Любовь с дождëм

Время шло, числа менялись, но ничего не изменилось. Или почти ничего, кто знает?

Это было начало ноября, и прошло уже больше месяца с последнего разговора Хана и веснушчатого. Они так и не разговаривали. Сколько бы Джисон не пытался, всё без толку, тот никак не реагировал, даже не обращая на него внимания, просто проходил мимо.

Он пытался, правда пытался, искал любой повод поговорить, но его просто не замечали, игнорировали. Он искренне не хотел, что бы о нём думали плохо, особенно Феликс, хотелось оставить лучшее или по крайней мере хорошее впечатление о себе. Но жизнь сыграла с ним злую шутку.

С каждым таким разговором начиналась чуть ли не драка и как всегда рядом с веснушчатый был его лучший друг, который добросовестно посылал Хана куда подальше. Это очень сильно раздражало. О попытках поговорить наедине, можно вообще не рассказывать. К слову Феликс никогда один не был, что делало ситуацию куда хуже.
Джисон больше не сидит с веснушчатым за одной партой. Их рассадили, видели ти они создают проблемы. Хотя и правда, они часто ссорились. Один раз дело дошло до того, что Хан из за сильной злости, вырвал Феликсу клок волос и засунул ему в рот. После чего они вдвоем отправились в кабинет директора.

Как же их там отчитали, это надо было видеть. Учителя стояли все красные, то ли от смеха, то ли от злости, пока Феликс стоял плевался, пытаясь вытащить эти волосы из своего рта. Только представьте, тебе в рот засунули твои же вырванные волосы. Замечательная картина. Только нашу парочку это никак не смущало. Они были готовы подраться даже в кабинете, директора, им всё равно.

Такие ситуации происходили как по расписанию, несколько раз на неделю. И директриса наверняка уже привыкла видеть эту парочку у себя в кабинете. К счастью теперь они сидят раздельно, по разным углам класса. Всë как казалось чуток наладилось, драки прекратились. Но всё таки кое-что осталось - это не давало покою ни одному не другому.

Из этой ситуации было ясно одно - Хан не оставит его в покое.
Этот пожирающий взгляд насторательно прожигал дыру в веснушчатом. Во время урока, когда учитель читал свою великую лекцию или во время тренировок, на которые Феликс ходил после занятий, даже когда тот сидел в библиотеке, Хан следил за ним. Да в принципе это не так важно.

Джисон просто следил за ним, за каждым его шагом, за каждым движением. Его взгляд постоянно становился серьёзным, когда его ореховые глаза замечали неуловимый флирт со стороны друга веснушчатого. Чанбин не упускал возможность подкатить к Феликсу, как только представиться хоть малейший шанс. Каждый раз у Хана появлялось сильное отвращение, когда он видел, как тот прикасается к веснушчатому, ведь подобное происходило слишком часто. Иной раз так хотелось встать, подойти к этой "сладкой парочке" и хорошенько врезать этому самому другу переломать всё пальчики, лишь бы он не трогал Феликса. Он ненавидел всё это до такой степени, что просто не мог позволить этому продолжаться.

* * * * *

- Учитель Ким, можно мы сделаем его вместе? - Феликс с Чанбином тянули руку уже весь урок, в надежде что им разрешат сделать проект вместе. Как это обычно и происходило. Но следующие слова учителя просто напросто разрушили всё их планы.

- Нет, я хочу посмотреть как работает новенький, так что... Феликс будет в паре с Ханом. А Чанбин с Сынмином,

Сердце Джисона ушло в пятки, как только он услышал эту фразу. Он до последнего надеялся, что в паре он будет кем угодно, но только не с ним. Он был готов ко всему, что скажет учитель, но только не к этому.

- А можно я один его сделаю? - в надежде проговорил Хан. На что получил твёрдое "нет". Прекрасно. Великолепно. Им снова придётся увидеться и даже, возможно, общаться. Джисону очень хотелось верить, что им не придется этого делать, ведь общение с Феликсом всегда заканчивалось плохо.

