2 часть. 11 глава.
"Всё прекрасно" — это не факт, а просьба, обращённая к миру: "Пожалуйста, не дыши"
Аня Форджер.
Прошло уже пару недель наших отношений с Демианом. Из плюсов:
Во-первых, конечно же, не возникает проблем в виде Лилианы Флинт. Эмиль хорошо держится, кажется отпускает и я не жалею, что прочла его мысли, когда он стоял за углом и слушал нас с Флинт.
Во-вторых он пару раз врезал Демиану и успокоился, они помирились (хотя Деми, конечно, не в чём не виноват). В третьих, канун нового года, точнее неделя до него.
Мы всё это время отпращивали меня у папы, разумеется он был не преклонен, но для него я у Бэкки, а для мистера Блэкбелл – она у меня. Сначала все сидим до 00 в ресторане, а потом все к себе. Юэн и Бэкки – в их излюбленный отель, мы с Демианом – в квартиру, подаренную ему отцом на день рождения.
Сейчас мы в этой самой квартире украшаем всё для новогоднего вайба. Вчера, для начала я научила Демиана ставить ёлку, пока он бурчал себе что-то. Потом я изъявила желание повесить гирлянду под потолком сама. Он, матерясь, ловил меня, но даже не пытался предложить повесить всё самому, потому что это важно для меня, и он это знает.
Сегодня мы украшали распустившуюся ёлку игрушками, мишурой, гирлянда и самодельной звездой на верхушке. Потом украшали квартиру мушурой и плакатами, пледиками и мягкими игрушками.
Сейчас мы сидим в гостиной и слушаем "Один дома", паралельно с этим я сижу на его коленях, обнимаю его за шею, его руки гладят мои бёдра и талию, губы слились в поцелуе.
Он прокладывает аккуратную строчку из поцелуев на моей шее. Его руки непроизвольно залазят под мою кофту, я чувствую тёплые руки на своей холодной коже.
Внезапно звучит звонок на его телефон. Он рычит недовольно и отстраняется. Я показываю жестами, поставить звонок на громкую связь – так он и делает.
— Сын, едь домой. Маме стало хуже.
Демиан бледнеет, его руки на моей талии ослабевают и падают. Я отключаю звук с нашей стороны и обнимаю его, чтобы он быстрее пришёл в себя. Когда он более ли менее в состоянии и ответит, я протягивая ему трубку, не забыв включить звук и он еле слышно говорит "Сейчас приеду".
Он резко поднимается с дивана, аккуратно ставит меня на пол, обувается в прихожей и вылетает из квартиры.
Я натягиваю пальто и берет, обуваюсь, беру его шапку и куртку, вспоминая, как Юэн заболел, когда одел косуху и Бэкки переживала и бегу за ним. Он стоит возле лифта, и уже покрывается пойти по лестнице, но я настигаю его вовремя.
— Я с тобой.
Он долго смотрит на меня, потом улыбается уголком губ и кивает. Затем под моими упрёка и, наконец надевает шапку и куртку. Я стараюсь больше говорить, чтобы он не потерялся в этом. Я конечно тоже переживаю за миссис Десмонд, но она не мой родной человек и больше я беспокоюсь за Демиана. Всю дорогу я не затыкаюсь – лишь бы он не погряз в переживаниях и не попал в аварию, кажется его это успокаивает. Когда мы переезжаем туда, его брат – Диметриус Десмонд, переграждает наш путь.
— Что здесь делает дочка психотерапевта?
— Она – моя девушка, мой родной человек. И она тоже переживает за маму. Отвали.
Деми отодвинула его в сторону и потащил меня за руку по лестнице, почти волоча. Мы остановились перед какой то дверью, он постучал.
На пороге появилась молоденькая служанка с заплаканными глазами, поддавшись какому-то неизвестном порыву она обняла меня, неизвестного человека. Демиан нахмурился и потянул меня за руку, но я отпустила его и обняла девушку в ответ. Ей – видимо нужна была поддержка, ему – побыть с матерью наедине. Он заглянул мне в глаза, не понимая, почему же я бросаю его. Я же, лишь с улыбкой кивнула в сторону двери, беззвучно говоря, что я здесь, я рядом и я подожду.
Он проморгался, кивнул и вошёл в комнату. Мы с девушкой сели на пол возле стены.
