Дина вывел его из прострации. - Мы найдём маму, с ней всё будет в порядке. А Локи мы прикончим. Всё будет в порядке.

Дин успокаивал не только Сэма. Он успокаивал и себя. Сэм глянул на его затылок с благодарностью, которую старший брат так и не увидел, и облизнул пересохшие губы. Тяжесть навалившегося наступала на него с грацией гипопотама, но в этот миг Сэм просто взял себя в руки. Как и сказал Дин, он нужен своему брату. Он нужен Касу и Джеку, нужен маме, которую они обязательно вытащат, нужен самому себе, полноценный и неправильный, испорченный этой жизнью, но живой.

Он вполоборота повернулся к Касу и Джеку, чувствуя, что вновь может говорить и думать. Может построить крохотный план, который поможет им. Он продолжал идти, на ходу одной свободной рукой зарываясь во внутренние карманы в поисках хоть какой-нибудь бумажки, на которой он сумел бы начертить нужный ему символ. А после остановился, заставляя вслед за ним остановится всю их группу.

- Сэм, что...

Из тканей вдруг что-то выкотилось и с грохотом упало на пол под их ногами. Джек ненароком прошёл прямиком по осколкам маленького предмета, и тихий треск прошёлся по всей комнате. В тот самый момент пальцы охотника наткнулись на единственный квадратик бумаги, сложенный в четыре раза.

- ...случилось?

Спрашивающий Дин вздрогнул на звук одновременно с остальными, не ожидающими подобного. Подошва кроссовка Джека с хрустом, схожим на тот, с которым нечто сплюснулось внутри Сэма, раздавила остатки выпавшего предмета, оставляя на полу красный след вылезшей помады, смахивавшей на кляксу крови. Чёртова помада Чарли.

Сэм качнул головой, не позволяя Дину вставить хоть слово, и резко начеркал найденной в тканях ручкой поверх смазанных в его глазах слов небольшой круг. Бумажку, которую он словно впервые видел, прислонил к стене. И тяжело выдохнул через задрожавшие ноздри.

- Когда мы ехали в Импале, я сказал, что нашёл кое-что. Нашёл то, что нам поможет, но не вдавался в подробности. - круг перекрыла прямая линия и пару замеревших знаков, схожих на латиницу. - В одном мифе рассказывалось, как именно Один поймал Локи и приковал к скале, выжигая его глаза ядом. Отнюдь не своей мощью. Символом. Чёртовым символом, что может и самого Одина заключить в ловушку, и практически всех существ скандинавской мифологии, кроме Хель. Потому что она...

- Сэм. - Дин прокашлялся. Он говорил тихо, чтобы эхо не отскакивало от стен. - У меня предостаточно вопросов, - он кивнул на остатки помады позади них, - но перейдём сразу к проблеме. Когда ты что-то находишь, хоть на грамму правдивое, ты встаёшь и делишься этим с классом, а не держишь при себе.

Сэм скривился. Ему не нужны были споры и упрёки. Ему нужно было молчание. Понимание со стороны остальных.

- Я не знал, правдивый ли знак. Теперь практика - единственный способ проверить это.

В их краткий разговор вклинился Кас.

- Дин прав. - молвил серафим. - Насколько бы правдивым или неправдивым он ни был, ты должен был нам сказать, что нашёл то, что могло нам помочь.

- Оно бы нам не помогло в том водовороте иллюзии.

- Теперь мы это знаем. Тогда мы этого не знали. - добавил Кас.

- Скорее всего, они правы, Сэм. - вставил Джек.

- Иногда случайно найденные символы и знаки, не подтверждённые хоть парой мифов, могут не то что не помочь, а к примеру, не сработать. И это в лучшем случае. - отрубил Сэм. - В худшем, оно может подорвать всё здание, если источники недостоверные. Потому что это магия, и она испокон веков непредсказуемая. И с каждым открытием в её сфере предсказуемей она не становится.

- Но, Сэм... - начал было Кас, как его бесцеремонно перебили.

