Грозовая птица

Прежде чем мы вернемся к «Шелковому королевству», с вашего позволения я ненадолго задержусь в Вельморене. Шотландский дворец, двери которого Эмма Флеминг уже давно для себя закрыла. Или считала, что закрыла их. Разговор с Оливером по-прежнему мучил ее голову, терзал мысли, и в конце концов Эмма твердо решила навестить родную Шотландию и появиться в Вельморене. На следующий день мисс Флеминг взяла экипаж, однако время своего отъезда она оттягивала до последнего, поскольку надеялась пересечься с мисс Бейкер, с которой могла поговорить. Но, к сожалению, Эванжелина в тот день не появилась в театре, и на то были весомые причины, о которых вам уже известно. Покинув Ковент-Гарден, мисс Флеминг устроилась в экипаже, временами поглядывая в окно. На протяжении всей дороги она не переставала прокручивать мысли в голове, которыми очень хотела бы с кем-то поделиться, но была слишком закрыта, чтобы это сделать. Прибывая в Шотландию, Эмма была полностью уверена в том, что хотела бы сказать родителям. Однако с каждой секундой ее мысли начинали рассеиваться, поскольку старые воспоминания туманили разум. Как только на горизонте показалась верхушка дворца, словно уходящая в закат, Эмма опустила взгляд. Если бы не ее изумрудная шляпа, в ее глазах можно было бы разглядеть разочарование и страх, который она давно спрятала под маской. Омнибус остановился, мисс Флеминг выглянула в окно. Кучер поспешил открыть дверцу, помогая девушке выйти. Выходя из экипажа, Эмма дала себе установку забыть об эмоциях и опустить лишние приветствия. О прибытии мисс Флеминг в Вельморен сразу сообщил дворецкий, поэтому для лорда и леди Флеминг ее появление было не столь неожиданным. Слегка приподняв подол своего платья, Эмма поднялась по ступенькам и вошла во дворец. Внутри было пусто и достаточно тихо до тех пор, пока не появились слуги, выражая приветствие и свое почтение мисс Флеминг. Кивнув в ответ, Эмма молча прошла в гостиную, исследуя взглядом детали Вельморена, которые отчетливо помнила. Ее мыслительную деятельность неожиданно прервала женщина, по походке которой Эмма сразу узнала в ней леди Делиссию Флеминг.

— С возвращением, Эмма, — спокойным голосом произнесла она, опускаясь в рядом стоящее кресло. — Право, мы совсем не ожидали, что ты приедешь.

— Должна сказать, что для меня самой этот приезд стал неожиданностью. Лето я планировала провести в Европе, — сняв шляпу, ответила мисс Флеминг.

— Однако ты все же здесь, в Вельморене, — с задумчивостью в голосе сказала леди Флеминг, не спешив расспрашивать Эмму о цели ее визита.

— Не переживайте, леди Флеминг, я не стану докучать вам своим присутствием, — едва успела закончить фразу Эмма, как в комнате появился лорд Флеминг, вступивший в разговор.

— Добро пожаловать домой, Эмма, — пройдясь по комнате, сказал он, изобразив приветствие.

Мисс Флеминг промолчала в ответ, попросив сделать ей горячего чаю. Слуги в ту же секунду метнулись на кухню, оставив Флемингов наедине друг с другом. За улыбкой леди Флеминг  явно скрывалось неподдельное напряжение, которое также читалось и во взгляде Эммы. Благо, треугольник напряжения вскоре нарушил принесенный горячий напиток. Отпив немного чаю, Эмма поставила чашку на небольшой серебряный поднос, после подняв взгляд на леди Флеминг.

— Целью моего визита в Шотландию являются некие недомолвки и недосказанности между нами, которые преследуют меня с самого детства. Право, если бы не слова мистера Тернера, сомневаюсь в том, что была бы сейчас здесь.

— Полагаю, разговор будет достаточно долгим, — предположила леди Флеминг, подняв взгляд, в котором читалось недопонимание.

— Зависит от того, насколько далеко он зайдет, — потянувшись за чашкой чая, ответила Эмма.

— В таком случае, не будем медлить, — после недолгой паузы произнес лорд Флеминг.

