Любовь с дождëм

"География принимает участие в решении практитеских задач, связанных с национальным природопользованием.
Важнейшая задача географии - составление географических прогнозов - научных предположений о развитии природы и хозяйства в будущем в результате измерения природных факторов и хозяйственной деятельности.
Всякое вмешательство в природу должно учитываться закономерности возможных изменений природных комплексов"

- Так...понятно, география..... География... - Феликс отчаянно пытался запомнить хоть что нибудь, но воспоминания связанные со вчерашнем днëм, не давали ему сосредоточиться.

Паническую атаку вроде удалось успакоить, а может всë же еë остатки остались в недрах сознания. Страх и тревога все таки присутствовали.

Вглядываясь в тексты параграфа, Феликс то и дело терялся, видел слова не так как они написаны, не понимая смысла прочитаного. Скованность не давала покоя, постоянно напоминая о себе. Веснушчатый, может и должен был уже смериться со всем этим, но какая то невидемая сила не давала это сделать. И каждый раз, как он испытывал это кошмарный страх, представление об окончании этого, уходило ниже плинтуса. Феликс уже давно перестал верить, что это закончится, он просто проходил это снова и снова. Будто его подсознание питается его страхом и безрассудком.

"Анатомия - внутреннее строение человека. Методы: вскрытие, ренген, узи.
Физиология - наука о функции организма и органов.
Методы: эксперемент, хранический лаборант, анализы, ЭКГ, танометр (измерение давления)
Гигиена - раздел медицины о создании условий для хранения здоровья.
Методы: клинический (выявление причин массовых заболеваний), физиологический (установление приспособления орган. К услов. среды), лабораторный (анализ проб. воздуха, воды)

- Подождите... Как я перешёл на биологию..? - С подавленностью на лице, Феликс закрыл голову руками и медленно лëг на парту. Поток его мыслей было невозможно остановить, даже постоянно задаваясь вопросом: "Почему именно смерть? Почему не что то другое?". Он никак не мог понять; что то или кто то, от него хотели. Но что? А главное зачем? Веснушчатый не имел понятия.

Непрерывность мыслей тяжело легли на его плечи. И как раз в "нужный" момент.

- Феликс, привет! - А веснушчатый даже не реагирует, он продолжал лежать на парте и тихо сопеть. - Феликс..? - Хан легонько потрогал того за плечо, чтобы тот проснулся.

- Не трогай его. - удивлению не было предела, Хан обернулся и увидел перед собой фигуру, размером с шкаф, одетого во всё чёрное, но как оказалось, чуть ниже его самого. Говорящий приближался к нему с каждой секундой всё ближе.

- Ты кто?

- Тот, кого тебе лучше не злить.

- А то что? Ударишь?

- Руку убрал. - на плече Феликса красовалась маленькая ладошка Джисона, которую тот даже не собирался убирать. - Я ведь не шучу. - взгляд у Чанбина был явно не добрый, он правда не шутил. Ему никогда не нравилось, когда до Феликса дотрагиваться кто то другой. Особенно если это новый ученик в классе, да в принципе незнакомый люди, его всё бесило. И в прямом смысле слова мог голову оторвать за такое.

Чанбин подошёл к новенькому, яростно откинул его руку. Хан быстро среагировал подлетев к своему конкуренту и толкая того со всей силы, Чанбин немного пошатнулся, но успел ухватиться за парту, это спасло его ситуацию и не сделало его крайне уязвимым. Все в классе вдруг замолчали, все прекрасно понимали что сейчас будет. Ведь когда Чанбин злился, дело всегда заканчивалось плохо.

Сейчас он вообще не соображал, им полностью управляла злость. Чанбин даже не раздумывая сразу влепил пощечину, после чего Хан схватил того за шиворот, серьёзно ударив по грудной клетке.