- Ладно-ладно, не время для споров. У нас проблемы по-крупнее будут. - брякнул Дин и посмотрел на Сэма - со всё ещё видимым упрёком в глазах, но уже без сопротивления. - Какой у тебя план? Выкладывай.

- Нам снова придётся разделится, - и не смотрите на меня так, мне это тоже не нравится. Это... - он ткнул бумажку Касу и мельком глянул на начерченный символ. И вдруг его язык словно закляк на месте.

Бумажка, с тем самым номером телефона оказалась прямиком перед его глазами. Маленькие, косые буковки словно вырезали на его памяти. К горлу подкатил ком, а выднеющаяся на этом кусочке квадратика единственная фраза среди всего написанного, где не было стёртых временем букв «Жду звонка, если не против. Гейб» заставила его желудок перевернуться и наполниться кислотой. 

Это было неправильно. Красное сгустилось вокруг него. Губы задрожали. Рык сорвался с горла и удавка окончательно обернула шею Сэма, стягивая кадык и не позволяя дышать. А поверх слов застыл знак, возможно удерживающий Локи с лицом Габриэля на одном месте. Он не имел права касаться ручкой написанных слов. Он не имел права писать на них. Он не имел права портить то, что написал Он, тогда, в их первый день знакомства.

Он, блять, не имел права!

И всё захлестнуло его за считанные секунды, заставив Сэма рассеяно запихнуть бумажку в карман. 

Может, кто-то что-то говорил? Если и так, то Сэм их не слышал. Может, кто-то зачем-то его звал? Сэму было плевать. Может, сдавившееся вокруг него пространство задавит заодно и его? Сэм был бы только рад.

Внезапно на его щеку прилетел удар. Кожа ударила о кожу и хлопок сотряс тишину в голове Сэма так, что в ушах зазвенело. Когда его пошатнуло, чужие пальцы сжали отвороты одежды и чьи-то руки с силой встряхнули Сэма.

- Сэм, смотри на меня! Ты слышишь меня, Сэм? Сэм! - голос долетал до него скомканно, но Сэм всё равно открыл глаза и глянул на говорящего, которого словно пеленой покрыло. - Хэй, слушай мой голос. Я не буду задавать вопросов. Мне нужен лишь ты, в сознании. Сэмми?

- Дин. - выдохнул Сэм, в один миг концентрируясь на брате и его голосе. 

Гул всё ещё стоял в голове, но теперь это не беспокоило Сэма. Он без обьяснений обогнул Дина, перехватил ручку и, схватив руку Каса, нарисовал на его ладони точно такой же знак, который он нарисовал на бумажке. 

Он не знал, отразились ли чернила на чужой руке и была ли та ручка достаточно хорошей для подобного, но Сэм, завершив рисование символа, просто выпустил ручку, что со стуком упала на пол. Она покатилась и ударилась о чью-то ногу. Глухой стук отзеркалился ушах охотника. Рука, всё ещё держащая пистолет, сжалась на нём ещё сильнее.

И более Сэм слов не слышал. Всё пошло как в тумане. 

Он видел сквозь давящую пелену красного движения брата, что никак не мог добиться ответа от Сэма, наблюдал, как его телом словно овладевают; будто глядел откуда-то сверху как его ноги начинают перебирать пространство и следовать по направлению к кухне. 

- Сэм, я прошу от тебя хоть слово...

Изредка голоса пробивались к Винчестеру, но было такое ощущение, что ему на голову натянули скафандр, не меньше. Ощущение, словно он застыл в космосе и медленно шагал по пыльной поверхности какой-то планеты, чтобы поставить флаг своей страны там. Ощущение, которое его слишком напугало бы, если бы он сейчас чувствовал хоть что-нибудь.