Время шло медленно, уроки, наверно растянулись на всю вечность, будто осознанно оттягивая эту жгучую встречу. Этот дурацкий проект по истории окончательно испортил настроение. Почему именно он? Хан задавался подобным вопросом уже не первый час никак не находя ответа. Может это судьба? Хотя судьбы наверняка ошиблась, решив свести его с обжигающим солнцем с веснушками, который глубоко и надолго засел в голову Хана. Он много раз думал на эту тему, но ничего не приходило в голову, он никак не мог понять, что именно он чувствует к Феликсу. И это пугало.

Может это просто симпатия или влюбленность. А может это ненависть в перемешку с любовью, так как Джисону очень нравилось бесить веснушчатого. Так же он любил и просто смотреть на него, все таки от такого завораживающего зрелища невозможно оторваться. К слову Хан не мог определиться, то ли он любил, то ли ненавидел, или это ревность, хотя подобное присутствовало почти всегда, или самое ужасное из выше перечисленного - собственничество.

Хан вполне был не против этого, даже за, но все таки ещё стоит разобраться, какое всё же чувство зарылось к нему в сердце.
Пока он размышлял, то событие, которое должно произойти в ближайшее время, всë ближе приближалось . Та самая "посиделка" в библиотеке, которую Джисон уже ненавидел и одновременно ждал с нетерпением.

Время, к сожелению, нельзя повернуть вспять и вернуть назад, ему просто придется засунуть всë своë недовольство и ненависть в одно место и сделать этот надоедливый проект. Вместе с Феликсом и ни с кем другим.

- Ты опоздал. - нейтральным тоном проговорил Феликс, глядя на только что пришедшего Хана. Он опоздал на целых 6 минут, вроде мало, но веснушчатого это уже раздражало.

На его столе уже лежали тетрадки и нужные принадлежности для проекта, и когда Хан заметил это, сел рядом.

- Какая тема? - спросил Джисон, доставая свою тетрадку из портфеля.

- "Война между Северной и Южной Кореей" - сухо ответил Феликс, даже не смотря на своего собеседника. Он уткнулся в свой учебник и спокойно писал не обращая внимания на окружающую обстановку. Хану было больно видеть, что его собеседник с ним не разговаривает, но с другой стороны это радовало, они хотя бы не ссорились.

Немного поразмыслив, Джисон принялся писать реферат. Делать надо было достаточно много, ведь их учителю вечно чего то не хватало. То информация не та, которая ему нужна, то написано мало или ещё чего не так. Он может поставить оценку на балл ниже, даже из за почерка или руки не того цвета. Бывало такое, что неправильная запятая была основой снижения оценки. Лучше написать всё и сразу, что бы потом не мучатся.

В целом, в какой то степени Хану нравилась история, особенно данная тема, по которой следовательно и задали проект. Но как оказалось дальше в учебнике было недостаточно материала. И пришлось искать в более масштабном источнике, как Интернет. Как говориться - "если что то не знаешь, интернет вам в помощь".

"История Южной Кореи начинается с капитуляции Японии 2 сентября 1945 года. В то время Южная Корея и Северная Корея были разделены, несмотря на то, что были одним и тем же народом и находились на одном и том же полуострове. В 1950 году началась Корейская война. Северная Корея захватила Южную Корею, пока не вмешались силы ООН под руководством США. В конце войны в 1953 году граница между Южной и Северной Кореей осталась практически неизменной. Напряженность между двумя сторонами сохранялась. В Южной Корее чередовались периоды диктатуры и либеральной демократии. Страна претерпела существенное экономическое развитие."

Единственное, что выдал ему поисковик, Хану пришлось лезть в другие источники, так как на его взгляд это очень мало, нужно более детальную информацию. Он любил писать очень обширные и разносторонние проекты, хотел раскрыть каждую часть, описывая каждую деталь в мельчайших подробностях.

В библиотеке было так тихо, словно в ней не было ни души, хотя так оно и было. Феликс сидел уже пол часа ничего не делая. На столе лежал его готовый проект и аккуратно сложенные тетрадки. Он ждал пока Хан доделает свою работу и отдаст ему, ведь должен сдать кто то один. Веснушчатый взглядом блуждал по полкам с книгами, рассматривая каждую из них, вдыхая слащавый запах старой литературы. Ведь именно этот запах казался ему самым атмосферным. Он откинулся на спинку стула, вглядываясь в предстоящую перспективу, пока его взгляд не упал на сидящего рядом человека.