— Мелинда.. Она ведь мне, как мать, — всхлипнула девушка, зарываясь лицом мне в плечо. Судя по всему она была примерно моего возраста. — Когда мне было 10, она не дала мне попасть под машину, когда меня жестоко избила шпана. Отвела в дорогую больницу. Сделала опирацию для зрения, когда я сказала, что со мной так поступили из-за того, что я "очкастая". Потом она договорилась с детским домом, чтобы я могла хоть что-то делать тут, зарабатывать на карманные расходы. — она улыбнулась тёплым воспоминаниям. По ней было видно, что она очень дорожит миссис Десмонд. Но вскоре её улыбка погасила и она продолжила, — потом госпожа подкосила болезнь и я вымаливала уход за ней... — слёзы снова потекли ручьём по её щекам. — Почему всегда умирают самые замечательные люди?..
— Не всегда. Просто когда кто-то становится для очень многих самым важным человеком, его свет становится слишком ярким для этого мира. Тогда их забирают, чтобы они стали ангелами, чтобы оберегать всех, кого любят, уже без границ и расстояний. Поэтому Бог забирает их к себе – не в наказание, а как высшую награду за ту любовь, которую они несли. — я сочиняла на автомате, но даже мне показалось правдоподобно. И даже довольно успокаиваю. Девушка расслабилась в моих объятьях.
Через несколько минут она окончательно успокоилась и протянула мне мизинчик.
— Я Ланиакея. Можно просто Лани.
— Я Аня. — мои мизинец обвила её аккуратный тонкий пальчик в ответ.
Внезапно дверь открылась, мы с Лани поднялись и отряхнулись. Демиан был бледен, но держался: на его щеках не было слёз и говорил он достаточно спокойно, так что было тяжело понять, что у него погибает мать.
— Ань, — тихо сказал мой любимый человек. — Она хочет познакомиться с тобой. Наедине.
По спине пробежали муражки. Его отец пугал меня намного меньше, потому что материнской сердце может не принять меня и Демиан прислушается.
Но я в любом случае уважал женщину, которая так отчаянно боится за сою жизнь, даже на последнем вздохе. Женщину, которая помогла такому огромному количеству людей. Которая воспитала человека, от которого моё глупое сердце превратилось в звезду, посвящённую ему.
А подошла и обняла его, затем поцеловала в щёку и вошла. Он закрыл за мной дверь, выполняя просьбу об уединённости.
Передо мной, возле стены в этой огромной комнате лежала бледная, худощавая фигура. Она была почти прозрачной, но каким-то образом я чувствовала её силу и жизнь, которая всё ещё кипела где-то там, под этими костями, на которые наьянута кожа. Она не могла проявить себя во всей красе, явить себя всему свету, но она была.
— Анечка, это ты? — я увидела, что голова женщины повёрнута ко мне и тут же подбежала к кровати и упала рядом на колени, аккуратно взяв худенькую руку женщины в свою.
Миссис Десмонд была безумно худая и красивая. Она так нежно улыбалась, что мне казалось, что комнату заливает свет от солнечных лучей.
— Я очень рада с вами познакомиться, миссис Десмонд, — я улыбнулась, надеясь, что моя улыбка хоть как-то облегчит её боль.
— У тебя очень красивая улыбка... — она положила вторую руку мне на щёку. Я прижала её к себе, зная, что самой ей держать руку тяжело.
Её ладонь была невероятно лёгкой и прохладной, но в этом прикосновении чувствовалась какая-то древняя, тихая сила.
— Зови меня Мелинда, милая. Или просто… тётя Мэл. «Миссис Десмонд» – это для чужих. — Она помедлила, переводя дух. Каждое слово давалось ей с усилием. — А ты… ты для для меня не чужая. Ты свет, которым подарили Демиана. Он говорил о тебе. Много. Сначала сквозь зубы. Потом… с таким светом в глазах, которого я не видела никогда.
Я чувствовала, как по щеке катится предательская слеза. Я смахнула её тыльной стороной ладони, но она тут же уловила это движение.
— Не плачь, Анюта. Не сейчас. У нас так мало времени. И мне нужно… попросить тебя об очень важном.
Она замолчала, закрыв глаза, собираясь с силами. Её пальцы слабо сжали мою руку.
— Мой Деми… он всегда носил маску. Маску сильного, холодного, неуязвимого. Потому что в нашем мире… слабость – роскошь, которую не позволяют вторым сыновьям богатых родителей и влиятельных отцов. Но под этой маской… он самый ранимый, самый преданный, самый жаждущий любви человек, которого я знаю. И он отдал своё сердце тебе. Полностью. Без остатка.
Она открыла глаза, такие же, как у Демиана, только ещё более светлые, и в их глубине, сквозь пелену боли и усталости, горел такой пронзительный материнский свет, что у меня перехватило дыхание.
— Когда я уйду… его мир потеряет те краски, которые я ему давала. Он будет злиться. На бога, на судьбу, на отца, на брата. На себя – больше всего на себя. Он будет пытаться оттолкнуть всех, особенно тех, кто ему дорог. Потому что будет бояться… что если полюбит ещё сильнее, то потеряет снова.