Сэм знал, что так не должно быть. Но давление толкало его вперёд так быстро, что он словно наблюдал за собой со стороны. Словно его выталкивало из сознания, словно он находился под колпаком и не мог выбраться, не мог увидеть реальность. Всё, что его интересовало, - это лишь увиденные им очертания женщины в крови, что с явным трудом глотала воздух. Что-то вновь подтолкнуло его руку и он нарисовал на стене кровавый круг, а посередине провёл почти что вертикальную черту. Несколько рун, написанных кровью, - и только тогда Сэм сумел отдалённо осознать, что рисует порезанной чем-то рукой. 

Сильный удар по стене, хлопок раскрытой ладони по надписи - и его вновь утаскивает назад. Гул сменяется шумом тяжёлого чужого вдоха и Сэм обнаруживает себя стоящим в тени на пороге кухни их бункера. И его рука лежала на том самом символе, который должен был по мнению одного мифа, найденного в интернете, задержать Локи на месте. 

Вичнестер моргает. Шаг вперёд и он выходит на свет, чтобы увидеть картину.

Локи. Перед ним сидел неподвижный Локи с лицом Гейба и смотрел на него. Он сидел на деревянном стуле у их стола, тогда как напротив него лежала уже беспамятная Мэри Винчестер, - её волосы слиплись от крови, одежда смялась и разорванными клаптями повисла на теле мамы, вокруг застыла красная лужа крови, от которой отходило отражение всей кухни.

Сэм замер, не в силах двинуться, словно именно его попытались парализовать. Потому что бледность шеи Мэри Винчестер было невидно за красным, красным цветом.

- Сэмми! - рявканье брата в метрах десяти от него обрушилось на плечи стократным грузом.

И именно в этот момент голова Локи дёрнулась и янтарные глаза лениво скользнули по лицу Сэма. Это было подобно дротикам в дарце. Они либо попадают в цель, в самый его булл, либо пробивают стену рядом с мишенью. И охотнику почудилось, что остриё дротика выиграло Локи тройной булл.

Тонкие губы растянулись в надменной усмешке, а хриплый голос выдохнул окончательное:

- Три-один, Сэм. - шепот разросся по помещению и облизнул неподвижное тело Мэри. - Первый бал - я уничтожил твоих людей. Второй - я убил твою названную сестру. Третий - я убил твою мать. Она такая... Выносливая. Удивительно.

Он медленно выдохнул, снисходительно, свысока глядя на человека.

- А ты убил множество моих людей. Убил братьев. Из-за тебя Люцифер возложил на них руку. Из-за вас всех.

Дин ворвался в кухню и уставился на сидящего Локи, на голове которого покоилась светло-коричневая шляпа, скрывающая тёмные волосы, а тень от неё накрывала его щёки. 

Скандинавский лжец ухмыльнулся Дину, приветливо кивая.

- А бал от вас, Винчестеры, достаточно неприятен. Я не могу двинуться, браво. Случаем, не тот знак использовали, которым сковал меня Один?

Дин ошарашенно смотрел на него, явно подметив сжавшие подлокотники руки, чьи костяшки побелели. А после глянул на Мэри, взгляд с которой не сводил оклякший Сэм.

Вслед вбежали Кас и Джек. Сэм вовсе не заметил, как его пальцы сжались на подготовленном осиновом коле, прикреплённом ремнями к бедру. Как пистолет с грохотом повалился на пол. Как мелькнула тень Джека и Дина в сторону Мэри. Как он вновь наблюдал за происходящим из-под красного купола. 

Гул в ушах заглушил всех за один миг. Ярость, что показалась такой чужой, как если бы Сэм никогда её не испытывал в своей жизни, маками проросла в груди. Сердце грохнуло в груди и резкий, необдуманный рывок вперёд расставил все правильные пазлы в этой картине. Ремни на коле полетели на пол. 

- Мам, мама. Мам, пожалуйста. - тихое, прорывающееся сквозь пелену бормотание Дина смахивало на бормотание Кэти над телом её мамы, которую Сэм так и не смог спасти даже в том, другом мире, ведь женщина умерла от неспособности больше жить. И Сэм помнил крики и плач Кэти. Помнил её озлобленное: «Ты же обещал!». Помнил её слёзы. И от этого искры чужой ярости едва не загрызли охотника.