И только через минут 15, Феликс понял, что засмотрелся. Он почему то не мог отвести взгляд, когда видел как Джисон работает. Его сосредоточенность завораживала, притягивала к себе словно магнит. Только в данный момент веснушчатый понял насколько красивы эти ореховые глаза. Это как тёмный янтарь на солнце. Пленительное зрелище.

Казалось, Хан не замечал пожирающий взгляд с его стороны, как будто специально игнорировал. Да это и не так важно, по крайней мере ему не запрещали.

Феликс и сам не заметил как его взгляд упал на губы в форме сердца, нежно розового оттенка, и совсем немного покусанных. Ему на секунду показалось это до жути красивым, когда он заметил, как Хан прикусил нижнюю губу, ели как сдерживаясь, чтобы не сделать тоже самое. Веснушчатый сам не понимал почему ему хотелось это сделать. На щеках выступил лёгкий румянец, а сердце забилось быстрее, замечая как Хан продолжает нервно прикусывать свои губы. Было видно, что он не один нервничает.

Феликс отвернулся, дабы не показывать своё лицо, его смущало это, ведь с ним подобное происходит впервые. В его голове метались мысли. Самые разные, пока не возросло противоречие. Одна его сторона не давала покоя, вечно задаваясь вопросом: почему он краснее просто смотря на обычного парня, а другая...хотела смотреть на Хана вечно. Феликс не знал, что делать. Желание уйти отсюда возросло ещё больше от понимания, что его собственные щеки становятся ещё ярче.

Он сидел так ещё с минуту, пока не заметил, как в щеку Джисона прилетела бумажка.
От неожиданности Хан повернулся на веснушчатого с неким шоком во взгляде. Его прервали и очень не вовремя.

- Это не я.

- А кто? - Феликс только пожал плечами, смотря в сторону откуда прилетела бумажка.

- "Ликси, ты мне так нравишься. Давай встречаться? " - с наигранной интонацией Хан прочитал то, что было в записке.

- Чего за..? Ты совсем ебанутый?!

- Здесь так написано.. - Джисон повернул к нему записку, доказывая правдоподобность своих слов.

Феликс выхватил бумажку из рук Хана, прочитывая её снова. Уж больно Она кого-то напоминала, пока в его памяти не всплыл почерк, что так знаком ему. Он вглядывался в строчки и в его голове отчётливо высвечивалась строчка, красным цветом строчка. Одно единственное слово, которое давало ответы на всё вопросы, ведь только это объясняло данную ситуацию.

- Уëн.

- Что?

- Уëн... Парень,которому я нравлюсь. Он уже не первый раз пытается признаться.

Честно ответили Феликс, сам не понимая зачем вообще сказал это. Он кинул бумажку в мусорку и откинулся обратно на спинку стула, закрывая глаза. Хан наблюдал за ним со стороны с неким сочувствием во взгляде, слегка кивая на его слова.

- О, Феликс, привет! Что делаете? - радостно воскликнул подошедший, светловолосый парень. Он приблизился к столу, за которым сидели веснушчатые и Хан, одаряя их своей очаровательной улыбкой.

Уëн слегка стеснительно перебирал ногами, метаясь взглядом из стороны в сторону, ожидая, что Феликс скажет ему хоть что нибудь. Что угодно лишь бы не отказом. Нежели, это последнее, что он хотел услышать.

Веснушчатый, честно сказать, не горел желанием реагировать, у него не было сил даже глаза открыть, он ясно понимал, что сейчас будет. Всё таки пересилив себя, он посмотрел перед собой с каменным выражением лица. Он вглядывался в точку перед собой, проваливаясь в пропасть собственных мыслей, из которых не скоро вынырнет.

- Проект по истории. Ты что то хотел?

- Я не тебя спросил. Да, хотел. Феликс, так ты мне ответишь или дальше будешь меня игнорировать? - Уëн осторожно потрогал веснушчатого за плечо, обращая на себя внимание.

Выныривая из своих мыслей и возвращаясь к реальности, Феликс непроизвольно поднял глаза на говорящего, как только почувствовал прикосновение чужой руки.

- А? Что? Чего тебе?