Её голос ослабел, превратился в шёпот. Я наклонилась ближе, чтобы расслышать.
— Обещай мне, Анечка. Обещай, что не дашь ему сбежать в свою боль. Что будешь стоять рядом, даже когда он будет кричать, что ненавидит тебя. Что будешь напоминать ему, что он достоин любви. Что его сердце – не камень, а самый драгоценный дар. И… — она сделала паузу, и в её глазах блеснули слёзы, — …и что мама любила его больше жизни. И гордилась им. Всегда.
Я не могла говорить. Ком сжимал горло. Я лишь кивала, сжимая её руку в обеих своих, пытаясь передать всю свою решимость через это прикосновение.
Мы молчали примерно минуту, но потом меня прорвало. Я положила её руку, которая была на моей щеке. И сжала двумя руками, которая лежала в моей ладони. Не в силах сдерживаться я разрыдалась и повысила голос.
— Если вы так любите его, то почему бросаете!? Почему уходите и обрекаете на такую боль!? — я шмыгнула носом, чтобы из носа не потекло. — Он любит вас, а вы не боритесь! Он бы жизнь отдал чтоб спасти вас! Не смейте так бросать его! Он не заслуживает этой боли! — я утёрла рукавом крупные слёзы, градом скатывающиеся по щекам
Она тепло улыбалась. С той же улыбкой она потрепала меня по голове, после этого её рука упала.
— Значит ты... Отлично позаботишься о нём... — она расплосталась на подушках, я прижала её руку к груди. — Скажи ему, что мама его очень любит.... Скажи Диметриусу, что я буду гордится им, даже когда он считает, что этого мне недостаточно и что я больше люблю Демиана.... По секрету скажу... — она в последний раз тянула воздух сквозь зубы. — Я люблю их одинаково, просто Демиан слишком эмоцианален, не такой как они, как я скорее.... И он сам постоянно рядом со мной... И Лани... Она мне как дочь... Обними их всех от меня, пожалуйста...
Я улыбнулась, мой подбородок дрожал. А потом она закрыла глаза, я подумала ей просто тяжело говорить, но минуту её рука всё больше расслаблялась и расслаблялась.... А затем я услышала писк реанимационного монитора. Демиан вбежал в комнату. Я сидела на полу и прижимала ко лбу её ладонь. Он немедленно закричал, что нужен врач и подбежал к нам.
Он вырвал её руку из моих ладоней, его пальцы лихорадочно искали пульс, давили на тонкую кожу запястья.
— Мама? Мама, ты чего? — его голос срывался на шепот, полный дикой, детской надежды. — Всё хорошо, открой глаза. Я здесь. Я здесь, мама, посмотри на меня...
Но её рука была уже просто тяжестью. Безжизненной, остывающей тяжестью в его руках. Глаза оставались закрытыми, грудь не поднималась.
— НЕТ! — крик, вырвавшийся из его груди, был нечеловеческим. Он не кричал – он выл, как раненый зверь, отчаянно, гортанно, так, что у меня по спине побежали мурашки. Он прижал её ладонь к своему лбу, к своим губам, тряся её, будто пытаясь вдохнуть в неё жизнь силой своего отчаяния. — НЕ УХОДИ! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ! МАМА, ПОСЛУШАЙ МЕНЯ!
Дверь распахнулась. В комнату ворвался его отец, за ним – врач и Диметриус с каменным лицом. Мистер Десмонд попытался обнять сына сзади, но Демиан дико вырвался, оттолкнув его.
— Не трогай меня! — прошипел он, заслоняя собой тело матери. — Это ты! Это всё из-за тебя! Ты никогда не был рядом! Ты видел, как ей больно, но приходил раз в месяц и делал вид, что всё хорошо!
— Демиан, успокойся, — голос отца мыл ледяным, хотя было слышно, что он чуть дрожит, но он пытался взять ситуацию под контроль.
— НИКТО НЕ ТРОГАЙ ЕЁ! — закричал Демиан, развернувшись ко всем, как загнанный в угол хищник. Слёзы текли по его лицу ручьями, смешиваясь с искажённой гримасой боли и ярости. — ВСЕ, ВОН! ОСТАВЬТЕ МЕНЯ!
Врач попытался приблизиться к кровати, но Демиан резким движением в сторону перегородил ему путь.
— Я сказал, ВОН!
Диметриус шагнул вперёд. Без лишних слов, с холодной, эффективной силой, он обхватил брата сзади, скрутив ему руки. Демиан вырывался, бился, но Диметриус был сильнее и хладнокровнее.
— Успокойся, идиот, — сквозь зубы прошипел он, волоча Демиана от кровати. — Ты ей не поможешь. Перестань позориться.