Этот жест окончательно выбил Чанбина из колеи, стало тяжело дышать и появились неприятные ощущения, откашлявшись дыхание постепенно пришло в норму. Резко, с хорошей точностью он ударил Джисона в нос, так что послышался негромкий хруст, развивая болезненным импульсом в голове, он упал задев рукой угол парты. Хан даже не заметил царапину на руке,схватился за переносицу. Слезы сами лились из глаз, боль пришла не сразу, но довольно сильная. Джисон сидел на полу, он пытался остановить кровь, проверяя не сломан ли нос.

- И это всё что ты можешь? Ты всегда так за Феликса заступается?

Чанбин разозлился ещё больше, этот новенький явно действовал ему на нервы, воспользовавшись ситуацией, он мгновенно повалил того на пол, готовясь к очередному удару, но хан успел его заблокировать.

Под действием адреналина Джисон ударил в нависшего над собой человека, в лицо. Завязалась настоящая драка, в который раз были слышны маты и оскорбления, Чанбин настолько разозлился, что даже не слышал Феликса ,который пытался остановить их драку. В следствии чего сам не мало получил. Чанбин и этого не заметил. Он начал душить Джисона, а тот от страха вцепился руками в его шею.

В коридоре послышалось деловое цоканье каблуков, в класс вошла учительница под видом богини.
Она не сразу увидела драку, лишь когда послышалось тихое хрипение с задних рядов.

Быстро идя на звуки по рядам, учительница застала такую картину, и чуть ли не взвизгнула от неожиданности. Бедная женщина смотрела на покрасневшие лицо Хана, который казалось сейчас совсем задохнётся и на испуганного Феликса. Молниеносно уловив ситуацию, она подошла к паре дерущихся ребят, стараясь оттащить их друг от друга.

- Вы что тут устроили!? Я сейчас же ответу вас обоих к директору!

* * * * *

В кабинете было тихо и светло, за окном светило солнце и пели птицы. Великолепная парá, можно радоваться. Но только не для Джисона. Этот день у него, пошёл наперекосяк ещё с утра. Его будильник - его "друг", решил не звонить этим утром, в следствии чего, Хан чуть было не проспал.

Не успел день полноценно начаться, как он уже загремел в кабинет детектора. Где выслушал грандиозную лекцию о том, что школа это не место для драк и тому подобное; что школа это приличное заведение и вести себя в этом заведении, нужно пристойно. По итогу всех отпустили на уроки, сказав при этом, чтобы такого больше не повторялось, а иначе фиг его знает, что будет.

- Аай!!! Больно!

- Терпи.. Ты мужик или тряпка?!

- Да мам!

- Что, "мам"? Сколько ещё меня будут вызывать к директору из за тебя? - Джисон молчал, он знал, лучше не спорить. Его мама - женщина невысокого роста, с карими глазами и блондинистыми волосами - работала школьной медсестрой и поэтому уже привыкла видеть сына в своём кабинете. Не раз он приходил к ней то с фингалами, то с царапинами, температурой и так далее. Драки - это обычное дело для него, но сегодняшний день переплюнул предыдущие. Ему впервые повредили нос, не сильно конечно, но всё же. Это его первый проигрыш.

Женщина резким рывком вправила нос на место, от чего Джисон чуть-чуть подпрыгнул. Это было слишком неожиданно.

- Не могла сказать?

- Ну ты ещё повысказывайся мне.

Медсестра нанесла на переносицу и на весь нос йодовую сетку; Джисон всегда ненавидел её запах, цвет и всё что связанно с лекарствами. А после заклеила телесным пластырем.

По привычке чмокнув сына в лоб, при этом сказав, что скоро всё пройдёт - она села за стол, записывая что то в тетради.

Он зашёл в светлый уже давно знакомый мед кабинет. Он искал медсестру, ведь его другу в результате драки, понадобилась помощь. Досталось ему конечно не хило, противник попался хороший. Да и самому досталось. Слава богу это всего лишь маленькая царапина на щеке, её почти не было видно. Он заглянул в светлое помещение, немного прячась за дверью, где как раз и была медсестра.