- Я прошу, чтобы ты ответил на просьбу, что была в записке...

- Я не хочу.

- Почему?

- Потому что у него уже есть парень. - как только слова покинули его рот, Феликс с Уëном повернулись к Хану с мягко говоря, ошарашенным видом. В их глазах ясно читалась фраза, даже скорее вопрос: "Что, прости..?". Уëн застыл на месте, он не мог поверить в это. Это не правда, по любому не правда.

И быстро взяв себя в руки, он усмехнулся словам Джисона, но тот момент, что сказанная фраза все-таки задела светлую душу Уëн, мы упустим.

- И кто же.. Его парень?

- Я.. - лаконично проговорил Хан, собирая свои вещи и намереваясь выйти из библиотеки.

Его вообще не заботило, как тот отреагирует, ему хотелось уйти из этого помещение пока ситуация не начала выходить из под контроля.

Сердце Уëна ушло в пятки, как только до его слуха дошло только что сказанное. Он ещё не осознал всю серьёзность происходящего, пока его сознание наполнялось давно забытым чувством, обидой и злобой. Парень стоял на месте как вкопанный с испугом и ненавистью в глазах , смотря на парня напротив, что так безрассудно кидается обычными, с виду, словами. На Джисона, которого казалось, даже не волновала данная ситуация. Будто так и должно быть.

- Докажи... Докажи, что вы действительно встречаетесь. - вот тут Феликсу всерьёз стало страшно. Его сердце стучало так громко, что наверно слышали все во круги, и быстро, что казалось сейчас совсем выскочит из груди. Он нервно оглядывался, то на одного, то на второго, со страхом перебирая всё возможные варианты исхода событий, что могли произойти.

Ладно, веснушчатый уже смирился со словами Джисона, он даже может быть скажет ему спасибо за то, что спас от такого настырного друга, который так жаждал встречаться с ним. Но доказывать... Как доказать? Какими именно способами Хан собирается доказывать то, что на самом деле не правда. Как? Это настораживало. Очень настораживало.

Хан не двигался так с минуту, смотря то в пустоту, что высадила его из себя, то на светловолосого парня, что так помешал ему работать. Он думал, как же поступить, пока его голову не посетила прекрасная мысль и вскоре поспешил её исполнить. Джисон неспеша пошёл к Феликсу, взял того за подбородок, даже не обратив внимания на протестующие взгляды со стороны, и осторожно поцеловал в губы.

В этот момент всё внутри веснушчатого перевернулось, дыхание сбивалось скорее от шока, чем от чего либо другого. С виду это был самый обычный и быстрый поцелуй, какой только можно придумать, длившийся всего пару секунд, но для Феликса это была целая вечность. Когда тот отстранился веснушчатый был готов убить Хана за такие действия.

Уëн, стоявший в стороне с каменной физиономией на лице, наблюдал за действиями Хана, пока его глаза и разум наполнялись мрачностью. Он пытался не выдать своих эмоций, что так бешено вырвались наружу.

Хотелось кричать, злиться, подойти к Хану и избить его к чертям, лишь бы он убрал свои ручонки от Феликса. А Внутреннее Я, уже рыдало во всё горло, при осознании происходящего. Его дыхание резко сбилось, а на душе стало так плохо, что трудно вдохнуть. Боль была невыносима настолько, что голову пошла кругом, а живот скрутило.

Душераздирающая боль окатила Уëна, а чувство уныния и тоски поглотило его с ног то головы. Мучительно больно видеть, как Феликса целует другой, а не он. Тот, кто черезчур назойливый и самовлюблённый урод, тот что посмел дотронуться до веснушчатого. Дотронуться до его сокровища, как Уëн называл его.

Не собираясь мирится с этим, он ушёл. Не выдержал и ушёл. Не хотелось этого видеть, достало. Его вечно отвергают, но сегодняшний день, был сильнейшим ударом по его хрупкому сердечку, разбивая его в хлам.

* * * * *

- Так, а ну стой!? - веснушчатый не раздумывая подлетел к Хану и хватая того за шкирку, толкнул в стену. Его агрессии сейчас не было придела до такой степени ,что в воздухе витало напряжение, которое так и росло с каждой секундой.