— С вашего позволения, я бы хотела перенести этот разговор на завтрашний день. Дорога меня сильно утомила. Боюсь, что я не смогу ясно выразить свои мысли, — приподнимаясь, произнесла Эмма.

Леди Флеминг промолчала в ответ, однако Эмме совсем не нужно было ее согласия, чтобы удалиться в свою комнату. Молча допив чай, мисс Флеминг поднялась наверх, оставив родителей. Их перешептывания между собой завладели вниманием Эммы, но она старалась не столь прислушаться к ним, сколько вовсе не слышать. Слуги подготовили ее спальню, однако вечер мисс Флеминг предпочла провести в соседней комнате, некогда живущей здесь Габриэль Флеминг. Ее фортепиано выглядело совершенно нетронутым, о чем свидетельствовал слой пыли на крышке. Покрывало на кровати было мягко разглажено, подушки разложены по периметру. Рядом стоящий туалетный столик выглядел так, словно вчера за ним сидела Габриэль. Ничего не изменилось, даже ее учебники лежали в точной последовательности, в какой старшая сестра учила уроки. Приподняв крышку фортепиано и сдув с нее пыль, Эмма заиграла, почувствовав, как дворец словно замер, слушая ее мелодию. Она не могла не коснуться и лорда вместе с леди Флеминг, которые на пару минут глубоко задумались, пока фортепиано звучало. Они не поднялись в ее комнату, но Эмма совершенно не ожидала подобного от родителей. Она была не одна, сейчас она не чувствовала себя одиноко. Закончив играть, Эмма отстранилась от музыкального инструмента, задумавшись и ненадолго устремив взгляд в одну точку. Поднявшись со стула, молча, она принялась перебирать учебники сестры, зачем-то пролистывая их страницы. Случайно выронив книгу из рук, мисс Флеминг потянулась за ней, заметив маленький конверт, что выпал прямо из страниц. Отложив учебник, девушка начала пристально разглядывать конверт, внутри которого было вложено старое письмо. В голове Эммы сразу промелькнули воспоминания о том, как она обменивалась письмами с Габриэль в детстве, но неужели одно из них не дошло до маленькой леди Эммы? Распечатав конверт, мисс Флеминг села на кровать, принявшись читать письмо, которое впервые попало к ней в руки.

«Леди Эмма, прежде чем начать это письмо, я должна вас предупредить, что оно будет немного отличаться от тех, что вам удалось получать от меня ранее. Сегодня я не стану докучать вам разговорами о занятиях музыкой, хотя не упущу возможности похвалить вас, Эмма! Определенно, у вас есть музыкальный слух, и в вас заложен талант, который обязательно пробьется сквозь стены нашего Вельморена. Ну что ж, а теперь я перейду к теме, на которую хотела бы с вами поговорить, леди Эмма. Вы часто задаете мне вопросы о моих многочисленных мечтах, но почти никогда не делитесь своими. Прошу вас, расскажите мне о них! Я с удовольствием послушаю о вашей жизни в собственном дворце, или, быть может, в английском доме, окна которого будут украшены любимыми цветами леди Эммы. Если вас интересует мое мнение, я вижу вас в будущем благородной леди, прогуливающейся по живописным местам Лондона. Вашу голову будет украшать роскошная шляпа, которые вы так любите примерять в моей комнате, пока миссис Лоретт ненадолго оставляет нас. Кстати говоря, сегодня она никак не покинет меня, поэтому это письмо может дойти до вас немного позже, чем я планирую его отправить. В любом случае, когда бы вам не удалось его прочесть, я всегда буду готова разделить любые мечты вместе с тобой, моя дорогая Эмма.

— Навек ваша родная сестра, Габриэль»

Дочитав, Эмма аккуратно сложила письмо в конверт, заморгав как можно быстрее, чтобы просушить глаза от подступивших слез. Она не могла произнести ни слова. Мисс Флеминг еще долго не покидала комнату сестры, вплоть до самой ночи. Как только часы пробили полночь, Эмма осторожно вышла из спальни, взяв с собой письмо и бесшумно закрыв за собой дверь. Она долго не могла уснуть, думая вовсе не о завтрашнем разговоре с родителями, который ее ждал. Из головы никак не выходили слова Габриэль, и прежде чем закрыть глаза, Эмма всерьез задумалась о своем будущем, которое ей было уготовано судьбой. О мечтах, многие из которых так и не успели стать явью, поскольку всю жизнь Эмма посвятила любимой сестре. И они ничуть не жалела об этом, но, быть может, ей действительно стоило подумать о шляпах, которые она не успела надеть...