- Здравствуйте, а.. У вас есть перекись и ватка?

- О, Феликс, ты как раз вовремя. Можешь обработать рану Сони пожалуйста, просто мне бежать срочно надо...

- "Сони" это кто? Меня друг ждёт вообще то.. - но женщина уже ушла, закрыв за собой дверь.

- Сони - это я... - уже знакомый голос проговорил со стороны, довольно тихо и стеснительно.

Немного выглянув из за дверного проёма, веснушчатый увидел "знаменитую" клетчатую рубашку. Феликс слегка удивился, услышав как его называет медсестра, ему показалось это весма необычно.

Хан сидя на койке смотрел на него так непринуждённо. Что в этом взгляде таилась некая нотка, которая так и говорила за себя, будто он сожалеет и хочет извиниться. С другой стороны, это выглядело совсем наоборот. Феликс также заметил пластырь на его носу и почти неброскую йодовую сетку. Было видно что ему тоже не мало досталось.

- Ну и какую рану тебе обработать? - веснушчатый прошёл в помещение, идя к стойки с препаратами и всякими медицинскими штуками. Он брал только необходимое: вату и перекись, ну ещё и пластырь и бинт на всякий пожарный.

- Ты что обрабатывать умеешь?

- Я в детском лагере работал помощником по мед комнате. Ко мне часто приходили то с ушибами или с царапинами, то ещё с чем. Мама также учила как это делается. Можно сказать Я в этом профи. - найдя всё самое Феликс повернулся к Хану. Он осмотрел его с ног до головы, замечая небольшую ссадину на правой руке, та несильно кровоточила.

- Ты медик?

- Можно и так сказать...

Садясь рядом с Джисоном на койку, веснушчатый принялся прочищать его телесное повреждение. Обрабатывать разные увечья на теле человека - это привычное дело для Феликса. Он привык видеть чужую кровь, хотя кто то другой уже бы потерял бы сознания при её виде. Это если в буквальном смысле.

Веснушчатый уже запомнил название некоторых лекарств, применяемые от головных болей, животе, от температуры или давления. Все таки работа медиком пошла ему на пользу. Как никак важно знать, как именно оказывать первую помощь.

Накáпав пару капель обеззараживающей жидкости на вату, Феликс проговорил сухим тоном:

- Сейчас будет щипать.

Допустимо, что Хан не пытался понять слова сказанные веснушчатым. Его задело кое что, на чëм он заострил своё внимание - его низкий голос. Он словно эхом разнёсся по всей голове, отдавая импульсами в мозг. Настолько глубокого голоса он ещё никогда не слышал. Джисон сидел очень тихо, не шевелясь, воспроизводя этот голос каждый раз заново, словно не мог им насытиться. Выходит как музыка для его ушей.

Внезапно он почувствовал нежное прикосновение к своей руке, что заставило его на миг отринуть от потока мыслей. На его глаза попались милые, как ему показалось, крохотные ручки Феликса, с теми же серебряными кольцами. Которые так осторожно обрабатывали его ранку. Хан не любил смотреть на то как это делают, а на то кто это делает. Поэтому перевёл свой взгляд обратно на неотразимое лицо веснушчатого.

Сидя в этом светлом кабинете со странным запахом, Джисон только сейчас заметил, что это первый и единственный раз, когда он видит Феликса так близко. Когда он снова и более чётко может его разглядеть.

Его руку стало не сильно пощипывать, но это не отвлекло его. Он продолжал рассматривать живописные веснушки, что были похожи на млечный путь среди тёмного неба. Их было так много и каждая разная, неповторимая.
Какое то тёплое чувство разлилось в его груди, ему хотелось улыбнуться глядя на такое солнышко. Но он не стал этого делать, мало ли что.

Джисон заглянул в карие глаза напротив, они казались бездонными, что он утопал в них. Прекрасная, утончённая радужка, чисто чёрный зрачок на фоне длинных ресниц - всё это неописуемо красиво. И чем дольше он смотрел в эти глаза, тем быстрее его сердце билось. Он никак не мог объяснить это чувство, будто ему сделали подарок или комплимент.

