После черты.
Нацуя
Дверь камеры открылась с тем же металлическим звуком, который за последние дни стал мне колыбельной. Я не подняла голову сразу. Сидела, поджав ноги, спиной к стене, взгляд в пол. Просто ждала. Не тревожилась. Не думала. Даже не считала, сколько его не было. Время здесь — мертво. Как мы.
Он вошёл. Тихо. Без взрыва. Без шагов тяжёлых, как раньше. Просто прошёл и сел на свою койку напротив.
Я подняла голову.
Посмотрела.
В его лице не было лица.
Никакой злобы, никакой гордости, никакой муки. Только — тишина под кожей.
Он посмотрел на меня.
И я поняла:
Всё.
Теперь и он за чертой.
Я не удивилась.
Потому что я — давно уже там.
Потому что мы — теперь одинаковые.
— Сделал? — спросила я. Без окраса. Просто чтобы обозначить факт.
Он кивнул. Один раз.
— Да.
— Ровно?
— Да.
Мы замолчали.
Минуты две. Может, больше.
Потом я заговорила снова.
— Чувствуешь что-то?
Он пожал плечами.
— Только тупую тяжесть. Как после тренировки, но внутри.
— Понятно. — я откинулась на стену. — У меня было так же. После мальчика.
Он посмотрел на мои руки.
— Ты всё ещё трёшь запястья.
Я посмотрела на них. Действительно. Потёртость от ногтей, пятна. Я даже не замечала.
— Ну, так... привычка. Осталась от человека. — сказала я.
Он криво усмехнулся.
— Человека в нас уже нет.
— Согласна.
Снова пауза.
Она не давила. Она, наоборот, успокаивала. Мы научились существовать в тишине, как в формалине — всё вокруг умирало, но не разлагалось. Просто замирало.
Он сел ровнее.
— Думаешь, они делают из нас оружие?
— Они уже сделали.
— Ты сожалеешь?
Я задумалась.
Подумала, как легко взялся нож в руку.
Как легко было сделать шаг вперёд, когда ребёнок не смотрит.
Как потом тишина звенела, и не хотелось кричать — просто закрыть глаза.
— Нет. — ответила.
Он кивнул.
— Я тоже. Это, наверное, и есть точка невозврата.
— А была ли точка возврата? — усмехнулась я. — Мне кажется, её не было с самого начала. Нас не вытащили из школы. Нас изначально туда забросили, как мясо на отстрел.
— Система...
— Не система. Люди. Мой отец. Эти твари в белых халатах. Они сделали ставку — и выиграли.
Он склонил голову к стене.
— И знаешь что?
— Что?
— Мне даже не страшно. Потому что нечем бояться.
Я посмотрела ему в глаза.
И впервые за всё это время увидела в них своё отражение. Такое же пустое.
Мы молча кивнули друг другу.
Как солдаты.
Как псы, пережившие бойню.
Как руины — выжившие после пожара.
Без жалости. Без надежды. Только — факт существования.
В ту ночь мы не спали.
Но и не говорили больше.
Просто сидели.
Как оружие в ящике. Ожидая следующего приказа.