Утром следующего дня Эмма проснулась достаточно рано. Во дворце было совсем тихо, это свидетельствовало о том, что жители Вельморена еще спали. Наведя утренний марафет, вскоре мисс Флеминг спустилась в гостиную, по пути встретив служанку, приветствие которой пропустила мимо ушей. Прежде чем мисс Флеминг начала разговор, Эмме был предложен завтрак, от которого она не стала отказываться. Лорд и леди Флеминг также спустились к завтраку, не проронив ни слова за столом. Допивая свой чай, Делиссия Флеминг не стала медлить, и с трудом решила начать разговор, который волновал Эмму.

— Итак, Эмма, о чем ты хотела с нами поговорить? — произнесла женщина.

— О моем в прошлом, в котором вас не было, — тихо произнесла она. — О настоящем, в котором для меня вы стали тенью прошлого. И о будущем, в котором я бы хотела развеять эту тень, — недолго думая, добавила Эмма, совладав с неуверенностью и легкой дрожью в своем голосе.

— Прошлое ворошить не стоит, — отложив утренний выпуск газеты и подняв взгляд, сказал лорд Флеминг.

— На протяжении долгого времени я старалась не обращать на него внимания, забыть, однако прошлое не переставало меня преследовать. И вот, как видите, я сейчас здесь.

— Ты никогда не считала нас лучшими родителями, Эмма. Но кто, если не мы, смогли дать тебе должное воспитание? — заговорила леди Флеминг, зная, к чему ведет ее дочь.

— Более того, мне вас даже родителями сложно назвать, — вставила слово мисс Флеминг, не отводя взгляда от матери.

— Эмма! — с возмущением в голосе произнес лорд Флеминг.

— Правда глаза колет? — переводя взгляд на отца, ответила она. — Ничего, вы привыкнете.

— Эмма, прошло достаточно времени, — вновь заговорила Делиссия Флеминг. — Ты можешь продолжать злиться на нас, однако та, кем ты являешься сейчас — это девушка с твердым характером, которую я всегда хотела видеть.

— Но вы никогда не думали о том, кем хотела видеть себя я. Вы никогда меня не слушали, меня никто не слушал в этом дворце. Кроме... — не успела закончить Эмма.

— Габриэль, — тихо произнес лорд Флеминг. — Эмма, нам было очень тяжело справиться и принять случившееся. Мы никогда не винили тебя.

— Но вы меня оставили, — напомнила она, вспоминая, с каким трудом и слезами на глазах отправлялась в частную школу под руководством миссис Фишер. — Вы никогда не спрашивали меня о том, что я чувствую, никогда не поддерживали. И в итоге просто избавились... — продолжала Эмма. — В глубине души, вы хотя бы немного любили меня?

— Мы не хотели, чтобы ты оставалась в Вельморене. Надеялись, что смена обстановки поможет тебе быстрее прийти в себя и адаптироваться к новой жизни, — ответила женщина.

— Вы могли бы просто поговорить со мной. Это все, что мне было нужно. Тогда я бы знала, что осталась не одна.

— Закончим этот разговор, Эмма, — повернув голову, решительно произнес лорд Флеминг. — Возвращаясь в прошлое, мы совершаем ошибку. Мы не в силах его изменить, как и не в силах вернуть нам Габриэль.

— Меня тоже вернуть вы больше не силах, — поднявшись, быстро ответила Эмма, отвернувшись от родителей. Мисс Флеминг отправилась к лестнице, желая забрать оставленные вещи и покинуть дворец, однако едва ее нога коснулась первой ступеньки, как голос матери заставил девушку остановиться.

— Мы любили тебя, Эмма. Может быть, не так, как того ты желала, но ты всегда была частью нашей семьи.