А когда Сэм оказался рядом с Локи, вырвав с креплений кол, никто и не успел осознать происходящего. Остриё тупо упёрлось в грудь, выдавливая на одежду божка пятно крови. Лицо того искривилось от удивления, но вскоре вновь приобрело очертания убедительного спокойствия.

Губы Сэма дрожали. Кроваво-красный цвет в Его глазах заменился знакомым янтарным. Но рука с колом дальше не двигалась. Не в силах была двинуться. Не в силах убить того, чьё лицо снится Сэму по ночам, в его самый ужасных кошмарах и в самых лучших воспоминаниях.

И Локи захлебнулся смехом в то время, как Сэм тяжело дышал, не в силах рывком углубить кол.

- Давай же, убей меня, Сэм! Давай, я посмотрю на это представление! Давай, я верю в тебя, Сэмшайн!

Кто-то перехватил его поперек тела и с неестественной силой оттащил от Локи.

- Что, Касси, не позволишь человечку убить твоего братца во второй раз? - хохотнул отдалённо голос Локи.

- Ты не мой брат. - хладнокровием разило от ответа Каса, что оказался совершенно рядом. - Мой брат чище тебя.

- О, Кастиэль, мой дорогой серафим Кастиэль... Ты даже не представляешь, насколько совращённым он был и что вытворял... - голос врезался в барабанные перепонки Сэма и заливал своим грохотом ушную раковину. - Не думаю, что твои светлые ушки бы приняли такую информацию.

Винчестер рванулся в хватке вперёд, готовый разодрать сущетсво на части, - существо, которое говорило и говорило, и его голос был слишком громким.

Подошва Винчестера заскользила по полу кухни, а слишком громкий шёпот Каса над его ухом, обращающийся прямиком к Сэму, ни к кому более, заставил охотника внутренне поёжиться.

- Не надо, Сэм. Не сейчас. Он – наш пленник. И он сгниёт в нашем подвале. А сейчас... - Сэм ненароком пихнул ногой лежащий на полу пистолет, пока его оттаскивали. Оглушающий стук металла ударил его по затылку, – хотя Сэм и не был уверен, был ли тот звон в ушах от громкого звука, от всё ещё горящей на щеке пощёчины Дина или от последовавших слов Каса. - Сейчас важна Мэри. 

- Мама? - выдавил Сэм, не узнавая своего голоса. - Она...

- Ваша мама жива, Сэм. Жива. Мы успели.

***

- Как мама?

Сэм кутался в тёплое одеяло, подрагивая от холода, окружающего его. Рядом, на прикроватной комнате стояла чашка с горячим чаем, которую ему притащил Дин. Пар от неё скользил в воздух и незримо успокаивал охотника. 

Когда отворилась дверь, впуская внутрь два силуэта, глаза невольно перестали ставать свидетелями испарения, а перенеслись на неловко топчущегося позади Дина серафима, что закрыл за собой дверь под негромкий щелчок той. Он поднялся на локтях, позволяя одеялу скатиться с груди, а тусклому свету лампы отразиться в его глазах. И вопрос повис в воздухе.

- Мэри в порядке. Некоторые ушибы остались, но лишь на некоторое время. Скоро ничего не будет напоминать ей о произошедшем. - последовал ответ от Каса.

Дин промолчал, хмуро глядя на своего брата, лицо которого было неизменным, знакомым, просто уставшим. Сэм предполагал, что Дин боялся увидеть пустое выражение в его глазах. Боялся вновь не уследить, потерять того Сэма, которого знал.

Сэм тоже этого боялся. 

Он никому не рассказывал о подобных приступах, что в последнее время лишь участились, а не уменьшились, как надеялся Винчестер. Ведь у их семьи ничего не бывает просто так, что на мгновение появилось и исчезло, - в этом и была их вечная проблема.

- Сколько он её пытал? 