Будто сама судьба решила преподнесла ему это чудо творение.

Неожиданно Феликс перевёл на него свой взгляд, в этот момент Хан практически забыл как дышать. И его пухлые щеки приобрели розоватый оттенок. На долю секунды Джисон подумал о свежо написанной картине, которая так хорошо олицетворяет эти великолепные глаза. Только вот взгляд был у веснушчатого полностью безразличный.

Сильное жжение в руке вывело Хана и транса, приводя в чувство и заставило немного смутится.

- Не подходи к нам больше. - Феликс приклеил на его уже чистую рану пластырь. Встал с кушетки, прихватив с собой пару бинтов и перекись.

- Почему? - с долей грусти проговорил Хан, когда тот уже ушёл. Веснушчатый оставил его без ответа, ему было плевать что тот чувствует, он ненавидел его за то, что он напал на его друга, избив при этом.

Он ушёл, потому что выполнил свое поручение и что будет дальше ему всё равно. А Джисон остался сидеть на месте, осознавая всё то, что сейчас произошло. Это так быстро закончилось. Прошло то от силы минут пять, а ему казалось что это целая вечность. Он всё ещё помнил нежные прикосновения и сладких аромат исходящий от веснушчатого. Слышал его голос у себя в голове, и его щеки снова порозовели. Он смотрел на свою руку вспоминая маленькие и милые ручки, которые такими аккуратными движениями пытались залечить его рану.

- Ты чего так долго? Я тебя пол урока ждал, - Чанбин сидел на лавочке около турников. Сегодня учитель физры решил сводить их на улицу, оправдывая это тем, что сегодня замечательная погода для прогулки.

- Прости, медсестра задержала.. - Феликс принялся обрабатывать и его увечья, постепенно смывая кровь из под носа. Из ноздрей текла темно красная жидкость, поэтому пришлось их заткнуть ваткой.

* * * * *

Хан как ни в чем не бывало, вернулся домой. Сегодняшний день изрядно вымотал. Он сильно устал, не только физически, но и морально. Последнее, что его взбесило, так это севший телефон. Джисон так надеялся послушать музыку, ведь это единственное, что его спасало. Так сильно надеялся, что его телефон решил не работать сегодня. В общем и целом, он всегда слушал музыку, неважно где и когда, она всегда играла у него в ушах. Очевидно, что в этот день - исключение.

Зайдя в квартиру, у входа Хан заметил довольно знакомую и неприятную обувь. На секунду ему показалось это шуткой или ему почудилось. Но не могла же мама просто так достать именно эту пару обуви. Нет. Только не эту.
Опять? Почему опять он должен через это проходить? У этого вообще есть конец? Он постоянно задавался этими вопросами, на которых, казалось не было ответов.

Внезапно Джисон почувствовал едкий запах алкоголя, распространяющиеся по всей квартире. Нет, пожалуйста. С кухни слышались громкие смешки и пошлые шуточки, одаривая эту атмосферу агрессивным звоном рюмок со спиртным. Ужасное чувство появилось с тех пор, как он переступил порог дома, отвратительные воспоминания опять ворвались в его сознание без предупреждения. Перед глазами стояла та же картина, то самое ужасное время, когда Хан засыпал со слезами на глазах из за ссор и криков родителей.

Он прекрасно понял, с самого начала кому именно принадлежат эти кросовки, чьи смешки на кухне и почему такой запах по всему дому. Просто проходить через всё это заново, совсем не хотелось, да и не хочется. Сразу ясно, спать он сегодня точно не ляжет, ведь когда в дом приезжает отец, начинаются буйные посиделки с его недодружками, заканчивая это дракой.

Громкие звуки, когда мать дома, ссоры, разбитая посуда, тысячи враз: "Я разведусь с тобой". Это уже база. Благо, его отец не узнал, что тот подрался. Пока не узнал.