Мисс Флеминг обернулась, а после опустила взгляд. Недолго думая, она поднялась наверх, решив промолчать в ответ. В ее голове мысли снова перебивали друг друга, но на душе, казалось, стало немного легче. Слуги помогли мисс Флеминг с ее вещами, доставив их в экипаж, что ждал Эмму прямо у ворот Вельморена. Прежде чем уехать, девушка еще раз заглянула в комнату сестры, и, распахнув шторы и впустив в нее свет, покинула спальню.

— Я не такая сильная, какой была ты, Габриэль. Но, быть может, у меня еще есть шанс стать лучше. Или не только у меня...

Спустившись к парадному входу, мисс Флеминг вновь пересеклась взглядом с родителями, которые как будто ждали ее. Разумеется, они ожидали того, что Эмма не станет долго задерживаться во дворце,поскольку Вельморен никогда не считала родным домом. Вместе с тем лорд и леди Флеминг не ожидали и того, что их дочь скажет им напоследок. Это были совсем не плохие слова, не колкие фразы, сопровождаемые взглядом презрения. В глубине души Эмма по-прежнему не могла развеять облако злобы и разочарования, но она могла позволить свету пробиться сквозь него. Я искренне верю в то, что какой бы не была история, какие бы тайны боли и разочарования она не хранила в себе, в ней всегда найдется частичка светлой стороны.

— Однажды вы потеряли своих дочерей, — подняв взгляд, произнесла Эмма. — Однако одну из них у вас все же будет шанс вернуть.

— Ты останешься в Вельморене? — сделав шаг, с надеждой в голосе ответила женщина.

— Нет, я пойду вслед за тем, о чем всегда мечтала маленькая Эмма. Поселюсь где-нибудь подальше от городской суеты, где на душе смогу обрести полное спокойствие. И, пожалуй, я знаю одно такое место, — слегка улыбнувшись, добавила она. — Но прежде чем уехать, я хочу, чтобы вы знали одну вещь. Что бы не было между нами раньше, я вас прощаю, — произнесла Эмма, оставив за собой тень взгляда, в котором читалась искренность и надежда на лучшее будущее.

Однако прежде чем отправиться в желанное место душевного спокойствия, мисс Флеминг ненадолго вернулась в Лондон, желая поставить точку в незавершенных делах, что связывали ее с королевским театром. И раз уж мы с вами вернулись в столицу Великобритании, я снова открою вам двери поместья Бареттов, в котором творилась самая настоящая суматоха. После новости о продаже «Шелкового королевства» Эванжелина не находила себе места. Она злилась, и вместе с тем не могла совсем ничего придумать, как заставить мистера Джонсона отказаться от компании отца. По словам джентльменов, что работали в «Шелковом королевстве», этот Джонсон был не так прост, а его намерения были более, чем серьезны. Эва буквально горела от возмущения. Благо, Терри удавалось потушить пожар, что воспламенялся всякий раз, когда речь заходила о шелковой компании. Миссис Бейкер была глубоко разочарована, как и старшая дочь, настроение которой вновь потеряло первые признаки радости. Диана старалась найти утешение в компании будущего супруга, который не оставлял ее без слов поддержки, но даже они были бессильны.

— Неужели все, что было создано отцом, будет навсегда потеряно? —с разочарованием в голосе произнесла Диана, переводя взгляд на сестру.

— Ни за что, я этого не допущу! — возразила Эванжелина, ходя из стороны в сторону.

— Что ты собираешься делать, милая? — сказала мама, ставшая свидетельницей разговора дочерей.

— Не знаю, — разводя руками, коротко ответила Эва. — Но я не перестану бороться за шелковую компанию папы, и уж точно не потерплю того, чтобы кто-то посмел пристроить ее в свои руки. Зачем она ему, зачем?! — не переставала возмущаться Эванжелина.

— Думаю, мы могли бы это выяснить, — вступил в разговор Терри, озадаченный тем же вопросом.

— Через пару дней «Шелковое королевство» может стать собственностью мистера Джонсона. У нас совсем нет времени, мистер Персиваль... — понижая интонацию, произнесла Эва.

— В таком случае, я сейчас же отправлюсь в компанию твоего отца.

— Я еду с тобой, — решительно заявила Эва, потянувшись за пиджаком.

— Что ж, если все решили, то я отправлюсь с вами. Не могу просто сидеть дома и ждать новостей, — подключилась Диана, поднимаясь с кресла.

— А я не могу отпустить тебя одну, — послышался голос Юджина.