Вопрос, что заставил даже Сэма покрыться мурашками. Лопатки болезненно упёрлись в спинку кровати. Дыхание затормозило в груди. Пульс на несколько секунд словно остановился. И охотник наблюдал, как пасмурное лицо Дина меняется, приобретает железные оттенки, как проскальзывают глубоко в его глазах тёмные тени страха, извиващиеся змеями, как меняется несколько напряжённая поза Кастиэля на ещё более напряжённую, - плечи приподнялись в желании скрыть беззащитную шею, руки, до этого повисшие вдоль тела, поднялись и скрестились на груди, брови свелись к переносице.

- Сэм, я не думаю, что это лучший вопрос в твоём состоянии. - негромко молвил серафим.

- Сколько? 

Сэм оставлася неприклонным, переводя взгляд с одного на другого.

- До двух часов. - хрипло выдохнул Дин. - Может, трёх. Сильно повредить ей он не успел. Когда мы вернулись, тех пяти минут хватило, чтобы успеть побежать за тобой, удержать благодаря тебе Локи на одном месте и спасти маму. 

Кас махнул рукой, на которой всё ещё отпечатывалась практически несмытая ручка Сэма. Он фальшиво-ободряюще улыбнулся, засветив белыми зубами, и скользнул глазами по их знаку, который едва сумел найти Сэм в ноутбуке.

- Подобные знаки я расчертил по всем углам нашего подвального помещения. Он даже шевельнуться не может.

- Только много разговаривает.

- И то, сквозь зубы.

- Жалкое зрелище, одним словом. Шипит, извивается и захлёбывается в крови, которой я его раскрасил.

- Хватит. - вдруг тихо молвил Сэм. Слишком ярко представляя лицо Габриэля, в крови, измученное, без возможности даже мышцей пошевелить.

И Кас, и Дин мгновенно заткнулись.

Дин прошёл вперёд и включил основной свет, что своей яркостью ударил по глазам Сэма. А после подтащил с угла деревянный стул и, повернув тот сидением к себе, по-ковбойски уселся рядом с кроватью Сэма. Кас тоже двинулся впёред и просто присел на краюшек матраса у ног охотника, немного откинув одеяло.

Они оба пронзительно смотрели в его лицо. Растерянность явно отразилась в глазах Сэма, отчего Дин первый отвёл глаза и положил подбородок на спинку стула.

- А теперь откинем разговоры о Нём куда-то в сторону. Сэм. - старший брат мотнул головой, ловя взгляд тёмных зелёных глаз, что опустился на колени. - Ты, чёрт дери, должен мне рассказать, что с тобой происходит.

Сэм сжал зубы.

- Мы оба их всех потеряли, Сэмми. И если ты хочешь поговорить, ты знаешь...

- Я не хочу. - как капризный ребёнок пробормотал Сэм. 

Кас устало выдохнул и поднялся с кровати. Медленно, провожаемый двумя парами глаз, он подошёл к голове Сэма и протянул к его лбу руку.

- Можно, Сэм?

- Только если не собираешься читать мысли и рыться в моих воспоминаниях. - бросил Винчестер.

- Это гораздо более болезненная процедура, чем та, которой я собираюсь тебя обследовать. Позволишь?

Сэм скривился. Вновь приподнялся на локтях и полностью лёг на кровать, теперь не упираясь в её спинку. Голова утонула в подушке, которой никогда не было в том, другом мире. Отчего-то Винчестеру думалось, что многие люди, прибывшие сюда, продолжительное время спали на полу. Возможно, так и не попробовали поспать на кровати перед своей смертью, думая, что утонут в ней из-за мягкости постели.

Сэм резко (прежде, чем Кас успел возложить свою ладонь ему на лоб) вырвал из-под себя подушку и сунул ту под одеяло, куда-то себе под ноги. А после вновь опустился назад. Голова коснулась прямой поверхности и Сэм тихо, но удовлетворённо выдохнул.

Дин вскинул бровь.

- Просто неудобно. - буркнул Сэм.