— ОТПУСТИ! ОТПУСТИ МЕНЯ, ТВАРЬ! МАМА! — Демиан продолжал биться, его крики становились всё более хриплыми и бессвязными.
Я сидела на полу, прижавшись спиной к ножке кровати, и смотрела на этот кошмар. Моё собственное тело было парализовано шоком. В ушах гудело. Я всё ещё чувствовала тепло её руки на своём лбу, но оно быстро уходило, сменяясь ледяной пустотой.
Врач и мистер Десмонд быстро склонились над Мелиндой. Через несколько секунд врач что-то тихо сказал, и мистер Десмонд закрыл лицо руками. Его спина согнулась под невидимым грузом. Диметриус, всё ещё удерживая брата, кивнул, его челюсть была сжата. Он бросил на меня быстрый, оценивающий взгляд – в нём не было ненависти, лишь холодное любопытство и капля чего-то, похожего на уважение. Потом он ослабил хватку.
Демиан вырвался и снова рухнул на колени у кровати. Но теперь борьба из него ушла. Осталась только сокрушительная, всепоглощающая боль. Он обхватил голову руками, его тело сотрясали беззвучные, судорожные рыдания. Он не плакал – его разрывало тишиной, самой страшной тишиной, какую я когда-либо слышала.
Мистер Десмонд подошёл, снова попытался прикоснуться, но его рука замерла в воздухе. Он не знал, как подступиться к этому океану горя. Вместо этого он повернулся и тихо вышел, его шаги были неуверенными, как у очень старого человека. Диметриус и врач последовали за ним, но я перехватила Диметриуса и обняла его со спины. Он замер.
— Она любила тебя... И гордилась тобой... Вы с Демианом оба весь её мир... И я думаю, что мир должен быть полным...
Он обернулся и на мгновение прижал меня к себе, наклонился голову и втянул запах моих волос, уткнувшись в макушку.
Потом, словно опомнившись, он отодвинула меня, я видела, как его глаза меняются из каких-то более мягких в ледяные.
— Ты здесь лишняя. И ты не должна быть здесь. Ты не знала её, но говоришь за неё. Это не простительно... Но.. Ты ей нравилась. Я видел, как её глаза блестели, когда Демиан рассказывал о тебе. Поэтому... Считай ты принята в семью, Форджер. Ненадолго.
Он отошёл от меня на несколько шагов, огланулся на кровать матери за моей спиной, шумно выдохнул и вышел. Дверь закрылась за ним.
Мы остались одни. Точнее, я и разваливающийся на части мир Демиана Десмонда.
Он оказывал сопротивление, когда я садилась к нему на колени, но мне было плевать. Я прижала его а себе и не отпускал. Через некоторое время он оставил жалкие попытки оттолкнуть меня и, прижав меня к себе в ответ, глухо разрыдался.
Через пару дней прошли похороны. Всю мою семью пригласили, потому что кроме меня, ещё и моя мама дружил с почившей. Мне разрешили остаться у Демиана до конца новогодних каникул, которые на тот ещё не начались.
4 дня до нового года. Демиан умирает внутри. Я всегда рядом. Он или безэмоцианален или посылает куда подальше. Я кормлю его сама, чтобы он снова вспомнил, что любит меня. Я хочу построить ему новый мир. В котором всегда будет хотя бы один человек, который безоговорочно рядом.
———♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡———
Ну... Грустные вайбы.... (я придумала это раньше основного сюжета и решила, что надо)
Итак поздравление, которое я писала практически под диктовку, потому что мой раскошный максимум - это добавить ёлочку, снежинка или "желаю счастья, здоровья" к "С новым годом🖤" (привела всё своё. Мне напомнили, что тут есть котята и подсказывали, что желать и приводить примеры, напомнили сколько дней в году) Это я если что отчиталась, чтобы не считали, что я неблагодарная и всё себе. Кхм.. Кхм...
Дорогие мои, горячо любимые, кошки, котята и коты❣️
Поздравляю вас с Новым 2026 годом! Пусть он будет ярким, как новогодняя гирлянда, которую весила Аня, загадочным, как то, что сможет ещё генерировать мой мозг, друзей, как Бэкки у Ани (и наоборот) и зоопарк друг у друга, и полным счастливых моментов, как отношения Бэкки и Юэна или ложь, которой Лили кормила Эмиля. Желаю вам вдохновения на все 365 дней, крепких обнимашек, денюжек на карту и чтобы я не пропала в рандомный момент на пол года😊
Обняла, приподняла, в ухо промурчала (намёк. Вы кошки и коты. Помурчите мне в гс)
Ваш автор 🎄🖤