— Надеюсь, что обо мне никто не забыл? Эта компания значит и для меня очень многое... — произнесла миссис Бейкер, глядя на переглядывающихся между собой Эву и Терри.

— Не думаю, что это хорошая идея... — возразил Терри.

— О чем ты? Мы собираемся вернуть компанию папы вместе, — ответила Эва, которая была готова вот-вот выйти из поместья и вступить в битву за «Шелковое королевство».

— В том-то и дело, что в данном вопросе численное превосходство не играет никакой роли. Действовать нужно иначе, если мы хотим сохранить компанию мистера Бейкера, — останавливая взглядом Эву, пояснил Терри.

— Но что же тогда нам делать? — развела руками Диана.

— Я постараюсь сделать все, чтобы эта компания не попала в руки мистера Джонсона. Но будет лучше, если вы все останетесь дома, — обдумывая мысль, параллельно говорил Терри.

— Ждать, когда на кону шелковая компания отца? Терри, ты меня знаешь, я не смогу просто сидеть на месте, — произнесла Эва, не выпуская пиджак из рук.

— Если мне повезет, я встречусь с Джонсоном. Есть одна идея, как сохранить «Шелковое королевство».

— Не поделитесь, мистер Персиваль? — с неким возмущением в голосе ответила Эванжелина.

— Лишь в том случае, если мне удастся привести свое намерение в исполнение, — слегка улыбнулся он, собираясь покинуть поместье. — Будущая миссис Баретт, музыкальное сопровождение сегодня на твоей совести, — переводя взгляд на старшую сестру, добавил он.

— Я доверяю тебе, Терри, — напоследок произнесла Эва, проводив его взглядом.

Как только мистер Персиваль покинул поместье Бареттов, Эванжелина еще не раз обругала себя за то, что не поехала вместе с ним. Ведь она совершенно не представляла, что Терри собрался делать, и уж тем более, о чем ему говорить с мистером Джонсоном. Ее мысли не смогла успокоить даже мелодия в исполнении Дианы, которая не оставила фортепиано. В ожидании Терри, Эва то и делала, что ходила из стороны в сторону, и всякий раз бросалась к окну, когда чувствовала, что мистер Персиваль вот-вот приедет. Однако его пребывание в компании мистера Бейкера оказалось намного дольше, чем он предполагал, поскольку ему действительно удалось повстречать того, кого Эванжелина Бейкер не видела в глаза, но и без того чувствовала неприязнь к этому человеку.

Экипаж Терри остановился напротив большого здания — «Шелкового королевства». Зайдя внутрь, Терри поднялся на второй этаж, открыв кабинет мистера Бейкера и став свидетелем беседы двух джентльменов. Одного из них Терри узнал сразу, поскольку именно он первым завел разговор с Эванжелиной, а вот лицо второго ему было совершенно незнакомо.

— Прошу прощения, — извинился Терри, решив заглянуть немного позже, однако голос незнакомца его остановил.

— Вы нам не помешаете, мистер Колтрейн, — медленно произнес мужчина, подняв ледяной взгляд из-под своих очков. — Мы как раз обговариваем последние детали покупки.

— Мистер Джонсон, полагаю, — сделав шаг, предположил Терри. — Речь идет о продаже этой компании вам, верно? — опустившись в рядом стоящее кресло, добавил он.

— Надеюсь, вы не отговаривать меня пришли, поскольку мои намерения очень серьезны. Эта компания уже давно является моей целью, — сказал мистер Джонсон, потянувшись за пером и чернильницей, стоявшей на столе.

— Вовсе нет, отговаривать вас от совершения этой покупки я не намерен.

— Тогда в чем же дело? — отложив перо, задумчиво ответил он.

— У меня есть к вам одно предложение, которое не сможет вас не заинтересовать, — сложив руки в замок, с уверенностью и убеждением в голосе произнес Терри.

— Сомневаюсь, — отмахнулся мистер Джонсон, после слов которого Терри поднялся и направился к выходу из кабинета. — Все-таки подумайте. Вы ведь хотите открыть собственное дело... — напоследок произнес Терри, не видя лица Джонсона, брови которого нахмурились, придав ему задумчивый вид.

— Постойте, мистер Колтрейн...