Дин покачал головой. И Кас наконец-то коснулся рукой головы Сэма.

Голубая вспышка ярко отразилась в его глазах и всколыхнула голубизну его радужек. Свет мягко коснулся его ладони и утонул где-то в волосах Сэма. Теплота разлилась в самых их корнях.

И Винчестер расслабился. Веки дрогнули, чуть ли не опускаясь. Слабость скользнула по сосудам и согнутые в коленях ноги рухнули на кровать. Пальцы разжали конец одеяла, в которое вцепились мёртвой хваткой, а сонливая нега огладила его саднящие болью виски, отпуская. Шум в ушах плавно ушёл на мель, становясь практически незамеченным. Дрожь, бегущая по телу, успокаивалась.

Помимо изучения, Кас успокаивал его боли. Неприятные ощущения. Покалывания. Шумы в ушах. И Сэм был открыто ему благодарен.

Минуту спустя хмурящийся Кас отстранился, убирая свою прохладную ладонь со лба Сэма, и вновь уселся на кровать.

Сэм не сводил с него глаз. Они все выжидали ответа.

- Это странно. Ранее я лечил тебя, Сэм, изучал, даже держал в своих руках твою душу. И каких-либо отклонений я практически никогда не замечал. Потому что их не было. - тихо произнёс Кас в окружающем их молчании.

- Отклонений? - переспросил Дин.

- Сэм, я так подозреваю, что у тебя достаточно редкое расстройство. И их, возможно, даже несколько, вызванные на почве огромного стресса. - негромко продолжил Кас. Кадык Дина дёрнулся. Сэм облизнул пересохшие губы. - Синдром деперсонализации и дереализации. Они, конечно, не полностью заполнили тебя, присутствуя в твоём сознании постоянно, но они, очевидно, проявляются всё чаще и чаще, я прав?

Сэм ничего не ответил. Но ему и не следовало. Ответ был виден на его лице.

Дин моргнул, непонимание отразилось в его глазах.

- Депе... - он запнулся. - Что?

- Когда мир вокруг тебя искажён, когда ты буквально проживаешь свою жизнь, а не живёшь ею. У каждого второго человека на Земле хоть раз было подобное состояние. Но лишь у двух процентов оно является синдромом. - Кас смотрел на свои руки. - А ещё меньше человек переживали её в возрасте после двадцати лет, потому что чаще она проявляется в шестнадцатилетнем возрасте. У тебя подобное до...

- Нет. Такое впервые. - резко качнул головой Сэм.

Кас молча выдохнул.

- Ты можешь описать, как это происходит?

- Пожалуй, не могу.

- Или не хочешь.

Сэм отвернул голову от Каса. И от Дина. Он не смотрел ни на кого, чувствуя себя неблагодарным выродком, которому лишь пытаются помочь.

Он не хотел рассказывать о красном цвете, что пропитывает весь окружающий мир и уничтожает Сэма изнутри. Он не хотел беспокоить никого из них, не хотел пихать им в глотки ещё одну поганую проблему, над которой придётся ломать голову.

Да, он знал, что такое деперсонализация и дереализация. Он читал о них в нескольких книгах, когда был период в подростковом возрасте, в который он желал связать свою жизнь не с охотой или юриспруденцией, а с психологией. Он тогда заметил своё умение выслушивать и поддерживать людей, доносить до них важные мысли и способствовать улучшению самого человека.

Пятнадцатилетний Сэм заинтересовался некоторыми моментами этих двух синдромов, но после быстро потерял к ним интерес, когда узнал, что они отнюдь немногочисленны по всей планете. 

Потому даже поверить не мог, когда Кас сказал подобное. Вновь Винчестеры выделились.

- Просто скажи, подобное можно вылечить, Кас? - голос подал Дин и вывел Сэма из размышлений, заставляя того сконцентрироваться на Касе и выжидать ответа.

Медленное покачивание головы из стороны в сторону вышибло из Сэма дух.