Когда удалось хоть немного переварить ситуацию, Феликсу хотелось расцарапать Джисону всё лицо, избить его. Да что угодно, знал бы тот, как он ненавидел когда его целуют без предупреждения. Хан даже не успел среагировать, как в его челюсть прилетел мощный удар, но всё же смог устоять на ногах.

- Я заслужил... - смеясь проговорил Хан, сплевывая кровь.

- Ты нормальный, скажи пожалуйста?

- А что не так? Ну подумаешь поцеловал, чт... - он не успел договорить, как в его живот прилетел кулак, отдавая болезненным импульсом по всему телу. Ноги слегка начали подкашиваться от такого мощного удара.

- Вот именно!! Поцеловал! Объяснить этот момент не хочешь? - Хан только усмехнулся, он выпрямился, облокотившись на стену. Повисло напряжённое молчание между ними, пока они смотрели друг на друга.

- Да ладно, Ликси, не злись... - единственная сказанная фраза повисла в воздухе, словно отражалась эхом по всей библиотеки. Хан сказал это так легко и чертовки мило, что щеки веснушчатого покрылись ярким румянцем, разозлившись его тем самым ещё больше. Не из за того, что его так назвали, наоборот, он ненавидел это имя, а скорее с какой интонацией это было сказано.

Но смех Джисона и растянутая до ушей улыбка, окончательно вырубили всё чувства Феликса, заставляя гнев выйти на новый уровень. За секунду веснушчатый оказался в паре сантиметров от Хана, при этом прописывая звонкую пощёчину.

- Я же говорил, не смей меня так называть. - глаза были полны ожесточения, пока он смотрел на Джисона. В его голову приходили абсолютно разные мысли вплоть до вопросов, на которые Феликс до сих пор не мог ответить. Он сверлил глазами парня напротив, что держался за покрасневшую щеку. И видимо только Джисона забавляла данная обстановка. Возможно, тому нравилось это, он в кое то веке получил внимание от Феликса.

- А что не так с этим именем?

- Какая тебе разница, просто не называй меня так.. - от такого низкого шёпота можно было задохнуться, - именно так думал Джисон, повторяя эту фразу с той же интонацией у себя в голову. Его взгляд не отрекался от глаз напротив, он смотрел в них, как в какую то пропасть, боясь утонуть. Хотя слово "боясь", наверняка лишне здесь. Он был не против погрузится в эти бездонные радужки с головой и никогда не выплывать из них. Настолько они завербовали его.

Сердцебиение учащалось всё больше, по мере продолжительности их неразрывного взгляда. Лёгкая дрожь появилась в теле, замечая как Феликс стал ещё ближе, когда между их лицами оставалось считанные сантиметры. Хан нервно сглотнул, погружаясь всё глубже в эти до жути прекрасные глаза, всё сильнее вжимаясь в стену.

Он не хотел отводить взгляд. Не сейчас, когда представляется такая удивительная, а может и единственная возможность полюбоваться незабываем видом. В тусклом свете библиотеки, глаза веснушчатого смотрелись намного лучше и краше. И Хану подумалось, что умрёт если разорвёт такой неестественно великолепный контакт. Он уже далеко ушёл от реальности и вряд ли вернётся.

Неуверенно взгляд пал на рот веснушчатого, краем глаза замечая, как тот прикусывает губы. Его одолело неистовое желание попробовать эти губы на вкус, узнать какие они мягкие и возможно сладкие. Хотелось поведать, как именно они будут смотреться на его собственных губах.

"Поцелуй меня. Пожалуйста, я сделаю, что угодно, только поцелуй меня" - фраза мелькнула в его голове, моментально отключая мозг.

Ему хотелось. Очень хотелось, чтобы это случилось, ведь уже невыносимо сопротивляться. Хан поддался вперёд, позволяя своим чувствам выйти наружу. Его лёгкие затрепетали, а в животе уже порхали бабочки при одной только мысли об этом. Медленно закрывая глаза, Джисон почти прильнул к губам на против, как резкие слова словно ножом прошлись по его ушам, ударом метясь в самую душу.

- Ещё раз ты заговоришь со мной, и поверь, ты пожалеешь об этом. - после чего веснушчатый ушёл, не желая больше находится в это гнетущей атмосфере.