- Я могу залечить физические повреждения. Я могу предотвратить смерть, - и то, лишь при полной своей силе. Я могу ощупать душу и использовать её энергию, - с огромной опаской и осторожностью. Но залечивать раны, линейно связанные с самой душой... - Кас словно скукожился под взглядами двух братьев. - Я не в силах тебе помочь, Сэм.

- В каком смысле "с душой"? - спросил Дин. Это же психика, какая к чертям душа?

- Психика, можно сказать, является перикадром души. Нарушится перикард - душа утратит свой блеск, свет и жизнеспособность. - Кастиэль уловил неуразумение. Сделал глубокий вдох. Собрался с мыслями. И изобразил в воздухе нечто, схожее на кардиоидную форму. - Представьте, что у вас есть второе сердце в теле. Яркое, пропитанное обузданной энергией, которая спокойно светится и является полностью невидимой для техники людей. И данное сердце покрывают два слоя кожи - фиброзный и внутренний перикард. Фиброзным и есть психика, внутренним - эмоции, что несколько отдельные от психики. И представь, Сэм, что твой внутренний слой был подвержен какой-нибудь травме. Травма сказывается и на фиброзном слое, и там появляются рубцы. Весь ритм сердца начинает ухудшаться, тебе становится всё хуже и, можно сказать, что твоя душа сейчас больна перикардитом. К примеру.

Сэм сглотнул. Дин подавился на последнем слове и заглушил непроизвольный, нервный смешок из-за названия глухим кашлем.

- Ты хочешь сказать, что душа что-то вроде формы сердца? - спросил младший Винчестер, беспомощно глядя на серафима.

Тот несогласно качнул головой.

- Я лишь попытался нарисовать вам картину, но хочу сказать, что душа не имеет форму. Душа - словно ураган в теле, - носится по всему человеку и заполняет его до основания. Её форме невозможно дать названия на человеческом. Лишь на енохианском.

- Ладно, умник, но люди же, чёрт дери, научились создавать таблетки для этой фибро-ла-ла-ла? Как они лечат, если физически невозможно воздействовать на душу? - поинтересовался Дин. 

И Сэм его поддерживал всем своим видом, упрямо глядя на Каса.

- Это не физическое воздействие, Дин, а химическое. - устало ответил Кас. - Они либо удаляют некоторые частицы из фиброзного слоя, либо наоборот, увеличивают, либо просто смешиваются с теми веществами, которые поступают в сердце с помощью сосудов.

- А для души сосуды – это... Что?

- Окружающий мир. Люди. Мысли. Всё, что вокруг нас. - последовал ответ.

- Ясно. - Сэм вновь поморщился и укутался в одеяло. - Всё, что я знаю, так это то, что подобная дрянь лечится походом к психотерапевту. И какие-то там препараты, если не ошибаюсь?

- Чаще всего антидепрессанты и анксиолитики. Или нечто подобное, я не совсем уверен. - молвил Кас.

Дин скривился, потирая слипающиеся глаза боковыми частями двух ладоней. Подавив громадный зевок вслед за братом, Сэм почувствовал, как сжал между коленями подушку.

- Ты прям Мистер Словарь. - буркнул Винчестер-старший, поднимаясь со стула. - Но пора спать. С твоей «депиляцией» мы ещё разберёмся, Сэмми, а пока – спать.

Дин потянулся, затягивая руки за голову, а Кас, соскользнувший с матраса, выключил основной свет. И две пары зелёных глаз встретились, когда руки охотника зарылись в карманы.

- Мы разберёмся с этим. - повторился Дин. И выглядело это схожим на клятву. - После всего дерьма, свалившегося на нас, сто пудов займёмся тобой, Сэмми.

- Разберёмся. - с усмешкой вторил Дину Сэм.

Этой ночью сон настиг его гораздо быстрее, чем во все предыдущие разы. Пускай кошмары всё сопутствовали его, заставляя в поту вскакивать с постели, но надежда плавно проросла с семена внутри него зеленеющим отростком. Маленькая, крохотная, но надежда.

Гейб бы гордился им.